Волшебный артефакт бога Лира 2

– Да поможет нам Кайюрс! – воскликнул он, вцепившись в штурвал так, что костяшки побелели.

Сердце колотилось в бешеном ритме, отсчитывая мгновения, а на берегу, кажется, всё замерло в ожидании. Всадник стремительно приближался к смотровой башне, а я молилась, чтобы он не успел. Там наверняка слышали выстрелы, однако без приказа никто не решится действовать.

Пять...

До башни ему оставалось несколько секунд – столько же, сколько и нам.

Четыре...

Быстрее! Ну же! Мы должны опередить его!

Три...

Сжала подзорную трубу так, что пальцы онемели от напряжения.

Два...

Ветер сорвал с меня шляпу, и она стремительно покатилась по палубе.

Один...

– Суши вёсла! Поднять паруса! – скомандовала, вкладывая в команду всю силу голоса.

Приказ разнёсся по палубе, передаваясь от корсара к корсару. Мгновение – и ветер с радостью ударил в паруса. Корабль рванул вперёд, словно хищник, почуявший добычу.

Всадник был уже внутри смотровой башни, а я впилась взглядом в форт, ловя каждое движение.

– Если сейчас не выстрелят – уже не успеют нас достать, – тихо, почти шёпотом произнёс Сэм.

В тот же миг округу разорвал тревожный звон колокола. Объявили тревогу!

– Они заряжают пушки!

– Успеем, капитан! Ещё немного! – Сэм бросил взгляд на парус, а затем внезапно поднёс к губам амулет, висящий на шее.

Мысленно в который раз призвала Кайюрса одарить нас удачей, а внутри всё сжалось от напряжения.

Грохот сотряс воздух, и пушечное ядро с шумом врезалось в воду позади нас.

Не отрывала глаз от берега, фиксируя каждое движение. Факелы вспыхивали один за другим – в форте, на берегу. От крепостных стен отделилась группа всадников, рванув к пристани. Я развернулась и обнаружила, что один из кораблей спешно готовят к отплытию.

– Нас хотят догнать, Сэм! – голос разорвал воздух, словно стальной клинок. – Приготовиться к бою!

– Вырвемся, капитан! А на свободе встретим их достойно.

Перевела взгляд на скалы, которые служили своеобразными вратами к острову, и довольно улыбнулась.

– У меня есть идея!

Бросилась к канонирам, коротко изложила замысел. Экипаж оживился – план приняли с энтузиазмом. Вражеский корабль уже пустился за нами в погоню, но только он слишком поздно поймёт, что идёт прямиком в ловушку.

Как только «Ураган» миновал скалы, я выкрикнула:

– Право на борт!

Корабль вздрогнул и накренился, стремительно разворачиваясь в заданном направлении. Прильнула к подзорной трубе – прямо на капитана противника. Надо отдать ему должное – манёвр он разгадал быстро, но было слишком поздно.

– Огонь!

Корабль содрогнулся, палубу заволокло дымом, а следом за грохотом пушечного выстрела в воду посыпались огромные глыбы камня.

– Заряжай!

Канониры синхронно отозвались о готовности, и я зычно скомандовала:

– Огонь!

Скала рушилась на глазах, поднимая волны, а на вражеском корабле люди в панике метались по палубе. Несколько наших ядер нашли цель. Гротмачта переломилась пополам, в борту зияла огромная пробоина.

– Уходим, Сэм! Курс на Ахарру!

Мы вырвались. Мы сделали это! Без единой потери. Первая победа – без Джонатана. Но я чувствовала: он здесь. Каждая клеточка корабля хранила его дух.

– Он бы гордился тобой, Несси, – заметил Сэм, выравнивая курс.

Я улыбнулась и стянула с головы платок. Это было чертовски сложное испытание, но мы справились. И это – только начало.

– Вот теперь пойду узна́ю, как дела у Мича.

– Только что зашёл в трапезную, – кивнул рыжий корсар.

Нашла корсара на камбузе. Одного. Присела на стул, молча наблюдала за тем, как он намывает столешницу, стоя ко мне спиной. Развернулся и, нахмурившись, упёр руки в бока.

– Я слышал, как ты пришла. Чего примостилась, как бедный родственник, и молчишь? Голодная?

