Дракула: метод параллельного погружения

27 July.—No news from Jonathan. I am getting quite uneasy about him, though why I should I do not know; but I do wish that he would write, if it were only a single line. Lucy walks more than ever, and each night I am awakened by her moving about the room. Fortunately, the weather is so hot that she cannot get cold; but still the anxiety and the perpetually being wakened is beginning to tell on me, and I am getting nervous and wakeful myself. Thank God, Lucy’s health keeps up. Mr. Holmwood has been suddenly called to Ring to see his father, who has been taken seriously ill. Lucy frets at the postponement of seeing him, but it does not touch her looks; she is a trifle stouter, and her cheeks are a lovely rose-pink. She has lost that anæmic look which she had. I pray it will all last.

3 August.— (3 августа.) Another week gone, (Прошла ещё одна неделя,) and no news from Jonathan, (и никаких новостей от Джонатана,) not even to Mr. Hawkins, (даже мистеру Хокинсу,) from whom I have heard. (от которого я получила весть.) Oh, I do hope he is not ill. (О, я очень надеюсь, что он не болен.) He surely would have written. (Он наверняка написал бы.) I look at that last letter of his, (Я перечитываю его последнее письмо,) but somehow it does not satisfy me. (но почему-то оно меня не успокаивает.) It does not read like him, (Оно звучит не как он сам,) and yet it is his writing. (и всё же это его почерк.) There is no mistake of that. (В этом нет никакой ошибки.) Lucy has not walked much in her sleep the last week, (Люси на прошлой неделе почти не ходила во сне,) but there is an odd concentration about her (но в ней появилась какая-то странная сосредоточенность; odd — странный; concentration — сосредоточенность,) which I do not understand; (которую я не понимаю;) even in her sleep (даже во сне) she seems to be watching me. (она будто наблюдает за мной.) She tries the door, (Она пробует дверь,) and finding it locked, (и, обнаружив, что она заперта,) goes about the room (ходит по комнате) searching for the key. (в поисках ключа; search — искать.)

3 August.—Another week gone, and no news from Jonathan, not even to Mr. Hawkins, from whom I have heard. Oh, I do hope he is not ill. He surely would have written. I look at that last letter of his, but somehow it does not satisfy me. It does not read like him, and yet it is his writing. There is no mistake of that. Lucy has not walked much in her sleep the last week, but there is an odd concentration about her which I do not understand; even in her sleep she seems to be watching me. She tries the door, and finding it locked, goes about the room searching for the key.

6 August.— (6 августа.) Another three days, (Прошло ещё три дня,) and no news. (и никаких новостей.) This suspense is getting dreadful. (Это ожидание становится невыносимым; suspense — мучительное ожидание.) If I only knew (Если бы я только знала,) where to write to (куда писать) or where to go to, (или куда ехать,) I should feel easier; (мне было бы легче;) but no one has heard a word of Jonathan (но никто не слышал ни слова о Джонатане) since that last letter. (с того последнего письма.) I must only pray to God for patience. (Мне остаётся лишь молиться Богу о терпении.) Lucy is more excitable than ever, (Люси возбуждена как никогда; excitable — легко возбуждённая,) but is otherwise well. (но в остальном здорова.) Last night was very threatening, (Прошлая ночь была очень зловещей; threatening — угрожающая,) and the fishermen say (и рыбаки говорят,) that we are in for a storm. (что нас ожидает буря.) I must try to watch it (Я должна попытаться наблюдать за ней) and learn the weather signs. (и научиться понимать погодные приметы; signs — приметы.)

6 August.—Another three days, and no news. This suspense is getting dreadful. If I only knew where to write to or where to go to, I should feel easier; but no one has heard a word of Jonathan since that last letter. I must only pray to God for patience. Lucy is more excitable than ever, but is otherwise well. Last night was very threatening, and the fishermen say that we are in for a storm. I must try to watch it and learn the weather signs.

