Волшебный артефакт бога Лира 2

– Где же ты нашёл его? – воскликнула удивлённо, хотя, конечно, вопрос был риторическим.

– Кар-кар-кар! – отозвался ворон и с благодарностью принял протянутый Мичем кусочек вяленого мяса.

– Вот только что с ним делать... – пробормотала, озадаченно изучая в свете костра интересную находку ворона. Что-то подсказывало мне – она важна для нас. Очень важна.

– Несси, дай-ка мне меч, – задумчиво протянул синеглазый, и я послушно передала ему сокровище.

Он внимательно, дотошно разглядывал не только рукоять, но и ножны, поворачивая смертоносное оружие под разными углами к свету. Мы с замиранием сердца смотрели на его манипуляции, ожидая вердикта, пока он не протянул распахнутую ладонь, хищно улыбаясь:

– Будь я проклят, если ошибаюсь, но, похоже, Рэйвен нашёл что-то, без чего нам будет не обойтись!

– Кар-кар-кар! – деловито провозгласил ворон, а затем взлетел и расположился на плече новичка, с любопытством наблюдая за ним.

Кусочек янтаря, как влитой сел на верхушке рукояти. Трезубец внутри засиял ярче, озарив лица корсаров золотистым светом, раздался щелчок – и витиеватые узоры пришли в движение, словно маленькие змейки, пробудившиеся от векового сна. Ключ исчезал на глазах: золотые нити отслаивались от него, оплетали рукоять, создавая новый узор с пугающей скоростью.

Всего за несколько мгновений от ключа остался только большой синий камень – он пульсировал, излучая мягкий свет, синхронизированный с трезубцем в янтаре. Это было невероятно: казалось, будто меч ожил, пробудился после долгого сна. Завораживающее, невероятное зрелище! А затем раздался ещё один щелчок – громкий, отчётливый, – и рукоять распахнулась, словно сундук с сокровищами, таивший в себе тайны веков.

Новичок протянул мне меч, предлагая само́й достать то, что находилось внутри. Я затаила дыхание и осторожно извлекла тонкий пергамент, покрытый древними символами, начертанными чёрной краской с вкраплениями серебра.

Похоже, Аннола отдала нам то, за чем мы пришли. Карта. Третий фрагмент! Я едва взглянула на неё и поспешно спрятала во внутренний карман. Пустыня – не то место, где сто́ит разглядывать нашу находку. Да и для полноты картины нужно соединить её с остальными фрагментами.

Корсары в удивлении молчали, а я знала одно – нам нужно побыстрее добраться до берега. Бадави предупреждали, что в Анноле есть вероятность повстречаться с разбойниками, и я понимала –уставшее тело не сможет сражаться в полную силу. Я буду обузой, и мы можем попросту не справиться. Да и Слоан устал не меньше меня, хотя и храбрится.

– Отдых – пара часов, и выдвигаемся, – отдала строгий приказ, бережно оборачивая куском ткани золотой меч. Его сияние может привлечь ненужное внимание к нам.

– Пара часов?! – синеглазый нахмурился и поднялся. Рэйвен возмущённо вспорхнул с его плеча и опустился на песок подле меня. – Да ты первая свалишься с верблюда от усталости!

– Пара часов, Слоан, – повторила холодно и вскинула на него взгляд. – Ни ты, ни я не справимся с разбойниками, если они нападут. У нас нет времени на отдых.

– Новичок, капитан права, – на его плечо опустилась рука Вэлианса. – Самое безопасное место – на корабле. Здесь мы не в своей стихии. Здесь мы как на ладони, и опасность не только в разбойниках, но и в хищниках.

– Лично мне не хочется быть ничьей едой, – заключил Ли Пэн, поправляя ремень с кинжалом.

Синеглазый фыркнул и отошёл подальше от нас, нарочито громко шаркнув сандалями по песку. Демонстративно опустился на песок и принялся мрачно сверлить взглядом сгущающуюся вокруг нас темноту, словно надеялся взглядом прожечь в ней дыру. Его плечи были напряжены, кулаки сжаты – он буквально излучал раздражение.

Неужели же он не понимает? Уверена, всё понимает – и из-за этого и бесится. Потому что не в силах изменить моё решение. Верное решение. Мы и без того были на волоске от смерти, так зачем дополнительно подвергать себя опасности?

Ветер принёс с собой песок и пыль, и я невольно прикрыла глаза. Где-то вдали завыл одинокий хищник, как напоминание о том, что Аннола не прощает ошибок.

