Алекс Алексеевич Родионов
Книги автора: Алекс Алексеевич Родионов
Это история о слиянии душ, описанном через чувственные метафоры. От робкого прикосновения к пику всепоглощающей страсти герои проходят путь к абсолютному единению. Их внутренний мир — это река с тихими заводями и бурными порогами, а тела становятся е…
Это история о слиянии душ, описанном через чувственные метафоры. От робкого прикосновения к пику всепоглощающей страсти герои проходят путь к абсолютному единению. Их внутренний мир — это река с тихими заводями и бурными порогами, а тела становятся е…
Самолет АН- 22 перегружен и пытается взлететь...Полоса закончилась и раздается дикий крик летчиков о том , что чья-то мать легкого поведения, а отец су..а.
Шасси не отрываются от полосы, а впереди — стальная сеть-ловушка. Твоя душа решает сбежать из …
Самолет АН- 22 перегружен и пытается взлететь...Полоса закончилась и раздается дикий крик летчиков о том , что чья-то мать легкого поведения, а отец су..а.
Шасси не отрываются от полосы, а впереди — стальная сеть-ловушка. Твоя душа решает сбежать из …
Одна случайная встреча на серой улице города заставляет героя столкнуться с призраком из прошлого. Перед ним — сломленная, отчаявшаяся женщина, которую он когда-то знал как воплощение энергии и жизни. Но почему она не узнаёт его? И что за страшная та…
Одна случайная встреча на серой улице города заставляет героя столкнуться с призраком из прошлого. Перед ним — сломленная, отчаявшаяся женщина, которую он когда-то знал как воплощение энергии и жизни. Но почему она не узнаёт его? И что за страшная та…
Рассказ представляет собой пронзительную исповедь человека, оказавшегося на грани жизни и смерти из-за банальной травмы. Попав в военный госпиталь для плановой операции, герой сталкивается с непредвиденными осложнениями: наркоз не действует, а сердце…
Рассказ представляет собой пронзительную исповедь человека, оказавшегося на грани жизни и смерти из-за банальной травмы. Попав в военный госпиталь для плановой операции, герой сталкивается с непредвиденными осложнениями: наркоз не действует, а сердце…
Когда вокруг только раскалённый песок, а солнце плавит воздух до состояния марева, ты остаёшься один на один со своим страхом. В этой пустыне нет ни травинки, ни капли надежды — только ты и твой автомат, ставший надёжнее любой клятвы. Наша зона — кре…
Когда вокруг только раскалённый песок, а солнце плавит воздух до состояния марева, ты остаёшься один на один со своим страхом. В этой пустыне нет ни травинки, ни капли надежды — только ты и твой автомат, ставший надёжнее любой клятвы. Наша зона — кре…
В 34 года пришло горькое прозрение: её молодость украдена. Три года ожидания чужого развода, веры в ложь о «мерзкой жене» и «сопливых детях» — всё это время Андрей, её тайная любовь, был лишь случайным прохожим, ворующим жизнь.
Но после мучительного …
В 34 года пришло горькое прозрение: её молодость украдена. Три года ожидания чужого развода, веры в ложь о «мерзкой жене» и «сопливых детях» — всё это время Андрей, её тайная любовь, был лишь случайным прохожим, ворующим жизнь.
Но после мучительного …
Что, если ваш самый глубокий страх — это не боязнь смерти, а возвращение домой?
Много лет назад он нарушил приказ и отказался спускаться в сердце Великой пирамиды Хеопса. Интуиция спасла его от немедленной гибели, но обрекла на медленную пытку ожидан…
Что, если ваш самый глубокий страх — это не боязнь смерти, а возвращение домой?
Много лет назад он нарушил приказ и отказался спускаться в сердце Великой пирамиды Хеопса. Интуиция спасла его от немедленной гибели, но обрекла на медленную пытку ожидан…
Что, если любовь — это не просто чувство, а ключевой код , запускающий в человеке скрытую программу? Главный герой открывает для себя главную тайну мироздания: у его души есть эрогенная зона. И имя ей — Она.
Одна дождливая осень, случайная песня и го…
Что, если любовь — это не просто чувство, а ключевой код , запускающий в человеке скрытую программу? Главный герой открывает для себя главную тайну мироздания: у его души есть эрогенная зона. И имя ей — Она.
Одна дождливая осень, случайная песня и го…
Что, если знание будущего — это не дар, а проклятие? Когда главный герой внезапно обретает способность безошибочно предвидеть смерть окружающих, его жизнь превращается в кошмар. Попытки предотвратить неизбежное приводят лишь к новым трагедиям, и он р…
Что, если знание будущего — это не дар, а проклятие? Когда главный герой внезапно обретает способность безошибочно предвидеть смерть окружающих, его жизнь превращается в кошмар. Попытки предотвратить неизбежное приводят лишь к новым трагедиям, и он р…
В мире, где правят чертежи и строгие расчеты, нет места для магии. Но она существует. Она прячется в низинах, где клубится живой туман, рисуя эфемерные образы. Она звучит в хрустальном смехе, который эхом разносится по чаще. Уставшая душа ищет покоя …
В мире, где правят чертежи и строгие расчеты, нет места для магии. Но она существует. Она прячется в низинах, где клубится живой туман, рисуя эфемерные образы. Она звучит в хрустальном смехе, который эхом разносится по чаще. Уставшая душа ищет покоя …
Этот гимн посвящён вам, женщины. Вам, кто носит в себе целый мир. Вам, чья любовь способна творить чудеса и менять судьбы. Вы — начало всего сущего, источник жизни и бесконечного света.