To-day is a grey day, (Сегодня серый день,) and the sun as I write (и солнце в тот момент, когда я пишу,) is hidden in thick clouds, (скрыто за плотными облаками,) high over Kettleness. (высоко над Кеттлнессом.) Everything is grey— (Всё серо —) except the green grass, (кроме зелёной травы,) which seems like emerald amongst it; (которая кажется изумрудом среди всего этого; emerald — изумруд) grey earthy rock; (серые, землистые скалы;) grey clouds, (серые облака,) tinged with the sunburst at the far edge, (с оттенком солнечного сияния на далёком краю; tinged — слегка окрашенные; sunburst — солнечное сияние) hang over the grey sea, (висят над серым морем,) into which the sand-points stretch (в которое песчаные косы тянутся) like grey fingers. (словно серые пальцы.) The sea is tumbling in (Море с грохотом накатывает;) over the shallows (через мелководья; shallows — мелководья) and the sandy flats (и песчаные отмели; flats — отмели, плоские участки) with a roar, (с рёвом,) muffled in the sea-mists (приглушённым морскими туманами; muffled — приглушённый; sea-mists — морские туманы) drifting inland. (плывущими вглубь суши; inland — вглубь страны)

To-day is a grey day, and the sun as I write is hidden in thick clouds, high over Kettleness. Everything is grey—except the green grass, which seems like emerald amongst it; grey earthy rock; grey clouds, tinged with the sunburst at the far edge, hang over the grey sea, into which the sand-points stretch like grey fingers. The sea is tumbling in over the shallows and the sandy flats with a roar, muffled in the sea-mists drifting inland.

The horizon is lost in a grey mist. (Горизонт теряется в сером тумане.) All is vastness; (Всё — сплошная необъятность; vastness — необъятность) the clouds are piled up like giant rocks, (облака нагромождены, словно гигантские скалы,) and there is a “brool” over the sea (и над морем стоит «брул»; brool — глухой гул, рокот) that sounds like some presage of doom. (который звучит как некое предвестие гибели; presage — предзнаменование; doom — гибель, рок) Dark figures are on the beach here and there, (Тут и там на берегу видны тёмные фигуры,) sometimes half shrouded in the mist, (иногда наполовину окутанные туманом; shrouded — окутанные) and seem “men like trees walking.” (и кажутся людьми, похожими на движущиеся деревья.) The fishing-boats are racing for home, (Рыбацкие лодки мчатся к дому,) and rise and dip in the ground swell (поднимаются и опускаются на океанской зыби; ground swell — длинная океанская зыбь) as they sweep into the harbour, (когда они влетают в гавань,) bending to the scuppers. (накреняясь до шпигатов; scuppers — шпигаты, водостоки на палубе) Here comes old Mr. Swales. (А вот идёт старый мистер Сволс.) He is making straight for me, (Он направляется прямо ко мне,) and I can see, (и я вижу,) by the way he lifts his hat, (по тому, как он приподнимает шляпу,) that he wants to talk.... (что он хочет поговорить....)

The horizon is lost in a grey mist. All is vastness; the clouds are piled up like giant rocks, and there is a “brool” over the sea that sounds like some presage of doom. Dark figures are on the beach here and there, sometimes half shrouded in the mist, and seem “men like trees walking.” The fishing-boats are racing for home, and rise and dip in the ground swell as they sweep into the harbour, bending to the scuppers. Here comes old Mr. Swales. He is making straight for me, and I can see, by the way he lifts his hat, that he wants to talk....

I have been quite touched by the change in the poor old man. (Меня глубоко тронуло это изменение в бедном старике.) When he sat down beside me, (Когда он сел рядом со мной,) he said in a very gentle way:— (он сказал очень мягким тоном:)

“I want to say something to you, miss.” («Я хочу сказать вам кое-что, мисс.») I could see he was not at ease, (Я видела, что ему было неловко; at ease — спокойно, непринуждённо) so I took his poor old wrinkled hand in mine (и потому взяла его бедную старую морщинистую руку в свою) and asked him to speak fully; (и попросила его говорить откровенно,) so he said, (и тогда он сказал,) leaving his hand in mine:— (не выпуская моей руки:)

I have been quite touched by the change in the poor old man. When he sat down beside me, he said in a very gentle way:—

“I want to say something to you, miss.” I could see he was not at ease, so I took his poor old wrinkled hand in mine and asked him to speak fully; so he said, leaving his hand in mine:—

