Волшебный артефакт бога Лира 2

Золото взметнулось передо мной, словно брызги волн, и я едва успел отпрыгнуть в сторону, когда массивное тело пронеслось мимо, сметая груды сокровищ. Спрятался за каменным выступом и замер. Тварь снова нырнула, скрываясь от меня. Похоже, теперь я для него игрушка. Он – охотник, а я – его добыча, и он не успокоится, пока не разорвёт меня.

Выровнял дыхание и стал прислушиваться к движениям чудовища. Шорох раздавался то слева, то справа – тварь кружила, пытаясь определить моё местоположение, и злобно шипела, заставляя волосы на голове вставать дыбом.

Медленно наклонился, поднял увесистый золотой кубок и бросил его в противоположную сторону как можно дальше от себя. Змея мгновенно отреагировала – рванула туда, взметнув золотые брызги. Воспользовавшись моментом, бросился к месту, на которое указывало сокровище в моей руке.

Ключ не подвёл: его блики сошлись в одной точке у подножия огромной золотой статуи. Там, среди россыпи драгоценных камней, лежал меч в ножнах. Длинная золотая рукоять, инкрустированная рубинами, сверкала даже в тусклом свете пещеры. Быстро спрятал ключ, подхватил меч и вытащил его из ножен – клинок засиял золотым огнём.

Чудище, почуяв движение, развернулось и атаковало меня с неожиданной для его размеров скоростью. Моим слабым преимуществом было то, что змея меня не видела. С трудом удалось увернуться: отпрыгнул в сторону, едва не поскользнувшись на россыпи монет, и замер за каменным выступом, затаив дыхание.

Огромная голова с шипением атаковала золотую статую, стоя́щую неподалёку. Чудовище вцепилось в неё клыками, раздался скрежет металла, но уже через мгновение быстро отпрянуло, осознав, что это явно не та добыча. Змея замерла буквально на расстоянии вытянутой руки от меня – так близко, что я чувствовал жар её дыхания и едкий запах, исходящий из пасти.

Обмер, уставившись в приоткрытый рот твари. Раздвоенный язык то и дело показывался, словно пробуя воздух на вкус, шипение не прекращалось – и чудовище, похоже, почуяло меня. Его ноздри подрагивали, глаза, хоть и казались слепыми, будто сканировали пространство вокруг. Изпод груды золота медленно поднималось огромное чешуйчатое тело – массивное, неумолимое. Я понял, что оказался в ловушке.

В другом конце пещеры со звоном осыпались монеты, но тварь не среагировала. Он знал, что жертва перед ним. Всё его внимание сосредоточилось на мне. Шипение стало громче, ритмичнее – будто отсчёт последних секунд моей жизни.

Сжал в руке меч, осознавая, что шансов у меня нет совсем. Но я должен попытаться. Должен, или путешествие в Ахарру было напрасным. Всё было напрасным. Я должен дать ей шанс. Трезубец она не сможет отыскать, но зато останется жива.

Вложил всю силу в удар, рассекая воздух сверкающим оружием. Чудовище взвыло от боли и ярости, зашипело, захлёбываясь собственной злобой, и через мгновение с невероятной скоростью скрылось в воде. Я же смотрел на отрубленные огромные змеиные клыки и не мог поверить, что меч способен на такое. Это не просто оружие. Этот клинок, похоже, способен разрубить что угодно. Но времени на рассуждения нет. Надо выбираться отсюда, пока змей не вернулся.

Оглянулся на Несси – она так и не сдвинулась с места. Замерла у стены, наблюдая за схваткой, пока всё не закончилось. Лицо было бледным, глаза расширены от ужаса и неверия. Быстро убрал меч в ножны и бегом преодолел разделявшее нас расстояние.

Конечно, для неё всё это было настоящим шоком. Как и для меня. Однако нужно действовать, и быстро. Протянул ей руку и тихо прошептал, боясь повышать голос:

– Идём, капитан! Скорее, пока эта тварь не вернулась!

