Морта

– Я знаю, кто это! – выкрикнул кто-то за спиной.

Антон резко обернулся. Сосед по комнате смотрел прямо на него.

– Избранный Кирилл, вы хотите что-то сказать? – спокойно спросила матушка Надья.

– Да, матушка Надья. Моего соседа весь вечер не было в комнате. Когда он вернулся и сказал, что работал в библиотеке, я ему не поверил и решил поговорить с Анной. Она тоже была там в тот вечер.

– Я могу всё объяснить, – быстро сказал Антон, стараясь говорить спокойно.

– Не сомневаюсь, мой мальчик, – мягко кивнула Надья, даже не посмотрев в его сторону, и снова перевела взгляд на Кирилла. – Что сказала Анна?

– Он пришёл, поставил на стол компот и недописанные труды Монакая, а потом сразу ушёл. Больше она его не видела. Это он, матушка Надья. Моё сердце избранного чувствует это!

Над площадью повисла напряжённая тишина.Несколько человек инстинктивно отступили назад, и вокруг Антона быстро образовалось пустое пространство.В центре остались только он, Майя, Морта и ещё пара новичков.Те почти сразу заметили, что оказались на виду, и поспешно смешались с толпой.Морта тоже уже собиралась отойти, но перед этим попыталась потянуть Майю за руку. Та даже не двинулась и осталась рядом с Антоном.

– Антон, избранные Кирилл и Анна, – произнёс Милош уже без микрофона. – Пройдёмте со мной. Остальным спасибо за присутствие. Возвращайтесь к своим обязанностям.

Толпа начала медленно расходиться, но многие продолжали оглядываться, бросая на Антона долгие настороженные взгляды.

«Бежать бесполезно. Всё равно поймают», – подумал он, заметив, как из-за сцены вышли двое крепких мужчин и направились прямо к нему.

– Иди с ними, – прошептала Майя и сделала шаг назад.

Антону ничего не оставалось, кроме как пойти следом за Милошем к серому зданию, которое в поселении называли актовым залом. Снаружи оно выглядело как обычный прямоугольный корпус с низкой крышей и выцветшими стенами. Позади тяжело шагали двое сопровождающих, держась так близко, что Антон почти чувствовал их дыхание у себя на затылке.

Почему это место называли залом, Антон так и не понял. Но именно здесь поселенцы собирались зимой и в дождливые дни, а ещё здесь, на этой сцене, Монакай когда-то впервые выступил перед своими первыми соратниками.

Внутри оказалось просторно, но мрачно. Узкие окна под самым потолком почти не пропускали свет из-за толстого слоя пыли. По углам тянулись ряды старых кресел с потёртой обивкой, у дальней стены возвышалась сцена с низким деревянным подиумом, а свет пробивался только через узкие окна под потолком, оставляя на тёмном полу бледные полосы. Воздух здесь был тяжёлым, спёртым, пропитанным запахом пыли, старой бумаги и отсыревшего дерева.

Милош свернул в сторону и открыл неприметную дверь сбоку от сцены, за той оказался небольшой кабинет.

Первое, что бросилось Антону в глаза, – книги. Они были повсюду: за стеклянными дверцами шкафов, на полках, на столе, на стульях и даже на подоконниках, почти полностью заслоняя окна.Комната тонула в полумраке, и только в углу тускло горела одинокая свеча. Обстановка казалась мрачной, тесной и почему-то до боли знакомой.

– Почти как дома, – тихо сказал Антон, делая вид, что просто осматривается.

– Дома? – переспросил Милош, слегка приподняв бровь.

– У директора детдома, где я вырос, был похожий кабинет.

– Интересно, – негромко отозвался Милош, доставая из кармана коробок спичек.

Он подошёл к шкафу, выдвинул маленький ящик и достал ещё несколько свечей в тяжёлых металлических подставках. После этого медленно прошёлся по комнате, зажигая их одну за другой в разных углах, а последнюю поставил на стол перед собой.

При свете свечей Антон заметил в углу мольберт, вокруг которого валялись раскрытые тюбики с засохшей краской и несколько испачканных кистей.

Похоже, Милош не слишком заботился о порядке.

– Вы рисуете? – спросил Антон.

– Нет, – спокойно ответил Милош. – Это моя верная. Иногда ей хочется попробовать себя в чём-то новом.