Покачала головой и поднялась. Не хочу больше никаких споров. Хочу просто отдохнуть.

Стоило сомкнуть веки, и я провалилась в глубокий сон. Усталость взяла верх. Кажется, организм был весьма возмущён новостью, что толком не спал целых две недели: мышцы ныли, спина горела, а веки были такими тяжёлыми, будто к ним подвесили увесистые булыжники.

Проснулась от мерного покачивания, как будто волны убаюкивали меня в лёгкой лодочке. Зашевелилась и убедилась, что нахожусь вовсе не в лодке. Меня крепко удерживали мужские руки, прижимая к широкой груди, а спина порядком затекла в одном положении – видимо, я провела так немало времени.

– Мич? – хрипловато спросила, ещё не до конца очнувшись.

– Проснулась? – его голос прозвучал мягко, почти нежно. Не видела его лица, но по интонации поняла – он улыбался.

– И требую привал, – заметила, открывая глаза и уставившись в его подбородок. Кожа Мича была обветренной, а от него самого пахло дымом костра и приправами. Чем-то таким родным, почти домашним.

– Привал! – провозгласил немедленно Мич, и его голос разнёсся над караваном, заставляя остальных оживиться.

Уже в следующее мгновение я стояла на песке и разминала затёкшие мышцы, потягиваясь и морщась от неприятных ощущений в плечах. Было всё ещё темно, но по ощущениям я прекрасно выспалась – тело не кричало от усталости, а мысли стали ясными.

– Предлагаю перекусить и двигаться дальше, – заметил Ли Пэн, останавливаясь рядом со мной. Его глаза блестели, а на лице играла привычная озорная улыбка. – Сжалься, капитан! Я чертовски голоден!

– Поддерживаю! – улыбнулась, отлично понимая, что он манипулирует словами.

Они ведь все в первую очередь заботились обо мне, но всегда переворачивали всё с ног на голову, только чтобы я не уловила подвох. Каждый из них знал, что я не призна́юсь в своей слабости, но точно не позволю никому из команды умереть от голода и усталости.

Перехватила Мича за рукав и заставила посмотреть на меня.

– Почему не разбудил? – спросила строго, хотя внутри всё сжалось от благодарности.

– Потому что ты должна была отдохнуть, – он наградил меня хмурым взглядом, но в нём не было упрёка – только забота и беспокойство. – Ты проспала почти сутки, а хотела, чтобы организм пришёл в себя за пару часов.

– Сутки?! – невольно отступила. – А вы?

– А мы столько, сколько нужно, – он шагнул ко мне и склонился к уху. Произнёс так, чтобы слышала только я: – Прекрати храбриться. Это глупо. Поужинаем и отправимся в путь.

Подняла на него глаза и растерянно кивнула.

– Как Слоан?

– Спал верхом на верблюде. Вэлианс следил, чтобы не свалился.

Он подмигнул мне и отправился к остальным, а я осталась на месте, провожая его взглядом. Я умудрилась проспать целый день – невзирая на жару.

Едва мы прибыли на берег, приказала сворачивать наш уютный лагерь, а нескольких корсар вместе с малышом Бимсом и золотым мечом сразу же отправила на корабль.

– Собираетесь отплывать? – голос Абул-л-Гафура Маджида прилетел в спину, когда я раздавала распоряжения.

Повернулась и приветственно поклонилась мужчине. Он стоял в тени пальмы, высокий, величественный, с проницательным взглядом.

– Спасибо за гостеприимство, но нам пора отправляться в путь, – ответила спокойно, стараясь не выдать внутреннего напряжения. Почувствую себя в полной безопасности только на корабле – подальше отсюда.

Разбойники – полбеды, а вот змей, который нырнул в воду и мог находиться сейчас где угодно, вызывал у меня серьёзные опасения. Поэтому мне хотелось поскорее убраться из Ахарры. Надеюсь, эта тварь не станет нападать на местных.

– Тебя желает видеть старейшина, – произнёс он без лишних предисловий.

– Надеюсь, мне будет позволено искупаться и надеть привычные одежды перед визитом? – постаралась улыбнуться как можно более непринуждённо.

Рядом со мной выросли, словно вековые исполины, Слоан и Мич.

– Я отправлюсь с женой, – заявил Мич твёрдо, не оставляя места для споров.

– Я буду сопровождать вас, – Слоан посмотрел на Маджида взглядом, не приемлющим отказа. Его поза была напряжённой, пальцы непроизвольно сжимались и разжимались, будто он уже готовился к возможной схватке.

