Дракула: метод параллельного погружения

His face was deathly pale, and the lines of it were hard like drawn wires; the thick eyebrows that met over the nose now seemed like a heaving bar of white-hot metal. With a fierce sweep of his arm, he hurled the woman from him, and then motioned to the others, as though he were beating them back; it was the same imperious gesture that I had seen used to the wolves. In a voice which, though low and almost in a whisper seemed to cut through the air and then ring round the room he said:—

“How dare you touch him, any of you? («Как вы смеете прикасаться к нему, хоть кто-нибудь из вас?»; How dare you — как смеете) How dare you cast eyes on him when I had forbidden it? («Как смеете бросать на него взгляды, когда я это запретил?»; cast eyes on — бросать взгляд) Back, I tell you all! («Назад, я говорю вам всем!»; Back! — назад) This man belongs to me! («Этот человек принадлежит мне!»; belongs to me — принадлежит мне) Beware how you meddle with him, («Остерегайтесь соваться к нему»; meddle with — вмешиваться) or you’ll have to deal with me.” («а иначе вам придётся иметь дело со мной»; deal with me — столкнуться со мной) The fair girl, with a laugh of ribald coquetry, (Светлая девушка, с хохотом развязной кокетливости; ribald — непристойный; coquetry — кокетливость) turned to answer him:— (повернулась, чтобы ответить ему; turned to answer — обернулась ответить)

“How dare you touch him, any of you? How dare you cast eyes on him when I had forbidden it? Back, I tell you all! This man belongs to me! Beware how you meddle with him, or you’ll have to deal with me.” The fair girl, with a laugh of ribald coquetry, turned to answer him:—

“You yourself never loved; you never love!” («Ты сам никогда не любил; ты никогда не любишь!»; never loved / never love — отрицание чувства) On this the other women joined, (После этого к ней присоединились и другие женщины; joined — присоединились) and such a mirthless, hard, soulless laughter rang through the room (и такой безрадостный, жёсткий, бездушный смех разнёсся по комнате; mirthless — безрадостный, soulless — бездушный) that it almost made me faint to hear; (что я едва не потерял сознание, услышав его; made me faint — чуть не лишил чувств) it seemed like the pleasure of fiends. (он казался наслаждением злых духов; fiends — демоны, злые духи) Then the Count turned, (Тогда граф повернулся; turned — повернулся) after looking at my face attentively, (внимательно посмотрев на моё лицо; attentively — внимательно) and said in a soft whisper:— (и сказал мягким шёпотом; soft whisper — тихий шёпот)

“You yourself never loved; you never love!” On this the other women joined, and such a mirthless, hard, soulless laughter rang through the room that it almost made me faint to hear; it seemed like the pleasure of fiends. Then the Count turned, after looking at my face attentively, and said in a soft whisper:—

“Yes, I too can love; («Да, я тоже могу любить»; I too can love — я тоже способен любить) you yourselves can tell it from the past. («вы и сами можете судить об этом по прошлому»; tell it from the past — видеть по прошлому) Is it not so? («не так ли?») Well, now I promise you («Что ж, теперь я обещаю вам»; I promise you — я обещаю вам) that when I am done with him («что когда я закончу с ним»; am done with — покончу с) you shall kiss him at your will. («вы сможете поцеловать его, когда пожелаете»; at your will — по своей воле) Now go! go! («А теперь идите! идите!») I must awaken him, for there is work to be done.” («Мне нужно разбудить его, ведь предстоит работа»; work to be done — работа, которую нужно выполнить)

“Yes, I too can love; you yourselves can tell it from the past. Is it not so? Well, now I promise you that when I am done with him you shall kiss him at your will. Now go! go! I must awaken him, for there is work to be done.”