Старший брат выглядел расслабленным и уверенным, и это чувствовалось в каждом его движении.Он сел за стол, слегка откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, внимательно наблюдая за Антоном.Сам Антон, наоборот, держался напряжённо: почти не двигался, лишь изредка поворачивал голову и старательно избегал встречаться с Милошем взглядом.

Дверь открылась. В кабинет вошла матушка Надья, а следом за ней Кирилл и Анна.

– Наконец-то, – сказал Милош, не меняя позы. – Что вы так долго?

Надья ничего не ответила и сразу направилась к нему. Кирилл и Анна остались у входа, держась чуть в стороне.

– Матушка Надья, я не виноват… – начал Антон, когда она проходила мимо, но та лишь коротко махнула рукой, даже не взглянув на него.

Милош слегка наклонился вперёд, и Надья что-то прошептала ему на ухо. Антон пытался уловить хоть какую-нибудь реакцию по их лицам, но безуспешно. Когда Милош выпрямился и снова посмотрел на него, уголки его губ едва заметно дрогнули.

– Ну что ж, Антон… где ты был вчера? – спросил старший брат с лёгкой усмешкой.

Под устремлёнными на него взглядами Антон невольно сделал шаг назад и тут же задел пяткой одного из охранников, всё это время стоявших почти вплотную за его спиной.

Всё происходящее казалось неправильным. Никто не хватал его, не сыпал обвинениями, не пытался прижать к стене, и особенно странным это стало после того, как матушка Надья что-то прошептала Милошу. Но Антон всё равно не понимал, что говорить. Где он был вчера весь день? Признаться, что провёл ночь с Мортой? Их ведь видели вместе. Но…

Дверь резко распахнулась.

– Матушка Надья, если вы мне не верите, у меня есть доказательства! – выкрикнула Майя, буквально влетая в кабинет.

Она с силой оттолкнула Кирилла и Анну, загородивших проход, и быстро подошла к Антону.

– Нас вчера видели вместе две девушки.

Майя встала рядом и молча взяла его за руку. Антон застыл. Он уже понимал, к чему всё идёт. Почти наверняка это придумала Морта. И если это её план, значит, ему конец.

– Не надо, мы же это обсуждали, – прошептал Антон достаточно громко, чтобы матушка Надья услышала.

– О чём именно вы договорились? – прозвучал её холодный голос.

Майя быстро взглянула на Антона, пытаясь показать, что всё под контролем. Это было даже лишним – актриса из неё получалась неважная. К счастью, остальные видели только её профиль и затылок.

– Мы встречаемся! – выпалила Майя, глядя прямо на матушку Надью.

– И?

– И вчера мы пропустили работу. Просто… хотели побыть вдвоём, – сказала Майя и опустила взгляд.

– Это была моя идея, – сразу добавил Антон. – Пожалуйста, не наказывайте её.

Милош и матушка Надья коротко переглянулись.

– Ваши отношения меня не интересуют, – наконец произнёс Милош. – Где вы были вчера?

– Сначала гуляли в саду, а потом… – начал Антон.

– …в женском туалете на втором этаже, – договорила за него Майя.

В кабинете на секунду повисла тишина.Кирилл заметно поморщился, а Анна отвела взгляд.

– Кто эти девушки? – спросила матушка Надья.

– Заинтересованные Лида и Соня. Они могут подтвердить наши слова.

– Хорошо. С ними разберёмся позже, – ответила Надья. – А сейчас прошу всех выйти на несколько минут. Нам нужно посовещаться со старшим братом Милошем.

Анна и Кирилл молча развернулись и вышли, даже не взглянув на Антона с Майей. Милош коротким жестом велел остальным покинуть кабинет. Когда дверь закрылась, Антон заметил, что двое охранников всё равно остались внутри.

Совещание затянулось не на несколько минут, а почти на полчаса.За это время в кабинет Милоша заходили трое избранных, один из которых был охранником.Антон пытался уловить хотя бы интонации тех, кто беседовал за дверью, но казалось, что там либо говорили почти шёпотом, либо молчали.

Когда охранник наконец вышел, их снова позвали внутрь. На этот раз только Антона и Майю.

– На сегодня этого достаточно, – сказала матушка Надья. – К этой ситуации мы ещё вернёмся позже.

Она перевела взгляд на Антона.

– Что касается тебя. Прогулы, особенно во время переписывания трудов Монакая, считаются серьёзным нарушением. И последствия будут соответствующими.

