Морта

– Я не двигаюсь. Просто это какое-то недоразумение…

– Что…

Договорить старик не успел. Антон резко схватил ствол, дёрнул его вверх и одновременно ударил коленом в солнечное сплетение.

Из груди старика со свистом вышел воздух. Он согнулся, и в ту же секунду Антон вырвал оружие из его рук и направил дуло ему в лоб.

– Не двигайся. Пристрелю, – сказал он ровным холодным голосом.

Старик медленно поднял руки и спокойно усмехнулся. Во взгляде не было ни страха, ни покорности. Антон сразу понял, что стоит хоть немного ослабить хватку, и охранник тут же попытается броситься на него снова.

– Кто ты такой, пацан? Кто тебя сюда заслал?

– Закрой рот.

Не опуская оружия, Антон начал обходить его по дуге.

– В комнату. Быстро.

Старик медленно опустил правую руку и приоткрыл дверь. Двигался он осторожно, явно выжидая момент.Переступив порог, так же неторопливо вошёл внутрь.

Антон держал дистанцию и молчал.Когда охранник дошёл до середины комнаты, Антон вошёл следом и ногой прикрыл дверь.Нужно было действовать, пока тот не додумался закричать.

– Ну? И что теперь? Убьёшь меня? – спокойно спросил старик, повернувшись к нему.

– Если не поможешь, придётся. Где находится ферма?

– Какая ещё ферма? – он удивлённо приподнял брови и усмехнулся. – Не знаю, о чём ты.

«Врёт», – сразу понял Антон.

– Знаешь, пацан, ты себе большую яму выкопал.

Антон и сам это понимал. В голове быстро мелькали варианты, но ни один не выглядел хорошим.

– И что ты сделаешь, если я сейчас закричу? – спросил старик уже громче, медленно опуская руки.Антон закинул ружьё за спину и резко бросился вперёд. Одной рукой вцепился старику в горло, второй зажал рот.Несмотря на возраст, охранник оказался сильным. Он дёрнулся, попытался вырваться и несколько раз тяжело ударил Антона по рёбрам и животу.

На тренировках по рукопашному тренер постоянно повторял, что в драке насмерть нельзя думать слишком долго. Нужно бить – резко, быстро и до конца.Антон всегда действовал иначе. Даже сейчас, сцепившись со стариком в тесной комнате, он слишком старался всё контролировать вместо того, чтобы просто сломать человеку шею.

– Где ферма?! – прошипел он, обхватив противника сзади.

– Не знаю.

– Это твоё последнее слово? – Антон сильнее сжал руку у него на шее.

– Да не знаю я… Где-то у большой воды…

– Кого там держат?

Старик почти перестал сопротивляться. Тело обмякло, дыхание стало рваным, но Антон хватку не ослабил. Это вполне мог быть очередной трюк.

– Оружие… – сипло выдохнул старик.

– Ты знаешь Лагерту Орлову? Она там?

– Не зна…

Старик вдруг жадно хватил воздух ртом и задёргался сильнее, будто задыхался.Антон резко отпустил его и толкнул к окну. Охранник упал, закашлялся, опираясь руками о пол. Из разбитой губы потекла кровь. Казалось, он едва держится на ногах. Но уже в следующую секунду резко рванулся вперёд и сорвался на хриплый крик.

Антон встретился с ним взглядом: в этих глазах было что-то хищное, звериное, от чего по спине прошёл холод. Он замешкался всего на секунду, но этого хватило, чтобы получить удар в пах.

От боли резко скрутило, внутри всё разом сжалось в тугой узел. Из лёгких вышел воздух, а тело на секунду перестало слушаться. Антон попытался сгруппироваться, но не успел. Старик сбил его на пол и навалился сверху.Антон увернулся от первого удара, но второй и третий пришлись в верхнюю часть скулы. Боль резко отдала в висок, перед глазами на миг потемнело, кожу обожгло жаром, а по щеке потекла тёплая кровь из рассечённого места.

Старик вытер рот ладонью, размазав кровь по лицу, и той же рукой вцепился Антону в горло, сжимая всё сильнее.

Антон попытался ударить его снизу, но пожилой избранный ловко уходил от каждого замаха. Тогда парень резко сменил тактику. Обеими руками обхватил руку, которая его душила, и попытался сбросить её. Но пальцы старика вцепились намертво.

– Твои же приёмы против тебя, пацан. Кто тебя учил? – хрипел он, продолжая давить.