Этот гимн посвящён вам, женщины. Вам, кто носит в себе целый мир. Вам, чья любовь способна творить чудеса и менять судьбы. Вы — начало всего сущего, источник жизни и бесконечного света.
На залитом солнцем пляже, у подножия древнего карьера с цветными пластами земли, герой предается философским размышлениям. Наблюдая за отдыхающими и шумной ребятней, он видит в их суете вечный круговорот жизни. В его сознании звучит древняя песня о п…
На залитом солнцем пляже, у подножия древнего карьера с цветными пластами земли, герой предается философским размышлениям. Наблюдая за отдыхающими и шумной ребятней, он видит в их суете вечный круговорот жизни. В его сознании звучит древняя песня о п…
В разгар боя, после гибели всей роты, трое уцелевших — командир, политрук и медсестра — оказываются в окружении. Загнанные в воронку, они уже не надеются на спасение, пока герой не находит ящик с гранатами. В одиночку он отражает атаку, уничтожая вра…
В разгар боя, после гибели всей роты, трое уцелевших — командир, политрук и медсестра — оказываются в окружении. Загнанные в воронку, они уже не надеются на спасение, пока герой не находит ящик с гранатами. В одиночку он отражает атаку, уничтожая вра…
Жара, река, уха и предвкушение отличного отдыха с друзьями. Что может пойти не так? Всё.
Обычный поход за холодным пивом в гипермаркет оборачивается для главного героя путешествием в иную реальность. Две безобидные рамки на входе оказываются порталом…
Жара, река, уха и предвкушение отличного отдыха с друзьями. Что может пойти не так? Всё.
Обычный поход за холодным пивом в гипермаркет оборачивается для главного героя путешествием в иную реальность. Две безобидные рамки на входе оказываются порталом…
Игорь — не просто ведущий специалист. Он — рецептор, способный видеть последние эмоции умерших на их фотографиях. Страх, растерянность... Он привык к этому. Но новая смерть приносит новый ужас: на снимке — холодная ухмылка превосходства. Словно мёртв…
Игорь — не просто ведущий специалист. Он — рецептор, способный видеть последние эмоции умерших на их фотографиях. Страх, растерянность... Он привык к этому. Но новая смерть приносит новый ужас: на снимке — холодная ухмылка превосходства. Словно мёртв…
Человечество — не первая цивилизация на Земле. Мы — «Плесень», и нас стирают. Три выживших сознания получают от Архивариуса страшное знание о «Великом фильтре» и истинном назначении пирамид. Чтобы спасти вид, они должны взломать код допуска и постро…
Человечество — не первая цивилизация на Земле. Мы — «Плесень», и нас стирают. Три выживших сознания получают от Архивариуса страшное знание о «Великом фильтре» и истинном назначении пирамид. Чтобы спасти вид, они должны взломать код допуска и постро…
Что, если однажды мир признает в вас того, кем вы никогда не стремились быть? Что, если ваша инаковость — не плод воображения, а пугающая реальность, способная заставить служителя Бога рухнуть на колени?
Эта история начинается с простого решения — пр…
Что, если однажды мир признает в вас того, кем вы никогда не стремились быть? Что, если ваша инаковость — не плод воображения, а пугающая реальность, способная заставить служителя Бога рухнуть на колени?
Эта история начинается с простого решения — пр…
Этот рассказ — пронзительная история о силе материнской любви, способной победить любой страх и холод. Это гимн самопожертвованию, где простой поход за дровами становится актом героизма, согревающим не только тело, но и душу.
Этот рассказ — пронзительная история о силе материнской любви, способной победить любой страх и холод. Это гимн самопожертвованию, где простой поход за дровами становится актом героизма, согревающим не только тело, но и душу.
### Аннотация к рассказу
Эта история — пронзительная исповедь советского инженера, чья жизнь разделилась на «до» и «после» распада великой страны. В первой части он с ностальгией вспоминает эпоху энтузиазма и великих свершений, когда работа над косми…
### Аннотация к рассказу
Эта история — пронзительная исповедь советского инженера, чья жизнь разделилась на «до» и «после» распада великой страны. В первой части он с ностальгией вспоминает эпоху энтузиазма и великих свершений, когда работа над косми…
Что, если «Я» — это всего лишь канал связи?
Филипп привык слышать голос, который спасает ему жизнь. Он называет его интуицией. Но что, если это не внутренний дар, а внешняя директива? Что, если ваш мозг — лишь антенна для разума, для которого человеч…
Что, если «Я» — это всего лишь канал связи?
Филипп привык слышать голос, который спасает ему жизнь. Он называет его интуицией. Но что, если это не внутренний дар, а внешняя директива? Что, если ваш мозг — лишь антенна для разума, для которого человеч…





