– Много успели погрузить припасов?

– За такое короткое время – удивительно вообще, что столько успели! – заметил Мич с улыбкой.

– Нам хватит этого до Ахарры?

– Хватит. Пресной воды немного, придётся экономить, иначе нам не выжить в пустыне, но мы справимся.

– В Ахарре совсем нет воды?

– Есть, капитан, но её непросто найти. Не переживай за это. Припасы и вода – моя забота. Ты сделала всё, что было в твоих силах.

– Спасибо, – поднялась, собираясь уйти.

Устало потёрла лицо, а Мич внезапно с тревогой воскликнул:

– Ты ранена?

– Что?

– У тебя кровь

Бросила взгляд на ладонь и улыбнулась:

– А, нет. Не переживай. Всё хорошо. Я приду на ужин, – и поспешно ушла, прежде чем он успел ещё что-то сказать.

Глава 17

После ужина никто не торопился расходиться, и я была только за. Все были измотаны: напряжённая обстановка на Телиде, а затем и тот головокружительный, почти безумный «прыжок» к свободе отняли немало сил. Корсары не умолкали – они продолжали оживлённо обсуждать произошедшее: сначала во время ужина, перебрасываясь короткими фразами, а затем и после него.

– Капитан, что нас ждёт на Ахарре?

Подняла голову, высматривая говорившего, – но встретила взгляды всех корсаров. Каждый пристально смотрел на меня. Вопрос висел в воздухе, будто его задали хором. Корабль никогда не бывал в этих водах – и теперь нетерпение буквально ощущалось кожей. К тому же подозреваю, они полагали, что мне удалось разгадать тайну золотого ключика. Вот только, увы, это было не так. Два фрагмента карты и найденное Джонатаном сокровище никак не указывали на то, что нам предстоит отыскать в пустыне Аннола.

– Очередная загадка, – пожала плечами и улыбнулась. – Увы, её я пока не разгадала. У нас есть ключ, который откроет дверь, сундук, а может, он просто проводник к следующей загадке, и не существует скважины для него.

– Кто-нибудь знает, как там, на Ахарре? – с горящими глазами спросил малыш Бимс, подпрыгивая на месте.

– Жарко и много песка, – хохотнул Вэлианс.

– Много песка? – переспросил мальчишка. – А вода есть? Деревья? Ахарра что, всявся покрыта песком?

– Наша цель – пустыня Аннола, – пояснила я, стараясь утолить любопытство самого юного члена команды. – Она занимает почти всю территорию Ахарры, так что Вэлианс определённо прав. К сожалению, я и сама знаю об этой земле немного и не могу точно сказать, что нас там ждёт. Только со слов Мича.

– Я слышал, в пустынях вообще нет воды, но мы же не сможем без неё обходиться! Будем собирать дождевую?

– Дождей в пустыне не бывает, – заметил Мич, появляясь на пороге, – но есть озёра, родники и даже водопады. Так что воду мы обязательно найдём.

Кивнула, приглашая его занять место напротив. Он подчинился без колебаний: плавно опустился за стол, словно движение это было частью давно знакомого ритуала. На все вопросы об Ахарре лучше пусть отвечает тот, кто владеет информацией.

– Там совсем нет дождей? – мальчишка был этому несказанно удивлён.

– Я никогда не слышал о дождях в пустыне, – Мич мягко улыбнулся мальчишке. – Вода, мне кажется, испарится прямо в небе под палящими лучами солнца.

Мужчина расправил плечи и обвёл всех внимательным, почти суровым взглядом. Лишь убедившись, что внимание приковано к нему полностью, продолжил:

– Капитан уже сообщала вам сегодня, что провизии у нас не так много, как хотелось бы, но её достаточно, чтобы выжить. С этого дня и до самой Ахарры пресную воду я буду распределять поровну между всеми. Те, кто сойдут на берег, должны знать: бо́льшая часть провизии и воды останется на корабле. Остальным придётся охотиться и искать путь к оазисам.

– Что насчёт хищников?