“I’m afraid, my deary, («Боюсь, моя дорогая,) that I must have shocked you (что я, должно быть, вас шокировал) by all the wicked things I’ve been sayin’ about the dead, (всеми теми грешными словами, которые говорил о мёртвых) and such like, for weeks past; (и тому подобным, все эти последние недели;) but I didn’t mean them, (но я не имел этого в виду,) and I want ye to remember that (и я хочу, чтобы вы это помнили; ye = you — вы) when I’m gone. (когда меня не станет) We aud folks (Мы, старые люди; aud = old — старый) that be daffled, (которые уже немного не в себе; daffled = confused — одурманенные, сбитые с толку) and with one foot abaft the krok-hooal, (и одной ногой уже в могиле; with one foot abaft the krok-hooal = with one foot in the grave — одной ногой в могиле) don’t altogether like to think of it, (не очень-то любим об этом думать,) and we don’t want to feel scart of it; (и не хотим этого бояться; scart = scared — испуганный) an’ that’s why I’ve took to makin’ light of it, (и потому я стал отшучиваться и относиться к этому несерьёзно; makin’ light of = make light of — относиться легкомысленно) so that I’d cheer up my own heart a bit. (чтобы хоть немного подбодрить своё сердце) But, Lord love ye, miss, (Но, Господь вас благослови, мисс,) I ain’t afraid of dyin’, not a bit; (я вовсе не боюсь умирать;) only I don’t want to die (только я не хочу умирать,) if I can help it. (если могу этого избежать; if I can help it = if I can avoid it — если могу этого избежать) My time must be nigh at hand now, (Моё время, должно быть, уже близко; nigh at hand = near at hand — близко) for I be aud, (потому что я стар,) and a hundred years is too much for any man to expect; (а сто лет — слишком много для любого человека,) and I’m so nigh it (и я уже так близко к этому) that the Aud Man (что Старик-Смерть; Aud Man = Death — Смерть) is already whettin’ his scythe.” (уже точит свою косу; whettin’ = whetting — точить; scythe — коса)

“I’m afraid, my deary, that I must have shocked you by all the wicked things I’ve been sayin’ about the dead, and such like, for weeks past; but I didn’t mean them, and I want ye to remember that when I’m gone. We aud folks that be daffled, and with one foot abaft the krok-hooal, don’t altogether like to think of it, and we don’t want to feel scart of it; an’ that’s why I’ve took to makin’ light of it, so that I’d cheer up my own heart a bit. But, Lord love ye, miss, I ain’t afraid of dyin’, not a bit; only I don’t want to die if I can help it. My time must be nigh at hand now, for I be aud, and a hundred years is too much for any man to expect; and I’m so nigh it that the Aud Man is already whettin’ his scythe.

Ye see, («Видите ли; ye = you — вы) I can’t get out o’ the habit of caffin’ about it all at once; (я не могу сразу избавиться от привычки подшучивать над всем этим; o’ = of — из; caffin’ = chaffing — поддразнивать, шутить) the chafts will wag as they be used to. (язык будет болтаться, как привык; the chafts will wag = the jaws will wag — язык будет болтаться) Some day soon (В один из ближайших дней) the Angel of Death will sound his trumpet for me. (Ангел Смерти протрубит для меня.) But don’t ye dooal an’ greet, my deary!” (Но не горюй и не плачь, моя дорогая!; dooal an’ greet = moan and weep — горевать и плакать) —for he saw that I was crying— (—потому что он видел, что я плачу—) “if he should come this very night (если бы он пришёл даже этой самой ночью) I’d not refuse to answer his call. (я бы не отказался откликнуться на его зов.) For life be, after all, (Ведь жизнь, в конце концов,) only a waitin’ for somethin’ else than what we’re doin’; (лишь ожидание чего-то иного, чем то, чем мы сейчас заняты;) and death be all that we can rightly depend on. (а смерть — единственное, на что мы можем по-настоящему рассчитывать.) But I’m content, (Но я спокоен,) for it’s comin’ to me, my deary, (потому что это идёт ко мне,) and comin’ quick. (и идёт быстро.) It may be comin’ (Оно может прийти) while we be lookin’ and wonderin’.” (пока мы смотрим и дивимся.)

