Коллекционер душ

Эйлара молча перевела взгляд. Где-то далеко, за холмами, тянулась плотная тёмная полоса деревьев. От одного взгляда на неё внутри снова шевельнулось то непонятное чувство.

— Там красиво. — сказала Мира. — Немного мрачно, конечно. Но красиво.

— Ты называешь мрачным всё, где нет шумных трактиров. — ответила Эйлара.

— Неправда. — Ответила подруга.

— Правда. — Сказала Эйлара.

— Хорошо, может быть. — Не хотя признала Мира.

Они обе тихо улыбнулись. Мира поправила платок и снова посмотрела в окно.

— Ещё час, и будем дома.

Эйлара кивнула. Она снова повернулась к дороге.

Экипаж мерно катился вперёд. Дорога становилась всё уже. Широкий тракт постепенно сменился старой лесной дорогой, по которой экипаж двигался заметно медленнее.

Колёса глухо поскрипывали на влажной земле. Высокие сосны по обе стороны смыкались плотнее, пропуская всё меньше света.

— Вот теперь начинается настоящее. — Мира выглянула в окно и довольно улыбнулась.

— По-твоему, всё, что было раньше, не считается? — спросила Эйлара.

— Это была всего лишь дорога. А это уже дом. — ответила Мира. — Она чуть наклонилась ближе к стеклу. — Смотри.

Впереди между деревьями показалась старая каменная арка. Полуразрушенная. Поросшая мхом. На вершине ещё можно было различить стёртый герб. Экипаж медленно проехал под ней. Эйлара проводила арку взглядом.

— Что это? — спросила она.

— Старые ворота. — ответила Мира. — Когда-то здесь начинались владения тех, кто жил в замке.

— Тех самых, где якобы водятся привидения?

— Именно. — Мира усмехнулась.

Эйлара ничего не ответила. В этот момент дилижанс резко качнулся на кочке. С крыши что-то с глухим стуком сорвалось и ударилось о бок. Несколько пассажиров вздрогнули.

Кучер резко натянул поводья. Лошади нервно всхрапнули. Экипаж остановился. Внутри повисла короткая напряжённая тишина.

— Что это было? — Мира нахмурилась.

Снаружи послышались шаги кучера. Потом его приглушённое ругательство. Он обошёл экипаж, что-то проверяя. Пассажиры начали беспокойно переглядываться.

Эйлара спокойно смотрела в окно. За стеклом неподвижно стояли сосны. Ветер почти стих. Лес казался странно тихим. Спустя минуту дверь распахнулась. На пороге появился кучер.

— Прошу прощения. — сказал он. — Всё в порядке. Просто сорвался старый дорожный знак.

Он закрыл дверь, и дилижанс снова тронулся.

— Напугал. — Мира тихо выдохнула.

— Ты слишком впечатлительная. — сказала Эйлара.

— А ты слишком спокойная.

— Кто-то должен из нас двоих сохранять здравый смысл. — Мира уже собиралась ответить, но вдруг замолчала. Она смотрела в окно с неожиданным напряжением. — Что? — спросила Эйлара.

Мира медленно подняла руку и указала вперёд. Среди деревьев, чуть в стороне от дороги, виднелась старая деревянная табличка.

Почти почерневшая от времени. Косо прибитая к покосившемуся столбу. На ней едва различались выцветшие слова: «К замку проход закрыт». Ниже кто-то когда-то грубо вырезал ножом ещё одну строку. Буквы были неровными, но вполне читаемыми: «Не будите спящих».

— Вот местные и их любовь к драме. — Мира невольно усмехнулась.

— Кто это написал? — спросила Эйлара.

— Понятия не имею. — Мира пожала плечами. — Эта табличка стоит там столько, сколько я себя помню. — Она попыталась улыбнуться. — Наверняка очередная страшилка для детей.

Эйлара ещё несколько секунд смотрела на надпись, пока лес не скрыл её за деревьями. Через полчаса лес начал редеть. Вскоре между деревьями показались первые крыши.

Деревня раскинулась в низине между холмами. Небольшая. С аккуратными каменными домами под тёмной черепицей. Из труб поднимался тонкий дым. На площади у старого колодца несколько женщин развешивали бельё. У крыльца лавки сидели двое стариков.

