Волшебный артефакт бога Лира 2

– Думаю, – слова вырвались резче, чем хотелось.

– О чём? «Куда мы летим» или «почему всё ещё живы»? – поинтересовался новичок с характерным смешком и поудобнее перехватил мою руку.

– Зачем вообще ты прыгнул за мной? Я же запретила!

– Подумал, что тебе будет здесь скучно одной. Выживем – накажешь, – и снова эта дерзкая усмешка в голосе!

– Я точно когда-нибудь тебя повешу, новичок, – произнесла со вздохом, но в глубине души была благодарна ему за эту беспечность. Похоже, в отличие от меня, ему совсем нестрашно.

– Ключик свой не выронила?

– Убрала обратно в карман. Слоан, как думаешь, что это вообще было?

– Не думал, что зыбучие пески могут вести в бесконечную пропасть.

– Мне кажется, это что-то другое. Что если боги играют с нами?

– Интересные у них игры, не находишь? А во время ваших поисков всегда происходило что-то необычное?

– Остров Ниос был самым необычным местом. До этого я подумать не могла, что боги могут быть так близко к человеку, – и я поведала ему о том, как был найден золотой ключ и что стало с островом.

– Значит, целый остров ушёл под воду? Мгновенно?

– Да, прямо на наших глазах. Так что то, что сейчас происходит думаю, только начало. Возможно, это путь в один из ходов, ведущих к храму.

– Странный путь, капитан. Хочешь сказать, пока мы не убьёмся – в храм не попадём?

– Не смешно, – заметила сердито и вдруг обнаружила, что нас перестало медленно кружить в необъятной пустоте. Нас словно выпустила из своих мягких объятий невидимая сила.

Теперь мы падали – стремительно, неумолимо, как две звезды, сорвавшиеся с небес. Мы разобьёмся! Точно разобьёмся!

Внезапный резкий рывок заставил меня ахнуть. Наши руки едва не разомкнулись. Мы больше не падали. Слоан, похоже, удерживал нас обоих одной рукой, за что-то зацепившись.

– Держись, капитан! – его голос звучал глухо, но твёрдо. – Возможно, мы сможем спуститься. Проверь, есть ли рядом с тобой какой-нибудь выступ.

Провела свободной рукой по пустоте. Ничего. Ни камня, ни стены – лишь бесконечная тьма, поглотившая всё вокруг.

– Ничего нет, вокруг пусто.

– Сейчас я немного раскачаю тебя! Несси, прости, но я долго не продержусь.

И снова ничего. Я слышала натужное дыхание мужчины, чувствовала, как дрожат его мышцы. Он не сможет держать нас вечно.

– Слоан, отпусти меня, – произнесла тихо, но твёрдо.

– Жить надоело? – его крик разлетелся эхом, отразившись от невидимых стен. – Перехвати меня за ноги, а я попробую найти ещё выступы!

Как будто это так просто!

Выдохнула, медленно обхватывая его ноги свободной рукой, и, едва он разжал пальцы, повисла на нём, как мартышка на дереве. Он охнул, а в следующий миг с рыком подтянул нас выше. Похоже, сумел ухватиться за выступ второй рукой.

– И сколько же мы будем так висеть? – постаралась не допустить в голос интонации отчаяния. Скоро у нас обоих занемеют руки, и всё будет кончено. Мы просто отсрочиваем неизбежное.

– Пока я не найду выход! – рявкнул синеглазый. – Тысячу чертей, ни зги не видно!

Он пытался скрыть нотки обречённости в голосе, но я всё прекрасно поняла. Похоже, это единственный выступ. Никто не придёт нас спасать, и шансов остаться в живых нет вообще. Уж точно не вдвоём.

– Видимо, даже провидцы ошибаются, – задумчиво выдохнула.

– О чём ты?

– Мне предсказали, что я найду трезубец.