Она словно очнулась от сна. Сконцентрировала внимание на моей руке, а затем, игнорируя её, спрыгнула с выступа. И мы бросились туда, где, надеялись, найдём выход. Оглядываться было страшно, и через мгновение мы оказались в узком отростке пещеры. Проход был настолько тесным, что приходилось двигаться почти плечом к плечу. Стены излучали мягкое сияние, словно изнутри их наполнял лунный свет. Сияние исходило от тонких прожилок минерала, пронизывающих камень, – они переплетались, образуя причудливые узоры, и уводили взгляд далеко вглубь.

Несси Террес

Мы не сбавляли темп до тех пор, пока не выбились из сил. Ноги подкашивались, мышцы горели, лёгкие разрывались от нехватки воздуха. Одновременно остановились, тяжело дыша и судорожно хватая ртом воздух. Пот стекал по вискам, а руки и ноги дрожали от напряжения. Сердце колотилось так, что, кажется, вотвот выпрыгнет из груди. Я всё ещё не верила, что мы смогли выбраться.

Мгновения, когда змей навис над синеглазым, показались мне вечностью. В памяти всё ещё стояла та картина: огромное тело, медленно поднимающееся изпод золотых гор, чешуя, мерцающая в голубоватом свете, клыки, готовые сомкнуться над беззащитной фигурой новичка. Чудовище словно наслаждалось страхом жертвы, играло с ней, прежде чем нанести смертельный удар.

Стояла на узком выступе, парализованная ужасом, не в силах пошевелиться. Но потом чтото внутри щёлкнуло. Не сводя глаз с разворачивающейся передо мной картины, нащупала под ногами довольно крупный камешек. Пальцы судорожно сжали его, впиваясь в острые грани. С силой швырнула его в противоположный конец пещеры.

Звон монет эхом отозвался на стенах, разлетелся по залу, многократно усиленный акустикой. Но змей не двинулся с места. Он лишь слегка повернул голову, будто отметив источник звука, и снова сосредоточился на Слоане.

В тот миг я решила, что нам обоим конец. Он расправится с новичком, а следующей стану я. Представила, как тяжёлое тело обрушивается сверху, а пасть раскрывается надо мной От этой мысли внутри всё похолодело.

То, что мы выбрались оттуда, было настоящим чудом. Тяжело опустилась на холодный камень, прислонившись к стене и пытаясь унять дрожь. Дыхание постепенно выравнивалось, но сердце всё ещё билось неровно, отстукивая ритм пережитого ужаса.

– Ты как, капитан? Всё хорошо?

Перевела на него взгляд и медленно кивнула. Прикрыла глаза, стараясь унять дрожь в руках. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, сосредотачиваясь на ритме дыхания. Невероятная тишина окутывала нас, но это не значило, что мы в безопасности. Змеи умеют передвигаться бесшумно – их чешуя скользит по камням без единого звука, а дыхание почти не слышно.

Распахнула глаза и наткнулась на внимательный взгляд корсара. Он стоял напротив, слегка склонив голову, и изучал меня – не просто слушал, а будто пытался прочесть мысли.

– Пока не выберемся отсюда – никакого привала, – твёрдо сказала я. – Не хочу стать ничьим ужином.

– Согласен, – протянул мне золотой меч и ключ.

Отлепилась от стены и с удивлением взвесила меч в руке. Лёгкий, идеально сбалансированный. Даже ножны, кажется, совсем ничего не весили, а ведь это было чистое золото!

– Он как раз по твоей руке, – заметил новичок. – Лёгкий и смертоносный. Достойное оружие. Жаль, что больше ничего не удалось прихватить.

– Серьёзно? Ты сейчас думаешь о золоте? – спрятала ключ и нахмурилась. – Радуйся, что нам удалось унести оттуда ноги!

