Пока у мира есть мы

Деревянные ступени привычно поскрипывали под ногами. Каждый шаг отдавался болью в боку. Добравшись до своей комнаты, я осторожно прикрыла дверь ногой и поставила кружку на подоконник.

За окном жил Нижний Ярус. Кто-то уже открывал лавку. Дети носились между домами. Женщина развешивала бельё. Город продолжал жить, будто не произошло ничего. Будто вчерашней драки не было. Будто я не отправила Джо в изгнание из моего доверия. Будто мир не рухнул в очередной раз.

Я опустилась на край кровати. Хлеб так и остался нетронутым. Чай медленно остывал.

В дверь негромко постучали.

Я закрыла глаза.

— Входи.

Дверь открылась почти бесшумно. Даже не оборачиваясь, я знала, кто это. Только один человек в этой квартире двигался настолько тихо.

Дэрек остановился у двери. Несколько секунд ничего не говорил.

— Если ты пришёл читать мне очередную лекцию, — произнесла я, не поднимая головы, — давай завтра. Сегодня у меня совершенно нет сил.

Ответа не последовало. Я всё-таки посмотрела на него. Он стоял, прислонившись плечом к косяку.

— Я не собирался читать тебе лекцию, — сказал он. — Я хотел спросить кое-что.

Я удивлённо приподняла бровь. За всё время нашего знакомства Дэрек Фойверс никогда ничего не спрашивал. Он заявлял. Предлагал. Требовал. Но не спрашивал.

— Удиви меня, — ответила я устало.

Он чуть склонил голову, будто обдумывал, как лучше начать, и я увидела в нём нерешительность — совсем крошечную, почти незаметную, но она была.

— Там, где твои наёмники тренируются… во дворе у старой кузницы. Место большое, почти не используется по ночам. Я хочу, чтобы мои люди тренировались там, когда твоих там не будет.

Я нахмурилась, пытаясь осознать, что он только что сказал.

— Ты спрашиваешь разрешения?

— Спрашиваю. Капитан моего отряда — Гаррет, будет держать их под контролем. Я лично прослежу, чтобы ни один из них не пересёкся с твоими людьми. Никаких конфликтов. Никаких случайных встреч. Только тренировки. Только по ночам.

Я смотрела на него. В голове медленно ворочались мысли, тяжёлые, как камни.

— Ты мог просто сделать это, — сказала я. — Как в прошлый раз.

— Мог. — Он встретил мой взгляд. — Но я решил, что если хочу, чтобы ты мне доверяла, мне стоит начать спрашивать.

Я долго молчала. Где-то внизу хлопнула дверь. Кто-то крикнул на улице. Город жил своей жизнью, а я сидела на краю кровати и пыталась понять, что делать с этим странным, почти неловким моментом.

— Твои люди не будут трогать моих?

— Нет.

— Они будут уходить до рассвета?

— Да.

— И Гаррет будет за ними смотреть?

— Лично.

Я устало выдохнула.

— Хорошо.

Он едва заметно кивнул.

— Спасибо, — сказал он.

Я слабо усмехнулась и мое лицо накрыла тень улыбки.

— Не привыкай.

Он не улыбнулся в ответ.

— Ты очень устала, — сказал он негромко.

— Думаешь, дело только в этом?

Он вопросительно посмотрел на меня — не настаивая, не требуя ответа, просто давая мне пространство, чтобы я сама решила, хочу ли говорить.

Я отвела взгляд к окну. Долго молчала, глядя, как город просыпается, как люди живут свои обычные жизни, как солнце поднимается над крышами, не зная, что для кого-то этот день значит больше, чем просто ещё одно утро.

Потом тихо сказала:

— Сегодня день смерти моего отца.

Комната стала ещё тише. Я не смотрела на Дэрека. Продолжала разглядывать улицу, чувствуя, как слова выходят наружу сами собой.

— Каждый год в этот день я стараюсь ни с кем не разговаривать. Сижу одна. Вспоминаю его. Иногда просто молчу.

За спиной не прозвучало ни одного слова. Ни сочувствия. Ни банального «мне жаль». Только очень тихий вдох — почти незаметный, но я услышала его в этой абсолютной тишине.

Дэрек всё ещё стоял у двери. Но что-то в его лице изменилось. Будто на одно короткое мгновение исчезла вся та броня, которую он носил с первой минуты нашего знакомства. Будто я увидела не принца-бастарда, не стратега, не опасного союзника, а просто человека, который слишком хорошо знал, что значит нести эту тяжесть в одиночку.