– Мы обязательно найдём его! – воскликнул отчаянно. Он точно уже понял, что я намереваюсь сделать. Вот только помешать мне не сможет, как бы сильно ни хотел.

– Разбившись в лепёшку? Прости, Слоан, другого выхода нет. Я надеялась стать достойным капитаном.

– Лионесса, не смей! – закричал синеглазый в тот момент, когда я разомкнула руки.

Удивление от того, как он назвал меня, в тот же миг сменилось шоком: я оказалась в воде. Мы висели над ней – буквально в шаге от поверхности. Течение подхватило меня, закружило, понесло прочь, словно меня подхватили чьи-то незримые руки.

– Слоан, прыгай! – скомандовала, выныривая на поверхность и жадно хватая ртом воздух. Лёгкие горели после долгого погружения.

Раздался характерный плюх, и голос корсара заполнил пространство вокруг, отразившись от невидимых стен:

– Где ты, капитан?

– Я в порядке! – крикнула в ответ, отбрасывая с лица влажную ткань платка. Как он вообще с головы не слетел при падении? Должен был! Что за мистика?! – Думаю, течение нас куда-нибудь вынесет!

Удивительно тёплая вода несла нас в темноте всё дальше и дальше – плавно, почти ласково. Это не был бурный речной поток, готовый разбить о камни. Нет, меня словно чтото легко поддерживало, не давая уйти под воду. Направляло в нужную сторону и мягко толкало вперёд, будто заботливая рука. Если это пещера, то где стены? Дно? Какая же здесь глубина?

– Новичок? – позвала я, стараясь перекричать гулкое эхо.

– Я здесь! – донёсся его голос, кажется, не так далеко от меня.

Прошло немного времени, и я вдруг обнаружила, что начинаю различать пространство вокруг. Сначала – едва уловимо, как будто сквозь плотную вуаль, а затем всё чётче и чётче.

Это была огромная пещера, заполненная водой. Шероховатые стены излучали слабый голубоватый свет – неяркий, но достаточный, чтобы разглядеть очертания. Свечение словно исходило изнутри камня, мерцая, как далёкие звёзды. Конца и края этой странной реке не было видно – она уходила вдаль, теряясь в туманной дымке.

Услышала всплеск позади и резко обернулась. Рассекая воду мощными гребками, синеглазый стремительно сокращал расстояние между нами. Тёмные волосы прилипли ко лбу, капли блестели на скулах, а глаза горели решимостью.

Когда он доплыл, то бесцеремонно схватил меня за руку и рыкнул:

– Ни слова о запретах! Больше я твою руку не отпущу! – голос Слоана прозвучал твёрдо, почти ультимативно. Его пальцы сжались вокруг моего запястья – крепко, но не больно.

– Я не нуждаюсь в защите! – попыталась выдернуть руку, но он лишь усилил хватку.

– Что я потом скажу команде? Что потерял тебя, плывя рядом с тобой? – говорил вкрадчиво, словно обдумывал каждое слово.

Я на мгновение замерла, взвешивая его слова. Вода вокруг нас всё ещё мягко покачивалась, словно убаюкивая, но разум требовал осторожности. Всё же правильное решение держаться вместе, а не разделяться, раз уж судьба закинула нас в эту ловушку вдвоём.

– Ладно, ты прав.

– Рад, что здравый смысл не оставил тебя, Несси, – он слегка расслабил хватку, но руку не отпустил.

Услышав своё имя, резко посмотрела прямо на него. Память услужливо подбросила воспоминание, как он произнёс имя, которым я уже давно не пользовалась:

– Откуда ты знаешь моё настоящее имя?

– А разве это секрет? – ответил вопросом на вопрос, а я поспешно отвела взгляд.

– Нет. Но не нужно так меня называть. Я – Несси Террес. Другого имени я не заслуживаю.

– Почему? – на мгновение мне показалось, что он хочет сказать чтото ещё.

