Коллекционер душ

— Разумеется если для вас это так важно. — Куратор неловко поправил воротник.

— Это важно. — Её голос прозвучал тихо.

Но настолько твёрдо, что возражать он не решился. Несколько секунд он молчал, затем кивнул.

— Хорошо. Архивные документы хранятся в административной комнате. Я попрошу принести папку.

— Нет. — Эйлара спокойно сказала. — Я посмотрю сама.

Куратор удивлённо поднял глаза.

— Я иду с тобой. — Мира медленно выпрямилась.

Эйлара коротко кивнула. Куратор, окончательно утратив свою привычную уверенность, неловко улыбнулся.

— Конечно. Тогда прошу за мной.

Он распахнул перед ними дверь обратно в галерею. Когда они вошли внутрь, шум голосов снова окутал их плотной волной. Кто-то смеялся у столиков. Кто-то оживлённо обсуждал экспозицию. Для всех остальных вечер продолжался как обычно. Но для Эйлары всё уже изменилось. Пока они шли через зал, Мира тихо наклонилась к ней:

— Ты правда думаешь, что в документах будет что-то важное?

— Если кто-то доставил полотно, он оставил след. — Эйлара не сбавила шаг.

— А если нет? — Сказала Мира.

Она на мгновение задумалась. Потом ответила спокойно:

— Тогда мне придётся признать, что происходящее гораздо страннее, чем я готова допустить.

— Тебя это пугает? — Мира внимательно посмотрела на неё.

— Пока нет. — Эйлара чуть повернула голову. На её лице не дрогнул ни один мускул. Но где-то глубоко внутри она уже знала, что лжёт.

Через несколько минут куратор остановился у неприметной дубовой двери в конце коридора. Достал из кармана ключ. Открыл замок. И, отступив в сторону, произнёс:

— Здесь хранятся все регистрационные записи.

Эйлара молча шагнула внутрь. Потому что сейчас ей нужен был не разговоры. Ей нужны были факты.

Вдоль стен тянулись высокие шкафы с аккуратно пронумерованными папками. На длинном столе горела единственная лампа, отбрасывая ровный тёплый свет на стопки документов. Куратор быстро подошёл к одному из шкафов. Провёл пальцами по корешкам. Вытащил плотную серую папку и положил её перед Эйларой.

— Все поступления фиксируются здесь. — Сказал он.

Эйлара молча раскрыла её. Мира встала рядом, чуть склонившись через её плечо. Куратор нервно поправил воротник и тоже наклонился ближе.

Страницы шелестели под пальцами. Дата. Время. Названия работ. Подписи. Эйлара остановилась. В нижней части страницы значилось:

«Возвращение».

Дата вчерашнего вечера.

Время доставки — двадцать один час семнадцать минут.

Отправитель: мастерская Эйлары Вальтер. Подпись принимающего сотрудника. Печать галереи.

Всё было оформлено безупречно. Она перевернула страницу. Там лежала копия накладной. Эйлара замерла. Подпись была её.

— Эйлара. — Мира тихо выдохнула.

Она не ответила. Пальцы её медленно сжались на краю бумаги.

Куратор осторожно кашлянул.

— Как видите, всё оформлено по правилам. — Сказал он.

Эйлара молча смотрела на подпись. Это было невозможно. Она не подписывала этот документ. Но доказать обратное не могла.

— Может. — Мира мягко коснулась её локтя.

Эйлара медленно подняла на неё взгляд.

— Может, ты просто не помнишь? — Подруга говорила осторожно, подбирая слова

— Что? — В голосе Эйлары впервые за вечер прозвучала едва уловимая жёсткость.

Мира чуть смутилась.

— Я не в плохом смысле. — Она быстро качнула головой. — Просто подумай сама. Ты в последние недели почти не спишь. Работаешь сутками. Постоянно в мастерской.

Куратор неловко кивнул, словно соглашаясь. Мира продолжила:

— У тебя десятки холстов. Эскизы, наброски, законченные работы, незаконченные. Она осторожно провела пальцем по строке накладной. — Ты сама не всегда замечаешь, что именно закончила. Иногда пишешь автоматически.

— Я бы запомнила. — Эйлара нахмурилась.

— Не обязательно. — Мира выдержала её взгляд. — Ты сама говорила, что последние дни почти не спала.