– Только не выгоняйте его, пожа…

– За первый проступок наказание не будет слишком суровым, не переживай, Майя, – перебила её Надья. – Антон, с этого дня и до посвящения в избранные ты будешь без выходных и до самого отбоя переписывать труды Монакая в библиотеке. Следить за этим будет избранная Анна.

Она сделала короткую паузу.

– Ещё один подобный проступок, и нам придётся тебя исключить.

– Понял.

– Старший брат Милош, надеюсь, вы назначите своей ученице не менее серьёзное наказание.

– Не сомневайтесь, матушка Надья, – спокойно кивнул Милош. – Майя, Антон, с этого момента вам запрещено быть вместе. Ваш союз пробуждает в вас Зло и отвлекает от борьбы.

Он чуть подался вперёд.

– Надеюсь, мы поняли друг друга.

Майя и Антон одновременно кивнули, отпустили руки и медленно разошлись в разные стороны. Майя опустила голову, и в её глазах быстро заблестели слёзы. Она шмыгнула носом.

«Вот актриса», – мысленно отметил Антон, но на лице постарался изобразить подавленность и растерянность.

– Свободны.

Глава 36

Антон всё ещё не до конца верил, что ему удалось выкрутиться. Челюсть до сих пор сводило от напряжения, а тело всё ещё ожидало удара.Он понимал только одно: теперь за ним будут следить ещё внимательнее.

– Надеюсь, ты понимаешь, что чуть не подставил Киру, – бросила Майя.

– Понимаю, – кивнул Антон, хотя понимал не до конца.

– Ян подходит ей куда больше, чем ты. И если бы Кира думала иначе, она бы не просила меня вмешиваться. Так что оставь её в покое. Найди себе другую верную и больше не лезь.

Они шли по главной дороге к общежитию.

Навстречу попадались заинтересованные и избранные: первые всё ещё косились с любопытством и тревогой, а вторые делали вид, что не замечают их. Все прекрасно понимали, что будь Антон действительно виновен, его бы здесь уже не было.

– Я подумаю, – сухо ответил он.

– Прощай, – девушка остановилась и протянула ему руку с вежливой, почти дежурной улыбкой.

Антон пожал её ладонь, и уже через мгновение она спокойно высвободила руку, развернулась и пошла дальше.

***

Морте совершенно не нравилось вставать теперь ещё на час раньше.

Пока соседка громко храпела – или только делала вид, что спит, – она брала косметичку и, не переодеваясь, прямо в пижаме пробиралась в мужской туалет, где её уже ждал Антон.

– Соседка ничего не заподозрила?

– Нет. У меня железное алиби – вышла пописать.

– В мужской туалет?

– У всех свои фетиши, – пожала плечами Морта, доставая из косметички тюбик консилера и спонж. – Умылся?

– Да. И намазался всеми кремами, – кивнул Антон, усаживаясь на закрытую крышку унитаза, чтобы ей было удобнее.

– Фу. А зубы так и не почистил, – поморщилась Морта, взяла его за подбородок и повернула лицо к свету.

– Проспал, – усмехнулся он, не сводя с неё взгляда. – А ты, оказывается, не всегда прикидываешься поехавшей.

Морта никак не отреагировала, пропустив его слова мимо ушей. Она спокойно продолжала работать спонжем у виска, где синяк всё ещё проступал сквозь тональный слой.

– Закрой глаза.

– И часто тебе приходилось замазывать синяки?

– Себе?

– Ага. Вдруг какая-нибудь бабушка увидела, как ты роешься в клумбе, и решила надавать звездюлей.

– Странное слово. Откуда ты его вообще взял?

– Из детдома. Нам так воспитатели вечно грозились, – пожал плечами Антон.

Он едва заметно вздрогнул, когда Морта коснулась его лица мягкой кисточкой с пудрой.

– Так что, часто?

– Ни разу. Я предпочитаю сначала составить план, а не лезть наобум и получать по своему красивому личику.

– Я, между прочим, не наобум действовал. И узнал важную информацию.

– Насколько она важная, вечером скажет Константин. Мне скоро на кухню, так что сиди спокойно и не дёргайся.

Если подойти к Антону вплотную и внимательно присмотреться, всё равно можно было заметить, как синяк проступает сквозь грим. Видимо, поэтому он и держался последние дни подальше от людей.

– Кстати… спасибо. За помощь. И за то, что тогда вытащила меня.

Он помолчал секунду.