Он медленно кивнул.

— Понимаю.

Всего одно слово. Спокойное. Почти шёпотом. И почему-то именно оно прозвучало честнее любых соболезнований.

Он не стал подходить ближе. Не стал задавать вопросов. Не попытался остаться рядом или предложить утешение, которое я всё равно не приняла бы. Просто взялся за дверную ручку.

— Отдыхай, Иса.

И вышел. Дверь тихо закрылась. Я ещё долго смотрела на неё, сама не понимая, что меня удивило больше. То, что он не стал лезть ко мне с утешениями. Или то, как быстро он ушёл. Словно слишком хорошо знал, что иногда человеку действительно нужно только одно — чтобы его оставили одного. Словно у него самого была такая дата, которую он каждый год проживал в одиночестве, не позволяя никому прикасаться к этой ране.

Я перевела взгляд на окно. Город жил своей жизнью. Дети бегали по улицам, женщины развешивали бельё, торговцы открывали лавки. Мир не остановился. Но внутри меня что-то изменилось. Что-то, чему я пока не могла дать имя.

Я взяла остывший чай и сделала глоток.

Завтра будет новый день. Завтра я снова буду сражаться. Завтра я верну себе контроль над тем, что ещё можно спасти.

Но сегодня я просто сидела у окна, глядя на свой город, и позволяла себе быть просто Исой. Дочерью Кольта Ревейна. Женщиной, которая всё ещё училась прощаться.

Улицы Верхнего города никогда не казались мне такими тихими.

Мы шли не спеша. Впереди — я и Дэрек. На полшага позади — Джо, Гаррет и ещё несколько моих наёмников вперемешку с лунными воинами. Когда-то подобное зрелище закончилось бы дракой ещё на первом перекрёстке. Теперь же они молчали. Только внимательно следили за каждым окном, каждой крышей и каждым переулком. Даже Гаррет, которого я видела раньше мельком, а сегодня разглядела уже с новой стороны как человека, созданного из стали, молча шел следом.

Сегодня никто не рисковал терять бдительность.

На мне были широкие голубые брюки, свободная белая рубашка и такого же небесного оттенка корсет, плотно стягивавший талию поверх ткани. Стеф настояла, чтобы ребра были туго перебинтованы, поэтому корсет приходился очень кстати — он скрывал повязки и одновременно удерживал грудную клетку.

Мои волосы Шелли уложила так, как я никогда не делала раньше. Две тонкие косы сходились на затылке, переплетались между собой и рассыпались дальше длинным водопадом по спине. Она сказала, что сегодня я должна выглядеть не Хранительницей. Правительницей.

Рядом со мной шагал Дэрек. Тёмно-синие широкие брюки, белый камзол с серебряной вышивкой, высокие чёрные сапоги. Ни плаща. Ни доспехов. Будто он собирался не во дворец к женщине, ещё недавно приказавшей отрубить мне голову, а на очередной скучный приём.

Люди смотрели на нас с горящими глазами. Торговцы переставали выкладывать товар. Слуги останавливались прямо посреди улицы. Аристократы, прогуливавшиеся по Верхнему городу, замедляли шаг, не скрывая любопытства. Некоторые откровенно оборачивались нам вслед.

Ещё несколько дней назад никто не знал моего лица, теперь же я шла по центральной улице рядом с самым опасным человеком на всём материке. И весь город прекрасно понимал, что это означает.

— Они сейчас прожгут во мне дыру, — негромко заметила я.

— Пусть смотрят, — спокойно ответил Дэрек.

— Мне кажется, половина города уже решила, что мы идём захватывать дворец.

— Хорошая мысль.

Я покосилась на него. Он выглядел совершенно серьёзным, но уголок губ всё же дрогнул.

Я неожиданно поймала себя на том, что улыбаюсь. Совсем чуть-чуть. Наверное, впервые за последние дни. И тут же отвернулась. Не хватало ещё, чтобы он это заметил.

Чем ближе становились ворота замка, тем плотнее собиралась толпа. Люди не подходили близко. Просто смотрели. Я чувствовала десятки взглядов. Восхищённых. Испуганных. Недоверчивых. Ненавидящих.

Вчера они бы радовались моей смерти. Сегодня не решались даже шептаться слишком громко.