“Are we to have nothing to-night?” («Неужели у нас сегодня ничего не будет?»; to have nothing — ничего не получить) said one of them, with a low laugh, (сказала одна из них с приглушённым смешком; low laugh — тихий смех) as she pointed to the bag which he had thrown upon the floor, (указывая на мешок, который он бросил на пол; pointed to — указала на) and which moved as though there were some living thing within it. (и который шевелился, будто внутри было что-то живое; within it — внутри него) For answer he nodded his head. (В ответ он кивнул головой; nodded — кивнул) One of the women jumped forward and opened it. (Одна из женщин рванулась вперёд и открыла его; jumped forward — бросилась вперёд) If my ears did not deceive me (Если мои уши меня не обманули; did not deceive me — не обманули) there was a gasp and a low wail, (там раздался хриплый вдох и тихий стон; gasp — хриплый вдох, wail — стон) as of a half-smothered child. (словно от наполовину задушенного ребёнка; half-smothered — наполовину задушенный)

“Are we to have nothing to-night?” said one of them, with a low laugh, as she pointed to the bag which he had thrown upon the floor, and which moved as though there were some living thing within it. For answer he nodded his head. One of the women jumped forward and opened it. If my ears did not deceive me there was a gasp and a low wail, as of a half-smothered child.

The women closed round, (Женщины сомкнулись кругом; closed round — окружили) whilst I was aghast with horror; (в то время как я был ошеломлён ужасом; aghast — поражён ужасом) but as I looked they disappeared, (но когда я посмотрел, они исчезли; disappeared — исчезли) and with them the dreadful bag. (и вместе с ними — тот ужасный мешок; dreadful — ужасный) There was no door near them, (Рядом с ними не было двери; no door near them — ни одной двери рядом) and they could not have passed me without my noticing. (и они не могли пройти мимо меня, чтобы я не заметил; without my noticing — незамеченным для меня) They simply seemed to fade into the rays of the moonlight (Они просто, казалось, растворились в лучах лунного света; fade into — раствориться в) and pass out through the window, (и прошли наружу через окно; pass out — выйти) for I could see outside the dim, shadowy forms (ибо я видел снаружи тусклые, призрачные силуэты; shadowy forms — теневые фигуры) for a moment before they entirely faded away. (на мгновение, прежде чем они полностью исчезли; faded away — исчезли)

Then the horror overcame me, (Тогда ужас овладел мной; overcame — захлестнул) and I sank down unconscious. (и я рухнул без сознания; sank down — опустился, рухнул)

The women closed round, whilst I was aghast with horror; but as I looked they disappeared, and with them the dreadful bag. There was no door near them, and they could not have passed me without my noticing. They simply seemed to fade into the rays of the moonlight and pass out through the window, for I could see outside the dim, shadowy forms for a moment before they entirely faded away.

Then the horror overcame me, and I sank down unconscious.

CHAPTER IV (ГЛАВА IV)

JONATHAN HARKER’S JOURNAL—continued (ДНЕВНИК ДЖОНАТАНА ХАРКЕРА — продолжение)

I AWOKE in my own bed. (Я проснулся в своей собственной постели.) If it be that I had not dreamt, (Если только мне всё это не приснилось.) the Count must have carried me here. (то граф Дракула должен был перенести меня сюда.) I tried to satisfy myself on the subject, (Я попытался разобраться в этом.) but could not arrive at any unquestionable result. (но не смог прийти ни к какому несомненному выводу; unquestionable — несомненный) To be sure, there were certain small evidences, (Правда, имелись некоторые мелкие свидетельства; evidences — признаки) such as that my clothes were folded and laid by in a manner which was not my habit. (например, моя одежда была аккуратно сложена и убрана так, как я обычно не делаю.) My watch was still unwound, (Мои часы всё ещё были не заведены.) and I am rigorously accustomed to wind it the last thing before going to bed, (а я строго привык заводить их в последнюю очередь перед сном; rigorously — строго) and many such details. (и множество подобных мелочей.) But these things are no proof, (Но всё это не является доказательством.) for they may have been evidences that my mind was not as usual, (ведь это могло свидетельствовать о том, что моё состояние ума было не таким, как обычно.) and, from some cause or another, I had certainly been much upset. (и по той или иной причине я, несомненно, был сильно потрясён; upset — потрясён)

