научная фантастика
«– У меня лично, – сказал лаборант Саня Добряк, подходя к зеркалу полюбоваться первыми в жизни усами, – у меня лично нет никакой уверенности.
– Ну и слава богу, – сказала Лера. – Был бы ты, Саня, во всем уверен, наука бы остановилась…»
«– У меня лично, – сказал лаборант Саня Добряк, подходя к зеркалу полюбоваться первыми в жизни усами, – у меня лично нет никакой уверенности.
– Ну и слава богу, – сказала Лера. – Был бы ты, Саня, во всем уверен, наука бы остановилась…»
«Евгений Онегин» – пожалуй, самое известное произведение классической русской литературы. Кто не зубрил про «дядю самых честных правил» в девятом классе средней школы? По версии Александра Зорича, знаменитому пушкинскому роману в стихах уготована инт…
«Евгений Онегин» – пожалуй, самое известное произведение классической русской литературы. Кто не зубрил про «дядю самых честных правил» в девятом классе средней школы? По версии Александра Зорича, знаменитому пушкинскому роману в стихах уготована инт…
Совсем недавно отгремела очередная мировая война. Победители наслаждаются плодами успеха, проигравшие жаждут очередного реванша. Однако разрушительный хаос вновь грозит захлестнуть обитаемый уголок вселенной, из-за неуемных мечтаний сильных мира сего…
Совсем недавно отгремела очередная мировая война. Победители наслаждаются плодами успеха, проигравшие жаждут очередного реванша. Однако разрушительный хаос вновь грозит захлестнуть обитаемый уголок вселенной, из-за неуемных мечтаний сильных мира сего…
«В детстве я мечтал стать ветеринарным врачом. Желание, прямо скажем, необычное для мальчика. Да и для девочки тоже. Как правило в нежном возрасте влечет к подвигам. Хочется что-нибудь покорить, куда-нибудь взобраться и долго не слезать оттуда или же…
«В детстве я мечтал стать ветеринарным врачом. Желание, прямо скажем, необычное для мальчика. Да и для девочки тоже. Как правило в нежном возрасте влечет к подвигам. Хочется что-нибудь покорить, куда-нибудь взобраться и долго не слезать оттуда или же…
«Клеймо позора, поставленное судьбой на лбу Великого Гусляра, как и всякое клеймо, несмываемо. В его появлении не обвинишь масонов, сионистов, ЦРУ и мафию.
Сами виноваты.
Но признаться в этом невозможно…»
«Клеймо позора, поставленное судьбой на лбу Великого Гусляра, как и всякое клеймо, несмываемо. В его появлении не обвинишь масонов, сионистов, ЦРУ и мафию.
Сами виноваты.
Но признаться в этом невозможно…»
«Старик закатал рукава тельняшки, повесил на березку телетранзистор, чтобы не упустить, когда начнут передавать футбол, и только собрался прополоть грядку с репой, как услышал из-за забора из карликовых магнолий голос соседа, Ивана Васильевича…»
«Старик закатал рукава тельняшки, повесил на березку телетранзистор, чтобы не упустить, когда начнут передавать футбол, и только собрался прополоть грядку с репой, как услышал из-за забора из карликовых магнолий голос соседа, Ивана Васильевича…»
«Нас окружают тайны.
Нам хочется от них избавиться.
Для этого существуют специальные категории людей…»
«Нас окружают тайны.
Нам хочется от них избавиться.
Для этого существуют специальные категории людей…»
Русский астроном Олег Сахновский, умерший от укуса ядовитого паука в крымских горах, вдруг возвращается к жизни. Место прежнее – Крым. Время – как минимум несколько тысяч лет тому вперед. Всё остальное больше походит на бред сумасшедшего, или на адск…
Русский астроном Олег Сахновский, умерший от укуса ядовитого паука в крымских горах, вдруг возвращается к жизни. Место прежнее – Крым. Время – как минимум несколько тысяч лет тому вперед. Всё остальное больше походит на бред сумасшедшего, или на адск…
Как далеко простираются границы Вселенной? Одиноки ли мы в просторах Космоса и когда произойдет первый контакт? Возможны ли путешествия во времени и между параллельными мирами? Где предел человеческим возможностям? Все эти проблемы чрезвычайно актуал…
Как далеко простираются границы Вселенной? Одиноки ли мы в просторах Космоса и когда произойдет первый контакт? Возможны ли путешествия во времени и между параллельными мирами? Где предел человеческим возможностям? Все эти проблемы чрезвычайно актуал…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Весь мир переживает экологическое бедствие. Отравлена земл…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Весь мир переживает экологическое бедствие. Отравлена земл…
Странный новичок в бригаде обыкновенного земного парня Миньки Бударина оказывается ни много, ни мало, как преследуемым по законам его неведомой планеты не то человеком, не то ангелом. Он нуждается в помощи, поэтому контакт землян, а вернее, землянина…
Странный новичок в бригаде обыкновенного земного парня Миньки Бударина оказывается ни много, ни мало, как преследуемым по законам его неведомой планеты не то человеком, не то ангелом. Он нуждается в помощи, поэтому контакт землян, а вернее, землянина…
«В страхе и смятении начинаю я эту страницу, ибо корабль, встреченный нами сегодня, воистину был посланцем дьявола.