— Это не значит, что я теряю память. — Сказала Эйлара.

— Я не это имею в виду. — Подруга вздохнула. — Просто ты заработалась. Она мягко улыбнулась, стараясь разрядить напряжение. — До такой степени, что могла сама закончить полотно, отправить его и даже не придать этому значения.

Эйлара снова опустила взгляд на документы. Куратор осторожно добавил:

— Такое случается с художниками чаще, чем вы думаете. Когда работа захватывает, многое делается почти бессознательно.

— Вот именно. — Мира кивнула. Она чуть наклонилась к Эйларе. — Посмотри сама. Документы в полном порядке.

Эйлара молчала. Логика была на их стороне. Все факты говорили о том, что полотно действительно отправила она сама. Никаких следов подделки. Никаких несостыковок. И всё же внутри что-то отчаянно сопротивлялось этой версии.

— Эй. — Мира заметила её напряжение и мягко сжала её плечо.— Эйлара подняла голову. — Может, тебе правда нужен отдых. — Подруга говорила спокойно. — Ты месяцами живёшь среди красок и холстов. Не спишь. Почти не ешь нормально. Это не слабость — просто усталость.

Куратор поспешно поддержал:

— Возможно, Эйлара, после выставки вам действительно стоит немного отвлечься.

Эйлара медленно закрыла папку. Пальцы её задержались на обложке.

— Возможно. — Ответила она.

Мира облегчённо выдохнула.

— Вот и хорошо. — Она улыбнулась. — Значит, никаких загадок. Просто ты довела себя до переутомления.

Эйлара посмотрела на неё. И впервые за весь вечер не нашла, что возразить. Потому что документы действительно были безупречны. И если не верить собственным воспоминаниям, другого объяснения не существовало.

— Пойдём обратно? — осторожно спросила Мира.

— Да. — После короткой паузы Эйлара кивнула.

Она последней вышла из комнаты. Но прежде чем закрыть дверь, ещё раз посмотрела на лежащую на столе папку.

К тому времени, когда они вернулись в главный зал, вечер уже медленно подходил к концу. Гул голосов становился тише. Официанты убирали пустые бокалы. Некоторые гости прощались, накидывая плащи и направляясь к выходу. Музыка звучала всё приглушённее, словно сама галерея постепенно выдыхала после долгого напряжённого вечера.

Эйлара больше не подходила к своему полотну. Не смотрела в ту сторону. Она спокойно беседовала с несколькими коллекционерами, отвечала на вопросы о будущей выставке и держалась так безупречно собранно, что никто не мог заподозрить, какой беспорядок царил сейчас у неё в мыслях.

Мира всё это время не отходила далеко. Лишь изредка бросала на подругу внимательные взгляды. Наконец куратор подошёл к ним, заметно уставший, но довольный.

— Что ж, думаю, этот вечер можно считать более чем успешным. — Он улыбнулся Эйларе. — Несмотря на некоторые неожиданности.

— Неожиданности иногда полезны. — Эйлара спокойно застегнула перчатку.

Куратор тихо усмехнулся.

— В вашем случае они, кажется, только подогревают интерес публики. — Он чуть наклонился к ней. — Через две недели официальное открытие. Но за два дня до этого нам обязательно нужно встретиться ещё раз. Обсудим окончательное расположение ваших работ, освещение и монтаж.

— Хорошо. — Эйлара коротко кивнула.

— Днём вам удобно? — Спросил куратор.

— После полудня. — Ответила Эйлара.

— Тогда договорились. — Он протянул ей руку.

— Благодарю за вечер. — Эйлара пожала её.

— Это мне стоит благодарить вас. — Куратор улыбнулся.

Он перевёл взгляд на Миру.

— И вас тоже. За то, что не дали нашей художнице сбежать раньше времени.

— Поверьте, это было непросто. — Мира хмыкнула.

Куратор рассмеялся и проводил их до выхода.

Когда тяжёлые двери галереи закрылись за их спинами, ночной воздух показался особенно свежим. Город уже заметно притих. Фонари мягко освещали влажную мостовую. Редкие прохожие торопились домой.

Некоторое время они с Мирой шли молча. Эйлара медленно выдыхала прохладный воздух, стараясь привести мысли в порядок. Но подруга, как всегда, не выдержала долго.