– На территории Ахарры обитает множество опасных существ, но наибольшую угрозу представляют скорпионы и змеи – их яд смертелен. Поэтому каждый шаг должен быть тщательно продуман. В схватке с человеком у вас есть шанс, но против ядовитых тварей – никаких. Камни и расщелины – излюбленные места обитания скорпионов и змей: обходите их стороной. Кроме того, будьте готовы к встрече с крупными хищниками: гиенами, гепардами, а вблизи водоёмов – с крокодилами. Не теряйте бдительности ни на миг. За беспечность платят жизнью.

Корсары переглянулись, а по лицу малыша Бимса пробежала тень. Да, на противников, которые скрыты в песке, никто не рассчитывал. Невидимый, затаившийся враг – пострашнее любого шторма.

– Как думаешь, нам удастся раздобыть там верблюдов? – поинтересовалась, обратив его внимание на себя.

– Уверен в этом. К тому же безопаснее передвигаться верхом. Местные довольно доброжелательный народ, насколько мне известно.

– Так ли уж сто́ит гоняться за сокровищем, которого не существует? – голос синеглазого прозвучал тихо, но отчётливо, как удар колокола в тишине.

Перевела на него взгляд, а он лишь пожал плечами. В глазах читалась насмешка над всем этим безумным приключением. Да, оно безумное, но мы не можем отступить. В наших руках два из пяти фрагментов карты, а значит, волшебный артефакт бога Лира существует. В том, что он волшебный, сомнений не было.

– То, что трезубец никто не сумел найти, не значит, что это всего лишь легенда. Мы преодолели немало испытаний, чтобы отыскать к нему путь, и отступать я не намерена.

– Не страшно?

– Глупец тот, кто не ведает страха. Жизнь корсара не может быть безопасной, и ты прекрасно знаешь это.

– Не думал, что ты такая, – задумчиво произнёс новичок.

– Какая?

– Сильная и смелая, – эти слова я точно не ожидала услышать от него.

С ответом меня опередил Мич:

– А разве капитан корсаров может быть другим?

– Ты женщина, – выдал Слоан, и помещение задрожало от хохота корсаров.

– Женщина, – согласилась я, – ну так что с того? Как ты говорил? «Женщина рождена только для деторождения»? Мой бывший муж считал так же. Как видишь, наши мнения разошлись.

– Бывший?

– Повторю в последний раз, Слоан: моё прошлое тебя не касается, и прощаю тебе твой интерес только потому, что должна тебе. Ты спас меня. Дважды.

– Да, спас. И ты моя должница, хотя спасал я тебя не поэтому. На корабле Марцио, потому что знал – для чего ты ему. А на Телиде, потому что не привык бросать своих в беде.

Корсары замерли, прислушиваясь к нашему разговору. Я не смотрела на них, но кожей чувствовала, как десятки взглядов впиваются в меня. Ждут – затаив дыхание – моей реакции.

– Хорошо. Согласна, – холодно произнесла. – Что ты хочешь?

– Хочу понять, как такая красивая женщина стала капитаном корсаров.

Ему, похоже, было вообще наплевать, что все внимательно слушают наш разговор и каждый его неосторожный шаг приведёт к неминуемому наказанию. Знает ли этот человек, что такое субординация? Конечно, знает. И нарушает он её намеренно. Вот только зачем?

– Дочь Терреса никем другим стать и не могла, – заметила с усмешкой, ожидая следующего выпада.

– Это не ответ.

– Хочешь знать то, что знают другие, но не знаешь ты? Мне кажется, Сэм уже рассказал тебе обо мне.

– Рассказал? – Слоан выразительно фыркнул. – Это лишь обрывки знаний. Ты была второй раз замужем, когда тебя похитили. Ты спаслась, но к мужу не вернулась. И ты не выносишь прикосновений. Почему? Что это за женская блажь? При этом я видел, как ты сражалась с Лоркасом. Без страха и паники.

– Я поведал столько, сколько тебе нужно знать о капитане, – сурово заметил Сэм.

– Мне кажется, это слишком скудная информация, – новичок бросил быстрый взгляд на рыжего корсара и снова уставился на меня. – Я имею право знать о тебе чуть больше. Ты мой капитан, и я пойду за тобой хоть на край света, но я почти ничего не знаю о тебе. Вся команда знает и ценит тебя – я вижу это. Но мне сложно доверять тому, о ком ничего не знаешь. Может, если я узна́ю чуточку больше о твоём прошлом, я смогу видеть тебя такой, какой видит команда.