– Хотя ты говорила, что терпеть не можешь работать в команде.

– Будешь должен, – холодно ответила Морта.Она сбрызнула его лицо фиксирующим спреем и подошла к зеркалу.Было бы неловко, если бы соседка увидела её без макияжа и с косметичкой в руках.

***

Морта и Майя вышли из кухни под руку и направились к своему столу. Антон проводил их взглядом, допил остывший компот и начал собирать вещи.

Сегодня был выходной, и в столовой царила расслабленная атмосфера: кто-то лениво завтракал, кто-то смеялся и обсуждал планы. Все, кроме него. Антону предстояло провести весь день в библиотеке. Сложив на поднос кожуру от мандарина и смятые сахарные обёртки, он поднял голову и заметил, что его стол и несколько других вдруг опустели.

Антон обернулся. Заинтересованные, среди которых были Морта и Майя, столпились у окна возле входа, вытягивали шеи и пытались разглядеть что-то снаружи. Он подошёл к соседнему окну и успел заметить, как где-то вдалеке двое работников Фонда захлопнули двери грузовика и быстро забрались в кабину.

Через несколько секунд машина завелась и скрылась за поворотом.

***

Морта успела разглядеть, кого вели к грузовику.

Это был парень примерно её возраста – светловолосый, кудрявый, в грязной и потрёпанной одежде. На запястьях поблёскивали наручники. Он шёл сгорбившись, а по обе стороны от него шагали охранники.

Перед тем как его втолкнули в кузов, парень вдруг оглянулся. Окна столовой находились слишком далеко, чтобы он мог их заметить, но он будто знал, куда смотреть.

– Кто это? – тихо спросила Морта, поймав его взгляд.

– Зло, – раздался рядом спокойный голос.

Морта медленно повернула голову. Позади стояла избранная Анна.

– Он убил пожилого избранного Булата.

Глава 37

К девяти вечера общежитие постепенно затихало. Заинтересованные и избранные возвращались с ужина поодиночке или парами, медленно проходили по коридорам с усталыми лицами, негромко переговаривались у дверей, а потом один за другим скрывались в комнатах, принимали душ и ложились спать.

Сквозь тонкие, почти картонные стены постепенно начинал пробиваться ровный храп.Морта всё ещё лежала на аккуратно застеленной кровати, одетая и с макияжем, лениво листая детектив.Соседку, уже переодевшуюся в пижаму, это явно раздражало.Морта это замечала, но продолжала спокойно читать книгу. Шпион из Далиды вышел даже хуже, чем из Антона.

– Почему ты не переодеваешься? – наконец спросила соседка словно между прочим, не оборачиваясь.

– Жду Яна.

– Младшего брата Яна? – уточнила та с едва заметным ехидством.

– Он разрешил звать себя по имени.

Морта и правда ждала Яна. После выходки Антона он так и не вышел на связь.Она с самого начала понимала, что план был далёк от идеального.Слишком много случайностей. Стоило чему-нибудь пойти не так, и всё могло развалиться за один вечер.

Около десяти вечера Константин должен был выйти на связь с ней и Антоном. Оба заранее ждали разбора за поспешные и не до конца продуманные действия. Формально виноват был Антон, но отвечать предстояло вместе. Они ведь «команда» и должны действовать сообща – по крайней мере, именно так Константин формулировал это в последний раз.

– Похоже, младший брат Ян совсем потерял к тебе интерес, – с плохо скрываемой издёвкой заметила соседка. – Наверное, нашёл себе заинтересованную повыше.

Она неестественно рассмеялась и наконец повернулась к Морте.К её удивлению, та уже лежала с закрытыми глазами, а верхняя одежда небрежно валялась у кровати на полу.

– И кто тебя только воспитывал… вещи на пол бросать, – пробормотала Далида себе под нос.Она выключила настольную лампу и улеглась. Спустя минуту комнату заполнил громкий храп.

Морта открыла глаза и уставилась в потолок. Она без труда могла проучить эту храпящую идиотку – способов хватало. Но сейчас было не время.Любое лишнее движение могло выйти боком: у соседки был слишком длинный язык, и, если она хотя бы намекнёт Яну, что с Мортой что-то не так, проблем станет только больше.

На часах было без пяти десять. Морта просунула руку под матрас и вытащила целлофановый пакет с грязным бельём. План был прост: если вдруг начнётся осмотр, в такой тайник полезут в последнюю очередь. Всегда можно сказать, что собиралась отнести вещи в стирку и забыла. У неё даже был способ сделать эту схему ещё надёжнее. Оставалось только дождаться месячных.