– О! Смотри! Там берег! – воскликнула, поспешно уходя от разговора, и указала вперёд.

Течение остановилось как по команде – будто сама пещера решила дать нам передышку. Почувствовала, как ноги коснулись твёрдого дна, и с облегчением выдохнула. Потянула за руку корсара, устремляясь к песчаному берегу.

Едва мы оба вышли из воды, на стенах один за другим начали вспыхивать факелы – не разом, а постепенно, словно ктото невидимый зажигал их поочерёдно. Пламя трепетало, отбрасывая причудливые тени, и освещало ответвление пещеры, уходившее кудато далеко вглубь.

Свет – это хорошо. Не придётся отправляться на поиски храма в кромешной темноте. На поверхности – в пустыне – можно повстречать змей, скорпионов и ещё много опасных тварей, так почему же их здесь не может быть?

Для пещеры здесь было очень тепло – даже жарко. Воздух казался густым, насыщенным какимито незнакомыми ароматами. Я глубоко вдохнула, радуясь, что мы больше не в воде, и немедленно высвободила руку из крепкого захвата мужчины. Сняла с головы тяжёлый, мокрый платок, отжала его и заткнула за пояс.

Слоан наградил меня сердитым взглядом, когда я отказалась снова взять его за руку.

– Мы не в воде. Здесь я не потеряюсь, – заявила, на мой взгляд, вполне логично. – Пещера ведёт только вперёд.

– От меня – ни на шаг! – заявил сурово, оглядываясь по сторонам.

Хотела огрызнуться, но вместо этого лишь кивнула. Не время для споров.

– Может, всё-таки расскажешь мне?

Вопрос прозвучал неожиданно, и что-то подсказывало мне, что новичок вернулся к тому, от чего мы ушли. К моему прошлому, которое никак не давало ему покоя.

– О чём?

– Слова Сэма о том, что ты пережила трагедию и поэтому прикосновения для тебя равнозначны ожогу пламени – синеглазый сделал паузу, подбирая слова, – совсем ни о чём не говорят мне. При этом да, я снова скажу это. Ты даёшь прикасаться к себе Мичу. Другим ты не позволяешь так близко подходить к тебе. И ты целовала его во время брачной церемонии!

– Разве же это поцелуй? – улыбнулась, бросив на него мимолётный взгляд.

И что его так это волнует? Это моя жизнь и моё дело, кого впускать в неё, а кого – нет. Он не понимал, что я никогда не позволю Мичу перешагнуть невидимую черту. Никому не позволю.

– Для женщины, которая не желает прикосновений – это тоже много. Вот только из-за чего ты наложила этот запрет? Что случилось с тобой?

замерла на мгновение. А может, и Сэм, и Мич правы? Пусть знает, что случилось? Может, он, наконец, прекратит меня задирать? Или всё будет с точностью до наоборот Интересно, факт того, что я обесчещена и поэтому не могу быть ничьей женщиной, заставит его успокоиться?

– Ты уверен, что хочешь знать это? – голос был спокоен, взгляд устремлён вперёд, словно там я найду подсказку, как стать сильнее. Как не позволить себе окунуться в прошлое. Не позволить эмоциям взять верх надо мной.

– Хочу. Ты не похожа ни на одну женщину, которых я знал, и я действительно рад быть в твоей команде. Однако я не понимаю, что могло случиться, чтобы ты запретила прикасаться к себе. Даже рукопожатие для тебя – зло. Это ведь не просто блажь?

– Не блажь, – согласилась спокойно, чувствуя на себе пристальный взгляд. – Не так давно это был страх, который убивал меня. Он никуда не делся – я просто научилась им управлять, чтобы из-за него не погибнуть.

– Но он же откуда-то взялся. Расскажешь? – мужской голос прозвучал удивительно мягко, почти нежно.

Неожиданно поняла, что если скажу «нет», он не станет сейчас об этом спрашивать. Вот только не оставит всё как есть и обязательно будет возвращаться к этой теме.