Кислорода становилось всё меньше. Перед глазами уже начинали плыть цветные пятна.

«Ну раз играем по-грязному» – мелькнуло в мыслях Антона.

Собрав остатки сил, он резко рванул тазом вверх и врезал коленом старику в пах. Тот дёрнулся, хватка сразу ослабла, и Антон тут же ударил его кулаком в лицо. Старика отбросило в сторону. Он тяжело рухнул на пол. Не давая противнику опомниться, Антон сразу скользнул тому за спину и взял шею в захват.

Локтевой сгиб плотно прижался к горлу, перекрывая сонные артерии.

– Не дёргайся, – прошипел Антон сквозь зубы, усиливая давление.

Он считал про себя.Один. Два. Три…

Старик хрипел, царапал его руки, пытался разжать захват, но Антон держал намертво.Четыре. Пять. Шесть…

Тело под ним резко дёрнулось и обмякло.Антон сразу разжал руки и отпрянул, тяжело дыша.Выждав секунду, он наклонился к старику и прижал пальцы к шее, пытаясь нащупать пульс.

Ничего.

Антон надавил сильнее, сменил точку, проверил ещё раз.

Тишина.

Старик лежал на боку с раскинутыми руками, уткнувшись щекой в пол. Куртка сбилась, одна нога осталась неестественно подогнутой, а голова была вывернута набок.

«Чёрт…»

Антон застыл, глядя на неподвижное тело.

Глава 31

Книга Борьбы. Том III. Глава II. О Законе Тишины и Обете Братства

Из трудов Пророка Монакая.

И да будет сердце Избранного закрыто для мира, как ковчег, затворённый в день великого Потопа, ибо знание есть оружие, и в руках неверных оно обращается в клинок, поражающий не врага, но брата.

Сказано, что не дозволено Избранному говорить с неочищенными о Пути, ни о Пристанище, где пребывают Верные, ни о Битве, что грядёт и уже начинается, ни об Орудии, дарованном нам для сокрушения Тьмы, ни о самой Тьме, ибо она ходит меж людей, и многие, сами того не ведая, стали её отражением.

Они суть ухо Бездны, глаз Пустоты и сосуд Лжи, и потому разглашение сокровенного карается отлучением от Собрания, изгнанием из круга Света и умерщвлением души, дабы она не стала обителью Тени.

Лишь единожды даётся Избранному великое испытание, и если Тьма коснётся его хотя бы тенью мысли или полусловом на дыхании, то уже поражён он, и путь его падёт в безмолвие.

Ибо верность есть не выбор, но печать, высеченная на духе и отличающая сына Света от дитя Тьмы.

Величайшая же измена состоит в том, чтобы узреть Зло и признать его своим, ибо нет удара страшнее, чем не клинок врага, но объятие, принесшее Тьму.

Глава 32

В выходные вечерами в общежитии становилось непривычно тихо. Избранные расходились по домам, а заинтересованные либо сидели в столовой, либо запирались у себя в комнатах. К семи вечера, когда за окнами начинало темнеть, заняться было уже нечем.

Далида сидела на кровати, поджав ноги, пила компот и листала потрёпанную книгу. Морта зевала и возилась с пододеяльником, пытаясь наконец нормально запихнуть внутрь одеяло.

– Рано ты сегодня спать собралась.

– Ночью плохо спала.

– Влюблённым, как говорится, сон не видан, – протянула Далида с улыбкой.

– Или тем, у кого соседка храпит, как медведь. Я хоть усну спокойно. Не буди меня.

Далида только равнодушно пожала плечами и снова уткнулась в книгу.

Морта натянула одеяло до подбородка и замерла. Обычно она долго не могла уснуть: прислушивалась к каждому шороху, к скрипу пола в коридоре, к редким шагам за стеной. Но сегодня усталость оказалась сильнее.

Через несколько минут её дыхание стало ровным.

– Эй!

Морта дёрнулась и резко открыла глаза.

– Я же просила…

– Твой верный пришёл, – перебила Далида и стянула с неё одеяло. Морта сразу подскочила на кровати и уставилась на дверь.

Из коридора доносился настойчивый нетерпеливый стук.

Далида вернулась на кровать и положила книгу на колени. На тумбочке рядом мигали зелёные цифры электронных часов: 19:47. Морта сдержанно выдохнула, сбросила одеяло и накинула выданный Фондом белый шёлковый халат – слишком нарядный, но на удивление удобный. Подойдя к двери, она приоткрыла её и сразу оставила только узкую щель.

– Младший брат Ян, что заставило тебя стучать в такой час?

– Что?! – растерянно прошептал Антон, стоя в проходе и время от времени поглядывая в сторону лестницы.

Только теперь Морта заметила тонкую струйку свежей крови, стекавшую у него по виску.

– Подожди у входа. Я переоденусь. Не в пижаме же опять идти.

– У какого входа? Там полно… – начал Антон, но договорить не успел.

Морта захлопнула дверь прямо у него перед носом.

На губах мелькнула короткая самодовольная улыбка. Она посмотрела на Далиду, но та уже снова уткнулась в книгу.Тихо напевая мелодию, которую крутили в столовой, Морта подошла к шкафу и распахнула дверцу.Белое платье и балетки лежали на средней полке. Она вытащила их и зажала подмышкой.

– Переоденусь в туалете, – сказала Морта, открывая дверь.

– Да хоть в кустах, – бросила Далида, не отрываясь от книги.

– Не завидуй, – фыркнула Морта и закрыла за собой дверь с лёгким щелчком.

Антон всё ещё стоял в коридоре, напряжённо поглядывая по сторонам, словно ждал, что из любой комнаты сейчас кто-нибудь выйдет. Морта молча подошла к нему, схватила за галстук и потянула за собой в сторону женского туалета.

Оказавшись внутри, она быстро заглянула в кабинки. Пусто. Морта коротко кивнула и жестом показала Антону заходить.

– У нас мало времени, – сказала она, запирая дверь. – Что ты натворил?

– Кажется… я убил человека, – едва слышно ответил Антон.

Он смотрел на Морту широко раскрытыми глазами.

– Хорошо.

– Что? – растерянно переспросил он.

Морта ничего не ответила.

Она шагнула ближе, снова ухватила его за галстук и без лишних слов потащила к раковине.

– Умывайся. Скоро сюда кто-нибудь зайдёт.

По скуле Антона медленно стекала кровь с рассечённого виска и уже подбиралась к воротнику белой рубашки.Он включил холодную воду, наклонился и подставил лицо под струю.Морта тем временем выскользнула из туалета и двинулась по коридору обратно к комнате. Соседка уже застилала постель, книга, которую та читала, лежала на тумбочке.

Морта на секунду задержала взгляд на обложке: «Как не пустить Зло в свой дом». В уголке её губ мелькнула усмешка.

– Я за косметичкой.

Далида лишь равнодушно пожала плечами.

Морта едва слышно постучала, и дверь почти сразу открылась. Антон даже не спросил, кто там. Он молча развернулся, подошёл к раковинам и тяжело опустился на пол, присев под одной из них.

– Я должен выйти из операции.

– Константин говорил, что ты любишь рубить с плеча, – сказала Морта, садясь рядом. Она внимательно посмотрела на его лицо. Кровь у виска наконец перестала течь, но рассечённая кожа всё ещё оставалась ярко-красной.

Морта открыла косметичку и начала перебирать содержимое. Через пару секунд достала розовую помаду и маленькое зеркало.

– Я реалист.

Морта открыла тюбик и аккуратно провела помадой по губам.Потом молча взяла Антона за подбородок и повернула его лицо к себе.

– Что ты делаешь?

– Спасаю твою шкуру, – ответила Морта. Она наклонилась и быстро поцеловала его в уголок губ.

– У меня девушка есть, – тихо сказал Антон, отворачиваясь.

– А у меня верный, – бросила она и снова полезла в сумку.

В этот момент кто-то резко дёрнул ручку. Потом ещё раз. Следом постучали.

– Сейчас! – крикнула Морта.

Она достала консилер и спонж, после чего подвинулась ближе к Антону.

На виске всё ещё оставалась яркая краснота вокруг рассечённой кожи.

– Не дёргайся.

Морта выдавила немного консилера и быстрыми уверенными движениями начала замазывать следы удара и подсохшую кровь. Закончив, она убрала спонж, провела ладонью по его волосам и зачесала их на одну сторону, прикрывая место удара.

– Эй! Ты скоро? – снова дёрнули ручку.

– Почти, – громко ответила Морта, не отрывая взгляда от Антона. – Не идеально, но сойдёт. С твоим ростом это вряд ли будут долго разглядывать.

Косметичку она убрала в тумбочку возле раковин, машинально отметив, что будет неприятно, если её кто-нибудь стащит.Помимо косметики, в потайном отсеке лежал набор остро заточенных метательных ножей.

Одним движением Морта скинула с себя халат и осталась в белье.Антон тут же отвернулся, уставившись в стену с таким напряжением, будто пытался прожечь в ней дыру.

Морта спокойно надела белое платье, сунула ноги в балетки и поправила подол. Смятую пижаму она быстро убрала в ту же тумбочку и захлопнула дверцу. Потом выпрямилась, подошла к Антону, взяла его за руку и сказала:

– А теперь улыбайся.

Она распахнула дверь и сразу наткнулась на три взгляда.

Две заинтересованные переминались у входа, а Майя стояла чуть в стороне, прислонившись к стене и нервно постукивая пальцами по локтю.

Увидев Морту, она заметно расслабилась и уже собиралась что-то сказать, но тут следом вышел Антон.

Помятый, напряжённый, с неестественной улыбкой на лице.

Майя сразу замолчала.

– Я потом всё объясню, – быстро сказала Морта и приложила палец к губам.

Не дожидаясь реакции, она крепче схватила Антона за руку и увлекла за собой к чёрному выходу.

Глава 33

Они спустились по запасной лестнице, по которой Антон часом ранее пробрался в женское крыло общежития. Снаружи уже стемнело. Между корпусами лежали густые тени, и в темноте можно было спокойно остаться незамеченными.

По знакомому пути Антон вывел Морту к окну на заднем фасаде. Именно сюда он выбросил тело старика.

– И где?

– Он должен был быть здесь, – прошептал Антон, оглядывая задний двор.

Телефоны в Фонде были запрещены, поэтому подсветить землю было нечем. Только фонарь возле тропинки тускло освещал небольшой клочок земли в нескольких метрах от них.Антон щурился, пытаясь разглядеть траву под окном. Он надеялся увидеть кровь, следы ног или примятую траву.

– Может, ты перепутал дом? – спросила Морта, сбрасывая балетки.Она осторожно провела босой ногой по земле в том месте, где, по словам Антона, должно было лежать тело.

Морта провела ступнёй ещё раз и только после этого быстро натянула носки обратно. Ткань осталась чистой.

– Нет. Пойдём отсюда. Здесь опасно.

Она сунула ноги в балетки и поспешила за Антоном. Они отошли дальше от корпуса и скрылись за густыми кустами сирени.На улице стояла тревожная тишина. Парк и площадь, где обычно кто-нибудь ходил даже поздно вечером, сейчас пустовали.

– Ты готовил алиби?

– Я вышел в туалет во время работы в библиотеке. Меня могла видеть только Анна, но она читала…

– Уверен, что читала?

– Нет, – после короткой паузы ответил Антон.Он напряжённо всматривался в темноту. Кусты, дорожки и деревья сливались в сплошной вязкий сумрак.

– Давай осмотримся. Может, он отполз, – сказал Антон, не сводя взгляда с темноты. – Если вообще выжил.

– Лучше бы не выжил.

Антон никак не отреагировал.Он двинулся вперёд, присел и бесшумно скользнул к следующему кусту сирени.Морта пошла за ним обычным шагом, её миниатюрный силуэт и так почти растворялся в темноте.

Внезапно Антон замер и быстро перехватил её за запястье.

– Вон там.

Он указал на раскидистую иву. В тени под деревом лежал человек.

Издалека могло показаться, что он просто прилёг отдохнуть: вытянулся на спине, руки лежали вдоль тела, лицо было обращено к небу.Но чем ближе они подходили, тем ярче лунный свет выхватывал из тьмы детали, от которых кровь стыла в жилах.

Антон заставил себя посмотреть. Старик лежал на спине, с открытыми глазами, в неестественной позе, далеко от того места, где его оставили. В лунном свете белки казались налитыми кровью, а из полуоткрытого рта тянулась тонкая засохшая полоска.

– Он ещё тёплый, – сказал Антон, просовывая руку под воротник и ощупывая шею.

– Его кто-то оттащил? Или он сам дополз?

Антон не ответил. Только нахмурился и снова наклонился к телу. Он осторожно задрал рукав на запястье старика и приложил пальцы, пытаясь ещё раз нащупать пульс.

Ничего.

– Его нужно утащить в поле, – тихо сказала Морта, уже прикидывая, как удобнее взяться за тело.

– Подожди. Иногда пульс почти не чувствуется… – Антон не отводил взгляда от старика, будто всё ещё ждал, что тот вдруг откроет глаза.

– Тогда надо добить, – произнесла Морта тем самым тоном, по которому невозможно было понять, шутит она или говорит всерьёз.

Рядом с телом что-то тускло блеснуло. Антон пригляделся и заметил небольшой стеклянный флакон. Он поднял его и слегка встряхнул. Внутри что-то перекатилось и звякнуло.

– Дай мне, – Морта протянула руку.

Она поднесла флакон ближе к глазам и медленно повернула его в пальцах, пытаясь рассмотреть содержимое сквозь мутное стекло.

– Это надо показать Константину, – сказала она и убрала флакон в карман. – Ладно, пош…

– Нет. Нужно подумать, – перебил Антон чуть громче, чем собирался.Они оба сразу притихли и невольно переглянулись.

Ива росла в стороне от особняка, а кусты сирени хорошо скрывали их со стороны дорожек. Но поле оставалось открытым. Иногда там проходили люди, задержавшиеся после работы. Но сейчас кругом стояла мёртвая тишина. Даже сверчки не стрекотали.

Антон что-то невнятно пробормотал и снова опустился рядом. Он ещё раз попытался нащупать пульс. Ничего. Пальцы едва заметно подрагивали. Антон убрал руки в карманы и попытался собраться с мыслями.– Может, на первое время получится выдать за самоубийство?

– С элементами мазохизма, – усмехнулась Морта.Не наклоняясь, она носком балетки повернула голову старика в сторону Антона. Шея безвольно качнулась, будто позвоночник под ней превратился в труху.

Он замер и поднял на неё взгляд.

– Кто-то закончил твою работу.

До Антона не сразу дошёл смысл этих слов. Он ещё несколько секунд смотрел на старика. На его лицо, запрокинутое к небу. На открытые глаза, в которых застыло чужое отражение.

– Уходим, – сказала Морта.

Она первой двинулась прочь от ивы. Антон поднялся не сразу. Последний раз оглянулся на тело и пошёл следом.До общежития они добрались молча, тёмными тропами в обход главных дорожек. На полпути Морта замедлила шаг и, не оборачиваясь, негромко бросила:

– Хорошо, что Фонд экономит электричество в борьбе со Злом.

Антон не ответил.

Только у чёрного входа в общежитие, где их вряд ли могли услышать, он остановился и сполз по стене на корточки, всё ещё не в силах унять дрожь.

Морта стояла рядом, прислонившись плечом к холодному кирпичу, и молча ждала.

– Ты никогда не убивал людей? – спросила она наконец.

– Нет… А ты?

– Один раз.

– Всего один? Серьёзно? – нервно усмехнулся Антон.

Морта только пожала плечами.

– Завтра передам письмо Константину. Может, он что-нибудь придумает.

– Нельзя, – выдохнул Антон и стукнулся затылком о стену. – Меня к чёрту уволят и посадят. Я убил человека…

На секунду он снова почувствовал себя мальчишкой – беспомощным, загнанным в угол. С каждым вдохом становилось только хуже.Морта села рядом на корточки. Несколько секунд они просто смотрели в темноту.

– Нашёл что-нибудь ценное в доме?

Антон покачал головой.

– Там даже кровати нет. Вообще ничего. Теперь понятно, почему охрана была такой слабой.

В голосе звучала глухая досада. Морта хмыкнула.

– Включай голову. Он сам себя убил или ему кто-то помог. Как тебя только взяли, ты же бесполезен.

Она поднялась, отряхнула ладони и посмотрела на него сверху вниз.

– Вставай. Пора возвращаться.

Глава 34

– О чём задумался?

Антон оторвал взгляд от почти пустой чашки кофе и поднял глаза.

Рядом со столом стояли Майя и Морта с подносами.

– Не выспался. Смотри, какой бледный.

– Вижу, – мягко сказала Майя.

Она наклонилась, быстро чмокнула его в щёку и оставила на коже след розовой помады. Она наклонилась, быстро чмокнула его в щёку и оставила на коже след розовой помады. Антон рассеянно провёл пальцами по щеке и вопросительно взглянул на Морту. Та сделала вид, что ничего не заметила.

– Чем же ты занимался всю ночь?

Майя села рядом с Антоном, а Морта устроилась напротив.

Её зелёные глаза сегодня казались ярче обычного, но где-то в глубине всё равно оставалась знакомая пустота. На мгновение Антону даже показалось, будто он увидел в ней собственное угрюмое отражение.

– Чего вы такие довольные?

Морта ничего не ответила. Только улыбнулась и едва заметно кивнула в сторону соседнего столика. Потом медленно покачала головой. Пока Майя возилась с бутылкой компота, Антон осторожно повернул голову и заметил, что сосед по комнате внимательно наблюдает за ними.