В динамике тихо щёлкнул приёмник.

– На связи? – голос Константина прозвучал спокойно, почти устало. – Будем считать, что да. Я получил ваши письма. Наши источники сходятся в одном: есть серьёзные основания полагать, что Фонд переправляет похищенных через Амур, предположительно в сторону Китая. Цель пока не установлена, но всё указывает на нелегальную торговлю людьми.

Он ненадолго замолчал.

– Упоминания так называемой фермы появились не только в вашем отчёте. Мы предполагаем, что это ключевой объект, возможно, связующее звено всей логистики. Сейчас ваша главная задача – выяснить о ней всё, что сможете: где она находится, сколько там людей и что они там делают. Любая информация имеет значение.

Связь на секунду затихла, и Морте показалось, что приёмник отключился. Но через мгновение голос Константина вернулся – уже с помехами, с искажёнными окончаниями слов, будто звук тянуло сквозь воду.

– Уровень секретности там выше, чем на любом известном объекте Фонда. Даже у наших людей нет доступа к этим данным. Это должно вас насторожить.

Он снова ненадолго замолчал.

– И ещё. Если вас раскроют, вытаскивать никто не будет. Там, куда вы лезете, нас не существует.

В динамике прошёл короткий треск.

– Ситуация давно вышла за рамки исчезновения одной девочки. Теперь это целая теневая структура.

Помехи усилились.

– Мы втянулись в это глубже, чем рассчитывали. Так что действуйте осторожно. Второго провала мы себе позволить не можем.

Связь оборвалась.

Морта лежала, глядя в потолок, и снова прокручивала в голове слова Константина. Днём она вернулась на кухню и отправила ещё одну записку – о задержанном, которого увезли на грузовике. Она ждала, что Константин хотя бы упомянет его, но он не сказал о нём ни слова, как и о провале Антона.

Похоже, младший брат Ян сегодня уже не собирался выходить на связь. Морта натянула одеяло на голову, пытаясь заглушить храп с соседней кровати, и закрыла глаза.

Глава 38

В этот день на кухне было непривычно шумно и людно.Проходя мимо открытого выхода, дверь которого придерживал один из грузчиков, Морта услышала обрывки разговоров: поставка задерживается, контроль качества до сих пор не проведён, а матушка Надья, которая обычно контролировала приёмки лично, сегодня с утра так и не появилась на кухне.

Морта привычно переоделась, натянула свободный фартук и убрала волосы под сетку.

– Эй, заинтересованная.

Она остановилась, но не обернулась.

– Хватит сюда шастать. Ещё раз появишься – я пожалуюсь и на тебя, и на твою подружку.

Морта медленно повернулась к главной поварихе. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, не отводя глаз. Потом Морта улыбнулась и сняла с головы сетку.

– Извини. Передай ей, что…

– Я тебе не почта. Снимай фартук.

Морта стиснула челюсть, но молча стянула фартук, аккуратно повесила его на крючок, снова улыбнулась, на этот раз уже холодно, и вышла из кухни.

В столовой было пусто, а хлеб должны были привезти примерно через полчаса. Морта плюхнулась на стул и подпёрла голову рукой. С кухни доносились звон посуды, тяжёлые шаги и раздражённые команды поваров.Морта посидела ещё несколько секунд, потом резко поднялась. Стул неприятно скрипнул по полу.Она вышла из столовой, обогнула общежитие и направилась к чёрному входу кухни, через который обычно привозили хлеб.

Не замедляя шаг и даже не прислушиваясь, Морта потянула дверь на себя и оказалась в маленькой прихожей.Прямо напротив находилась одна дверь, а по бокам ещё две.Обычно перед приездом хлебной газели дверь напротив распахивали настежь, чтобы грузчики могли быстро заносить ящики, но сейчас все три были закрыты.Морта дёрнула правую дверь, но та оказалась заперта. Левая открылась легко. Заглянув внутрь, она увидела камеру с полками, заставленными ящиками с овощами и мясом. Внутри стоял резкий холод. Морта прикрыла дверь и вернулась к правой. Присев на корточки, вытащила из волос шпильку.