Всё выглядело спокойно. Почти сонно. Экипаж остановился у небольшой станции.

— Приехали. — Мира тут же вскочила. — Она быстро подхватила корзину и улыбнулась Эйларе. — Добро пожаловать туда, где наконец-то ничего странного не происходит.

— После твоих рассказов о привидениях это звучит сомнительно. — Эйлара спокойно поднялась следом.

Мира рассмеялась.

— Поверь, самое страшное здесь — это моя тётя, если не похвалить её пироги. — Они спустились на землю.

Прохладный воздух пах сосной, сырой землёй и дымом от печей.

— Всё-таки дома. — Мира глубоко вдохнула.

Эйлара медленно огляделась. Тихая деревня выглядела так мирно, что после шумного города и странностей последних дней это почти казалось нереальным.

Мира уже подхватила сумки, когда вдруг остановилась. Она прищурилась, всматриваясь куда-то за линию домов, туда, где над лесом стелился густой утренний туман. Потом быстро шагнула к Эйларе и легко коснулась её локтя.

— Смотри. — сказала Мира.

— Куда? — Эйлара повернула голову.

— Туда. Над холмами. — Мира подняла руку и указала вдаль.

Эйлара проследила за направлением её пальцев. Сначала она увидела только сероватую дымку, медленно ползущую между верхушками сосен.

Но затем взгляд зацепился за что-то тёмное. Скрытое в тумане. Над лесом поднимались очертания высокой башни. Чуть дальше угадывался зубчатый край стены. И ещё одна башня, наполовину скрытая влажной белёсой пеленой. Замок.

Он стоял на вершине далёкого холма, почти полностью растворяясь в тумане. Будто вырос прямо из серого камня скалы. Несмотря на расстояние, в его очертаниях было что-то странно притягательное.

Мира довольно улыбнулась, заметив, как долго Эйлара смотрит вдаль.

— Красивый, правда? — Спросила она.

Эйлара не сразу ответила.

— Мрачный. — спокойно сказала она.

Мира тихо рассмеялась.

— Это и есть его главное достоинство. —Она опустила руку. — Когда была маленькой, я была уверена, что там живёт какое-нибудь древнее чудовище.

— А сейчас? — спросила Эйлара.

— Сейчас думаю, что там живут только совы, ветер и очень упрямые легенды.

Эйлара продолжала смотреть на туманный силуэт. Замок казался слишком далёким, чтобы разглядеть детали. Но даже отсюда было ясно, что он огромен. Старые башни поднимались над лесом, словно наблюдая за всей долиной.

— Кто там жил? — спросила она.

— Никто толком не знает. — Мира пожала плечами. — Какие-то старые дворяне. Потом владельцы исчезли. После этого замок стоял пустым. Она чуть наклонилась ближе и понизила голос: — Говорят, однажды туда приехали люди из города. Хотели осмотреть руины. Вернулись через несколько часов бледные как мел. И больше туда не ездили.

— И что они увидели? — Эйлара спокойно перевела на неё взгляд.

Мира усмехнулась.

— Если бы знали, слухов было бы меньше. — Она снова посмотрела на замок. — Один сказал, что слышал шаги в пустых коридорах. Другой клялся, что видел свет в верхней башне.

— А ты? — Спросила она.

— Я никогда туда не ходила. — ответила Мира.

— Боишься? — Эйлара смотрела на неё спокойно.

— Конечно. — Мира передернула плечами.

Эйлара чуть приподняла бровь.

— Не смотри так. — Мира фыркнула. — Я вполне разумный человек. Если половина деревни говорит, что туда лучше не лезть, я предпочитаю не спорить.

Эйлара снова посмотрела вдаль.

Мира тронула её за рукав.

— Пойдём. Устроим твоей бабушке сюрприз.

Эйлара кивнула. Они пошли вниз по узкой улице между каменными домами.

— Если ты сейчас побежишь, я заставлю тебя нести обе сумки. — спокойно ответила Эйлара.

— Вот за это я тебя и люблю. Всегда умеешь испортить торжественный момент. — Мира фыркнула.

Они свернули на узкую каменную улочку. По обеим сторонам тянулись аккуратные дома с резными ставнями и небольшими палисадниками. Где-то во дворах лениво лаяли собаки.