— Ну всё. — Сказала она.

— Что «всё»? — Эйлара повернула к ней голову.

Мира решительно поправила воротник пальто.

— Начинаются выходные. А значит, тебе срочно нужно исчезнуть из города.

— Это приказ? — Эйлара чуть приподняла бровь.

— Да. — Заулыбалась подруга.

— С каких пор? — Спросила Эйлара.

— С тех самых, как я увидела сегодня твоё лицо. —Эйлара отвела взгляд. Мира продолжила уже мягче: — Тебе нужно отдохнуть. Сменить обстановку. Проветрить голову.

— И куда ты предлагаешь мне ехать?

— К нам. — Мира посмотрела на неё так, будто ответ был очевиден.

— В деревню? — Эйлара нахмурилась.

— Именно. — Она оживилась. — Тем более твоя бабушка там.

Эйлара чуть замедлила шаг. Это имя прозвучало неожиданно.

— Бабушка переехала к нам два года назад. Ты с тех пор ни разу её не навестила.

— Я была занята. — Ответила Эйлара.

Мира выразительно фыркнула.

— Вот именно. — Она шагнула чуть вперёд, повернулась к Эйларе лицом и начала идти спиной вперёд, оживлённо жестикулируя. — А у нас сейчас потрясающе красиво. Да, немного мрачно. Туманы по утрам, старые сосны, постоянный ветер с холмов Но именно поэтому там прекрасно. — Эйлара невольно слушала. Мира говорила с таким воодушевлением, что перед глазами сами собой начали вставать картины. — Там есть озеро, совсем чёрное ночью. — Продолжила говорить Мира. — Днём оно как зеркало. Есть старая часовня на холме. И тропы через лес — тихие, пустые, бесконечные. — Она улыбнулась. — Тебе бы понравилось.

— Звучит так, будто ты рекламируешь мне туристический маршрут. — Эйлара чуть усмехнулась.

— А я и рекламирую. — Мира снова пошла рядом. — И знаешь что ещё? В нескольких милях от деревни стоит старый замок. Очень древний, но красивый.

— Замок? — Эйлара посмотрела на неё.

— Да. — Мира понизила голос, будто собиралась поделиться секретом. — Туда почти никто не ходит. Говорят, там водятся привидения.

Эйлара спокойно спросила:

— Ты сама веришь в это?

Мира пожала плечами.

— Не знаю. Но местные рассказывают всякое. Будто по ночам там слышны шаги. Иногда в окнах появляется свет. А несколько человек уверяли, что видели в башне силуэт мужчины.

Эйлара невольно напряглась. Но тут же заставила себя расслабиться.

— Пугающая история. — Ответила она.

— Вот именно. — Мира хитро улыбнулась. — А значит, тебе точно будет интересно.

— С чего ты решила, что меня привлекают мрачные руины с сомнительными легендами?

Подруга рассмеялась.

— Потому что ты художница, которая пишет леса так, будто лично знакома со всеми местными призраками. — Эйлара впервые за вечер улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Мира тут же победно вскинула подбородок. — Вот. Это уже лучше. Значит, решено. Мы едем завтра утром.

Эйлара посмотрела вперёд, на тёмную улицу, уходящую к её мастерской. На несколько секунд задумалась. Тишина деревни. Старый дом бабушки. Холодный воздух соснового леса. Возможность хотя бы ненадолго оставить позади сегодняшний странный день. Это казалось разумным.

— Хорошо. — Она медленно кивнула.

— Отлично. Вот увидишь, через пару дней ты забудешь всю эту историю с полотном. — Мира широко улыбнулась. — Эйлара ничего не ответила. Они остановились у перекрёстка, где их дороги расходились. Мира плотнее запахнула пальто и внимательно посмотрела на Эйлару. — Ты дойдёшь одна? — Спросила подруга.

— Это три квартала. — Эйлара спокойно кивнула.

— Я могу проводить. — Не унималась Мира.

— Не нужно. — Ответила Эйлара.

— После сегодняшнего вечера мне не нравится отпускать тебя одну. — Мира недоверчиво прищурилась.

— Со мной всё будет в порядке. — Эйлара чуть заметно улыбнулась.

