Восхождение элементалей

— Успокойся! — Он ободряюще взял её за руки, не давая прикоснуться. — Такое бывает, когда выходишь за пределы своего резерва магии. Чтобы дальше колдовать, отдаёшь свои жизненные силы. Переборщил вчера… Ты ничем не поможешь, тут до некроманта терпеть нужно.

Ивей закусила губу, сжимая кулаки. Она ненавидела чувствовать себя бесполезной. «Может, если я попробую ещё раз? Или хотя бы дать ему воды…» — но маг лишь покачал головой, тяжело поднимаясь на ноги.

Резерв — вот предел магии, та невидимая граница, что определяет возможности и способности каждого мага. Как ни странно, наибольшим резервом обладали представители высших сословий. Маги редко заключали браки с «неодарёнными» (теми, кто не владел магией): сила крови даровала их потомкам почти безграничный резерв, неуклонно растущий с возрастом. Но стоило магу выйти за пределы дозволенного, магия требовала плату — жизненные силы. Восстановление после этого было долгим и мучительным.

Алукард на мгновение закрыл глаза, вспоминая последнюю встречу с Бальдером. Тот стоял у старого дуба, хмуро глядя на карту. — Ты опять играешь с огнём, — сказал он тогда. — Один неверный шаг — и магия начнёт пожирать тебя изнутри. — Зато я могу делать то, что другим не под силу, — усмехнулся Алукард. Бальдер лишь покачал головой. — Однажды это тебя погубит.

«Может, он был прав», — подумал маг, с трудом выпрямляясь.

Это касалось только элементалей. Люди, владеющие природными стихиями — будь то вода, огонь, земля или воздух, — целители и алхимики — не платили за использование магии. Они и были её частью.

Стихийники — частицы магии, обретшие плоть и разум благодаря благословению богини Амриты. Они необходимы для поддержания природного баланса и, покинув мир живых, не попадают в царство смерти Иссаэль. У элементалей не было души: их тела рассыпались прахом, а сами они возвращались в чертоги богини магии Амриты.

Чародеи же пользовались магией при помощи магических артефактов: посохов, мечей, палочек. Без них они не могли призвать её. Магия циркулировала в артефакте и позволяла использовать её в необходимых количествах без вреда для владельца, облегчая управление заклинаниями.

А ведьмы и колдуны… Они посвящали магии всю свою жизнь и периодически приносили подношения: сладости, вино, кровь животных. Им было проще всего: магия передавалась по родству — через поколение — либо выбирала сама своего владельца, обычного человека. Они могли использовать и артефакты, помогающие лучше контролировать магию, но с ограничением: ворожить в полную силу с их помощью они не могли.

— Ты весь дрожишь, я должна… — Глаза девушки забегали, не зная, за что зацепиться. Вся подрагивая, она пыталась чем‑то помочь.

— Ты слаба! — сорвался я, накричав на неё. Она сразу замолчала, смотря на меня.

Парень моментально успокоился, посмотрел на девушку и потрепал её ободряюще по голове.

— Послушай, твой дар только пробудился. Тут быстро поможет лишь поделиться магией. Хочешь, как я, кровью блевать?

Ивей опустила взгляд, как нашкодивший котёнок, прикусывая нижнюю губу, не говоря больше ни слова. Пошатываясь, Алукард поднялся на ноги, взял девушку за руку, и они побежали дальше.

— Ивей, ищи две сросшиеся между собой сосны! Мы стоим в центре чащи, ищем чёртов ход к его дому!

— Вон там! — Ивей потянула его в сторону, указывая на две сосны, чуть ли не ткнув носом.

— Что теперь?

— Лезь.

— Чего?! — Махнув рукой на Ивей, он первым начал перелезать через пространство между соснами, проходя сквозь завесу.

Не успел толком встать на ноги, как на него навалилась туша сзади.

— Чего встал? Знал, что полезу!

— Да не сразу же за мной! Тут есть узкое пространство — метр на метр. — Ивей тяжело вздохнула, ухватилась покрепче за хвост его волос и потащила к дому, еле поспевая за девушкой. Маг вертел головой из стороны в сторону, пытаясь освободиться.

Некромант удивил с выбором дома. Двухэтажный дом из белого кирпича, с тремя башнями по бокам, каменное крыльцо без перегородок, коричневая черепица и со всех сторон окна с деревянными ставнями.

