социальная фантастика
Куда сбежать от самого себя, если собой занял всё разумное пространство?
Мы живем в мире реальной фантастики. Однако каждый по своему относится к этому состоянию жизни.
Куда сбежать от самого себя, если собой занял всё разумное пространство?
Мы живем в мире реальной фантастики. Однако каждый по своему относится к этому состоянию жизни.
Таймер, заяц и три подруги. Они ждали шоу о моде, но получили шоу о жизни, которое изменило их. Обратного пути нет. Потомки могут забыть, но им напомнят. Работа над ошибками снова начнётся.
Таймер, заяц и три подруги. Они ждали шоу о моде, но получили шоу о жизни, которое изменило их. Обратного пути нет. Потомки могут забыть, но им напомнят. Работа над ошибками снова начнётся.
Дарен Вейл умер одиннадцать дней назад. Деньги на его имя поступили позже.
Налоговый инспектор Кайрен Тальв должен выяснить, кому принадлежат сто двадцать тысяч ларов, которыми умерший успел распорядиться во время законного посмертного вызова.
Некром…
Дарен Вейл умер одиннадцать дней назад. Деньги на его имя поступили позже.
Налоговый инспектор Кайрен Тальв должен выяснить, кому принадлежат сто двадцать тысяч ларов, которыми умерший успел распорядиться во время законного посмертного вызова.
Некром…
Михаил Егоров бракует деталь, которая проработала бы ещё двадцать лет. Он слушает завод руками: ловит перегрев по теплу трубы, узнаёт умирающий подшипник по звуку и держит допуск, которого, кроме него, не заметит никто.
Вокруг всё меняется. Бумага …
Михаил Егоров бракует деталь, которая проработала бы ещё двадцать лет. Он слушает завод руками: ловит перегрев по теплу трубы, узнаёт умирающий подшипник по звуку и держит допуск, которого, кроме него, не заметит никто.
Вокруг всё меняется. Бумага …
Человечество покорило планеты, но разучилось видеть чудо без расписания. В день, когда Парад Розовых Облаков отменяется из-за внезапной бури, разочарованный город расходится по домам. И только мальчик Лео замечает, что природа подарила людям нечто бо…
Человечество покорило планеты, но разучилось видеть чудо без расписания. В день, когда Парад Розовых Облаков отменяется из-за внезапной бури, разочарованный город расходится по домам. И только мальчик Лео замечает, что природа подарила людям нечто бо…
Маленькая повесть из романа "Ожившие по ошибке". История о том, как однажды придуманные правила могут стать настоящей силой — и о том, что прошлое иногда умеет возвращаться самым неожиданным образом.
Примечания автора: это не самостоятельное произве…
Маленькая повесть из романа "Ожившие по ошибке". История о том, как однажды придуманные правила могут стать настоящей силой — и о том, что прошлое иногда умеет возвращаться самым неожиданным образом.
Примечания автора: это не самостоятельное произве…
Антон Рубежов построил карьеру на трёх историях о поражениях, которые будто бы сделали его свободнее, честнее и сильнее. Когда издатель предлагает превратить популярные лекции в книгу, дочь приносит старые записи, ведомости и письма. В них красивые в…
Антон Рубежов построил карьеру на трёх историях о поражениях, которые будто бы сделали его свободнее, честнее и сильнее. Когда издатель предлагает превратить популярные лекции в книгу, дочь приносит старые записи, ведомости и письма. В них красивые в…
Михаил Егоров бракует деталь, которая проработала бы ещё двадцать лет. Он слушает завод руками: ловит перегрев по теплу трубы, узнаёт умирающий подшипник по звуку и держит допуск, которого, кроме него, не заметит никто.
Вокруг всё меняется. Бумага …
Михаил Егоров бракует деталь, которая проработала бы ещё двадцать лет. Он слушает завод руками: ловит перегрев по теплу трубы, узнаёт умирающий подшипник по звуку и держит допуск, которого, кроме него, не заметит никто.
Вокруг всё меняется. Бумага …
Двадцать лет назад мир узнал, что магия существует. С тех пор она стала не чудом, а бытом: реестры, лицензии, браслеты на запястьях и комнаты без окон, где проверяют, есть ли в тебе дар.
Артёму двадцать три. Он пришёл на тестирование только ради спр…
Двадцать лет назад мир узнал, что магия существует. С тех пор она стала не чудом, а бытом: реестры, лицензии, браслеты на запястьях и комнаты без окон, где проверяют, есть ли в тебе дар.
Артёму двадцать три. Он пришёл на тестирование только ради спр…
XIX век, но не такой, каким мы знаем его по учебникам истории. Это другая реальность, где славянские мифы и историческая реальность переплелись, где главной ценностью в обществе признана Любовь, но этот мир рушится. Идёт борьба между Светом и Тьмой, …
XIX век, но не такой, каким мы знаем его по учебникам истории. Это другая реальность, где славянские мифы и историческая реальность переплелись, где главной ценностью в обществе признана Любовь, но этот мир рушится. Идёт борьба между Светом и Тьмой, …
Дарен Вейл умер одиннадцать дней назад. Деньги на его имя поступили позже.