Из открытого окна ближайшего дома доносился запах свежего хлеба. Мира шагала рядом, оживлённо оглядываясь по сторонам.

— Здесь почти ничего не изменилось. — Сказала она.

— Ты говоришь это так, будто уезжала на двадцать лет. — заметила Эйлара.

— Для этой деревни и два месяца — уже событие.

Они как раз проходили мимо старой построики, когда дверь распахнулась. На порог вышел высокий молодой мужчина в рабочей рубашке с закатанными рукавами. Тёмные волосы были растрёпаны, на щеке виднелась полоска сажи. Увидев Миру, он резко остановился. А потом его лицо расплылось в широкой улыбке.

— Мира? — Окликнул он.

— О, нет. — Она тут же просияла.

— Судя по тону, ты его знаешь. — Эйлара спокойно покосилась на неё.

— К сожалению. — пробормотала Мира.

Мужчина уже быстрым шагом направлялся к ним.

— Ты вернулась! — сказал он, останавливаясь перед ними. Он явно пытался говорить спокойно, но радость в голосе скрыть не смог. — И даже не предупредила.

— Здравствуй, Тео. — Мира театрально вздохнула.

— Давай помогу. — Он тут же протянул руку к её сумке.

— Не нужно. — ответила Мира, отступая на шаг.

— Да брось. Сказал он с улыбкой.

— Тео. — Мира посмотрела на него.

— Что? — Ответил он.

— Не нужно. — повторила она.

— Ладно. — Он остановился и неловко усмехнулся. Его взгляд на секунду задержался на Мире чуть дольше, чем следовало. Потом он перевёл его на Эйлару. — А это, должно быть, та самая подруга из города?

— Эйлара. — спокойно представилась она.

Тео кивнул.

— Теодор. — Он протянул руку.

Эйлара коротко пожала её.

Мира уже закатывала глаза.

— Если церемония знакомства окончена, мы пойдём дальше.

— Подожди. — Тео тут же повернулся к ней. — Ты надолго?

— На выходные. — Ответила та.

— Тогда, может, вечером зайдёшь на ярмарочную площадь? Сегодня будут музыканты. — На его лице мелькнула заметная радость.

— Посмотрим. — Мира поправила прядь волос за ухо.

— Это не ответ. — Сказал Тео.

— Значит, считай его загадкой. — сказала она.

— Ты совершенно не изменилась. — Тео беспомощно улыбнулся.

— А ты всё ещё слишком настойчивый.

— Кто-то же должен. — Он развёл руками.

Эйлара молча наблюдала за ними. Потом спокойно произнесла:

— Если мы не пойдём сейчас, сюрприз для бабушки превратится в ужин.

Мира тут же кивнула.

— Вот именно. — Она быстро махнула Тео рукой. — До вечера. Или нет.

— Я буду ждать. — ответил он.

Когда они отошли достаточно далеко, Эйлара посмотрела на подругу.

— Он влюблён в тебя. — Сказала она.

— Нет. — Мира резко повернулась к ней.

— Да. — Сказала Эйлара в своей форме.

— Эйлара.

— Это очевидно.

— Он такой с шестнадцати лет. — Мира раздражённо выдохнула.

— И ты до сих пор не дала ему прямой ответ?

— Давала. — Ответила та.

— Судя по всему, недостаточно прямой. — Ответила она посмотрев на пробегавшего мимо мальчика.

— Очень смешно. — Мира прищурилась.

— Ты сама только что жаловалась на настойчивых мужчин. — Эйлара едва заметно улыбнулась.

Мира на секунду замолчала. Потом покосилась на неё.

— Это намёк на вчерашнего Райана? — Спросила подруга.

— Нет. Это констатация. — Лицо Эйлары осталось спокойным.

Мира внимательно посмотрела на неё, но ничего не сказала. Они свернули на ещё одну улицу. Дома здесь стояли реже. За ними уже начинались старые яблоневые сады. Впереди показался двухэтажный каменный дом с зелёными ставнями. У калитки рос высокий куст сирени.

Мира тут же оживилась.

— Ну вот. — Она улыбнулась и указала рукой вперёд. — Пришли.

Эйлара подняла взгляд на дом. Из трубы поднимался тонкий дым. На подоконнике второго этажа стояли глиняные горшки с цветами. Всё выглядело тихим. Уютным.