– Старейшина ждёт вас, как только вы будете готовы, – мужчина поклонился, развернулся и пошёл прочь.

Повернулась к новичку и наградила его хмурым взглядом:

– Зачем?

– Потому что должен, капитан. – его голос был твёрдым. – Зачем старик снова желает видеть тебя? Что, если это ловушка? Он ведь прекрасно знал, куда мы держим путь.

– Слоан, не нужно во всех видеть врагов, – вздохнула, пытаясь сохранить спокойствие.

– Лучше видеть и быть готовым ко всему, чем получить нож в спину. Мич, позови, когда соберётесь к старейшине, – и новичок поспешил помогать остальным, не дожидаясь ответа.

– Он ведь прав, Несси. То, что старик видит то, что не видим мы, не делает его нашим другом.

– Я и не ищу в нём верного друга. Мы на его территории и обязаны подчиниться. А пока я привожу себя в порядок – позаботься о провизии и воде. И выкупи у местных максимум товаров, которых больше нигде не встретить. Мы можем хорошо заработать на этом.

– Слушаюсь, капитан! – воскликнул с улыбкой, и мы поспешили в разные стороны.

Мне действительно хотелось хорошенько вымыться и переодеться. Вода, ароматное мыло, чистая одежда – всё это казалось почти роскошью после долгих дней в пустыне. Надеюсь, больше нас не забросит в жаркие края.

Глава 22

Мы замерли напротив старейшины, который глядел на нас сквозь дым от костра, как и в первую встречу: Мич по правую руку от меня, Слоан – по левую. Дым клубился, принимая причудливые формы – то напоминал крылья гигантской птицы, то извивался, словно змея. Рэйвен восседал на моём плече, с любопытством оглядывая всё вокруг. Глаза ворона блестели в свете пламени, будто он видел то, что было скрыто от нас.

Воздух был пропитан ароматом трав. Запах был терпким, дурманящим, но голова была на удивление ясной.

Думала, что провидец заговорит со мной, но он неожиданно обратился к синеглазому:

– Уверен ли ты, что всё должно оставаться так?

Похоже, новичок в этот самый момент думал о чёмто, и это не укрылось от старика. Его проницательный взгляд проникал в самую суть, выхватывая то, что Слоан пытался тщательно спрятать. Для меня не было открытием, что от провидца не утаить мысли, – в прошлый раз я уже успела познакомиться с этой пугающей способностью старейшины. А вот для Слоана это стало настоящим потрясением: лицо на мгновение застыло, а глаза расширились, выдавая внутреннюю борьбу. Он невольно сжал кулаки, будто готовясь защищаться, и чуть отступил назад, словно пытаясь создать хоть какоето расстояние между собой и этим всевидящим взглядом. Сдаётся мне, старик «услышал» отголоски прошлого синеглазого. То, что он не желал никому рассказывать.

– Ты читаешь мысли? – потрясённо произнёс Слоан. Его голос прозвучал чуть громче, чем нужно, и дым на мгновение рассеялся, открыв лицо старейшины – спокойное, но с едва заметной усмешкой.

– Не нужно уметь читать мысли того, кто так громко думает, – глаза старца сверкнули в отблесках пламени.

– Оставь мои мысли при мне, уважаемый, – голос новичка прозвучал холодно, но я уловила в нём нотку тревоги.

– Слоан, – начала было я, но старик поднял руку, останавливая меня.

– Он вправе оставить за собой выбор. Я лишь спросил, уверен ли он в его правильности. Каждый, как ты знаешь, имеет право на свои тайны. И он не исключение.

– Мне он не дал шансов сохранить свою.

– Ты уверена, что он не должен был её узнать? – провидец подался вперёд, и, кажется, его глаза пронзили меня даже сквозь дым, клубящийся между нами. В его взгляде читалась древняя мудрость, от которой по спине пробежал холодок. – Он не знает тебя. Так же, как и ты его. У вас не было шансов узнать друг друга, но время сделает своё дело. Иногда через прошлое можно узнать больше, чем в поступках настоящего, но оно неразрывно связано с нашими решениями сейчас.

– Я не согласен с тобой, уважаемый, – синеглазый обратил на себя внимание старика. – Мои поступки не связаны с моим прошлым.

– Уверен? – усмешка не укрылась от нас. – Твои поступки неразрывно связаны с прошлым. Начиная с того момента, как тебя вела в слепой ярости месть.

– Больше она мной не владеет, – твёрдо произнёс новичок.