Налоговый инспектор Кайрен Тальв должен выяснить, кому принадлежат сто двадцать тысяч ларов, которыми умерший успел распорядиться во время законного посмертного вызова.
Некром…
Дарен Вейл умер одиннадцать дней назад. Деньги на его имя поступили позже.
Налоговый инспектор Кайрен Тальв должен выяснить, кому принадлежат сто двадцать тысяч ларов, которыми умерший успел распорядиться во время законного посмертного вызова.
Некром…
Куда сбежать от самого себя, если собой занял всё разумное пространство?
Мы живем в мире реальной фантастики. Однако каждый по своему относится к этому состоянию жизни.
Куда сбежать от самого себя, если собой занял всё разумное пространство?
Мы живем в мире реальной фантастики. Однако каждый по своему относится к этому состоянию жизни.
2010-е годы. Кристофер, Николай и Артём снова оказываются в центре событий. По России прокатывается волна загадочных диверсий на стратегических объектах. Повсюду находят следы механических крыс. Кто-то использует их, чтобы посеять панику и дестабилиз…
2010-е годы. Кристофер, Николай и Артём снова оказываются в центре событий. По России прокатывается волна загадочных диверсий на стратегических объектах. Повсюду находят следы механических крыс. Кто-то использует их, чтобы посеять панику и дестабилиз…
Началось всё со странных птиц, которым ушлая тётя Роза определила судьбу: тушки жрать, яйца продавать, перья в подушки пихать.
А потом люди ни с того, ни с сего стали мутировать и даже липнуть друг к другу. Нет, конечно, никакой пошлятины, только био…
Началось всё со странных птиц, которым ушлая тётя Роза определила судьбу: тушки жрать, яйца продавать, перья в подушки пихать.
А потом люди ни с того, ни с сего стали мутировать и даже липнуть друг к другу. Нет, конечно, никакой пошлятины, только био…
Моя жизнь ещё не полностью мной осмыслена. Я мало понимаю, где она началась на самом деле, где закончится и закончится ли. А моя история - это слепок моего понимания событий, которые со мной происходили и происходят. Это то, как моё сознание мне объя…
Моя жизнь ещё не полностью мной осмыслена. Я мало понимаю, где она началась на самом деле, где закончится и закончится ли. А моя история - это слепок моего понимания событий, которые со мной происходили и происходят. Это то, как моё сознание мне объя…
Было ли то, что рассказываю или нет - не помню. Но все равно расскажу. Сказка или быль? Решать не мне.
Было ли то, что рассказываю или нет - не помню. Но все равно расскажу. Сказка или быль? Решать не мне.
1979 год. Москва. Дмитрий Соколов — человек из будущего, застрявший в прошлом. Он уже перестал быть чужим в этом мире, но ещё не научился смиряться с его жестокостью. Когда над страной нависает тень афганской войны, он пытается предотвратить катастро…
1979 год. Москва. Дмитрий Соколов — человек из будущего, застрявший в прошлом. Он уже перестал быть чужим в этом мире, но ещё не научился смиряться с его жестокостью. Когда над страной нависает тень афганской войны, он пытается предотвратить катастро…
Инженер Эрик Вейн получает в подарок швейцарский хронометр — идеально точный, но идущий с опозданием ровно на восемьсот миллисекунд. Он ещё не знает, что эта задержка — не брак часового механизма, а зазор, в который на десятилетия вперёд вписана вся …
Инженер Эрик Вейн получает в подарок швейцарский хронометр — идеально точный, но идущий с опозданием ровно на восемьсот миллисекунд. Он ещё не знает, что эта задержка — не брак часового механизма, а зазор, в который на десятилетия вперёд вписана вся …
Новосибирский Академгородок. 2037 год.
Учёные фиксируют квантовый сигнал из области за пределами наблюдаемой физической реальности. Сначала он говорит на языке математики, затем — по-русски.
Сигнал предлагает невозможное: перенести человеческое созна…
Новосибирский Академгородок. 2037 год.
Учёные фиксируют квантовый сигнал из области за пределами наблюдаемой физической реальности. Сначала он говорит на языке математики, затем — по-русски.
Сигнал предлагает невозможное: перенести человеческое созна…
Аннотация к рассказу «Дневник богачки»Всю свою жизнь Дина Мансуровна помнила удушающую нищету своего детства и презрительные взгляды тех, у кого были деньги. Её единственным спасением от реальности был «дневник богачки» — старая кожаная тетрадь, куда…
Аннотация к рассказу «Дневник богачки»Всю свою жизнь Дина Мансуровна помнила удушающую нищету своего детства и презрительные взгляды тех, у кого были деньги. Её единственным спасением от реальности был «дневник богачки» — старая кожаная тетрадь, куда…