— И где кладбище обещанное, обманщик? — Отпустив его хвост, Ивей жадно рассматривала дом, пока маг, злобно пыхтя, сверлил её ненавидящим взглядом.

— Сам не знаю, но он предупреждал, что будет.

— Может, его нет, уехал уже? — Она пожала плечами, осматриваясь.

— Нет, дом привязан к его хранителю. Если б его не было рядом, он бы исчез.

Хранителей извращённо использовали в тёмных ритуалах. Призывали дух из мира мёртвых Иссаэль, заточали его в предмет, насильно заключая в темницу. Осквернённый дыханием смерти, побывав в ледяных объятиях иного мира, дух приносил с собой частицу потусторонней магии. Их обращали в безмолвных стражей домашнего очага, в помощников при свершении сложнейших заклинаний. Но главным оставалось сохранить хрупкий сосуд хранителя нетронутым, ибо трещина в нём — врата, распахнутые обратно в мир мёртвых: дух, освободившись, неминуемо вернётся туда от куда пришел.

— Как его хоть звать, мертвяк подойдёт? — Маг звонко засмеялся, поднимаясь по крыльцу.

— Пойдёт. Можно просто Бал‑Бал его называть, — усмехнулся Ал..

Аккуратно, медленно парень приоткрыл дверь, держа девушку за спиной, не давая зайти первой. Мало ли ловушки или обманки.

Просторная комната с фиолетовыми обоями. Рядом с дверью ввинчены вешалки для одежды с двумя плащами. Вся стена в полках с книгами и бумажными макетами частей тела. Посредине комнаты был небольшой участок стеклянных плит на полу, справа — дверь в другую комнату, вниз вели ступеньки. Надеясь на удачу, маг направился к ним.

Ступени вели в небольшую каморку, приютившуюся в углублении. Справа возвышался шкаф. Инструменты смерти и созидания — ножи, пилы, мотки ниток — заполняли его до отказа. У окна висела небольшая доска, исписанная формулами. Под ней приютился длинный стол, на котором зловеще покоились три мужских головы и один череп, источавший могильный смрад. Рядом со столом, словно стражи, стояли две кожаные сумки.

Ивей надоело стоять. Она несмело шагнула вперёд из‑за спины мага, приближаясь к жуткому столу.

— Ивей, немедленно вернись! Они… опасны, — предостерег он.

— Да ладно, хоть не разлагаются — и на том спасибо. Интересно, чьи это головы?

— Боюсь даже представить… — пробормотал маг, подходя ближе и с отвращением рассматривая жуткую картину.

Ивей, заворожённая, изучала череп. Его форма казалась странной: выпуклый лоб, глубоко запавшие глазницы. Девушка со всех сторон осматривала его, но не решалась взять в руки.

— Чего уставились? Успел всё‑таки… Где ж ты красотку подобрал? — вдруг прозвучал скрипучий, хриплый голос.

Череп резко щёлкнул челюстью, а в его глазницах вспыхнул зловещий синий свет.

— Хранитель?! — ахнула Ивей.

— Как раз вовремя. Хозяин где? — спросил Ал и невольно посмотрел на Ивей.

Он ожидал увидеть ужас, но Ивей, напротив, с неподдельным интересом смотрела на говорящий череп.

— Да кто ж его знает, целую ночь бродил невесть где, следы заметал. То эльфы по округе шастают… — Ивей вздрогнула и прикусила губу. — Отродясь их здесь не водилось. То ассасины у прохода шныряют.

— Слушай, Лиром, — Ивей осторожно покрутила череп в руках, разглядывая трещины на его поверхности. — А ты всегда был таким… разговорчивым?

— Конечно! — гордо ответил хранитель. — Я вообще самый остроумный череп во всём королевстве. Жаль, никто не ценит.

— А почему именно череп? — продолжила расспрашивать девушка. — Почему не какой‑нибудь амулет или книга?

— Потому что я был лучшим алхимиком своего времени! — с гордостью заявил Лиром. — Пока один завистливый маг не решил, что мои знания ему нужнее. Вот и заточил меня в этом… теле.

— Ужасно, — прошептала Ивей.

— Да ладно, не переживай! — бодро отозвался череп. — Зато теперь я бессмертен. И могу пугать гостей. Кстати, а ты вкусно пахнешь. Чем?

— Травами, наверное, — улыбнулась Ивей. — Я собирала их утром.

— О! — оживился Лиром. — У меня есть рецепт зелья, которое заставляет волосы расти в три раза быстрее. Хочешь расскажу?

Алукард, слушавший этот диалог, только покачал головой. — Ивей, не верь ему. Последний, кто послушал совета Лирома, три месяца ходил с бородой до колен.

— Ну и что? Зато густая была! — возмутился череп.

— Уважаемый хранитель, а можно узнать, чьи это головы? — невинно поинтересовалась Ивей.

У мага отвисла челюсть. Он смотрел на девушку, не в силах подобрать слова.

— Ты точно в своём уме? Тебя это всерьёз интересует? Я тебя вчера головой об землю приложил, когда сбрасывал на покрывало!

— О‑о‑о, ты ж моя краса! Во‑о‑от, учись, а ещё аристократ! Никаких манер и уважения к старшим. Всё Балю расскажу…

— Девонька, эти головушки — ассасинов, которые в проход зашли. Отличный расходный материал для опытов.

— Правда? А поподробнее можно узнать, как вы будете их использовать?

— Да ты это у хозяина спроси, он во дворе бродит. Для чего они ему, я так и не понял. Да ты возьми меня на руки, надоело мне здесь сидеть, хоть с тобой прогуляюсь…

— А как вас зовут?

— Лиром меня зовут… — Гойю выползла из кармана Алукарда, перепрыгивая на плечо Ивей.

— Нельзя его из дома выносить, разрушится без хранителя…

— Ну, так ты иди разбирайся с хозяином, а я с красой с крылечка посмотрю.

— Хорошо… — У Алукарда просто отняло дар речи. Без тени колебаний или брезгливости Ивей взяла череп в руки, прижала к себе и направилась к выходу.

— Пошли, а то помрёшь раньше времени, сам сказал, магия тебе нужна, — прокричала Ивей.

— Да брось его, нужен он нам! Хозяин у меня жених завидный, знаешь, какой красавчик! — Алукард побежал за ними. — Ивееей, не слушай его, он плут и подлец каких поискать!

Они вышли на крыльцо, и, махнув рукой, Алукард спустился, оглядываясь в поисках Бал‑Бала.

— Завидный, ага, не то слово!

Во дворе, среди клумб с чёрными розами, стоял Бальдер. Он склонился над небольшим алтарём, высеченным из цельного куска обсидиана, и что‑то бормотал, проводя пальцами по рунам. При виде Алукарда и Ивей он выпрямился, и его губы тронула усмешка.

— Наконец‑то добрался, — произнёс он, отряхивая руки. — Вижу уже познакомился с Лиромом.

— Этот… череп — твой хранитель? — Алукард кивнул в сторону Ивей, которая всё ещё прижимала к себе говорящий артефакт.

— Он самый, — Бальдер подошёл ближе, внимательно разглядывая девушку. — И, похоже, он к тебе проникся, Ивей. Редкий случай. Обычно Лиром отпугивает всех гостей.

Глава-10:

Ивей:

Мне было всё здесь интересно, даже сам хранитель, хоть поначалу и вызывал испуг, но он быстро прошёл. Осматривая дворик, я и не заметила самого хозяина.

— Ты опоздал, — некромант потерял всякий интерес ко мне оборачиваясь к Алукарду. .

Он был высоким, статным, с более натренированным телом, чем у Ала. Широкие плечи, массивная фигура. Он стоял справа от Ала, что давало мне возможность рассмотреть его. Выбритые виски, чёрные волосы, туго зачёсанные назад и заплетённые в косу длиной до икр. По волосам было видно — силы в них не меньше, чем у мага. Острый нос, чёрные брови, узкие светлые голубые глаза, волевой подбородок и шрам. Справа, начиная от виска, шли пересекающиеся шрамы, образуя форму креста и задевая уголок глаза. Правое ухо было проколото на хряще, и в проколе красовались две серебряные серьги‑кольца. На шее виднелась чёрная татуировка в виде двух ромбов. Кисти рук были чёрные, а на пальцах — небольшие острые когти.

На нём была широкая белая льняная рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, с небрежно закатанными рукавами. Чёрные штаны и длинные кожаные сапоги до бедра с острыми носами.

Он вдруг резко повернул голову в нашу сторону, удивлённо изучая меня взглядом.

— Я же говорил, хорош! Забирай, для тебя мне не жалко, красавица! — пронзительно вопил хранитель.

