Морта

На этот раз Антон выбрал для укрытия кусты боярышника у забора. Шипы впивались в ноги и руки и оставляли мелкие царапины, однако это помогло Антону сохранять связь с реальностью. Голова перестала кружиться, постепенно пропадали тошнота и слабость. Или же действие красной жидкости подходило к концу.

Особняк Монакая теперь охраняли по меньшей мере четыре человека. Двое мужчин в возрасте стояли у входа, якобы занятые своими делами. Первый рубил дрова. Делал он это неуклюже и явно без особого усердия, но за всё время ни разу не отвлёкся от своего поста. Антон решил учитывать прошлые ошибки и не недооценивать их. Второй охранник сидел на кресле-качалке и читал книгу, вероятно, труды Монакая.

С третьим и четвёртым всё было куда сложнее. Они ходили вокруг особняка, заглядывая в окна и осматриваясь по сторонам. Один обход занимал примерно две минуты. Если поделить маршрут на двоих, то оставалось слишком мало времени, чтобы Антон мог пробраться внутрь.

Это оказалось не всё. Как минимум два силуэта он заметил в окнах первого этажа, а сколько охранников было на втором, и предположить не мог: весь второй этаж был закрыт шторами со стороны фасада и боковых стен. Возможно, и тыльная сторона тоже. Тогда с неё, как и в прошлый раз, будет проще всего пробраться. Если, конечно, получится отвлечь хотя бы одного охранника на обходе.

***

Освещение сцены и площади включалось очень редко. В таком случае где-то должен быть отдельный дизель-генератор или что-то наподобие. В закрытом помещении или, может, под самой сценой.

Антон сидел на лавочке под деревом рядом с пожилым избранным. Они не обращали друг на друга внимания. На площади постепенно собирался народ, хотя до обеденного перерыва еще было десять минут. Если он и дальше будет сидеть здесь, скоро незаметно пробраться не получится. Шансы были не на его стороне, как и время. Но если ничего не предпринять, он так и застрянет здесь без информации. Где бы ни была сейчас Морта, она знает больше него.

– Хорошего вам дня, – Антон поднялся, и не оборачиваясь ушёл.

– И вам тоже, – донеслось ему вслед.

Оставалось надеяться, что при допросе старик хотя бы вспомнит его вежливость.

Антон не пошел на площадь, вместо этого обошел сцену по тропинке, делая вид, что гуляет. По пути около дерева заметил грабли для листвы и, осмотревшись, взял их. Возможно, он был слишком осторожным и на него вовсе никто не обращал внимания, но ошибиться было нельзя. Зайдя за сцену, он пробежался глазами в поисках двери и обнаружил проход возле группы избранных, которые болтали в кругу. Антон был разочарован. Он надеялся, что хотя бы хлипкая дверь даст ему немного времени. Теперь же ему придется действовать быстро.

Антон сделал нейтральное лицо и ускорил шаг. Грабли взял повыше в левую руку, чтобы избранные увидели сначала их. На занятиях по социальной инженерии их учили работать по ситуации.

Получилось. По крайней мере никто его не окликнул, а значит, все решили, что так и должно быть. Антон огляделся. В темном углу он заметил что-то, похожее на генератор.

Хоть в чём-то ему повезло.

Антон достал из заднего кармана спички и зажег одну. Наклонился, провёл ладонью по холодному металлу и почти сразу почувствовал резкий запах бензина. Сверху находился металлический прямоугольный бак. Освещая пространство перед собой спичкой, другой рукой он открутил крышку. Запах стал резче. Тогда Антон отступил на шаг и со всей силы ударил генератор ногой. Он завалился на пол, бензин струйкой растекся по деревянному полу. Осторожно обойдя лужу, Антон встал у прохода.

Бала сегодня не будет.

Почти догоревшая спичка полетела на пол. Не оглядываясь, Антон развернулся и вышел. Отдалившись на двадцать шагов, он услышал первые крики.