CHAPTER IV

JONATHAN HARKER’S JOURNAL—continued

I AWOKE in my own bed. If it be that I had not dreamt, the Count must have carried me here. I tried to satisfy myself on the subject, but could not arrive at any unquestionable result. To be sure, there were certain small evidences, such as that my clothes were folded and laid by in a manner which was not my habit. My watch was still unwound, and I am rigorously accustomed to wind it the last thing before going to bed, and many such details. But these things are no proof, for they may have been evidences that my mind was not as usual, and, from some cause or another, I had certainly been much upset.

I must watch for proof. (Мне нужно ждать доказательств.) Of one thing I am glad: (Одному я рад:) if it was that the Count carried me here and undressed me, (если граф Дракула действительно перенёс меня сюда и раздел, он должен был спешить.) he must have been hurried in his task, (он, должно быть, торопился.) for my pockets are intact. (потому что мои карманы нетронуты.) I am sure this diary would have been a mystery to him (Я уверен, что этот дневник стал бы для него загадкой; mystery — тайна) which he would not have brooked. (которую он бы не потерпел; brooked — терпел) He would have taken or destroyed it. (Он бы забрал его или уничтожил.) As I look round this room, (Когда я оглядываюсь по комнате.) although it has been to me so full of fear, (хотя прежде она внушала мне такой страх.) it is now a sort of sanctuary, (теперь она кажется мне своего рода убежищем; sanctuary — убежище) for nothing can be more dreadful than those awful women, (ведь нет ничего ужаснее тех жутких женщин; dreadful — страшный) who were—who are—waiting to suck my blood. (которые были — которые и сейчас — ждут, чтобы высосать мою кровь.)

I must watch for proof. Of one thing I am glad: if it was that the Count carried me here and undressed me, he must have been hurried in his task, for my pockets are intact. I am sure this diary would have been a mystery to him which he would not have brooked. He would have taken or destroyed it. As I look round this room, although it has been to me so full of fear, it is now a sort of sanctuary, for nothing can be more dreadful than those awful women, who were—who are—waiting to suck my blood.

18 May.—I have been down to look at that room again in daylight, (18 мая. — Я спустился снова взглянуть на ту комнату при дневном свете, ибо мне нужно знать правду.) for I must know the truth. (потому что я должен узнать правду.) When I got to the doorway at the top of the stairs I found it closed. (Когда я дошёл до дверного проёма наверху лестницы, я обнаружил, что дверь закрыта.) It had been so forcibly driven against the jamb (Она была так сильно вдавлена в дверной косяк; jamb — косяк) that part of the woodwork was splintered. (что часть деревянной рамы раскололась; splintered — расколовшийся) I could see that the bolt of the lock had not been shot, (Я видел, что засов замка не был задвинут; bolt — засов) but the door is fastened from the inside. (но дверь заперта изнутри; fastened — заперта) I fear it was no dream, (Боюсь, это был не сон.) and must act on this surmise. (и мне нужно действовать, исходя из этого предположения; surmise — догадка)

18 May.—I have been down to look at that room again in daylight, for I must know the truth. When I got to the doorway at the top of the stairs I found it closed. It had been so forcibly driven against the jamb that part of the woodwork was splintered. I could see that the bolt of the lock had not been shot, but the door is fastened from the inside. I fear it was no dream, and must act on this surmise.