Подруга ещё несколько секунд изучала её лицо, словно пытаясь убедиться, что за привычным спокойствием не скрывается что-то серьёзнее. Потом тяжело вздохнула.

— Ладно. Но завтра утром я буду у тебя ровно в восемь.

— Это угроза? — Эйлара приподняла бровь.

— Да. — Подруга сложила руки на груди.

— Тогда постараюсь открыть дверь. — Сказала Эйлара.

— Спокойной ночи. — Мира усмехнулась.

— Спокойной. — Ответила та.

Они коротко обнялись. Затем Мира свернула к своей улице, а Эйлара продолжила путь одна. Город почти уснул. Окна домов темнели одно за другим. Лишь редкие фонари бросали на мостовую мягкие золотистые круги света.

Шаги Эйлары звучали ровно и чётко. После шумной галереи эта тишина казалась почти лечебной. Она думала о завтрашней поездке. О возможности хотя бы ненадолго оставить позади этот странный день.

Когда она наконец свернула в узкий переулок к своей мастерской, в груди появилось знакомое облегчение. Дом встретил её тишиной. Тёмный фасад. Закрытые ставни. Она поднялась по каменным ступеням. Достала ключ.

И в тот момент, когда уже коснулась замочной скважины, за спиной раздался быстрый шаг. Чья-то ладонь резко зажала ей рот. Другая крепко перехватила за талию и дёрнула назад, прижимая к холодной каменной стене.

Сердце рванулось вверх. На долю секунды тело оцепенело. Но почти сразу она уловила знакомый терпкий запах парфюма. Райан.

— Я же сказал, наш разговор не закончен. — Его голос прозвучал прямо у её уха. Глухо и раздражённо.

Эйлара резко дёрнулась, пытаясь высвободиться. Хватка стала только сильнее.

— Тише. — Его дыхание было тяжёлым. Неровным. — Весь вечер делаешь вид, будто меня не существует.

Он убрал ладонь с её рта, но не ослабил хватки. Эйлара резко втянула воздух.

— Убери руки. — Сказала она холодно.

— Всё ещё приказываешь? — В голосе Райана слышалось злое раздражение. Он прижал её сильнее к стене, нависая сверху. — Мне надоела эта твоя ледяная маска.

Эйлара попыталась оттолкнуть его. Безрезультатно. Его пальцы больно впились в её плечо.

— Райан. — Её голос прозвучал тихо. — Ты сейчас же отойдёшь.

Он коротко усмехнулся.

— А если нет? — Его рука резко сжала её запястье. Вторая дёрнула за волосы, заставляя запрокинуть голову и посмотреть на него. От резкой боли в глазах потемнело. Райан склонился ближе. В его взгляде было что-то незнакомое. Тяжёлое. Одержимое. — Думаешь, можешь смотреть сквозь меня? Будто я никто? — Эйлара почувствовала, как к горлу подступает холодная волна тошноты от отвращения. Но лицо её оставалось спокойным. Она смотрела прямо на него. И это, кажется, только сильнее выводило его из себя. — Даже сейчас, — процедил он. — Всё та же. — Он встряхнул её за волосы. — Скажи хоть что-нибудь.

И тогда Эйлара тихо произнесла:

— Ты совершаешь очень большую ошибку.

На мгновение он замер. А затем резко рассмеялся.

— Правда? — спросил он с ухмылкой.

— Да. — Ответила спокойно она. Её взгляд стал ледяным. Чётким. — Потому что я запомню это.

В следующую секунду она резко вскинула колено. Удар пришёлся точно по его паху между ног. Райан с хриплым ругательством согнулся, ослабив хватку. Этого хватило.

Эйлара вырвалась. Отскочила на несколько шагов. Молниеносно достала из сумки тяжёлый металлический ключ и сжала его между пальцами. Лицо её оставалось неподвижным.

— Подойди ещё раз. — Голос прозвучал тихо.

Но в этой тишине было столько холодной угрозы, что Райан замер. Он тяжело дышал, согнувшись и держась за бок.

— Ты. — На его лице проступило неверие.

— Ещё шаг. — Она подняла руку с зажатым ключом. — И я разобью тебе лицо.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом Райан медленно выпрямился.

— Ты ненормальная. — На его лице появилась кривая, болезненная усмешка.

— Возможно. — Сухо ответила она.