Глава 64

Заняв удобную позицию у знакомых кустов позади особняка, Антон напряжённо наблюдал, как к дому подбежала женщина и начала звать на помощь. Видимо, всё прошло по плану и пожар уже успел разгореться. Но уже через минуту он с разочарованием увидел, что вместе с женщиной ушёл только один охранник.

Оставшийся патрульный ходил в том же темпе, однако у правой стены неизменно замедлял шаг и смотрел на дым, поднимавшийся над сценой. По подсчётам Антона, у него было не больше двух с половиной минут, чтобы взломать замок, осмотреться и проникнуть внутрь. Даже на экзаменах ему не ставили таких сложных условий.

Антон встал в позицию низкого старта. Как только охранник зашел за угол, он рванул к дому, пригнувшись.

Один, два, три, четыре… На десятой секунде он оказался у нужного окна и осторожно заглянул внутрь. Коридор был пустым.

Двадцать один, двадцать два…

Заколка скользила по сухой коже пальцев. Он попытался отогнуть одну часть, однако она с треском отлетела и осталась в руке. Выругавшись, он крепко сжал оставшуюся часть в двух пальцах, выпрямился и подтянулся к замку, держась за подоконник.

Семьдесят пять, семьдесят шесть, семьдесят семь…

Замок не поддавался. Старый и ржавый механизм застрял на полуобороте и не хотел двигаться дальше. Антон медленно пытался провернуть механизм, боясь окончательно сломать заколку.

Сто тридцать один, сто тридцать два… Неужели нельзя было взять нормальную отмычку?

Антон выругался и пригнулся к земле. Поздно, время вышло. Оглядевшись по сторонам, он побежал к знакомым кустам.

Охранник появился из-за угла быстрее, чем Антон успел пригнуться. Прячась за кустами, он уже готовился рвануть в сторону от особняка и инстинктивно прикрыл лицо ладонью. Прошло несколько секунд, но кроме пения птиц он не слышал ничего. Чуть вытянувшись, он увидел спину охранника, скрывающуюся за углом.

Не выжидая ни секунды, Антон бросился вперёд. Снова заглянув в окно и убедившись, что внутри по-прежнему никого нет, он крепче сжал заколку между пальцами, вставил в механизм замка и прокрутил полный оборот. Замок тихо щёлкнул.

Зажав заколку между губами, он упёрся двумя руками о раму и оттолкнул её вверх. Та со скрипом поднялась примерно на тридцать сантиметров. За время жизни в поселении он заметно похудел, и теперь это оказалось кстати.

На этот раз Антон не стал снимать обувь. Найдя опору в кирпичном фундаменте, он подтянулся на руках и пролез внутрь, тут же закрыв за собой окно. Через десять секунд промелькнул затылок охранника.

Глава 65

Сидя на корточках, Антон прислушивался к каждому звуку. Первое, что привлекло его внимание, – открытая дверь в конце коридора. В прошлый раз она была закрыта. Оттуда доносились шум воды, звон посуды и негромкие шаги по деревянному полу. Там явно кто-то был. И чтобы попасть на лестницу, ему нужно было пройти мимо этой двери.

Выжидать было опасно. Пригнувшись, Антон двинулся вперёд. Вода перестала течь, к звукам добавилось тихое посвистывание, а потом громкий женский кашель. Остановившись перед проходом, Антон пытался подобрать момент. Заглядывать он не решался: если женщина стояла лицом к двери, она сразу его заметит. Оставалось по шагам и звукам догадываться, что она делала. Если бы сейчас опять включился кран, Антон не раздумывая перебежал бы. Но в комнате всё стихло.

В любой момент кто-то мог спуститься с лестницы, охранник – зайти в дом или эта женщина – выйти из кухни в туалет.

Антон выпрямился. Если и идти сейчас, то сделать это уверенным и быстрым шагом. Досчитав до трех, он сделал шаг и боковым зрением заметил женщину, которая стояла к нему спиной и смотрела в окно. Облегченно выдохнув, он пошёл дальше и почти что столкнулся лицом с другой женщиной, выходившей из только что открывшейся двери.

Женщина испугалась не меньше, чем Антон. Она попятилась обратно в туалет, а он шагнул следом. Вытаращив глаза и быстро дыша, Антон упёрся руками в стену по обе стороны от неё, не давая выйти.

– Молчи, а то убью, – хриплым голосом прошептал он, склонившись над ее ухом.

Пока она не пришла в себя от шока, Антон отошел и закрыл дверь. Они остались в туалете наедине.

– Как ты сюда…

– Сколько людей в доме? – перебил Антон, возвращаясь к ней. Это была женщина лет сорока, с гладким лицом и уже седыми волосами. На голове был повязан белый платок, такие обычно носили женщины, которые работают в поле. Возможно, на время приезда Монакая она работала здесь.

– Т-трое… И я.

– Четверо, значит. Где остальные?

– На кухне одна. И в кладовой собирает вещи… На первом. И я.

– Где Монакай?

– На втором эт-таже, в своей комнате.

– Какая дверь?

– Напротив лестницы.

Антон отстранился, не сводя с нее взгляд. Он понимал, что сидеть тут и ждать его она не будет. Как только он уйдет, она приведет охранников с улицы. Но что делать с ней дальше, он не знал.

Они молча стояли и смотрели друг на друга. В какой-то момент Антон понял, что не сможет её убить. И, кажется, она тоже это поняла. Он видел, как она набрала воздух, широко раскрывая рот, готовая в следующую секунду закричать во весь голос.

Антон рванулся вперёд и зажал ей рот и нос ладонью, одновременно обхватив женщину второй рукой. Она вырывалась, била его ногами и локтями, пытаясь оттолкнуться от стены и повалить его на пол. Антон зашёл ей за спину, не отпуская. Одной рукой он по-прежнему закрывал ей рот и нос, другой пытался удержать возле себя. Но так долго продолжаться не могло. Он на мгновение ослабил хватку, чтобы перехватить её за шею. Женщина тут же ударила его локтем под рёбра и обеими руками вцепилась в ладонь, закрывавшую ей рот. Надо отдать ей должное – силы в ней было немало. Но против Антона, который был на голову выше и гораздо сильнее, этого оказалось недостаточно. Через несколько секунд она обмякла на его руках. Указательным и средним пальцем Антон нащупал пульс на шее. Она была жива, только без сознания.

Если он всё сделал правильно, времени у него оставалось совсем немного. Увидев на батарее половую тряпку, он схватил и разорвал ее на три части. Одной полосой связал ей ноги, другой руки. У её лица он замер, сжимая в руке вонючую тряпку. Оглядевшись по сторонам, Антон не нашел больше ни одной подходящей вещи, чтобы заткнуть ей рот. Времени почти не осталось. Ничего лучше не придумав, он снял с себя белую футболку, одним рывком отодрал ее нижнюю часть в области живота и перетянул рот.

Последний раз проверив пульс и убедившись, что женщина жива, Антон встал и подошел к двери, прислонившись ухом. Шагов в коридоре не слышалось. Он осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу. С кухни доносились шум воды и громкое насвистывание. Плотно прикрыв дверь за собой, он повернулся к лестнице и поставил ногу на край первой ступеньки у стены. Как и в прошлый раз, она не скрипнула. Он осторожно поднялся по лестнице.

Впереди была та самая комната, в которой в прошлый раз он почти убил пожилого охранника. А после под окном этой комнаты его кто-то добил. Сейчас же первое, что он заметил, были занавески и тюль, на фоне которых стоял темный силуэт лицом к окну. Он медленно двинулся вперёд, но половица перед проходом скрипнула. Монакай медленно обернулся и с доброжелательным выражением лица указал рукой вглубь комнаты.

– Чемоданы уже собраны.