— Готова? — Мира уже подбежала к калитке и обернулась.

— К чему? — спросила Эйлара.

Мира, не дожидаясь ответа, распахнула калитку и первой вошла во двор. Эйлара медленно последовала за ней, невольно оглядываясь по сторонам.

Всё здесь было ей незнакомо. Старый каменный колодец у стены. Небольшой сад с молодыми яблонями, уже покрытыми нежным бело-розовым цветом. Длинные грядки вдоль забора. Запах влажной земли и молодой травы. Весна здесь ощущалась особенно остро — свежая, прохладная, с едва уловимым ароматом цветущей сирени. Для Эйлары всё это было чужим.

Она никогда не бывала здесь. Когда бабушка два года назад уехала из города, Эйлара лишь помогла собрать вещи, проводила её на станции — и больше не приезжала. Не находила времени. Или не позволяла себе его находить. Мира уже поднялась на крыльцо и без церемоний распахнула дверь.

— Мы дома! — громко крикнула она.

Из глубины дома послышались быстрые шаги. Через секунду в дверном проёме появилась пожилая женщина в тёмно-синем платье и светлом переднике. Седые волосы были собраны в аккуратный узел. Лицо — строгое, с тонкими резкими чертами. Но глаза оставались удивительно живыми.

Она замерла на месте, увидев Эйлару. Несколько долгих секунд просто смотрела. Потом медленно выпрямилась.

— Значит, всё-таки вспомнила, что у тебя есть бабушка. — сказала она.

Эйлара остановилась у порога. На мгновение ей показалось, что она снова девочка, опоздавшая домой.

— Здравствуй, бабушка. — спокойно сказала она.

— Здравствуй? — Та прищурилась. — И это всё? Два года молчания, ни одного визита, и ты стоишь здесь с таким видом, будто зашла за кистями?

Мира тихо кашлянула и быстро проскользнула мимо них в дом.

— Я пойду поставлю чайник. — пробормотала она.

Но бабушка даже не посмотрела в её сторону. Весь её взгляд был прикован к внучке.

— Я писала тебе. — ответила Эйлара.

— Писала? — переспросила бабушка. — Она скрестила руки на груди. — Три письма за два года. И в каждом не больше пяти строк. Работаю. Всё хорошо. Очень занята. — Она передразнила ровный голос внучки. — Поразительная содержательность.

— У меня действительно было много работы. — Эйлара спокойно выдержала её взгляд.

— Конечно. — Пожилая женщина фыркнула. — Холсты ведь страшно ревнуют, если художник отходит от них дольше чем на час.

Эйлара чуть заметно опустила взгляд.

— Прости. — Это короткое слово прозвучало тихо. Искренне.

Бабушка смотрела на неё ещё несколько секунд. Потом тяжело вздохнула.

— Ох, ну заходи уже.

Она шагнула вперёд и вдруг крепко обняла внучку. Так быстро, что Эйлара не успела отстраниться. Замерла на мгновение. А потом осторожно ответила на объятие.

— Совсем исхудала. — пробормотала бабушка. — В городе вас вообще кормят?

— Иногда. — спокойно ответила Эйлара.

— Судя по тебе — по большим праздникам.

— Я ей то же самое говорила! — Мира уже смеялась из кухни.

Через несколько минут они сидели за большим деревянным столом. На кружевной скатерти уже стояли чайник, мёд, пирог с яблоками и свежий хлеб.

— Ешь. — Бабушка без конца подкладывала Эйларе еду.

— Я ем. — отвечала Эйлара.

— Это не ешь. Это изображаешь.

Мира, сидевшая напротив, с удовольствием доедала второй кусок пирога.

— Я бы на месте Эйлары уже давно сдалась. — Сказала она.

— Потому что у тебя есть здравый смысл. — сказала бабушка.

— Именно. — серьёзно кивнула Мира.

Эйлара только едва заметно качнула головой. Разговор постепенно стал спокойнее. Бабушка рассказывала о соседях, о местных новостях, о том, как в этом году рано зацвели яблони. В какой-то момент Мира резко посмотрела в окно.

— Ох. — Вскочила из-за стола.

— Что? — спросила бабушка.

— Мне нужно домой. — Она быстро схватила со спинки стула своё пальто. — Если мама узнает, что я первым делом прибежала сюда, а не к ней, меня лишат ужина.