— Это ещё не конец. — Процедил он сквозь зубы.

— Для тебя — вполне может быть. — Эйлара даже не моргнула.

Он задержал на ней тяжёлый взгляд. Потом резко развернулся и ушёл в темноту переулка. Эйлара стояла неподвижно ещё несколько секунд. Она глубоко вдохнула. Вставила ключ в замок. И только оказавшись внутри мастерской, прислонилась спиной к двери.

Глава вторая.

Утро выдалось прохладным и ясным. Город только начинал просыпаться. Сквозь тонкую дымку между крышами медленно пробивался бледный солнечный свет, ложась на мостовую длинными полосами.

Эйлара стояла у двери мастерской, проверяя замок. Она дважды повернула ключ, привычным движением потянула ручку на себя и только убедившись, что дверь заперта, убрала ключ в карман пальто.

У её ног стояла небольшая дорожная сумка.Вторая — с набросками и красками — лежала на ступеньке рядом. Несмотря на бессонную ночь, лицо Эйлары оставалось спокойным. Только под глазами залегли едва заметные тени усталости. Со стороны улицы послышались быстрые шаги.

Мира появилась из-за угла, как и обещала, ровно в восемь. На ней было тёмное шерстяное пальто, волосы небрежно убраны под платок, а в руках она держала корзину, от которой пахло свежей выпечкой. Увидев Эйлару, она довольно улыбнулась.

— Надо же. Ты действительно готова. — Сказала подруга улыбаясь.

— Ты слишком удивлена. — Эйлара поправила ремень сумки на плече.

— Я ожидала, что придётся стучать минут двадцать, а потом вытаскивать тебя из мастерской силой. — Ответила подруга.

— Ты преувеличиваешь. — Сказала Эйлара .

Мира поднялась по ступенькам и внимательно посмотрела на подругу.

— Ты не спала. — Улыбка на её лице чуть померкла.

— Спала. — Эйлара спокойно отвела взгляд.

— Час не считается. — Хмуро сказала подруга.

— Два.

— Эйлара. — Мира прищурилась.

— Я в порядке. — Та спокойно застегнула верхнюю пуговицу пальто.

— Это уже начинает раздражать. — Подруга тяжело вздохнула.

— Что именно? — Эйлара вопросительно посмотрела на неё.

— То, как ты произносишь эти три слова. — Она поставила корзину на ступеньку и скрестила руки на груди. — Каждый раз одним и тем же тоном. Будто хочешь убедить не меня, а саму себя.

Эйлара несколько секунд молчала. Потом спокойно ответила:

— Возможно.

— Это что, признание? — Мира удивлённо моргнула.

— Не привыкай. — Пожала плечами Эйлара

— Уже лучше. — Подруга тихо фыркнула. Она наклонилась, подняла одну из сумок и критически оценила её вес. — Только не говори, что ты взяла с собой краски.

— Взяла. — Сказала Эйлара.

— Эйлара. — Мира скрестила руки на груди.

— Что? — Спокойна сказала она.

— Мы едем отдыхать.

— Я и собираюсь отдыхать.

— С набором кистей и половиной мастерской? — Мира выразительно потрясла сумкой.

— Вдохновение не спрашивает расписания. — Эйлара чуть пожала плечами.

Мира покачала головой.

— Безнадёжный случай. — Она поставила сумку обратно и вдруг внимательно посмотрела на шею Эйлары. Её взгляд стал серьёзным. — Что это?

Эйлара автоматически коснулась воротника. Там, под тканью, скрывался слабый след от пальцев.

— Ничего. — Она спокойно поправила шарф выше.

— Эйлара. — Мира нахмурилась.

— Просто задела дверцу шкафа. — Ответила она.

Подруга молчала. Слишком долго. Потом тихо спросила:

— Это связано со вчерашним вечером?

Эйлара замерла на секунду. Пальцы её чуть сильнее сжали ремень сумки. Но когда она повернулась к Мире, лицо снова было безупречно спокойным.

— Нет.

Мира смотрела на неё внимательно. Так, словно видела насквозь.

— Ты обещала рассказывать. — Подруга смотрела на нее внимательно.

Эйлара отвела взгляд к улице. Несколько секунд слышался только далёкий стук колёс по мостовой. Потом она тихо сказала:

— Не сейчас.