– Разочаруешься, когда узнаешь, – всё же предупредила его.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь. Команда не разочаровалась, а я должен? Они ведь знают?

– Знают. Они помогли мне пережить то, что случилось. Выжить. Не сойти с ума. Без них я бы не справилась.

– Ты знаешь, капитан, когда-то я считал, что все пираты такие, как Марцио и его команда, – задумчиво произнёс Слоан, внезапно сменив тему. – Отбросы общества, которые ополчились на весь мир и для которых нет ничего святого. Почему на «Урагане» всё иначе?

– Джонатан Террес, как ты знаешь, был пиратом, которого боялись и уважали другие члены братства, – говорила медленно, с грустью вспоминая того, память о котором всё ещё болью отдавалась в сердце. – Он чтил Кодекс пиратов и честь. Каждый в его команде равнялся на него. Что ждёт женщину, угодившую в лапы к пиратам, как думаешь?

– Ничего хорошего, – угрюмо бросил мужчина.

– Только не на этом корабле, – твёрдо произнесла. – Ни один из корсаров Терреса никогда не возьмёт женщину против её воли. Это противоречит их правилам. В сражении они безжалостные убийцы, но на деле – каждый из них человек правильных устоев.

Замолчала, собираясь с мыслями, а Слоан неожиданно остановился как вкопанный. Мне пришлось сделать то же самое и развернуться. Наградила его спокойным, но твёрдым взглядом. Замерла, ожидая того, что он скажет. Он прекрасно всё понял.

– Кто это сделал с тобой? – спросил тихо, а голос разнёсся эхом, отражаясь от стен. – Скажи мне, что причина твоего страха в другом!

– Я убила этого дьявола в тот миг, когда Джонатан напал на его корабль, – ответила я, и в голосе прозвучала сталь. Эти слова дались мне легко, как никогда. Я не жалела о том, что сделала. – Поэтому Марцио гонялся за мной.

– Тебя продали в рабство пирату? – предположил он. На лице читался ужас. Похоже, он не мог поверить, что причина молчать о моём прошлом у меня была весомой.

– Разве это важно? Тот кошмар убил Лионессу. Она не справилась, а я выжила и стала тем, кто я есть. У каждого есть свои страхи, и я не исключение. Меня всё устраивает.

– А муж? Как он это допустил? И ты ещё говоришь, что любишь его! – с каждым словом он сердился, всё больше, сжимая руки в кулаки.

– Леандро заманил нас в ловушку. Сжёг корабль нашего друга, а корабль, на котором мы прибыли на остров Мартьерро, угнал вместе со мной. Он отрезал мужу возможность догнать меня, а я стала его рабыней, – отвернулась от него и пошла прочь. – У меня не было другого выбора.

– Почему? – слышала, что он идёт за мной, но остановиться, и снова посмотреть на него не могла.

– Когда я приплыла в Мехтем, Леандро увидел меня и пытался уже тогда похитить, но Акбар спас меня, – я сглотнула комок в горле. – Вот только пират не забыл обо мне и вынашивал план несколько лет. Он знал обо мне всё и, когда я оказалась в его руках, пригрозил расправой над моими детьми и мужем. Я сама приняла решение подчиниться. Моя жизнь – против их жизней. Я ни о чём не жалею, – последние слова я часто повторяла себе, как мантру. Это ведь была чистая правда.

На мгновение повисла тяжёлая тишина. Мужчина остановился, обдумывая услышанное. Его взгляд прожигал мне спину.

Расстояние между нами он преодолел, кажется, одним шагом. На моих плечах сомкнулись его ладони, заставляя снова остановиться. Слёз не было, но воспоминания душили болью, сдавливали грудь, мешали дышать. Я ведь обещала Джонатану не плакать – и я сдержу своё слово. «Прошлое пусть останется в прошлом», – в который раз мысленно повторила себе, стискивая зубы.