Странно. Ещё неделю назад я прятала лицо под маской. Теперь же впервые за долгие годы шла по Верхнему городу с высоко поднятой головой. И чувствовала себя… сильной. Не потому, что рядом были мои люди. Не потому, что за спиной стояли лунные. А потому, что впервые перестала прятаться.

Я снова посмотрела на Дэрека. Он, почувствовав на себе мой взгляд, повернул голову. Наши глаза встретились всего на секунду, и я вдруг поймала себя на мысли, которая пришла совершенно неожиданно.

Рядом с ним мир почему-то казался менее опасным.

Я бы справилась и одна, как справлялась всегда. Мне не нужен был никто рядом, чтобы чувствовать себя уверенно. И всё же этот человек, шагавший в полушаге от меня, умудрялся каким-то образом влиять на пространство вокруг, словно его присутствие само по себе отодвигало угрозу. И я ненавидела себя за то, что это замечала.

Высокие кованые ворота медленно распахнулись. Королевская стража стояла по обе стороны дороги. Золотые доспехи. Копья. Ни один из них не шелохнулся. Но каждый внимательно следил за каждым нашим шагом.

Мы поднялись по широкой лестнице. Оставалось всего несколько ступеней до главных дверей.

— Не думаешь, что внутри нас может ждать неприятный сюрприз? — тихо спросила я.

— Например?

— Облава.

Дэрек даже не повернул головы.

— Нет.

— Почему ты так уверен?

Он спокойно продолжал подниматься.

— Потому что королева боится.

Я вопросительно посмотрела на него. Он наконец остановился у самых дверей и повернулся ко мне.

— Она прекрасно знает, что произойдёт, если мы отсюда не выйдем.

Я молчала.

— Она же видела, что произошло в день твоего приговора, Иса. Видела, сколько людей пришло за тобой. Она знает, что в Нижнем Ярусе сейчас ждут нашего возвращения тысячи человек. Знает, что достаточно нам задержаться хотя бы на час…

Он посмотрел куда-то поверх моей головы, туда, где над замком развевалось знамя Солнца.

— …и этот город вспыхнет раньше, чем она успеет собрать свою гвардию.

Я глубоко вдохнула.

— Значит, сегодня она будет улыбаться.

— Именно. — Дэрек едва заметно усмехнулся. — А это, поверь мне, гораздо опаснее открытой войны.

Тяжёлые двери замка начали медленно открываться, и я впервые за долгое время почувствовала не страх. Предвкушение.

Высокие двери распахнулись прежде, чем мы успели подняться на последнюю ступень.

На пороге уже ждал капитан королевской гвардии Джейд Хокинс.

Высокий мужчина лет сорока, с короткими светлыми волосами и лицом, на котором, казалось, никогда не существовало улыбки. Золотые доспехи сидели на нём безупречно, ладонь покоилась на рукояти меча так естественно, словно он был продолжением руки.

Он скользнул по мне коротким взглядом, потом посмотрел на Дэрека, и в его глазах мелькнула такая холодная, выверенная ненависть, что я почти физически ощутила её — она висела в воздухе, как запах гари после пожара.

Он ненавидел Дэрека. Не просто презирал, не просто недолюбливал — ненавидел всей той глухой, безвыходной ненавистью, которую можно испытывать только к человеку, который уничтожил твой привычный мир, поставил твою королеву на колени и заставил тебя терпеть его присутствие, потому что у тебя нет выбора.

— Признаться, не ожидал снова увидеть вас живыми, — произнёс он с той ледяной вежливостью, за которой чувствовалось желание всадить нож между рёбер.

Дэрек даже не замедлил шаг.

— Разочаровал?

— Немного.

— Сочувствую.

Капитан сжал челюсти. Я видела, как под его скулой дёрнулась мышца, когда он смотрел на Дэрека, идущего по мрамору так спокойно, будто этот замок принадлежал ему. Будто он не был тем, кто ворвался в столицу, не был тем, кто поставил королеву на колени перед всей площадью. Будто всё это — просто мелкое недоразумение, которое даже не стоило его внимания.

И именно это спокойствие, эта невозмутимость, это убийственное безразличие к чужой ненависти, выводило Джейда из себя так сильно.

Он повернулся ко мне.

— Госпожа Ревейн.

Его взгляд задержался на моих перебинтованных запястьях.

— Надеюсь, сегодня вы никого не попытаетесь убить.

— Всё зависит от того, как пройдёт заседание.

На этот раз Джейд тихо усмехнулся.

— Тогда остаётся надеяться на благоразумие присутствующих.