Ye see, I can’t get out o’ the habit of caffin’ about it all at once; the chafts will wag as they be used to. Some day soon the Angel of Death will sound his trumpet for me. But don’t ye dooal an’ greet, my deary!”—for he saw that I was crying—“if he should come this very night I’d not refuse to answer his call. For life be, after all, only a waitin’ for somethin’ else than what we’re doin’; and death be all that we can rightly depend on. But I’m content, for it’s comin’ to me, my deary, and comin’ quick. It may be comin’ while we be lookin’ and wonderin’.

Maybe it’s in that wind out over the sea («Может быть, это в том ветре над морем) that’s bringin’ with it loss and wreck, (который несёт с собой утраты и крушения; wreck — крушение) and sore distress, (и тяжкие беды; sore — тяжкий, мучительный) and sad hearts. (и печальные сердца.) Look! look!” («Смотрите! смотрите!») he cried suddenly. (внезапно вскричал он.) “There’s something in that wind («В этом ветре есть что-то) and in the hoast beyont that sounds, (и в том шуме за теми звуками; hoast = host — гул, шум; beyont = beyond — за, по ту сторону) and looks, and tastes, and smells like death. (что звучит, выглядит, чувствуется на вкус и пахнет как смерть.) It’s in the air; (Это в воздухе;) I feel it comin’. (я чувствую, как оно надвигается.) Lord, make me answer cheerful (Господи, дай мне ответить с радостью) when my call comes!” (когда придёт мой зов!) He held up his arms devoutly, (Он благоговейно поднял руки; devoutly — благочестиво) and raised his hat. (и приподнял шляпу.) His mouth moved as though he were praying. (Его губы двигались, словно он молился.) After a few minutes’ silence, (После нескольких минут молчания,) he got up, (он поднялся,) shook hands with me, (пожал мне руку,) and blessed me, (и благословил меня,) and said good-bye, (и попрощался,) and hobbled off. (и заковылял прочь.) It all touched me, (Всё это глубоко меня тронуло) and upset me very much. (и сильно расстроило.)

Maybe it’s in that wind out over the sea that’s bringin’ with it loss and wreck, and sore distress, and sad hearts. Look! look!” he cried suddenly. “There’s something in that wind and in the hoast beyont that sounds, and looks, and tastes, and smells like death. It’s in the air; I feel it comin’. Lord, make me answer cheerful when my call comes!” He held up his arms devoutly, and raised his hat. His mouth moved as though he were praying. After a few minutes’ silence, he got up, shook hands with me, and blessed me, and said good-bye, and hobbled off. It all touched me, and upset me very much.

I was glad when the coastguard came along, (Я обрадовалась, когда подошёл береговой страж) with his spy-glass under his arm. (со своей подзорной трубой под мышкой; spy-glass — подзорная труба) He stopped to talk with me, (Он остановился поговорить со мной,) as he always does, (как делает всегда,) but all the time kept looking (но всё время продолжал смотреть) at a strange ship. (на странный корабль; strange — необычный, странный)

I was glad when the coastguard came along, with his spy-glass under his arm. He stopped to talk with me, as he always does, but all the time kept looking at a strange ship.

“I can’t make her out,” («Я никак не могу распознать корабль»; make out = understand — понять) he said; (сказал он;) “she’s a Russian, by the look of her; («он, по всему виду, русский;) but she’s knocking about in the queerest way. (но его носит самым странным образом; knocking about = wander aimlessly — болтаться, метаться без толку) She doesn’t know her mind a bit; (Он совсем не может определиться; know one’s mind = be decided — знать, чего хочешь) she seems to see the storm coming, (кажется, корабль видит надвигающуюся бурю,) but can’t decide whether to run up north in the open, (но не может решить, идти ли на север в открытое море,) or to put in here. (или зайти сюда; put in = enter harbour — зайти в порт) Look there again! (Смотрите-ка снова!) She is steered mighty strangely, (Его ведут чрезвычайно странно,) for she doesn’t mind the hand on the wheel; (потому что корабль словно не слушается руля; mind the hand on the wheel = obey the helm — слушаться руля) changes about with every puff of wind. (мечется при каждом порыве ветра.) We’ll hear more of her before this time to-morrow.” (Мы ещё о нем услышим раньше, чем наступит завтрашний час.)