Стоило попробовать провернуть замок, как шпилька с тихим хрустом сломалась пополам. Вторая закончила так же.Выругавшись и мысленно пообещав себе больше никогда не покупать дешёвые китайские заколки, Морта вытащила обломки из замка.

Потом приподняла край платья и достала из ножен, закреплённых на бедре, небольшой метательный нож.Лезвие было узким и прямым, с острым, почти игольчатым концом. На матовой стали возле рукояти темнела аккуратная гравировка: «OU».Морта просунула лезвие в щель между дверью и косяком. Нащупав им язычок замка, она осторожно надавила. Раздался сухой щелчок, и дверь поддалась.

Курсы по работе с замковыми системами определённо не прошли зря.

С кухни послышались шаги. В последний момент Морта успела проскользнуть внутрь и прикрыть за собой дверь. Шаги прошли совсем рядом, потом начали удаляться. Морта осторожно обернулась.

Помещение оказалось маленькой служебной кухней. У стены стояла старая газовая плита, а на ней – две большие эмалированные кастрюли с потемневшими крышками. Над раковиной висели деревянные шкафчики. Морта быстро выдвигала ящики один за другим. Ничего.

Только приправы, пачки соли, сода и пустые коробки.Морта достала одну из упаковок соли, покрутила её в руках и улыбнулась. Уйти отсюда, ничего не испортив, было бы обидно. Она вскрыла пачку и положила её рядом с плитой.

Кастрюли всё ещё оставались тёплыми. Морта осторожно приподняла крышку у одной из них и сразу уловила сладковатый запах яблочного компота. Она зачерпнула почти полный ковш и сделала глоток.

Компот отличался от того, что подавали в столовой. Во вкусе чего-то не хватало.

Морта нахмурилась и, забыв про соль, отпила ещё раз, уже медленнее, пытаясь понять, что именно изменилось.

За дверью послышались шаги и обрывки голосов. Морта быстро убрала соль обратно в ящик. Компот из ковша она перелила в стакан почти до краёв, поставила ковш на место и аккуратно прикрыла кастрюлю крышкой.

Глава 39

– Он хоть разговаривать умеет? – лениво спросила Морта за завтраком, облизывая ложку йогурта.

Майя округлила глаза так, будто Морта только что сказала что-то совершенно недопустимое. Та лишь равнодушно пожала плечами и зачерпнула новую порцию.

– Чрезмерная болтливость может выдать Злу наши тайны, – произнёс парень тонким, слегка визгливым голосом, который одновременно раздражал и веселил.Не дожидаясь реакции, он снова уткнулся в книгу.

Морта прикусила ложку, с трудом сдерживая смешок.

– Кира! – шикнула Майя. – Нас Милош познакомил. Сказал, что мы с Николой идеально подходим друг другу по характеру и взглядам. Так что веди себя культурнее, вдруг это мой будущий верный, – закончила она уже шёпотом.

Никола, разумеется, всё услышал, но сделал вид, что ничего не заметил.

– Прости. Я слишком любопытная.

– Монакай, кстати, ценит любопытных, – произнёс Никола тем же ровным, слегка снисходительным тоном. – Он считал, что именно любопытство помогло ему найти способ борьбы со Злом. Но ты, Кира, заинтересованная во спасении мира, не любопытная.

Он наконец поднял взгляд от книги.

– Ты беспардонная.

– Кто? Я таких слов не знаю.

– И невежда к тому же.

– Так, всё, хватит, – резко перебила Майя. – Кира, как у тебя дела с Яном?

Она нахмурилась, ожидая ответа. Морта доела йогурт и откинулась на спинку стула.

– Пока не знаю, – пожала она плечами, задумчиво соскребая ложкой остатки со стенок упаковки. – Хочу сегодня к нему зайти.

– Младший брат Ян вообще-то сейчас в командировке, – бросил Никола.

– Что за командировка?

– Полагаю, связана с поимкой приспешника Зла. Вы ведь видели, как его прошлым утром заводили в фургон? Поэтому сегодня и отменили занятия. Старший брат Милош тоже уехал.

– Повезло вам, – хмыкнула Морта. – А ты случайно не знаешь, кто этот ваш «мистер Зло»?

– Знаю только, что он убил пожилого Булата, – спокойно ответил Никола. – И что зовут его Марти.

– Марти?

– Говорят, раньше он тоже был заинтересованным во спасении мира. Потом исчез, – добавил Никола, поправляя очки. – Те избранные, что учились вместе с ним, сразу его узнали.