– Не то чтобы я о нём думал, – пожал плечами корсар, – но лишним бы оно не было. Неизвестно, сколько нам ещё блуждать по миру в поисках трезубца. К тому же третий фрагмент карты мы так и не нашли.

– У нас достаточно золота, чтобы пройти весь путь до конца, – отчеканила хмуро и продолжила путь, осторожно ступая по неровному полу.

– Ограбим кого-нибудь? – поравнялся со мной, шагая в ногу.

– Кого-нибудь мы не грабим, – отрезала я. – Каждый шаг – всегда продуманный план.

– А кого, по-твоему, мы можем ограбить? – в его голосе прозвучала лёгкая насмешка.

– Марцио грабил всех без разбору? – бросила на него косой взгляд.

– Кто попадался ему на пути – тому уже было не уйти, – заметил синеглазый и усмехнулся. – Что-то подсказывает мне, что команда «Урагана» действует иначе.

– Ты правильно мыслишь. Торговые корабли – лакомый кусочек, но не всегда. Зачастую такие, как Марцио, – куда более крупная рыба.

– То есть вы нападаете на братство?

– Такие, как Леандро и Марцио, – отбросы, которые надо уничтожать, – в голос закрались стальные нотки. Разговор сам по себе был странным, но я чувствовала, что его нужно довести до конца. – Ты против этого? Или против грабежа?

– Я член твоей команды и выполню любой приказ, – твёрдо ответил мужчина. – Потребуется – буду биться с королевским флотом.

– Не потребуется, – я покачала головой. – Я хочу очистить братство от отбросов. Спасти тех, кто попал в рабство. Человек не должен быть рабом.

– А слуги разве не рабы? – спросил с усмешкой в голосе. – В Мехтеме рабство – это норма. Да и во многих странах – тоже.

– Норма, да, но так принято правителем, и нам не под силу это изменить. В доме моего мужа все слуги были свободны и получали плату за свою работу – так же, как и на моей родине. Ты считаешь рабство нормой?

– Тот, кто был рабом, не может считать это нормой, – его голос стал тише. – Если бы не Террес – я бы так и остался вечным рабом.

– Разве? Ты ведь был в команде Марцио? – бросила на него удивлённый взгляд.

– Клеймо раба – то, что никогда не позволило бы мне покинуть его корабль, – он сжал кулаки, и на мгновение в его глазах вспыхнула старая боль. – Почти всё награбленное капитан присваивал себе, оставляя команде жалкие крохи. Я был в числе тех, кто не получал и этого. Еда, вода и спальное место в трюме – вот всё, чего я заслужил.

– На «Урагане», как ты мог заметить, казна – общая.

– Никто не говорил мне об этом, – кажется, я его удивила. – Я считал, что всё золото на «Урагане» принадлежит капитану.

– В пути всё общее, Слоан, – повторила я. – Сокровища делятся на всех поровну на Эдазуре, но казна – это то, без чего мы не сможем обходиться. Корабль, знаешь ли, тоже сам себя не починит в случае необходимости. Да и вкусно покушать каждый из нас любит, а провизия тоже не бесплатная.

– Несси, Террес собрал самую невероятную команду! – в его голосе прозвучало искреннее восхищение.

– Мы семья, Слоан. Пора бы уже привыкнуть. Здесь все – друг за друга.

Внезапно слух уловил чтото странное. Резко замолчала и подняла руку, призывая к тишине.

– Слышишь? – прошептала, вслушиваясь в эхо туннеля.

Остановились как по команде и превратились в слух. Слоан напрягся, рука невольно потянулась к шпаге. Мы стояли, затаив дыхание, и в этой тишине каждый звук казался угрозой.

– Похоже, где-то шумит вода или

– Кто-то шипит, – заключила, чувствуя, как по спине пробежал холодок. – Идём!