– Несси, прости. Такого я даже предположить не мог, – произнёс новичок, стоя позади меня непозволительно близко. Голос прозвучал непривычно мягко, почти виновато.

С трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть, хотя внутри всё кричало – паника поднималась откудато из глубин, царапая когтями душу. Глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь.

– Пожалуйста, убери руки и больше так не делай, – произнесла ровно, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Прости, – снова повторил он и покорно отпустил меня. – А что с твоим первым мужем? Ты сказала, что приплыла в Мехтем одна?

– Одна. Первый муж погиб, Слоан, и я не хочу это обсуждать.

– И ты сразу отправилась в путешествие?

– Я сбежала от него, – пожала плечами и кивнула. – Может, продолжим путь? Или так и будем стоять на месте и обсуждать моих мужей? – не дожидаясь ответа, снова зашагала по длинному, бесконечному коридору пещеры.

– То, что ты рассказала немного выбило меня из колеи, – неожиданно признался новичок, нагоняя и ровняясь со мной. Он выглядел растерянным, что было на него совсем не похоже.

– Узнал всё, что хотел? А теперь забудь и не вспоминай, – бросила, ускоряя шаг.

– А почему сбежала от мужа? Разве благородные дамы так поступают?

– А кто сказал, что я – благородная? – я усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья. – Сбежала, потому что хотела быть любимой. Только и всего.

– Не верю, что он не любил тебя.

– Придётся поверить, – хмыкнула я, прислушиваясь к тому, что происходило в пещере. Здесь определённо чтото было не так. Воздух стал гуще, а факелы на стенах начали мерцать, будто от сквозняка. И слух уловил посторонний, странный звук. – Он любил только себя, – закончила фразу и с тревогой спросила: – Слоан, ты слышишь?

– Что? – он нахмурился оборачиваясь.

Мы оба остановились и принялись оглядываться по сторонам. Что-то или кто-то приближался к нам, но едва мы замерли и притихли, это нечто тоже остановилось.

Одновременно обнажили шпаги и попятились. Это что-то двигалось к нам от реки или вместе с речным потоком – медленно, неумолимо. Что-то подсказывало мне, что это не человек. Может, крокодил? Я слышала, на суше они тоже очень быстро передвигаются.

Вот только это был не крокодил. Ответвление пещеры, где мы находились, довольно быстро наполнялось водой, словно река, которая нас так бережно вынесла к берегу, сменила направление. Кажется, отросток пещеры был под уклоном, а вот в воде определённо что-то было. Я моргнула и поняла, что вижу чьи-то глаза. Множество глаз – они мерцали в темноте, отражая свет факелов. Это были точно не люди.

– Слоан, бежим! – скомандовала, мгновенно убирая шпагу в ножны.

Мы бросились наутёк, а вода с шипением нагоняла нас, будто прибавила скорость – словно сама пещера решила нас поглотить. Вот только куда бежать? Длинный, бесконечный коридор, казалось, никогда не закончится.

В воде было нечто – и, похоже, оно очень на нас злилось. Мы разбудили его, когда угодили в песчаную ловушку? Или это страж, охранявший путь к храму?

Факелы позади гасли один за другим, погружая пещеру во тьму. Но глаза – эти жуткие, мерцающие глаза – продолжали следовать за нами, словно висели в воздухе, не нуждаясь в свете.

Услышала позади шлепок, а в следующую секунду рухнула на землю – ноги были обездвижены. Слоан упал рядом, и мы оба с ужасом обернулись. Какие-то странные маленькие насекомые копошились на наших ногах, надёжно удерживая на месте. Их тельца были полупрозрачными, с мерцающими прожилками, а лапки цеплялись так цепко, что любое движение лишь затягивало хватку. Они действовали как единый организм, и сомнений не было – вырваться не удастся.

Вода, только что стремившаяся нагнать нас, замерла как по команде. Страшные глаза исчезли, но я отчётливо слышала приближающиеся шаги. Точнее, это больше напоминало то, как рыба бьётся хвостом о землю: «Шлёп! Шлёп! Шлёп!»

Что-то подсказывает мне, что шпага тут бессильна. Меж тем странные насекомые с ужасающей скоростью увеличивались в количестве и как будто жаждали целиком окутать нас в подобие кокона. Слоан попытался сбить их, но вместо этого только обездвижил свою правую руку.

– Что это, разрази меня гром, такое?!

Шлёп! Шлёп! Шлёп!

– Если тебе нужен ключ – забери его и отпусти нас! – выкрикнула в пустоту, надеясь быть услышанной.

Эта мысль всплыла в голове абсолютно неожиданно. Мы точно попали в один из ходов, ведущих к храму – думаю, иного просто и быть не может. Может, это какой-то страж? Ведь Джонатан рассказывал, что кто-то явно помог выбраться ему с острова Ниос. Боги? Или какая-то иная сила, не поддающаяся никаким объяснениям.

Шарила глазами в пространстве, пытаясь понять, где находится тот, кто преследовал нас и остановился после моих слов. Вытащила золотой ключик из-за пазухи, и насекомые отхлынули от меня как по команде. Приблизилась к Слоану и освободила его от неизвестной заразы, не сводя глаз с линии воды. Ух, а ключик-то, оказывается, полезный не только для того, чтобы загадки отгадывать!

«Шлёп! Шлёп! Шлёп!» – раздалось отдалённо, словно преследователи внезапно отступили. Затем вода медленно отхлынула, убираясь восвояси, оставляя после себя лишь мокрый песок.

Медленно взяла новичка за руку и, пятясь, потянула за собой.

– Ключ так подействовал на на что это вообще такое было? – ошеломлённо прошептал Слоан.

– Теперь ты веришь, что легенда о трезубце – не ложь?

– Я верю своим глазам, капитан, – он выдохнул, вытирая пот со лба. – Поспешим! А ты, пожалуй, не убирай далеко ключик. Сдаётся мне, это не все странности, что нас ждут впереди.

Мы шли, кажется, уже много часов. В животе жалобно и довольно громко урчало, а во рту пересохло так, что язык прилипал к нёбу. Фляжки, закреплённые у нас на поясе, давно опустели, а еды, разумеется, никакой не было.

А что, если этот мрачный коридор – такой же трюк, как сокровищница на Ниосе? Там ведь тоже были бесконечные одинаковые переходы. Мы можем плутать в этой пещере до скончания веков.

Споткнулась и едва не упала. Не хотела признаваться, но я дико устала, а недостаток еды и воды сказывался на энергии отрицательно.

– Предлагаю отдохнуть, – заметил Слоан. – Ты, может, и не устала, а я уже вымотался, – он остановился и потянулся, отчаянно зевая.

Сложно было по его лицу понять: он говорил правду или попросту решил позаботиться обо мне? Знает ведь, что ни за что не призна́юсь в своей слабости.

А, к дьяволу! Неважно, чем он мотивирует. Отдых определённо нужен. Жаль, поохотиться здесь негде.

– Заночуем прямо здесь, – сказала я оглядываясь. – Вахту будем нести по очереди.

– Вахту? – переспросил мужчина.

– Предлагаешь подать нас с тобой каким-нибудь чудищам на ужин? Хотелось бы отдохнуть и проснуться, а не уснуть вечным сном.

– Я бы с удовольствием сейчас слопал сам какое-нибудь чудовище, – мрачно заметил синеглазый.

Опустилась на песчаный пол и скрестила ноги:

– Надеюсь, позже нам удастся найти пресный источник. Я бы всё отдала за глоток воды. Отдыхай, Слоан. Я первая несу вахту.

По его взгляду поняла: он собирается спорить, и тогда быстро добавила:

– Это приказ!