– Знаю. Ты изменился и осознал это только рядом с ней, – костлявый палец старца указал на меня. – На этом корабле ты ведь нашёл то, что искал?

– И даже больше, – новичок неожиданно улыбнулся. – Семью и цель в жизни.

– Когда придёт время, ты снова предстанешь перед выбором, и от этого будет зависеть не только твоя судьба, – голос старейшины прозвучал торжественно, почти пророчески.

Мы с Мичем всё это время молчали, погружённые в свои мысли, и я почувствовала, как он вздрогнул, когда старейшина обратился теперь и к нему:

– Ты сможешь, здоровяк. Плыви по течению и не позволяй ревности захватить разум.

Мужчина лишь кивнул и смущённо потупил взор. Похоже, старик прочёл мысли, которых он не хотел показывать. Я не давала ему ложных надежд, но он, знаю, надеялся, что когда-нибудь отвечу ему взаимностью. И мне не нравилось, что старик так бесстыдно заглядывал в сокровенные мысли каждого из нас.

– Уважаемый старейшина, ты звал нас, чтобы покопаться в наших сознаниях? – взгляд столкнулся с живыми стариковскими глазами, которые смотрели на меня с насмешливой сосредоточенностью, но я не позволила себе отступить и отвести взор. – Полагаю, что нет.

– Я звал только тебя, но они пожелали сопровождать тебя, – спокойно произнёс голос, который существенно разнился с тем, как выглядело тело. Он принадлежал словно не старику, а взрослому мужчине, едва разменявшему четвёртый десяток. – Разве тебе не хочется узнать их тайные мысли?

– Они вправе сами рассказать мне то, что считают нужным, – выдержала его взгляд и спокойно спросила: – Для чего ты звал нас?

– Предупредить. Я увидел то, о чём ты ещё не знаешь, – его голос стал серьёзным. – Зима и лютый холод ждут вас на пути. Как скоро это будет – не вижу, но знаю, что это будет суровое испытание.

Я обещала Джонатану, что пройду весь путь до конца, но если риск будет неоправдан, придётся отступить. Командой я не готова жертвовать. Не надеялась, что получу прямой ответ, но всё же спросила. Должна была спросить.

– Мы справимся?

– Бог Махитт не желает показывать мне всего, что связано с вашим путешествием. Я не вижу итог, как и не вижу, что ждёт вас впереди. Он показал мне то, что посчитал нужным, а я обязан был тебя предупредить. Боги никогда ничего не делают зря. Вы ведь нашли в Анноле то, что искали?

– Нашли, – подтвердила я, понимая, что отпираться бесполезно. Он и так знает это. Это ведь был не вопрос.

– Меч служит лишь истинному защитнику. Он рассыплется пеплом при злом умысле.

– У него есть истинный хозяин? – такого я, конечно, не ожидала.

– Ты же знаешь: оружие любит одни руки, и оно уже выбрало хозяина. Разве нет?

И я поняла, о чём он говорит. В тот миг, когда Слоан сражался со змеем в подземелье, меч стал его – не просто оружием в руке, а продолжением воли, живым существом, откликнувшимся на зов души.

Думаю, мне меч и не открылся бы, даже если бы я проделала с ним те же манипуляции, что и новичок. Он бы остался холодным и безжизненным, как обычный клинок. Ведь именно синеглазый разгадал его загадку – не умом, а сердцем. В его руках меч «ожил» и открыл скрытое от глаз. Он признал в Слоане того, кто достоин его силы.

– Да, ты всё верно поняла, – рассмеялся старик. – Ты их лидер, но без их помощи и опоры ты лишь песчинка в пустыне.

– Мы можем идти, уважаемый старейшина?

– Подойди ко мне, красавица. Твои защитники пусть подождут снаружи.

Кивнула мужчинам и через мгновение опустилась подле старика. Ладони утонули в морщинистых мужских руках – его пальцы были сухими и тёплыми, словно кора древнего дерева, впитавшего в себя века мудрости. Старейшина не сводил с меня острого взгляда довольно долго, читая меня как открытую книгу, страницу за страницей, находя то, что я сама пыталась скрыть. Снова.

– Твоя судьба в руках того, кто связал с тобой свою жизнь. Он твоя опора. Муж не только венчанный, но и одобренный богами. Однажды всё встанет на свои места.

– Мне кажется, я так много потеряла, что ничего уже не будет как прежде, – мой голос дрогнул, и я сжала его ладони чуть сильнее, неосознанно ища поддержки.