“I can’t make her out,” he said; “she’s a Russian, by the look of her; but she’s knocking about in the queerest way. She doesn’t know her mind a bit; she seems to see the storm coming, but can’t decide whether to run up north in the open, or to put in here. Look there again! She is steered mighty strangely, for she doesn’t mind the hand on the wheel; changes about with every puff of wind. We’ll hear more of her before this time to-morrow.”

CHAPTER VII (ГЛАВА VII)

CUTTING FROM “THE DAILY GRAPH,” 8 AUGUST (ВЫРЕЗКА ИЗ «ДЕЙЛИ ГРАФ», 8 АВГУСТА)

(Pasted in Mina Murray’s Journal.) (Вклеено в дневник Мины Мюррей.)

From a Correspondent. (От корреспондента.)

Whitby. (Уитби.)

ONE of the greatest and suddenest storms on record (Одна из величайших и самых внезапных бурь, когда-либо зафиксированных; on record — зафиксированный, отмеченный в хрониках) has just been experienced here, (только что была пережита здесь; to experience — переживать, испытать) with results both strange and unique. (с последствиями одновременно странными и уникальными; unique — единственный в своём роде.) The weather had been somewhat sultry, (Погода была несколько знойной; sultry — знойный, душный) but not to any degree uncommon in the month of August. (но вовсе не до такой степени, чтобы быть необычной для августа.) Saturday evening was as fine as was ever known, (Субботний вечер был необыкновенно прекрасен; as fine as was ever known — исключительно, редкостно прекрасный) and the great body of holiday-makers laid out yesterday for visits to Mulgrave Woods, Robin Hood’s Bay, Rig Mill, Runswick, Staithes, (и большая масса отдыхающих накануне отправилась с планами посетить Малгрейвский лес, бухту Робин Гуда, Риг-Милл, Рансуик, Стейтс; holiday-makers — отдыхающие, курортники; laid out — отправились, наметили путь) and the various trips in the neighbourhood of Whitby. (и различные поездки в окрестностях Уитби.)

CHAPTER VII

CUTTING FROM “THE DAILYGRAPH,” 8 AUGUST

(Pasted in Mina Murray’s Journal.)

From a Correspondent.

Whitby.

ONE of the greatest and suddenest storms on record has just been experienced here, with results both strange and unique. The weather had been somewhat sultry, but not to any degree uncommon in the month of August. Saturday evening was as fine as was ever known, and the great body of holiday-makers laid out yesterday for visits to Mulgrave Woods, Robin Hood’s Bay, Rig Mill, Runswick, Staithes, and the various trips in the neighbourhood of Whitby.

The steamers Emma and Scarborough made trips up and down the coast, (Пароходы «Эмма» и «Скарборо» совершали рейсы вверх и вниз вдоль побережья; steamer — пароход) and there was an unusual amount of “tripping” both to and from Whitby. (и наблюдалось необычно большое количество «поездок» как в Уитби, так и из Уитби; tripping — экскурсионные поездки.) The day was unusually fine till the afternoon, (День был необыкновенно прекрасен вплоть до второй половины дня,) when some of the gossips who frequent the East Cliff churchyard, (когда некоторые болтуны, которые часто бывают на кладбище Ист-Клифф,) and from that commanding eminence watch the wide sweep of sea visible to the north and east, (и с этой господствующей высоты наблюдают широкий простор моря, видимый к северу и востоку,) called attention to a sudden show of “mares’-tails” high in the sky to the north-west. (обратили внимание на внезапное появление «лошадиных хвостов» высоко в небе на северо-западе; mares’-tails — перистые облака.) The wind was then blowing from the south-west (Ветер в то время дул с юго-запада) in the mild degree which in barometrical language is ranked “No. 2: light breeze.” (слабой силы, которая на барометрическом языке обозначается как «№ 2: лёгкий бриз»; light breeze — лёгкий ветерок.)