Ужасный шторм отделил от эскадры нашу каравеллу и, отнеся ее далеко к югу, стих. Мы плыли по необычно спокойному бескрайнему морю, не …
«В страхе и смятении начинаю я эту страницу, ибо корабль, встреченный нами сегодня, воистину был посланцем дьявола.
Ужасный шторм отделил от эскадры нашу каравеллу и, отнеся ее далеко к югу, стих. Мы плыли по необычно спокойному бескрайнему морю, не …
«В лесах под городом Великий Гусляр таится озеро Копенгаген, окутанное тайнами и легендами, заветная Мекка гуслярских рыболовов.
Многие десятилетия оставалось загадкой название озера, непривычное для здешних мест. Рассказывают, что в тридцать седьмом…
«В лесах под городом Великий Гусляр таится озеро Копенгаген, окутанное тайнами и легендами, заветная Мекка гуслярских рыболовов.
Многие десятилетия оставалось загадкой название озера, непривычное для здешних мест. Рассказывают, что в тридцать седьмом…
«Ничего нельзя предсказать.
Поэтому самые лживые люди – футурологи. Они надувают свои умные щеки, морщат свои крутые лбы и сообщают нам, что человечеству грозит гибель от перенаселения. К двухтысячному году на Земле останется мало свободных для жилья…
«Ничего нельзя предсказать.
Поэтому самые лживые люди – футурологи. Они надувают свои умные щеки, морщат свои крутые лбы и сообщают нам, что человечеству грозит гибель от перенаселения. К двухтысячному году на Земле останется мало свободных для жилья…
«Профессор Лев Христофорович Минц, который поселился в городе Великий Гусляр, не мог сосредоточиться. Еще утром он приблизился к созданию формулы передачи энергии без проводов, но ему мешали эту формулу завершить. Мешал Коля Гаврилов, который крутил …
«Профессор Лев Христофорович Минц, который поселился в городе Великий Гусляр, не мог сосредоточиться. Еще утром он приблизился к созданию формулы передачи энергии без проводов, но ему мешали эту формулу завершить. Мешал Коля Гаврилов, который крутил …
«Серый рассвет застал Корнелия Удалова на поросшем кустами берегу речки Чурмени, впадающей в озеро Копенгаген. Удалов сложил на траве удочки и осмотрелся. Пусто. Никого нет.
Погода стояла мерзкая, гриппозная, сырая, и видно, все рыбаки решили отсидет…
«Серый рассвет застал Корнелия Удалова на поросшем кустами берегу речки Чурмени, впадающей в озеро Копенгаген. Удалов сложил на траве удочки и осмотрелся. Пусто. Никого нет.
Погода стояла мерзкая, гриппозная, сырая, и видно, все рыбаки решили отсидет…
«Корнелий Удалов шел полем, отягощенный ведром с грибами. Грибы были незавидные, большей частью сыроежки и даже валуи, два подберезовика, один белый, но червивый, найденный на тропинке, где он лежал ножкой кверху – видно, какой-то более удачливый гри…
«Корнелий Удалов шел полем, отягощенный ведром с грибами. Грибы были незавидные, большей частью сыроежки и даже валуи, два подберезовика, один белый, но червивый, найденный на тропинке, где он лежал ножкой кверху – видно, какой-то более удачливый гри…
«У профессора Минца было своеобразное чувство юмора.
В прошлом году оно спасло Землю от страшной опасности, хотя с таким же успехом могло ее погубить.
Началось это невинно, на стадионе…»
«У профессора Минца было своеобразное чувство юмора.
В прошлом году оно спасло Землю от страшной опасности, хотя с таким же успехом могло ее погубить.
Началось это невинно, на стадионе…»
Как бы далеко ни ушло человечество в будущее, но проблема выгорания трудоголиков останется. Ведущий инженер проекта «Генетическая перспектива» Гена Петров отправляется в длительный отпуск, чтоб как следует встряхнуться. И даже не догадывается, какая …
Как бы далеко ни ушло человечество в будущее, но проблема выгорания трудоголиков останется. Ведущий инженер проекта «Генетическая перспектива» Гена Петров отправляется в длительный отпуск, чтоб как следует встряхнуться. И даже не догадывается, какая …