— И правильно сделают. — Бабушка усмехнулась.

Мира уже натягивала рукава. Потом повернулась к Эйларе.

— Я зайду за тобой вечером. — Сказала она.

— Зачем? — Эйлара спокойно подняла взгляд.

— Ярмарочная площадь. Музыканты. Костёр. Танцы. — Она оживлённо взмахнула рукой. — Весенний праздник. Ты обязана это увидеть.

— Ты же сказала Тео, что не пойдёшь. — Эйлара чуть нахмурилась.

— Я сказала посмотрим. — Мира выразительно закатила глаза.

— Это было очень похоже на отказ. — Сказала Эйлара.

— Ну и что? — Она улыбнулась. — У нас выходные. Не тухнуть же тут весь вечер. И это не ради Тео.

— Конечно. — спокойно ответила Эйлара.

— Даже не начинай. — Мира ткнула в неё пальцем.

— Я ничего не сказала.

— Вот именно. Этот твой взгляд куда хуже слов.

— Иди уже, пока не передумала.— Бабушка рассмеялась.

Мира быстро направилась к двери. У порога она обернулась.

— Буду у тебя в семь. — Крикнула подруга.

— Это угроза? — спросила Эйлара.

— Да. — ответила Мира. И весело махнув рукой, исчезла за дверью.

В доме снова стало тихо. Бабушка отпила чай и внимательно посмотрела на внучку.

— А теперь, — медленно сказала она, — рассказывай.

— О чём?— Эйлара спокойно подняла взгляд.

— О том, почему ты приехала именно сейчас. — Бабушка чуть прищурилась.

Эйлара спокойно выдержала бабушкин взгляд. Пальцы её медленно сомкнулись вокруг тёплой чашки. Она на мгновение опустила глаза, наблюдая, как над чаем поднимается тонкий пар.

Рассказывать о вчерашнем вечере она не собиралась. Она подняла взгляд.

— Через две недели у меня официальная выставка. — спокойно сказала Эйлара.

— Та самая, к которой ты готовилась весь год? — Бабушка чуть нахмурилась.

— Да. — Ответила Эйлара

— И ради этого ты приехала сюда?

— Отчасти.

— Объясни. — Пожилая женщина поставила чашку на блюдце.

Эйлара ненадолго замолчала, подбирая слова.

— Куратор хочет пересмотреть окончательную экспозицию через несколько дней. До этого у меня есть свободное время. — Она слегка пожала плечами. — Я подумала, что сменить обстановку будет полезно.

Бабушка внимательно смотрела на неё. Слишком внимательно.

— Ты никогда не просто меняешь обстановку. — заметила она.

— Всё когда-то бывает впервые.

— Неубедительно.

— Ты сама всегда говорила, что мне стоит чаще выбираться из мастерской. — Эйлара едва заметно улыбнулась.

— Говорила. — Бабушка чуть склонила голову. — Но не ожидала, что ты наконец послушаешься. Она помолчала. Потом в её взгляде мелькнуло что-то мягче. — Выставка, значит. Это серьёзно.

— Да. — Эйлара посмотрела на бабушку.

— И ты волнуешься. — Бабушка отпила из чашки.

Это был не вопрос. Эйлара спокойно отвела взгляд к окну. За стеклом ветер шевелил молодые ветви яблонь.

— Возможно. — Спокойно ответила она.

Бабушка усмехнулась.

— Вот теперь верю. — Она подалась чуть вперёд. — Покажешь мне приглашение?

Эйлара кивнула. Достала из сумки плотный конверт и протянула его. Бабушка аккуратно надела очки, раскрыла карточку и несколько секунд внимательно читала. Потом её брови медленно поднялись.

— Персональная экспозиция Эйлары Вальтер. Главный зал городской галереи. — прочла она вслух. — В её голосе прозвучала тихая гордость. — Значит, моя внучка всё-таки заставила этот город обратить на себя внимание.

— Это всего лишь выставка. — спокойно ответила Эйлара.

— Не преуменьшай. — Бабушка сняла очки. — Ты с детства рисовала так, будто весь остальной мир тебе мешал. Я знала, что однажды это куда-то приведёт.

Эйлара ничего не ответила. Бабушка снова посмотрела на приглашение.