— Боюсь, это самая ненадёжная ставка из всех возможных, — лениво заметил Дэрек. Он даже не повернул головы, когда говорил это, просто продолжал идти.

Капитан смерил его долгим взглядом. Мне показалось, я услышала, как скрипнули его зубы.

— Прошу за мной.

Мы вошли в длинный мраморный коридор. Эхо шагов отражалось от высоких сводов. По обе стороны через равные промежутки стояли гвардейцы. Каждый провожал нас взглядом, в котором читалось то же самое, что у Хокинса — ненависть, смешанная со страхом.

У массивных дубовых дверей капитан остановился.

— Дальше проходят только члены Совета.

Он перевёл взгляд на Джо, на Гаррета и других наших.

— Остальным придётся ждать здесь.

Джонатан явно хотел что-то сказать. Я покачала головой.

Дэрек первым положил ладонь на створку двери.

— Если через час мы не выйдем…

— Не продолжайте, — перебил Джейд, и в его голосе скользнула такая горечь, что я почти поверила: ему бы хотелось, чтобы мы не вышли. — Мне уже объяснили последствия.

Дэрек слегка улыбнулся. Я заметила, как дрогнул уголок его губ, почти незаметно, но достаточно для того, чтобы у Джейда снова заходили желваки.

— Рад, что мы понимаем друг друга.

Тяжёлые двери распахнулись.

Зал Совета оказался больше, чем я помнила. Высокие окна наполняли его холодным дневным светом. В центре стоял длинный овальный стол из тёмного дерева. Уже почти все места были заняты: советники, лорды, главы гильдий, военные, и, конечно, королева. Она сидела во главе стола в белом платье, с таким довольным выражением лица, словно ничего не произошло. Словно она не приказывала казнить меня на площади.

Все разговоры стихли. Десятки глаз одновременно повернулись к нам. Я чувствовала их почти физически — взгляды, которые хотели пронзить, раздеть, уничтожить.

Дэрек спокойно обошёл стол, остановился возле моего места, взялся за спинку стула и совершенно невозмутимо отодвинул его для меня.

Я на секунду замерла, потом всё-таки села.

Он так же спокойно занял соседнее кресло, откинулся на спинку и закинул ногу на ногу, окидывая зал скучающим взглядом, будто присутствовал здесь уже сотый раз.

— Принесите вина, — произнёс он, даже не повышая голоса.

В комнате повисла тишина. Я медленно повернула голову. Он обращался к чашнику.

— Простите? — неуверенно переспросил тот.

— Красное, если у вас есть что-нибудь приличное. Если нет — несите любое. Сегодня я готов быть снисходительным.

Мальчишка растерянно посмотрел на королеву. Та едва заметно кивнула.

Через несколько секунд бокал уже стоял перед Дэреком. Он сделал небольшой глоток и поморщился.

— Посредственное. Но пить можно.

Я глубоко вдохнула. Потом ещё раз. И ещё. Боги. Как вообще можно быть настолько… настолько…

Я покосилась на него. Он сидел совершенно расслабленно, словно не сидел сейчас среди людей, которые с удовольствием воткнули бы ему нож в спину.

И вдруг я поняла. Нет. Это не высокомерие. Точнее… не только оно. Он играет. Каждое движение, взгляд, слово. Он ведёт себя так, будто ему здесь невероятно скучно. Будто никто за этим столом не представляет для него ни малейшей угрозы. И этим лишает их самого главного оружия.

Я медленно выдохнула. Хорошо. Значит, буду у него учиться.

Королева дождалась, пока двери закроются. Обвела взглядом весь Совет.

— Начнём.

Она говорила спокойно. Слишком спокойно.

— Первый вопрос. Семьи погибших гвардейцев. Несколько детей остались без отцов. Несколько женщин — без мужей. Государство не может оставить их без поддержки.

Она сделала небольшую паузу.

— Я предлагаю назначить им пожизненное содержание из казны.

По залу прокатились одобрительные кивки. Казалось, вопрос был очевидным. Я уже собиралась тоже согласиться.

Но рядом со мной послышался негромкий звон бокала. Дэрек медленно поставил его на стол. В его разноцветных глазах мелькнул живой интерес.

— Пожизненное содержание, — повторил он, будто пробуя слова на вкус. — Звучит благородно. Особенно если учесть, что гвардейцы погибли, защищая корону от меня.

Королева побледнела, но голос её остался ровным.

— Я предлагаю то, что должна предложить корона.