– Я этого и не говорил. Всё встанет на свои места – так, как должно быть. Плыви по течению, девочка. Твоя судьба предопределена.

– То есть отныне любое моё решение будет верным?

– Все наши решения – верны для нашей судьбы. Ты избрана богами, и они направляют тебя на твоём пути. Как думаешь, могут ли у тебя быть неверные решения?

– Все ошибаются, – заметила не задумываясь. – Даже боги.

– Это хорошо, что ты понимаешь это. Запомни: боги обязательно возьмут плату за выполнение кровной клятвы, однако, даже их законы можно обойти. Вопрос не в том, кто платит, а в том, кто будет расплачиваться, – он произнёс это тихо, но слова прозвучали как раскат грома.

Старец отпустил мои руки и махнул рукой, сообщая, что всё сказал.

Задерживаться не стала. Попрощалась и вышла из шатра с мыслями, полными загадок. Слова старейшины всё ещё звучали в голове, сплетаясь в узоры, которые пока не получалось разгадать.

Мич и Слоан ждали снаружи. Синеглазый стоял в напряжённой позе со скрещёнными руками и нервно постукивал пальцами, словно отсчитывал удары сердца. Мич хмуро смотрел вдаль, туда, где море сливалось с небом, будто искал ответы в бесконечности. Оба были безоружны – ни мечей, ни кинжалов, – и от этого их фигуры казались непривычно уязвимыми.

– Несси, всё в порядке? – вздрогнула от голоса Мича и тряхнула головой, выныривая из собственных мыслей.

– Всё прекрасно. Задумалась. Идёмте же, у нас много забот перед отплытием!

К вечеру стало заметно прохладнее, а солёный морской ветер приятно холодил кожу. Корабль летел на всех парусах, рассекая волны с таким рвением, будто сам жаждал разгадать тайну. Мы снова были на пути к неизвестности – и что ждёт нас за горизонтом, знали только вездесущие боги. Осталось разгадать загадку третьего фрагмента карты, чтобы направить корабль на правильный курс.

Разложила карты на столе, пристраивая третий фрагмент к двум другим. Сэм стоял рядом, внимательно следя за моими действиями. Всё, что у нас было, – три фрагмента карты, сокровища и меч. Никаких больше подсказок – только обрывки информации и решимость дойти до конца.

– Что думаешь? – спросила, проводя пальцем по неровному краю третьего фрагмента.

– Похоже, путь туда, где холодно, нам предстоит сейчас, – задумчиво произнёс мужчина. – Или там очередная загадка, или четвёртый фрагмент. Вот только как узнать конечную точку на этом пути...

Он взял карандаш и с задумчивым видом принялся отмечать точки, к которым приводили нас тайны трезубца. Отсутствовала только начальная – та, где был найден первый фрагмент. Маршрут был не прямым, и куда лежал путь, чётко определить было нельзя. Север – это факт, ведь на кусочке третьей карты это была единственная земля. Вот только она была огромна и необитаема. На её исследования уйдут годы. Даже десятилетия.

– Никакой логики, – задумчиво произнёс, в конце концов, рыжий корсар.

Хмуро разглядывала точки на карте, но целостная картинка пока не возникала. Просто точки. Как будто даже не связанные между собой. Каждая – словно осколок разбитого зеркала, в котором отражалась часть пути, но не весь маршрут целиком. Водила пальцем от одной отметки к другой, пытаясь уловить хоть намёк на закономерность, но линии получались хаотичными, бессмысленными.

– Ложись спать, Несси, – наконец сказал он. – Завтра подумаем над этой загадкой. На свежую голову.

– Держи пока курс на Север, – распорядилась я.

– Да, капитан, – кивнул Сэм.

– Скажи новичку, чтобы пришёл. И меч пусть захватит.

– Меч?

– Может, на нём есть подсказка. Маловероятно, но чем чёрт не шутит! – пожала плечами, встретив его взгляд.

Мужчина подмигнул мне и вышел.

Оставшись одна, достала чистый лист и начала записывать координаты всех точек. Записала и те цифры, что передала Мерфи. Да, они уже служили ключиком к отгадке на Ниосе, но вдруг?

Вчитывалась в каждую цифру, пытаясь уловить хоть намёк на закономерность. Сравнивала широты и долготы, складывала и перемножала числа, искала последовательности. Но, как ни крути – никакой связи в цифрах не было. Никакой логики. Все места были никак не связаны между собой.

– Капитан? – в дверь раздался скромный стук.