Я никак не отреагировала на его слова, лишь сдержанно кивнула в знак приветствия ещё раз. Мужчина как мужчина — за эти два дня я уже успела привыкнуть к их обществу. Вдоволь налюбовавшись мной, он утратил всякий интерес и развернулся к Алу.

— Задержались в дороге, с провизией были проблемы, — произнёс Алукард.

— У тебя слабая аура, ты растратил весь резерв! — заметил Бальдер.

— Бал, что за допрос? Это и так видно. Немного сил осталось, на один удар хватит.

— Как себя чувствуешь? — Некромант подошёл ближе к магу огня.

— Паршиво, — Алукард поморщился.

Бальдер тембрально захохотал, отходя.

— Занятно. Потерпишь?

— Постараюсь продержаться, заодно разомнёмся, — в одно мгновение Ал прыгнул, взлетев на пару метров в воздух, и ринулся в сторону Бала.

— Осторожнее! — воскликнула я.

— Не вмешивайся, мужчинам размяться надо! — кричал хранитель.

Я стояла и наблюдала за их поединком. Вокруг поднялось облако пыли. Движения магов были стремительными, почти неразличимыми для глаза. Бальдер двигался с грацией хищника, Алукард — с яростью загнанного зверя.

— Слишком предсказуемо! — Бал ловко перехватил руку Алукарда и повалил его на землю. Ал сидел на коленях, склонившись, а сверху в расслабленной позе восседал Бальдер.

Алукард сжал кулаки и с нечеловеческой силой бросился на него. Некромант легко перехватил его руку и ловко отбросил от себя. Ал упал, перекатился и встал.

— На нас смотрит такая красотка, дай хоть покрасоваться, — в следующее мгновение Бал переместился к Алу, схватил его за правую руку и подбросил в воздух.

— Достал! — Маг, зависнув в воздухе, сформировал в кулаке столб огня и обрушил его на Бала. Огонь пропахал тёмную дорожку, опалив несколько деревьев и подняв густую копоть. Некромант увернулся с насмешливой улыбкой.

— Ты знаешь условия за опоздание, терпи, — Бал оказался за спиной Ала. Маг огня еле держался на ногах, пошатнулся, схватился за сердце и рухнул на землю замертво.

— Алукард! — Я положила хранителя на крыльцо и подбежала к ним. Бальдер опустился на корточки, проверяя пульс.

— Ты ему ничем не поможешь, я думал, он продержится дольше, — произнёс некромант.

Я оттолкнула его от мага, и он, не удержавшись на корточках, завалился на бок на землю рядом со мной.

Не теряя времени, я положила руки на грудь Алу, представляя, как из меня исходит зелёный поток света, направленный к его сердцу. Мгновение — и зелёное свечение устремилось из моих рук, окутывая мага огня. Оно пульсировало в такт ударам сердца, проникая глубже с каждым толчком.

И снова накатила тошнота — да сколько можно! Мир перед глазами поплыл, звуки стали глухими, будто доносились сквозь толщу воды. Алукард открыл глаза, удивлённо смотря на меня. А я медленно теряла сознание, чувствуя, как силы покидают меня с каждым уходящим мгновением.

Последнее, что я помню, — как Бальдер бережно поднимал меня, прижимая к груди, чтобы отнести в дом. Его голос, доносившийся словно издалека, прозвучал неожиданно мягко:

— Молодец, девочка.

Глава-11:

Бальдар:

Успел поймать девчонку в последний момент. Безмозглая идиотка выплеснула весь резерв на это… ничтожество.

— Ты мне ничего не хочешь объяснить?! — Подхватив девушку на руки, я рывком направился к дому. Лир должен помочь, иначе она тут же отправится к праотцам.

— Как раз собирался представить вас, пока ты на меня не набросился, — Ал, пошатываясь, поднялся на ноги. Ивей практически восстановила его резерв, но вот побочные эффекты даже ей не под силу снять.

— Изверги!!! — По крыльцу запрыгал Шварц, его череп угрожающе клацал челюстью. — Куда девку поволок? Могли бы потом силами помериться!

Алукард, покачиваясь, почти ползком добрался до крыльца.

— Да что ты говоришь, кто недавно нас поощрял за драку? Да Ивей хвастался: «Хозяин то, хозяин сё»…

Надоели. Их перепалки, похоже, никогда не прекратятся. Ладно, сначала с девчонкой разберёмся, а с этими…

Быстро поднявшись на второй этаж, некромант пронёсся по коридору и направился к винтовой лестнице, ведущей в небольшую башню. Там находилась гостевая комната.

С ноги распахнув дверь, мужчина осторожно положил девушку на кровать.

— Ну и зачем ты мне такая? Одного проблемного хватает. Ладно, дышит, и на том спасибо, — парень взял её руку. — Если не выживешь, не вини меня, я пытался помочь.

Маг вздохнул, передавая ей небольшой поток магии. Сердце болезненно закололо. Как же я ненавижу это — кругом одни идиоты, которые без раздумий растрачивают свой резерв.

На руке девушки начали проявляться чёрные паучьи вены, кожа вздулась, жилы оплетали её руку, не оставляя практически ни одного свободного участка.

— Хорошо, значит, она переносит магию тьмы, — пробормотал Бальдер.

Во рту резко возник металлический привкус, сердце заколотилось всё быстрее и быстрее.

— Какого?! — Резкая зелёная вспышка осветила всю комнату, отбрасывая меня подальше от девчонки. Всё прекратилось так же внезапно, как и началось.

Лежу я, значит, пытаюсь осмыслить, за что и чем меня сейчас приложило. По резерву она пуста, так чем?!

Опираясь о стену, мужчина поднялся с пола. Еле держась на ногах, он окинул взглядом девушку.

— На магию света не похоже, вспышка была бы другого цвета, да и отлетел бы я намного дальше, — Бальдер нахмурился. — Что‑то иное…

Голова раскалывалась, будто я снова с орками в таверне перепил гномьей медовухи.

— Шварц с тобой, если отлетел, то значит, жива. Мебель мне смотри не переломай, — держась за стену, я еле переставлял ноги. Нужно добраться до лаборатории, пока эта светлая дрянь не выжгла меня изнутри. Скверная магия.

Самым сложным оказалось спускаться по лестнице, но, с горем пополам, я спустился и даже быстро добрался до лаборатории.

Подойдя к столу, маг начал рыться в ящиках, ища темлёху. Эти два болвана были настолько увлечены выяснением отношений, что не услышали даже грохота.

На лице Бальдара появилась ухмылка. Наконец, он нашёл небольшой прозрачный флакон с белой жидкостью. Дрянь редкостная, но для некроманта — единственное, а главное, мать вашу, какое дорогое у местных травников лекарство.

Залпом маг всё выпил, судорожно хватаясь за стол и царапая когтями его поверхность.

— Чёрт, побочный эффект начался, — парень отошёл к стене, садясь на пол и держась за голову. В ушах звенело, а мысли путались.

— А я тебе ещё раз говорю, огневик ты чёртов, — голос Лира приближался, значит, уже наговорились. — Нам и так проблем хватает, а ты ещё тут возмущаться будешь. Да я тебя твоей же птице скормлю!

Ал молча прошёл в лабораторию, поставил на стол Лира и выжидающе смотрел на меня.

— Ты специально не сказал мне, что она светлая? — злобно пробормотал некромант. Этот подонок, не скрывая веселья, ухмылялся, наслаждаясь зрелищем.

— Я не смог удержаться, это моя маленькая месть, — маг подошёл к другу, присаживаясь рядом с ним на пол и скрещивая руки на груди, откидывая голову назад, на стену. — Будешь поменьше кулаками махать. Сказал же тебе, пустой я, а ты… эх…

Голова потихоньку приходила в норму, к моему сожалению, потому что желание придушить Алукарда становилось всё сильнее и сильнее.

Некромант тяжело вздохнул, откидывая голову на стену и прикрывая глаза.

— Ну давай, рассказывай, где надыбал девчонку‑то. Честно говоря, меня это мало волновало — кто она и чего из себя представляет. Меня интересовала лишь её странная магия. За сто восемнадцать лет своей жизни я впервые такое видел.

Ал не стал сразу выкладывать всю суть, начиная рассказ издалека, этот несчастный подонок. Он начал историю так: бедный, голодный наткнулся на прекрасную девушку в бегах. Их сердца застучали в унисон, они решились бежать дальше вместе, а дальше, как водится, она оказалась мегерой, и он решил великодушно сбагрить её мне. Ну, а потом эльфы, целительница…

— Так, стоп! — я вскочил с пола на ноги, как ужаленный. — То есть ты хочешь сказать, что меня только что шарахнуло целительной магией?

— Ну да… — Ал глумился, сцепив руки в замок за головой и наблюдая за мной.

Бальдер схватился за голову, нервно расхаживая по комнате из стороны в сторону, заламывая пальцы.

— Всё, отец, где я так согрешил? Первая за век целительница, да ещё и женщина. На неё сейчас охота похлеще, чем на Ала, начнётся. Так, стоять! Помимо ассасинов за нами теперь ещё и эльфы гонятся.

— Да, не знаю, что им от неё нужно, но Ивей вроде вскользь упоминала, что они ещё и за её родителями гонялись.

Мужчина перестал мерить шагами комнату, сверля взглядом спящую кверху пузом белку, лежащую рядом с Лиром.

— Бальдар, медлить нельзя. С Ивей я как‑нибудь разберусь. В дороге хлопот она не доставит, в крайнем случае в карман её засуну, — маг вскочил на ноги, подходя к Бальдару.

— Не трогай её, с ней проблем нет. Она будет лежать без сознания как минимум ещё сутки. Лир сможет перенести их вдвоём вместе с домом без лишнего внимания на окраину столицы. Я так понимаю, порталами нам с тобой пользоваться — не вариант, — некромант мотнул головой, наконец посмотрев на друга.

— Я просматривал все ближайшие порталы — они охраняются ассасинами. Так что переместить быстро, без лишнего внимания, мы сможем только девчонку.

— Мы можем попробовать пробиться на Шаризе, если купол защиты установить вокруг нас.

Некромант тяжело вздохнул, подходя к шкафу с настойками.

— Держи! — протянул Алу зелёный флакон.

— Это снотворное, чтобы раньше времени не проснулась. Хранитель сможет её защитить, только если она будет внутри дома. А судя по тому, что я уже видел на месте, она сидеть не будет, нас ожидая.

— Боишься к целительнице подходить? — огневик взял флакон, рассматривая его двумя пальцами на весу.

— Заткнись! — не выдержав, я схватил с полки первый попавшийся флакон и швырнул в его сторону.

— Будут меня в моём же доме бродяги упрекать!

Алукард не успел среагировать и увернуться — флакон попал прямо в грудь мага.

Маг промолчал, лишь морщинка на переносице выдала его злость, но, решив благоразумно дальше не ёрничать, чтобы не попасть под горячую руку друга, маг вышел из комнаты, поднимаясь к Ивей, пробормотав про себя:

— Бальдар, ты мне за это ответишь, вот только Ивей проснётся!

Я не успел среагировать на его выпад — огневик уже скрылся на лестнице.

— Всё, мать его, за что мне такое наказание, да ещё и с прицепом… Ладно, делать нечего.

Бальдар стоял, опираясь руками на стол, пытаясь придумать, как поступить.

— На Шаризе лететь — не вариант: привлечём к своим персонам слишком много внимания. Так, ладно, придётся пробиваться через кладбище, — Бальдар тяжело вздохнул, посмотрев на сумки, стоящие в углу, и щёлкнул пальцами.

Сумки начали уменьшаться, пока не стали размером с вошь, а потом и вовсе испарились. Такая же участь ожидала и головы ассасинов, лежащих на столе.

— Пригодитесь!

— Вот нужен он тебе, — Лира, который подозрительно молчал всё это время, прорвало на разговор. — Давай оставим девчонку себе, а его папаше отдадим — непутёвый он. Череп прыгал по столу, угрожающе щёлкая челюстью. — Представь, как удобно будет: хозяюшка в доме, а то, что строптивая, даже плюсом — мужиков всяких в дом водить не будет.

— Из них двоих предпочитаю оставить Алукарда. С ним в разы проще, чем с барышней вспыльчивой.

— Тьфу на тебя! — Лир обиженно повернулся к окну.

— Ну и делай, что хочешь! Старость с упырями своими встретишь.

Я не выдержал — нервы и так к шварсу ушли. На прогулку, маша ручкой, ещё этот начинает, всяких бродячих девок оставлять.

Ударил по столу, отчего Лир подпрыгнул на месте. А Гайю, испуганно проснувшись, озиралась по сторонам. Увидев некроманта, вскочила на четыре лапы и зашипела. Шерсть на ней встала дыбом, а глаза‑бусинки бешено метались по сторонам.

— Храбрая белка, — некромант поднял руку, на которой образовался чёрный сгусток энергии. Он плавно перетёк в форму кинжала, приобретая чёткие очертания. Лезвие было слегка выгнутым, с зазубринами у острия, а рукоять переплетена грубой чёрной кожаной лентой.