— Безусловно. — Дэрек чуть склонил голову. — Я только хочу уточнить: эти деньги пойдут из казны, которая и так пустеет с каждым месяцем? Или вы планируете поднять налоги, чтобы оплатить свою щедрость?

По залу пробежал шёпот. Несколько советников переглянулись.

Лорд Крейвен, глава торговой гильдии, побагровел и подался вперёд, явно собираясь возмутиться — он боялся любых изменений в налогах, потому что половина его состояния держалась на поставках из Нижнего города, которые я могла перекрыть одним словом.

— Мистер Фойверс, — начал он, запнулся, не зная, как обращаться к Дэреку, и раздражённо дёрнул плечом. — Торговля и так страдает от последних событий. Любое повышение налогов…

— Принц, Фойверс, — поправил Дэрек. — Я и не предлагаю повышать. Я предлагаю найти другие источники. Например, пересмотреть старые долги гильдий перед короной.

Крейвен побледнел и резко замолчал, сжав пальцы на столе. Я почти видела, как он лихорадочно подсчитывает в уме, сколько должен казне.

Дэрек невозмутимо откинулся на спинку стула.

— Но, разумеется, это всего лишь предложение. Я здесь для того, чтобы слушать, а не указывать.

Королева сжала губы.

— Продолжим.

Дальше тянулись вопросы. О поставках зерна. О налогах с Нижнего города — здесь я впервые подала голос, и Крейвен, тут же отступил, не рискнув спорить. О военных расходах — здесь Дэрек не вмешивался, но я заметила, как он внимательно слушает, запоминает.

И только когда заседание начало подходить к концу, когда советники уже расслабились, решив, что всё прошло гладко, Дэрек поднял голову.

— Есть ещё один вопрос.

В зале повисла тишина. Королева медленно повернулась к нему.

— Какой же?

— Я уже упоминал его на площади, — произнёс он спокойно. — Дома для моих людей. Но сейчас я хочу конкретизировать. Мы нашли подходящее место — улица за восточными складами. Двенадцать домов, достаточно больших, чтобы разместить мой отряд.

Королева замерла.

— Ты просишь целую улицу?

— Я прошу дома, — мягко поправил он. — Которые сейчас пустуют. Которые никто не использует. И которые, к слову, находятся ближе к Восточным воротам, что делает их стратегически удобными для защиты города в случае нападения на столицу.

Королева открыла рот, но Дэрек продолжил:

— Я понимаю, что подобное решение требует согласия Совета. Поэтому предлагаю проголосовать.

Он обвёл взглядом зал.

— Леди Марион? — его голос стал чуть мягче, чуть внимательнее. — Я знаю, вы беспокоитесь о том, что новые люди в городе могут нарушить привычный уклад. Но я предлагаю вам подумать, что для вас важнее: отдать мне пустующие дома или спокойствие на улицах, которое я гарантирую?

Леди Марион вздрогнула. Она смотрела на Дэрека так, будто пыталась понять, откуда он знает, что она думала об этом последние три дня.

— Голосую за, — сказала она негромко.

Королева сжала губы.

— Лорд Крейвен? — Дэрек повернулся к нему, и в его разноцветных глазах мелькнул живой интерес. — Я знаю, что вы переживаете о своих поставках. Но улица за восточными складами находится рядом с вашими складами. Если мои люди будут жить там, они будут вашими ближайшими соседями. А значит, никто не посмеет тронуть ваши товары.

Крейвен вздрогнул. Я почти видела, как он перебирает в голове выгоду: охрана для его складов, которую он получает бесплатно. И он быстро понял, что Дэрек только что предложил ему защиту.

— Голосую за, — выдавил он.

Королева побледнела. Она перевела взгляд на капитана Хокинса.

— Капитан?

Джейд Хокинс сидел неподвижно, сжав рукоять меча так, что побелели костяшки. Он ненавидел Дэрека всей той глухой, безвыходной ненавистью, которую можно испытывать только к человеку, уничтожившему твой привычный мир.

— Против, — процедил он сквозь зубы.

Королева медленно обвела взглядом остальных советников.

— Лорд Эштон?

Эштон, пожилой мужчина с седыми бакенбардами, который до этого не проронил ни слова, медленно покачал головой.

— Против. Мы не можем отдавать улицы чужакам.

— Лорд Торн?

Торн, глава военного ведомства, помедлил.

— Против. Я не доверяю лунным солдатам.

— Леди Вайс?