— Через две недели. — Она задумчиво провела пальцем по краю карточки. — Тогда тебе действительно стоило приехать.

— Почему? — спросила Эйлара.

Пожилая женщина подняла на неё взгляд.

— Потому что перед важными событиями человеку иногда нужно вернуться туда, где всё начиналось.

— Ты говоришь так, будто в этом месте есть что-то особенное. — Эйлара спокойно посмотрела на неё.

Бабушка чуть заметно улыбнулась.

— Для каждого есть. — Она поднялась из-за стола и начала собирать чашки.

Эйлара машинально тоже потянулась помочь.

— Сиди. — сказала бабушка.

— Я могу помочь. — Сказала Эйлара.

— Можешь. — Но сначала ответь мне на один вопрос.

— Какой? — Эйлара подняла взгляд.

Бабушка повернулась к ней. Лицо её вдруг стало серьёзным.

— Почему, когда ты вошла во двор, ты первым делом посмотрела не на дом, а на холмы за деревней?

Эйлара на секунду замерла. Вопрос застал её врасплох. Она и сама не заметила, что сделала это.

— Просто смотрела вокруг. — спокойно ответила она.

Бабушка ещё несколько секунд не сводила с неё глаз.Потом медленно кивнула.

— Конечно.

Но что-то в её тоне подсказывало: она не поверила. И всё же больше ничего не сказала. Только собрала посуду и направилась к кухонному шкафу. Уже у двери она вдруг произнесла, не оборачиваясь:

— До вечера у тебя есть время отдохнуть. — Потом добавила тише: — И постарайся не ходить одна к северной тропе.

— Почему? — Эйлара нахмурилась.

Бабушка поставила чашки на полку.

— Там легко заблудиться. — Она обернулась. И едва заметно улыбнулась. — А мне бы не хотелось искать тебя в первый же день твоего приезда.

Эйлара чуть приподняла бровь.

— Я не маленькая. — спокойно сказала она.

— Конечно. — Бабушкам тихо усмехнулась.

Эта короткая усмешка прозвучала так знакомо, что Эйлара невольно нахмурилась.

— Я серьёзно. — Сказала она.

Бабушка поставила последнюю чашку на полку и наконец повернулась к ней.

— А я разве смеюсь? — Ответила бабушка.

— Да. — Эйлара сложила руки на груди.

— Значит, заслужила. — Ответила та.

— Мне не пятнадцать лет, чтобы ты запрещала мне ходить по лесным тропам.

Пожилая женщина внимательно посмотрела на неё. В её взгляде не было ни раздражения, ни строгости. Только спокойная уверенность человека, который знает больше, чем говорит.

— Именно потому, что тебе давно не пятнадцать, я и напоминаю. — ответила бабушка.

— Это всего лишь лес. — Сказала Эйлара.

— Для городского человека возможно. — Она медленно подошла к окну и отвела занавеску в сторону. С холмов за деревней виднелась тёмная линия сосен. — А для тех, кто живёт здесь, это место, которое требует уважения. — сказала бабушка.

— Ты говоришь как Мира с её историями о привидениях. — Эйлара спокойно поднялась из-за стола.

— Мира слишком любит украшать правду.

— Значит, никакой опасности нет?

Бабушка отпустила занавеску. Ткань мягко качнулась и снова закрыла стекло.

— Я сказала лишь, что туда не стоит ходить одной.

Эйлара выдержала её взгляд.

— И всё?

— Этого недостаточно? — Пожилая женщина чуть заметно улыбнулась.

— Нет. Ответила она.

— Упрямая.

— Это семейное. — спокойно ответила Эйлара.

Бабушка неожиданно рассмеялась. Тихо. Тепло.

— Вот теперь точно моя внучка. — Она подошла ближе и легко коснулась её щеки. — Отдохни с дороги. Комната наверху готова. Постель застелена, окна открыты. Свежий воздух быстро приведёт тебя в чувство.

— Хорошо. — Эйлара чуть кивнула.

Она уже направилась к лестнице, когда бабушкин голос снова остановил её.

— Эйлара. — Позвала бабушка.

Она обернулась. Бабушка стояла у стола, задумчиво теребя край скатерти.

— Что? — спросила Эйлара.

Пожилая женщина несколько секунд молчала. Словно решала, стоит ли говорить. Потом всё же произнесла: