классическая проза
Полная темнота. Ты слышишь ветер, чувствуешь воду у щиколоток — но не видишь ничего, даже себя. И всё же ты не один.
Один за другим из тьмы проступают фигуры — застывшие, безмолвные, светящиеся разными цветами. Каждая повторяет один и тот же жест, од…
Полная темнота. Ты слышишь ветер, чувствуешь воду у щиколоток — но не видишь ничего, даже себя. И всё же ты не один.
Один за другим из тьмы проступают фигуры — застывшие, безмолвные, светящиеся разными цветами. Каждая повторяет один и тот же жест, од…
«Женский портрет» по праву считается вершиной творчества Генри Джеймса и одним из самых тонких психологических романов в истории литературы.
Молодая американка Изабелла Арчер стремится к независимости и не желает жертвовать свободой ради выгодного бр…
«Женский портрет» по праву считается вершиной творчества Генри Джеймса и одним из самых тонких психологических романов в истории литературы.
Молодая американка Изабелла Арчер стремится к независимости и не желает жертвовать свободой ради выгодного бр…
Рассказ о кошке Тишке. О её восстановлении в приюте после операции и счастливом переезде в Москву к хозяйке Евгении.
Рассказ о кошке Тишке. О её восстановлении в приюте после операции и счастливом переезде в Москву к хозяйке Евгении.
Книга о природе Забайкальского края, о красоте и не повторимости уникальной природы.
Книга о природе Забайкальского края, о красоте и не повторимости уникальной природы.
Дебютный сборник из восьми Эдит Уортон об обманчивых иллюзиях, цене компромиссов и невидимых оковах светских приличий в Америке и Европе конца XIX века.
Дебютный сборник из восьми Эдит Уортон об обманчивых иллюзиях, цене компромиссов и невидимых оковах светских приличий в Америке и Европе конца XIX века.
Кто виноват? На основе документов и мемуаров полководцев отечественной войны, я делаю свои выводы, не совпадающими с официальными.
Книга для тех, кто не верит в сказки о войне. Почему в 1941 году Красная Армия, превосходившая вермахт в технике и ч…
Кто виноват? На основе документов и мемуаров полководцев отечественной войны, я делаю свои выводы, не совпадающими с официальными.
Книга для тех, кто не верит в сказки о войне. Почему в 1941 году Красная Армия, превосходившая вермахт в технике и ч…
В глухую деревню приезжают инженеры с чертежом невиданной красоты — храма, который обещает стать земным воплощением рая. Крестьяне, измученные беспросветностью, в одночасье обретают смысл. Они готовы молиться, работать, жертвовать — лишь бы это чудо …
В глухую деревню приезжают инженеры с чертежом невиданной красоты — храма, который обещает стать земным воплощением рая. Крестьяне, измученные беспросветностью, в одночасье обретают смысл. Они готовы молиться, работать, жертвовать — лишь бы это чудо …
«Самый страшный триллер — тот, где зло пьёт чай и улыбается».
Это русская готика в традициях Гоголя и Достоевского, на языке современного психологического триллера. Автор берёт реальное дело Дарьи Салтыковой и превращает его в леденящее душу исследов…
«Самый страшный триллер — тот, где зло пьёт чай и улыбается».
Это русская готика в традициях Гоголя и Достоевского, на языке современного психологического триллера. Автор берёт реальное дело Дарьи Салтыковой и превращает его в леденящее душу исследов…
В рыбацком городке Порт-Росс, что на юго-западном побережье Ирландии, где скалы спускаются к Атлантике, как страницы гигантской каменной книги, а воздух до того пропитан солью и водорослями, что кажется — дышишь не лёгкими, а жабрами, служил священни…
В рыбацком городке Порт-Росс, что на юго-западном побережье Ирландии, где скалы спускаются к Атлантике, как страницы гигантской каменной книги, а воздух до того пропитан солью и водорослями, что кажется — дышишь не лёгкими, а жабрами, служил священни…
Полная темнота. Ты слышишь ветер, чувствуешь воду у щиколоток — но не видишь ничего, даже себя. И всё же ты не один.
Один за другим из тьмы проступают фигуры — застывшие, безмолвные, светящиеся разными цветами. Каждая повторяет один и тот же жест, од…
Полная темнота. Ты слышишь ветер, чувствуешь воду у щиколоток — но не видишь ничего, даже себя. И всё же ты не один.