Новичок наградил меня сердитым взглядом, стащил с плеч бишт и разложил его на песке прямо у моих ног. Улёгся так, чтобы я не видела его лица, а я невольно улыбнулась. Сколько же упрямства в этом человеке! Однако он не раз уже подтверждал действиями свою преданность, и я попросту не могла на него злиться. Изменилось ли в нём что-то после сегодняшнего разговора?

Слоан

Я злился на неё за то, что она такая упрямая. Ей нужен отдых больше, чем мне, хотя она храбрится как может. Нет, она не считает себя всесильной – просто боится показать свою слабость. Боится, что если даст слабину хоть на мгновение, всё обрушится и её командованию придёт конец? Неужели это страшит её? Или попросту всеми силами пытается быть похожей на Джонатана Терреса? Судя по всему, он был прекрасным человеком.

Мне было стыдно, что заставил её поделиться воспоминаниями, причинявшими ей боль. Я много раз видел насилие над женщинами – и ничего не мог с этим сделать. На галерах я был бесправным рабом, а встать у Марцио на пути было равнозначно смерти. У меня не было шансов сбежать от него. Галеры оставили след не только на спине – позорное клеймо раба на груди жгло даже сквозь ткань рубашки. Бесправного раба не принял бы на борт ни один корабль. Поэтому у меня был только один путь – ждать своего часа.

И я молча наблюдал за всеми бесчинствами – сначала на галерах, а затем и в команде Марцио. Его пираты в большинстве своём были такими же отбросами, как и он сам. Если женщина попадала в их лапы – её ничто не могло спасти. Она подвергалась жестокому насилию, а затем отправлялась в Дом Утех, принадлежавший братцу этого чудовища.

Мог ли я представить, что этот одноглазый пират – причина страха зеленоглазки? Даже подумать не мог о таком. Она не просто выжила после того, что пережила, – она буквально вылепила себя заново. Другую. Так сделал бы мужчина, но не женщина. А она справилась. Выстояла. Переродилась.

Когда я увидел её во главе команды – там, у домика Терреса на Эдазуре, – был поражён тем, как она держится. Я не просто знал, что она ранена. Я видел, как она упала, сражённая выстрелом Марцио. К этому времени я был в числе тех, кто добровольно сдался: это был не мой бой, и я сразу сложил оружие. Надеялся ли я, что смогу остаться в команде «Урагана»? Конечно, нет. Я планировал отправиться домой, если мне дадут эту возможность. Но увидел её – и передумал. Она была жива. Серьёзно ранена, но держалась так, будто ничего не произошло. Во взгляде – решимость, в движениях – уверенность. Действовала и рассуждала как настоящий капитан, и каждый из команды беспрекословно подчинялся ей.

Думал ли я тогда, что зеленоглазка лишит меня сна? Тогда мною двигало другое желание, но затем всё изменилось. Когда она истязала меня плетью, я понимал, что она наказывает не меня лично, а подаёт пример: чтобы каждый в команде знал – никто не исключение и все должны соблюдать установленные правила.

Но вот её взгляд после Он говорил больше слов. Ей это не нравилось. Она была пиратом, но жестокость не была у неё в крови. Вообще, было странно видеть её капитаном пиратов, но это было реальностью. И эта реальность завораживала.

Когда я допытывался о её прошлом, хотел выяснить, что она скрывает. Я долго не мог поверить, что Джонатан Террес не был её любовником. Но после встречи с Лоркасом понял: это не ложь. Не знаю как, просто понял. Поверил в это. Да по правде говоря, разве могло быть иначе? Как это ни странно, честность на «Урагане» просто зашкаливала. Никто из этих парней не умел лгать. Они либо не желали отвечать, либо говорили как есть. Террес любил эту зеленоглазку как собственную дочь, а корсары все как один не тешили ложных надежд. Хотя нет, не все.