– Заходи!

– Я принёс меч, – сообщил синеглазый, закрывая за собой дверь. Взгляд скользнул по каюте – так, словно он не ожидал, что я здесь одна.

– Спасибо! Оставь его здесь, пожалуйста, я хочу его изучить.

– А что ты делаешь? – он подошёл ближе, рассматривая разложенные карты.

– Как видишь – пытаюсь разгадать, куда нам держать курс. Пока наша конечная точка весьма расплывчата, – указала на все отмеченные места нашего путешествия, а затем и на третий фрагмент карты. – У нас есть только слова старейшины бадави и карта, на которой Северные земли – единственное место, где мы можем что-то искать.

– И как поможет меч? – он осторожно опустил золотое оружие на стол.

– Понятия не имею, – пожала плечами и откинулась на спинку стула. – Время пока есть. Иди, Слоан. Я ещё немного поломаю голову и лягу спать.

– Время, как ты выразилась, у нас есть. Ты должна нормально отдохнуть. Свежая голова – залог правильных решений.

– Будешь указывать, что я должна делать? – вскинула на него взгляд и резко поднялась. Упёрла ладони в стол.

– Не собираюсь этого делать. Ты капитан, и все решения – за тобой, но кто будет нами руководить, если на нас нападут? Ты должна быть в форме. От тебя зависит жизнь команды.

– В отличие от тебя – я выспалась, – прищурилась, отмечая, как он лихо завуалировал беспокойство обо мне.

– В такой позе вряд ли можно нормально выспаться, даже проспав сутки.

– В объятиях Мича – вполне, – парировала я, отмечая про себя, как резко изменился его взгляд.

– Меня это не касается. Как ты сама выразилась – ты вольна проводить ночи с кем хочешь. Он твой муж перед богами. С твоего позволения, капитан, я пойду, – получив мой согласный кивок, он развернулся и ухватился за ручку двери. Однако неожиданно замер и тихо произнёс, не оборачиваясь: – Не нужно принимать заботу в штыки. Никто не всесилен, Несси, – и вышел, оставив свои слова без ответа.

Глава 23

Слоан

Она была невероятно упряма – в этом была её сила, её суть. И я в который раз ловил себя на мысли, что именно это мне в ней и нравится. Когдато я не верил в любовь, считал её слабостью, иллюзией, игрой чувств. Но сейчас понимаю: это упрямство – не недостаток, а одна из тех черт её характера, что делают её неповторимой. Без этого она не была бы собой – той, кто заставляет сердце биться чаще.

В ней было много того, что редко встретишь у других женщин: прямота вместо кокетства, решимость вместо покорности, огонь вместо смирения. Она не играла по привычным правилам, не подстраивалась под ожидания. Смело бросалась в опасность. Горела за своих. И именно это притягивало меня сильнее всего – её подлинность и свобода. Зеленоглазка никогда не будет моей – я это отчётливо понимал. Но наши судьбы тесно связаны, словно нити, сплетённые невидимой рукой.

Старик считает, что я должен поведать ей о моём прошлом от начала и до конца, но это ничего не изменит. Не сто́ит ворошить то, от чего я отвернулся. Там было много боли. Там я горел не только от физической боли, но и в яростном огне мести. Жаждал отомстить за свою сломанную жизнь во что бы то ни стало.

Но теперь, оглядываясь назад, я понимал: весь мой тернистый путь, и все испытания были частью тщательно продуманного Морриган плана. Что дало бы мне свершение мести? Ничего. Вообще ничего бы не изменилось. Боль не исчезла бы, раны не зажили бы мгновенно, а прошлое не стало бы другим. Я и сам не знаю, что бы сделал. Знаю одно: поддавшись мести, уничтожил бы себя.

Время расставило всё по местам, решило за меня. Я больше не желал мстить. Месть – это якорь, который тянул на дно, а я жаждал плыть вперёд. Возможно, когданибудь я вернусь домой Но где теперь мой дом? В далёкой стране, берега которой я покинул, кажется, так давно? Или там, где бьётся сердце той, кто научил меня видеть мир иначе?

Хотел ли, чтобы всё сложилось иначе? В который раз оглядываясь назад, понимаю, что нет. Тогда я не узнал бы её – ту, за которую готов отдать собственную душу. Жизнь невозможно переиграть – это спектакль без сценария, где второй попытки не будет. Мы впускаем в свою жизнь людей с их собственной историей, болью, мечтами – и должны принимать их такими, какие они есть.