Отросток пещеры снова вёл нас по бесконечному пути – извилистому, обманчивому, будто нарочно запутывающему следы. Жажда одолевала, саднила горло, высушивала губы. О еде я даже не думала – мысли были только о том, как поскорее отсюда выбраться. Мы даже не знали, сколько времени – дней, ночей – провели в этих пещерах. Время здесь не шло – оно вязло в каменных стенах, растворялось в тишине, терялось в поворотах туннелей.

Чувство неподконтрольного страха гнало нас вперёд, несмотря на усталость. Ноги гудели, мышцы ныли от напряжения, но сознание было как никогда ясным – острым, настороженным, словно натянутая струна. Мы спешили убраться подальше от злополучной пещеры, а шипение вокруг не прекращалось – без сомнений, это было именно оно. То ли ветер, то ли дыхание змея, то ли голос самой пещеры.

Мне казалось, что мы были на ногах уже больше суток после того, как попали в сокровищницу змея. Когда мы выберемся отсюда, я рухну спать и просплю несколько дней – не иначе. Вот только отпустит ли нас пещера? Не решит ли она, что мы – такие же сокровища, как золото, и должны остаться здесь навсегда?

– Лир, выпусти нас отсюда! – пробормотала вполголоса и споткнулась, услышав раскатистое эхо:

– Сюда! Сюда! Сюда!

Слоан вовремя подхватил меня под локоть, не дав упасть. Мы переглянулись, не сбавляя шага, но в его взгляде прочла то же недоумение, что чувствовала сама.

Об этом рассказывал Джонатан. На Ниосе, в сокровищнице, ему казалось, что ктото отвечает ему. Так же, как и нас, его мучила жажда, он устал и принял эхо собственного голоса за нечто разумное. Каждый вопрос получал эхом ответ, пока он не сумел выбраться отсюда. Уверена, Лир отпустил его. Это не было игрой разума, измученного усталостью. Теперь я не сомневаюсь в этом или также, как и мой названный отец, начала сходить с ума.

– Слоан, ты слышишь это? – спросила, пытаясь понять, реально ли это всё.

– Эхо?

Наши слова, адресованные друг другу, отражались от стен, но звучали иначе, чем слова, адресованные богу. Это было странным. Невозможным.

Остановилась и, чувствуя абсурд своих действий, достала из кармана золотой ключ. Он лежал на ладони – маленький, тяжёлый, тёплый, будто живой.

– Несси? – новичок смотрел на меня с любопытством, но в глубине его глаз мелькнуло беспокойство. – Хочешь стать ужином змею? Мы должны найти выход отсюда.

– Лир, выпусти нас отсюда! – повторила я громче, вложив в голос всю надежду, отчаяние и веру.

Эхо разнеслось громовым раскатом:

– Сюда! Сюда! Сюда!

И в тот же миг ключ вспыхнул – не ярко, не ослепительно, а мягко, золотисто, как будто внутри него зажглась звезда. Стены пещеры погасли, словно ктото уничтожил невидимых светлячков, рассыпанных по камню. Теперь пространство вокруг освещалось только золотым сиянием в моей ладони – оно пульсировало в такт моему дыханию, отбрасывая дрожащие тени на стены.

– Несси, здесь есть проход! – воскликнул синеглазый, бросая взгляд за моё плечо.

Обернулась. В стене, там, где ещё мгновение назад была сплошная скала, теперь виднелся довольно широкий проём.

– Он ждал, пока мы попросим, – прошептала, чувствуя, как внутри разливается облегчение.

– Или пока ты не воспользуешься ключом, – усмехнулся Слоан, но в его голосе звучало восхищение.

И мы бросились бежать, освещая путь сокровищем. Золотой ключ в моей руке озарял всё вокруг – неровный, пульсирующий свет отбрасывал дрожащие тени на стены, словно танцующие фигуры древних духов. Тени то вытягивались, то сжимались, будто пытались чтото сказать, предостеречь или направить. Мы мчались вперёд, спотыкаясь о камни, скользя на россыпях песка, но свет ключа вёл нас – или манил в ловушку?