Леди Вайс, единственная молодая женщина после меня, посмотрела на Дэрека с явной неприязнью.

— Против. Мы и так сделали слишком много уступок.

— Лорд Барнс?

Барнс, молодой советник, который явно хотел угодить королеве, торопливо кивнул.

— Против.

Королева перевела взгляд на меня, и в её глазах мелькнула надежда.

— Госпожа Ревейн?

Я выдержала паузу ровно на секунду дольше, чем нужно.

— За, — сказала я ровно.

Королева побледнела.

— Тогда... — королева перевела взгляд на Дэрека, и в её голосе зазвенела сталь. — Ты даже не можешь голосовать за своё предложение.

— Могу, — спокойно ответил Дэрек. — И голосую за.

Королева замерла. Я видела, как она считает про себя. Четыре голоса «за». Пять — «против». Вопрос не прошёл.

Она перевела дыхание и позволила себе едва заметную улыбку.

— Вопрос отклонён.

Но Дэрек не выглядел побеждённым. Он даже не пошевелился, наклонился ко мне, ещё держа в руке бокал с вином, и едва заметно улыбнулся.

— Я и не ждал, что он пройдёт, — прошептал он. — Я хотел увидеть, кто готов поддержать нас.

Он слегка склонил голову в сторону леди Марион и лорда Крейвена.

— Я запомню вашу поддержку.

Потом перевёл взгляд на королеву, и в его глазах мелькнуло что-то почти торжествующее.

— И тех, кто был против, я тоже запомню.

Он поставил бокал на стол и двинулся к выходу, спокойно, как человек, который только что проиграл битву, но выиграл войну.

Я поднялась следом. На пороге я обернулась. Королева сидела неподвижно, глядя нам вслед. Её пальцы сжимали подлокотник кресла.

Когда тяжёлые двери закрылись за нами, Джо шагнул ближе.

— Сколько? — задал вопрос Джо, будто Дэрек еще вчера вечером раскрыл ему свой план.

— Четыре, — ответил Дэрек.

—Четыре голоса — этого мало.

— Нет, — ответила я, и невольно улыбнулась. — Это много.

Дэрек обернулся на меня через плечо. В его глазах мелькнул тот самый огонёк, который я видела в зале Совета.

— Объясни, — коротко бросил Джо.

— Крейвен и леди Марион никогда не голосовали против королевы, — сказала я. — Никогда. А сегодня они проголосовали за нас. Это трещина в её власти.

Дэрек слегка улыбнулся.

— Она права.

— И теперь королева знает, — продолжила я, — что её союзники, которые готовы предать её, если им это выгодно. А каждый из тех, кто голосовал против… — я перевела взгляд на Дэрека. — Ты поддержишь их, как предлагал?

— Конечно.

— Тогда они точно не пожалеют о своём решении.

Мы вышли на лестницу, и холодный ветер ударил в лицо, принося запах Нижнего Яруса, запах жизни, которую я строила семь лет и которую сегодня начала защищать по-новому.

Рядом со мной шёл Дэрек. Это бесило. Но сегодня, кажется, я была готова с этим жить.

Глава 11

Нижний Ярус никогда не спал, но вечером он становился совсем другим. Днём здесь торговались за каждую монету, спорили до хрипоты, точили ножи и решали, как пережить ещё одну неделю, а вечером люди вспоминали, что всё ещё живы.

Я накинула лёгкий плащ и вышла одна, никому ничего не сказав. Сегодня мне не хотелось быть ни Хранительницей, ни советницей, ни женщиной, которая накануне сидела за одним столом с королевой. Хотелось просто исчезнуть хотя бы на несколько часов.

Центральная площадь уже дышала толпой. Под разноцветными фонарями играли музыканты. Пожилой скрипач выводил мелодию, от которой ноги сами начинали двигаться в такт; рядом парень перебирал струны лютни, а темноволосая женщина отбивала ладонями ритм по небольшому барабану. Воздух был наполнен запахами: жареного мяса, горячих лепёшек, пряностей и подогретого вина с мёдом. Люди смеялись, танцевали. Дети сновали между взрослыми, пытаясь стащить с прилавков сладости. Будто никакой войны никогда и не было.

Я подошла к небольшой лавке.

— Красного.

Старик молча наполнил деревянную кружку. Первый глоток приятно обжёг горло. Я оперлась на деревянный столб и долго просто смотрела на площадь. Не думала, не строила планы, не пыталась просчитать следующий ход королевы. Просто жила.