19 May.—I am surely in the toils. (19 мая. — Я наверняка в ловушке; toils — сети, ловушка) Last night the Count asked me in the suavest tones (Прошлой ночью граф попросил меня самым мягким, льстиво-ласковым тоном; suavest — льстиво-ласковый) to write three letters, (написать три письма.) one saying that my work here was nearly done, (одно — что моя работа здесь почти завершена.) and that I should start for home within a few days, (и что я должен выехать домой через несколько дней.) another that I was starting on the next morning from the time of the letter, (второе — что я отправляюсь на следующее утро с момента написания письма.) and the third that I had left the castle and arrived at Bistritz. (и третье — что я уже покинул замок и прибыл в Бистрицу.) I would fain have rebelled, (Я охотно восстал бы против этого; fain — охотно) but felt that in the present state of things (но понимал, что при нынешнем положении дел.) it would be madness to quarrel openly with the Count (было бы безумием открыто ссориться с графом.) whilst I am so absolutely in his power; (пока я настолько полностью в его власти.) and to refuse would be to excite his suspicion (а отказ немедленно вызвал бы его подозрение; excite — возбуждать, вызывать) and to arouse his anger. (и пробудил бы его гнев; arouse — пробуждать, вызывать)

19 May.—I am surely in the toils. Last night the Count asked me in the suavest tones to write three letters, one saying that my work here was nearly done, and that I should start for home within a few days, another that I was starting on the next morning from the time of the letter, and the third that I had left the castle and arrived at Bistritz. I would fain have rebelled, but felt that in the present state of things it would be madness to quarrel openly with the Count whilst I am so absolutely in his power; and to refuse would be to excite his suspicion and to arouse his anger.

He knows that I know too much, (Он знает, что я знаю слишком много.) and that I must not live, (и что мне нельзя оставаться в живых.) lest I be dangerous to him; (чтобы я не стал для него опасным; lest — чтобы не) my only chance is to prolong my opportunities. (мой единственный шанс — продлить свои возможности.) Something may occur (Может случиться нечто.) which will give me a chance to escape. (что даст мне возможность сбежать.) I saw in his eyes something of that gathering wrath (Я увидел в его глазах нечто от той нарастающей ярости; wrath — ярость) which was manifest (которая была очевидна; manifest — явный) when he hurled that fair woman from him. (когда он швырнул от себя ту прекрасную женщину; hurled — швырнул) He explained to me that posts were few and uncertain, (Он объяснил мне, что почта здесь отправляется редко и ненадёжно; posts — отправки писем) and that my writing now would ensure ease of mind to my friends; (и что моё письмо сейчас обеспечит душевное спокойствие моим друзьям; ease — покой, облегчение) and he assured me with so much impressiveness (и он уверял меня с такой убедительностью; impressiveness — внушительность) that he would countermand the later letters, (что он отменит более поздние письма; countermand — отменить распоряжение) which would be held over at Bistritz until due time (которые будут задержаны в Бистрице до положенного времени; held over — задержанные, отложенные; due — надлежащий) in case chance would admit of my prolonging my stay, (на случай, если мне удастся продлить своё пребывание; admit — допустить) that to oppose him would have been to create new suspicion. (что противиться ему означало бы вызвать новые подозрения.) I therefore pretended to fall in with his views, (Поэтому я сделал вид, что согласен с его мнением; fall in with — соглашаться) and asked him what dates I should put on the letters. (и спросил его, какие даты мне ставить на письмах.) He calculated a minute, (Он минуту считал про себя; calculated — прикинул рассчитал) and then said:— (а затем сказал:)

He knows that I know too much, and that I must not live, lest I be dangerous to him; my only chance is to prolong my opportunities. Something may occur which will give me a chance to escape. I saw in his eyes something of that gathering wrath which was manifest when he hurled that fair woman from him. He explained to me that posts were few and uncertain, and that my writing now would ensure ease of mind to my friends; and he assured me with so much impressiveness that he would countermand the later letters, which would be held over at Bistritz until due time in case chance would admit of my prolonging my stay, that to oppose him would have been to create new suspicion. I therefore pretended to fall in with his views, and asked him what dates I should put on the letters. He calculated a minute, and then said:—

“The first should be June 12, («Первое должно быть датировано 12 июня.) the second June 19, (второе — 19 июня.) and the third June 29.” (а третье — 29 июня».)