Вскоре мы оказались в тупике. Путь был только один – назад. Замерла, тяжело дыша, и подняла голову, вглядываясь в бесконечность. Сколько ни пыталась высветить пространство, потолка словно не было – стены уходили высоко вверх и терялись в темноте, будто пещера была живым существом, поглотившим небо. Ноги утопали в песке, словно мы вернулись к началу пути в этом жутком подземелье.

– Уже не впервые убеждаюсь, что у богов с чувством юмора всё плохо! – тихо выдохнул Слоан, прислоняясь к стене.

– Смешно! Смешно! Смешно! – задрожали стены вокруг, повторяя его слова с издевательской насмешкой.

– Лучше молчи, новичок! – процедила сквозь зубы, глядя в его ошарашенное лицо. – Пещера слышит каждый наш вдох.

В его глазах читался тот же вопрос, что терзал и меня: если бог Лир возненавидел людей, зачем тогда дал шанс найти трезубец? Сильнейший артефакт, оружие богов, которое тысячелетиями никто не мог отыскать. Почему сейчас это стало возможным? Почему именно нам выпал шанс найти путь к нему?

Неведомая сила позволила Джонатану вернуться с Ниоса. И вот сейчас, судя по всему, та же самая сила привела нас сюда. В тупик. Но зачем? Чтобы посмеяться? Или чтобы испытать?

Шипения больше не было слышно, но легче не стало. Тишина, обволакивающая нас, пугала не меньше – она давила, сжимала грудь, заставляла сердце биться чаще. Казалось, сама пещера затаила дыхание, ожидая чегото.

– Ты могущественный из богов, великий Лир! – слова шли от самого сердца, вырвались сами собой, будто ктото вынудил меня их произнести. – Мы смиренные слуги твои и просим тебя о снисхождении. Ты позволил нам следовать за сокровищем, которым владела твоя прекрасная Мерфи, так позволь пройти этот путь до конца или забери то, что принадлежит тебе, и отпусти нас!

– Ключ! Ключ! Ключ! – разлетелось громовое эхо, отдаваясь в висках болезненным стуком.

Перевела недоуменный взгляд на новичка. Он вдруг бережно перехватил у меня меч и, хмурясь, принялся разглядывать рукоять со всех сторон, как будто там был ответ. К моему удивлению, на ней обнаружилась выемка – идеально подходящая по форме к очертаниям ключа в моей руке.

– Так просто? – прошептал синеглазый, недоверчиво качая головой.

– Просто! Просто! Просто! – отразилось от стен с насмешливой интонацией.

Посмотрела на него, затем осторожно приложила ключ к выемке. Раздался характерный щелчок, металл слегка засветился, будто откликнулся на прикосновение, и в то же мгновение свет погас. Полная тьма окутала нас, густая, осязаемая, давящая.

– Несси?

– Я понятия не имею, что делать дальше, новичок, – хмуро заметила я, сжимая рукоять меча.

Внезапно пещеру наполнил громоподобный хохот. Смех дрожал на стенах, пробирал до мурашек, словно самый жуткий страх, оживший и обрётший голос. Он звучал то близко, то далеко, то раскатисто, то шёпотом – будто сам Лир смеялся над нами. А затем оборвался так же внезапно, как и начался.

Пещера содрогнулась. Пол под ногами заходил ходуном, камни заскрежетали осыпаясь. И в следующее мгновение сильный поток воздуха подхватил нас, словно пушинки, и мы понеслись вверх с невероятной скоростью. Зажмурилась, вцепившись в меч, как в спасительную лодку, чувствуя, как ветер рвёт волосы и бьёт в лицо острыми песчинками.

В следующее мгновение я рухнула на прохладный песок. Ладони утонули в нём, а лёгкие наполнились свежестью – воздух разительно отличался от душного, затхлого дыхания пещеры. Он пах свободой.