Мира хотела возразить. Это было видно по тому, как она уже открыла рот. Но, встретив взгляд подруги, передумала. Вместо этого лишь кивнула.

— Хорошо. — Она подняла корзину и постаралась вернуть голосу лёгкость. — Тогда у тебя будет три часа дороги, чтобы придумать, как всё объяснить.

— Ты не отстанешь? — Эйлара чуть заметно улыбнулась.

— Никогда. — Они начали спускаться по лесенкам. Эйлара закрыла калитку и ещё раз машинально оглянулась на мастерскую. — Ты идёшь? — Мира обернулась.

Эйлара задержала взгляд на двери ещё на мгновение. Потом спокойно отвернулась.

— Иду. — Ответила Эйлара.

Они пошли вниз по улице, и с каждым шагом город оставался позади. Добрались до станции они как раз прибыли вовремя к отправлению утреннего экипажа.

На площади уже стояла запряжённая четвёрка гнедых лошадей, от которых в холодном воздухе поднимался белёсый пар. Кучер проверял ремни упряжи, негромко переговариваясь с помощником. Несколько пассажиров уже заняли места внутри. Мира уверенно поднялась по ступенькам первой и, обернувшись, махнула рукой.

— Быстрее. Если займут место у окна, я этого не переживу. — сказала Мира.

Эйлара спокойно поднялась следом, придерживая сумку.

— Ты ведёшь себя так, будто мы едем через полстраны. — ответила Эйлара.

— А для меня это почти экспедиция. Я слишком долго не была дома. Они устроились у окна. Мира тут же поставила корзину между ними и с довольным видом откинулась на спинку сиденья. — Вот теперь можно считать, что путешествие началось. — сказала она.

Экипаж тронулся. Колёса глухо застучали по каменной мостовой. За окнами медленно поплыли знакомые улицы. Лавки с опущенными ставнями. Редкие прохожие. Крыши домов, ещё влажные после ночной сырости.

Некоторое время они ехали молча. Мира достала из корзины свёрток и протянула его Эйларе.

— Держи.

— Что это? — Эйлара вопросительно посмотрела на неё.

— Завтрак. — ответила Мира. — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить, что ты поела утром.

— Спасибо. — Эйлара спокойно взяла свёрток.

— Не благодари. Просто ешь. — Она сама развернула второй свёрток и, устроившись поудобнее, посмотрела в окно.

Когда городские дома начали редеть, её лицо заметно оживилось.

— Вот увидишь, тебе понравится. — Сказала Мира.

— Ты уже говорила. — ответила Эйлара.

— И повторю ещё раз. — Мира повернулась к ней. — Там совсем другой воздух. Всё медленнее. Тише. — Она улыбнулась. — Люди знают друг друга по именам. Никто никуда не торопится. А вечерами так тихо, что слышно, как ветер идёт через лес.

Эйлара молча слушала, глядя в окно. За стеклом город постепенно уступал место открытым дорогам. Поля тянулись вдоль тракта широкими серо-зелёными полосами. Где-то вдалеке темнели леса. Это спокойное однообразие почему-то вызывало внутри странное чувство.

Но Эйлара не пыталась разобраться в этом ощущении. Она просто отвернулась к окну. Мира тем временем уже снова заговорила.

— Кстати, бабушка наверняка будет ругаться.

— Почему? — спросила Эйлара.

— Потому что ты не писала ей уже почти месяц. — ответила Мира.

— Я писала. — Эйлара чуть нахмурилась.

— Одно письмо из трёх строчек не считается.

— Там было четыре.

— Надо же. Прогресс. — Мира рассмеялась.

Эйлара едва заметно качнула головой. Через некоторое время дорога стала неровнее. Экипаж мягко качнулся на повороте.

Лес по обе стороны начал сгущаться. Высокие сосны подступали всё ближе к тракту. Свет между ними ложился длинными бледными полосами. Мира снова оживилась.

— Мы почти въехали в наши края. — Она указала в окно. — Видишь вон тот холм?

Эйлара посмотрела туда, куда она показывала. На горизонте темнела высокая каменная гряда.

— За ней уже деревня. — сказала Мира. Она чуть понизила голос, будто делилась секретом. — А ещё дальше начинается старый лес. Самый древний во всей округе.