I know now the span of my life. (Теперь я знаю предел своей жизни; span — срок предел) God help me! (Боже, помоги мне!)

“The first should be June 12, the second June 19, and the third June 29.”

I know now the span of my life. God help me!

28 May.—There is a chance of escape, (28 мая. — Появился шанс на побег.) or at any rate of being able to send word home. (или, по крайней мере, возможность отправить весточку домой.) A band of Szgany have come to the castle, (К замку прибыла группа цыган.) and are encamped in the courtyard. (и расположилась лагерем во дворе.) These Szgany are gipsies; (Эти цыгане — бродяги; gipsies — цыгане) I have notes of them in my book. (У меня есть заметки о них в моей тетради.) They are peculiar to this part of the world, (Они характерны именно для этой части мира; peculiar — свойственный, особенный) though allied to the ordinary gipsies all the world over. (хотя и родственны обычным цыганам по всему свету; allied — родственный, связанный) There are thousands of them in Hungary and Transylvania, (Их тысячи в Венгрии и Трансильвании.) who are almost outside all law. (которые почти находятся вне закона; outside — вне) They attach themselves as a rule to some great noble or boyar, (Обычно они примыкают к какому-нибудь крупному вельможе или боярину; attach themselves — примыкать) and call themselves by his name. (и называют себя его именем.) They are fearless and without religion, save superstition, (Они бесстрашны и безрелигиозны, если не считать суеверий; fearless — бесстрашный; superstition — суеверие) and they talk only their own varieties of the Romany tongue. (и говорят только на своих разновидностях цыганского языка; Romany — цыганский язык)

28 May.—There is a chance of escape, or at any rate of being able to send word home. A band of Szgany have come to the castle, and are encamped in the courtyard. These Szgany are gipsies; I have notes of them in my book. They are peculiar to this part of the world, though allied to the ordinary gipsies all the world over. There are thousands of them in Hungary and Transylvania, who are almost outside all law. They attach themselves as a rule to some great noble or boyar, and call themselves by his name. They are fearless and without religion, save superstition, and they talk only their own varieties of the Romany tongue.

I shall write some letters home, (Я напишу несколько писем домой.) and shall try to get them to have them posted. (и постараюсь добиться, чтобы они отправили эти письма; posted — отправленные) I have already spoken them through my window (Я уже обратился к ним через окно.) to begin acquaintanceship. (чтобы завязать знакомство; acquaintanceship — знакомство) They took their hats off (Они сняли шляпы.) and made obeisance and many signs, (и сделали поклон, и подали множество жестов; obeisance — поклон) which, however, I could not understand (которые, однако, я не смог понять.) any more than I could their spoken language.... (так же, как и их разговорную речь; spoken language — устная речь)

I shall write some letters home, and shall try to get them to have them posted. I have already spoken them through my window to begin acquaintanceship. They took their hats off and made obeisance and many signs, which, however, I could not understand any more than I could their spoken language....

I have written the letters. (Я написал письма.) Mina’s is in shorthand, (Письмо для Мины написано скорописью; shorthand — скоропись) and I simply ask Mr. Hawkins to communicate with her. (и я просто прошу мистера Хокинса связаться с ней.) To her I have explained my situation, (Ей я объяснил своё положение.) but without the horrors which I may only surmise. (но без тех ужасов, о которых я могу лишь догадываться; surmise — догадка) It would shock and frighten her to death (Это потрясло бы и напугало её до смерти.) were I to expose my heart to her. (если бы я открыл ей всю правду.) Should the letters not carry, (Если письма не дойдут.) then the Count shall not yet know my secret (то граф Дракула ещё не узнает моего секрета.) or the extent of my knowledge.... (и того, насколько много я знаю; extent — степень, объём)