Открыла глаза и уставилась в ночное небо. Звёзды мерцали, соревнуясь в яркости с луной, их свет казался таким близким, почти осязаемым. Я просто лежала, чувствуя песок под пальцами, и не могла поверить, что мы выбрались. Что всё это – не сон, не иллюзия, созданная пещерой.

– Слоан? – тихо позвала, всё ещё не до конца веря, что мы действительно выбрались.

– Капитан, ты страшная женщина! – голос синеглазого раздался чуть сбоку от меня, а затем он раскатисто рассмеялся. – Я думал, нам конец, а ты с богами договариваешься, как с трактирщиком о скидке на эль!

– Почему? – невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних часов понемногу отпускает.

– Ты не говорила, что боги на твоей стороне. Почему сразу не договорилась? Проверяла, как со змеем справлюсь?

– Справился же, – отозвалась с улыбкой.

– Несси! – раздался радостный крик.

Поднялась как по команде и с удивлением уставилась на бегущего к нам Мича. За ним следовали остальные корсары – те, что отправились вместе со мной в Аннолу. Лица у всех были измождённые, но счастливые.

А у Лира с чувством юмора всё хорошо. Погонял нас в подземелье и вернул к своим!

Огромные ручищи Мича сграбастали меня в охапку, а я, не сопротивляясь, позволила себе утонуть в этих объятиях. Мне было это нужно – почувствовать, что это не сон. Что мы действительно выбрались. Что прохладная ночь, ветер и его крепкие руки – реальность.

– Капитан, вас что, песок выплюнул?

– Невкусные, что ли?

– Наконец-то!

Корсары перебивали друг друга, кружась вокруг нас, ктото сунул мне флягу с водой. Я сказать ничего не успела, как услышала угрюмое замечание Слоана:

– Капитану нужна еда, вода и отдых.

– А тебе – нет? – отстранилась от Мича и тут же встретилась взглядом с синими глазами новичка.

– Ты важнее. Ты – капитан! – твёрдо произнёс мужчина.

Сказать он явно хотел другое, судя по взгляду, но сил на пререкания у меня попросту не было. Устало улыбнулась и поднялась, опираясь на руку Мича.

– Нам обоим всё это нужно, Слоан, – мягко поправила я. – И не спорь.

– Идём, я обо всём позабочусь! – прошептал кок, не отпуская моей руки. – Вы живы! Живы! Это чудо!

– Это действительно чудо, дружище, – неожиданно подхватил Слоан, оглядывая команду. – После того, с чем мы там столкнулись, я поверю во что угодно!

– Выдвигаемся на рассвете в обратный путь, – заметила, невольно зевнув. – Обо всём, что произошло, – только на корабле. Никаких разговоров до отплытия.

– Третий фрагмент? – осторожно спросил Вэлианс, и в его взгляде мелькнула надежда.

– Только очередная подсказка, – покачала головой, поймав его разочарованный взгляд. – Но она подскажет, куда нам следовать дальше. Обязательно.

– Главное, что вы вернулись, – заметил лысый громила и склонился к моему уху. – Мич уже которые сутки нормально не спит и не ест! Того и гляди, без кока останемся!

– Вэлианс! – рыкнул мой фиктивный муж, но я чувствовала, что он не злится – скорее смущён таким откровением.

– Которые сутки? – переспросил новичок, оглядывая товарищей. – Сколько прошло с тех пор, как мы провалились сквозь песок?

– Так почти две недели, – ответил Ли Пэн.

– Сколько? – переспросили одновременно, располагаясь у костра.

– По ощущениям меньше?

– По ощущениям – максимум три дня, Ли Пэн! – заметила я, с блаженством который раз прикладываясь к фляге с водой. Холодная, свежая, она струилась по пересохшему горлу, даря невероятное облегчение.