– Давай помогу, – сказал Антон.

Он аккуратно забрал у Майи бутылку и одним движением открутил крышку.

– Спасибо, мой Халк! – рассмеялась она, обняла его одной рукой и поцеловала в висок.

На первый взгляд всё было как обычно. Люди завтракали, переговаривались, кто-то смеялся, кто-то лениво ковырялся в тарелке.И всё же ощущение чужих взглядов никуда не исчезало.

Антон слышал разговоры вокруг, звон посуды, чей-то смех, но внутри всё равно сидело липкое чувство, что за ним постоянно наблюдают.Когда он поднялся из-за стола, шум вдруг показался тише.В столовой стало непривычно спокойно, хотя Антон уже не понимал, действительно ли люди замолчали или их голоса заглушал звон, оставшийся в ушах со вчерашнего дня.

«Они просто ждут удобного момента меня повязать», – пронеслось у него в голове.

И словно в подтверждение этой мысли главные двери столовой распахнулись.

Внутрь вошла группа мужчин, и Антон сразу узнал среди них старшего брата Милоша. В руке он держал трость из тёмного дерева с металлическим набалдашником, но почти не опирался на неё при ходьбе.

Мужчины остановились у входа и молча оглядели зал.На несколько секунд повисла тяжёлая тишина.

Потом Милош сделал шаг вперёд, поднял голову и заговорил громким, чётким голосом:

– Избранные и заинтересованные во спасении мира, прошу внимания. Через десять минут объявляется общий сбор на главной площади. У меня есть сообщение, которое касается всех.

Голос разнёсся по столовой, и люди сразу начали оборачиваться. Через несколько секунд все уже поднимались со своих мест и тянулись к выходу.Антон не двинулся. Он продолжал смотреть на Милоша. Тот стоял неподвижно, глядя куда-то поверх чужих голов.

Кто-то осторожно дёрнул Антона за рукав. Он опустил взгляд и увидел Морту. Она даже не посмотрела на него и уже шла к выходу вслед за Майей. В столовой почти никого не осталось. Только несколько человек всё ещё стояли у столов с недопитым компотом в руках.

Среди них был и сосед Антона. Проходя мимо, Антон краем глаза заметил, как тот спокойно поставил стакан на стол и направился следом за остальными.

Глава 35

Ночью они с Мортой тайком пересекали эту площадь по пути к общежитию.Сейчас же здесь собралось около сотни человек. В основном взрослые и пожилые избранные. Мужчин было заметно больше, а вот женщин, особенно молодых, почти не встречалось. Большинство лиц Антон уже видел раньше, и новых девушек среди собравшихся почти не оказалось.

Они остановились в первых рядах перед низкой деревянной сценой. Зелёные кулисы по краям слегка колыхались на ветру. Справа подошли две девушки – те самые, что увидели Антона с Мортой. Они приветливо кивнули, перекинулись парой фраз и тихо захихикали, поглядывая в его сторону. Майя, не обращая на них внимания, шагнула вперёд, встала между Антоном и Мортой и попыталась взять его за руку. Антон машинально выдернул ладонь.

Матушка Надья всё это время наблюдала за площадью со сцены. Она сидела в тени на простом деревянном стуле, а перед ней стояли три микрофона. Антон чувствовал её взгляд даже боковым зрением.

Когда из-за кулис вышел Милош, Надья поднялась, подошла к нему, они обменялись несколькими словами и вместе вышли ближе к краю сцены.

– Приветствую вас, уважаемые избранные, пожилые и молодые, а также заинтересованные во спасении мира, – начал Милош громким уверенным голосом.

– К сожалению, сегодняшний день оказался недобрым, – продолжила матушка Надья. – Один из наших, пожилой избранный Булат, не вернулся домой после дневного дежурства.

Она ненадолго замолчала и медленно обвела взглядом площадь. Люди начали переглядываться.

– Если кому-то известно, где он может находиться, или если вы видели подозрительных людей, которые могли быть причастны к его исчезновению, прошу сообщить об этом. Я не исключаю, что здесь замешано Зло.

Кто-то ахнул, кто-то начал настороженно оглядываться по сторонам, всматриваясь в чужие лица.Майя молча взяла Антона за руку, словно пытаясь найти в нём опору. На этот раз он не стал её отдёргивать. Сердце колотилось так громко, что казалось, его слышат все вокруг.