Один за другим из тьмы проступают фигуры — застывшие, безмолвные, светящиеся разными цветами. Каждая повторяет один и тот же жест, од…
В рыбацком городке Порт-Росс, что на юго-западном побережье Ирландии, где скалы спускаются к Атлантике, как страницы гигантской каменной книги, а воздух до того пропитан солью и водорослями, что кажется — дышишь не лёгкими, а жабрами, служил священни…
В рыбацком городке Порт-Росс, что на юго-западном побережье Ирландии, где скалы спускаются к Атлантике, как страницы гигантской каменной книги, а воздух до того пропитан солью и водорослями, что кажется — дышишь не лёгкими, а жабрами, служил священни…
Проходя мимо магазина сладостей Агата решает войти и погружается в мир обёрток из своего детства. Девяностые годы давно миновали, но не вспоминания о детстве проведённом в селе Кукушкин лён. Женщина покупает билет на самолёт и оправляется в мир ност…
Проходя мимо магазина сладостей Агата решает войти и погружается в мир обёрток из своего детства. Девяностые годы давно миновали, но не вспоминания о детстве проведённом в селе Кукушкин лён. Женщина покупает билет на самолёт и оправляется в мир ност…
Собравшиеся на юбилей федеральные судьи, офицеры МВД и бизнесмены ожидали чинного застолья. Однако праздник превратился в легенду, когда именинник Владимир бросил вызов целому залу из двухсот девушек. Выйдя в центр танцпола, он заставил оцепенеть вед…
Собравшиеся на юбилей федеральные судьи, офицеры МВД и бизнесмены ожидали чинного застолья. Однако праздник превратился в легенду, когда именинник Владимир бросил вызов целому залу из двухсот девушек. Выйдя в центр танцпола, он заставил оцепенеть вед…
“Qadın taleyi” — susqunluqdan doğulan bir səsin, yoxluq içində öz varlığını tapmaq istəyən bir qadının hekayəsidir.
Sona — adı bilinməyən, xəritəyə düşməyən bir kənddə dünyaya gəlir. O, heç vaxt öz fikrini açıq deyə bilməyib, çünki ətrafdakı səssi…
“Qadın taleyi” — susqunluqdan doğulan bir səsin, yoxluq içində öz varlığını tapmaq istəyən bir qadının hekayəsidir.
Sona — adı bilinməyən, xəritəyə düşməyən bir kənddə dünyaya gəlir. O, heç vaxt öz fikrini açıq deyə bilməyib, çünki ətrafdakı səssi…
Инженер-физик Максим получает смертельную дозу излучения на секретном объекте. В палате закрытого НИИ его тело медленно распадается, а врачи отводят взгляд — лучевая болезнь четвертой стадии неизлечима. Но когда в бункер входит гениальный радиобиолог…
Инженер-физик Максим получает смертельную дозу излучения на секретном объекте. В палате закрытого НИИ его тело медленно распадается, а врачи отводят взгляд — лучевая болезнь четвертой стадии неизлечима. Но когда в бункер входит гениальный радиобиолог…
Советский Союз, некогда единый и могучий, распадался на части, и сквозь трещины в его стенах проникала "свобода", принося с собой не только новые возможности, но и настоящее "зло". Это зло принимало разные обличья: от соблазнов легкой наживы до отчая…
Советский Союз, некогда единый и могучий, распадался на части, и сквозь трещины в его стенах проникала "свобода", принося с собой не только новые возможности, но и настоящее "зло". Это зло принимало разные обличья: от соблазнов легкой наживы до отчая…
Окно бабушкиного дома не давало мне покоя. Окно в чулане. Между стёклами среди красных пластмассовых тюльпанов там лежал петушок. Он был совсем маленький, размером с мой мизинчик, с ярко-красным гребешком и жёлтыми лапками. Я постоянно просила бабушк…
Окно бабушкиного дома не давало мне покоя. Окно в чулане. Между стёклами среди красных пластмассовых тюльпанов там лежал петушок. Он был совсем маленький, размером с мой мизинчик, с ярко-красным гребешком и жёлтыми лапками. Я постоянно просила бабушк…
Новелла, сделавшая Генри Джеймса знаменитым, — о столкновении непосредственности юной американки с тяжестью несправедливых устоев.
Новелла, сделавшая Генри Джеймса знаменитым, — о столкновении непосредственности юной американки с тяжестью несправедливых устоев.
Петербург, поздний вечер. В кабинете, где пахнет старой бумагой, герою возвращают прошлое, о котором он не знал: письма отца, отправленные сорок лет назад в Лондонский архив. Изысканный почерк. Конверт, вскрытый кухонным ножом, — как всегда делал оте…
Петербург, поздний вечер. В кабинете, где пахнет старой бумагой, герою возвращают прошлое, о котором он не знал: письма отца, отправленные сорок лет назад в Лондонский архив. Изысканный почерк. Конверт, вскрытый кухонным ножом, — как всегда делал оте…
Сборник рассказов Джона Николсона «История одних» — это путешествие на стыке реальности и кошмара, где за привычными фасадами викторианской Англии и древними легендами скрывается нечто зловещее и непостижимое.
В этом мире тени обретают голос, а бездн…
Сборник рассказов Джона Николсона «История одних» — это путешествие на стыке реальности и кошмара, где за привычными фасадами викторианской Англии и древними легендами скрывается нечто зловещее и непостижимое.
В этом мире тени обретают голос, а бездн…