– Очевидно, там иначе течёт время – задумчиво произнёс Слоан, глядя в пламя костра. – Две недели без еды, воды и сна мы бы не выдержали точно.

– Снова игры богов? – хмыкнул Мич.

– Снова, Мич, – кивнула я. – И, похоже, это только начало, – оглянулась по сторонам и повторила: – Все обсуждения – на корабле. А завтра будет новый день, и никто не знает, что он нам сулит. В нашем путешествии всё больше тайн и загадок!

Мы выбрались. Мы живы. И этого пока было достаточно.

Глава 21

Огляделась в поисках ворона и поймала извиняющийся взгляд Мича. Он без слов понял моё беспокойство – его собственные глаза выдавали тревогу, а пальцы нервно теребили край головного платка, словно он искал в этом движении хоть каплю успокоения. На лбу прорезалась глубокая морщина, а губы были плотно сжаты – он явно пытался подобрать слова, но не находил их.

Похоже, волновалась я не напрасно. В воздухе повисло тяжёлое предчувствие, и даже ветер, до этого едва заметный, вдруг стих, будто затаил дыхание в ожидании плохих новостей.

– Рэйвен пропал, Несси, – тихо произнёс он.

– Когда?

– Прошлой ночью он улетел от нас и до сих пор не вернулся. Мы искали его, но... – Мич замолчал, не в силах закончить фразу.

– А как далеко мы от берега? – спросила, пытаясь собраться с мыслями.

– Мы в сердце Аннолы, – ответил Мич, указывая на бескрайние песчаные дюны вокруг. – По легенде, именно в этом месте должен находиться храм. Решили, что будем ждать вас здесь. Столько, сколько потребуется. К тому же Рэйвен указал на это место. Категорически отказался двигаться дальше.

– Указал?

– Он чувствовал, что ты жива, и настойчиво требовал следовать за ним. Когда вы исчезли, я думал, сойду с ума и...

– Ты готов был перекопать всю пустыню! – хохотнул Вэлианс, перебив товарища. – О, капитан, жаль, ты не видела, что было с Мичем, когда вы исчезли!

– Думаешь, Рэйвен погиб? – в груди болезненно защемило, и я сжала кулаки, стараясь не выдать слабость.

– Здесь полно хищников, капитан – Мич опустил взгляд. – Не хочу думать о плохом, но у меня не получается. Мы искали его, но тщетно. И никаких следов храма – только несметные горы песка

Нас привлёк шорох песка – резкий, тревожный звук, от которого по спине пробежал холодок. Мужчины вскочили, обнажая шпаги, их тени заплясали в свете костра, вытягиваясь и искажаясь, словно чудовища. Я переглянулась с новичком – и, похоже, мы подумали об одном и том же. Мысль, что это – тот самый змей, заставила похолодеть от ужаса.

Однако через мгновение в меня буквально врезался ворон, стрелой метнувшись из темноты. Он опустился на песок и отряхнулся, разбрасывая в стороны ворох песчинок, словно только что принимал песчаные ванны. Его перья слегка потрепались, но в целом он выглядел бодрым и довольным.

– Рэйвен! – воскликнула радостно, протягивая руку.

Птица взобралась на мою ладонь, и тут я обратила внимание, что в клюве у него что-то зажато – небольшой предмет, переливающийся в свете костра.

– Что это у тебя, дружок?

Он охотно бросил мне в раскрытую ладонь свою находку. Это был выпуклый, правильной формы кусочек янтаря, одна из сторон которого была идеально плоской. Внутри что-то блестело, и я придвинулась поближе к костру, чтобы лучше разглядеть. Корсары окружили меня, вглядываясь в то, что принёс Рэйвен.

– Это похоже на трезубец! – удивлённо воскликнул Слоан, наклоняясь ближе.

Внутри действительно сверкало золотом крохотное оружие бога Лира, словно застывшее в кусочке янтаря. Его зубцы были тонкими, изящными, будто выкованными искусным мастером.