Нахмурилась и сжала губы. Снова ворошить прошлое не хотелось, но в его словах была доля правды. К тому же он точно полон разных предположений, и среди них нет ни одного верного. Он настырный и не отступит, пока не докопается до сути. Его интересовало сугубо моё прошлое. Возможно, действительно потому, что он не желает слепо идти за тем, кому не доверяет. О ком ничего не знает. Вот только разве есть у него выбор? Выбор был на Эдазуре, и он его сделал. Добровольно.

– Мой первый муж погиб. Второй вместе с детьми находится очень далеко отсюда, и мы больше никогда не увидимся, – улыбнулась, стараясь смягчить тяжесть слов. Прошлое пусть остаётся в прошлом. Моя боль – только моя и ничья больше. Широким жестом обвела команду. – Это моя семья, и по-другому не будет. Джонатан мне не родной отец, но без него не было бы Несси Террес.

– У тебя есть дети? – кажется, эта информация серьёзно удивила его.

– Хочешь сказать, у такой, как я, не должно быть детей?

– Женщина добровольно оставила своих детей – вот это не укладывается в голове, – его тон изменился, брови сошлись на переносице. Конечно, ведь он не понимает и не знает причину моего поступка. – Почему ты не вернёшься к нему? Он был груб с тобой?

– Нет, Слоан, – машинально прикоснулась рукой к перстню на руке и призналась: – Я люблю и всегда буду любить его. Почему мы не вместе – тебе не нужно знать. Важно только то, какая я сейчас. Кто я сейчас. Мои дети – моя боль, и тебя это не касается.

– Ты – капитан Несси Террес! – громыхнул Вэлианс, и его лицо озарилось улыбкой. – Когда я впервые увидел тебя со шпагой в руке – не поверил, что женщина может быть такой отчаянно смелой!

– Никто из нас не предполагал, что когда-нибудь мы будем с радостью ходить под началом женщины, Несси, – подхватил Ли Пэн.

– Слоан, за то время, что ты с нами – ты до сих пор не веришь, что она – не жеманная девица, так ведь? – Мич сощурился, глядя прямо на новичка.

– Да как не верить? Я видел капитана в деле! – синеглазый перевёл взгляд с кока на меня. – Ты не плачешь от боли и переносишь все тяготы наравне со всеми, но ты женщина, а не мужчина! Ты не можешь всё тащить на себе.

– Я и не тащу. Семья делит все невзгоды поровну, – подмигнула Мичу.

– А на него ты смотришь не так, как на других. Между вами точно что-то есть! – выдал синеглазый. Да таким тоном, чтобы все поверили в это.

По команде, словно шёпот волн, пронеслись лёгкие смешки. Он по-прежнему не видит границы дозволенного и позволяет себе слишком многое. Не понимает по-хорошему? Ну так и я не буду никого жалеть!

Резко поднялась и упёрла руки в стол. В трапезной наступила тишина. Смотрела не на синеглазого – на всех сразу, медленно обводя взглядом корсаров.

– Никого из вас не касается то, с кем я провожу ночи. Также хочу напомнить, что я – ваш капитан. Любимчиков у меня нет и не будет. Ещё одно подобное замечание – от кого угодно – и наказание последует мгновенно, – перевела взгляд на Слоана. – Новичок, тебе всё понятно?

– Уйти от ответа – самое верное капитанское решение, – вызов читался в его глазах. Он не собирался сдаваться.

– Не дерзи, – произнесла сурово, не отводя от него взгляда. Если бы взглядом можно было навредить – он бы уже содрогался от боли.

– Слоан, в твоих интересах больше ничего не говорить, – хмуро заметил Мич.

– А то что? – новичок резко поднялся и уставился на него.

– А то я познакомлю тебя с моими кулаками!

– Молчать! – рявкнула на них и немедленно отдала приказ: – Вэлианс, обоим по десять плетей! Наказание привести к исполнению немедленно, – развернулась и быстрым шагом направилась к выходу.

Внутри всё кипело от гнева. Я понимала, что не могла поступить иначе. Должна была наказать обоих, несмотря на то, что Мич вступился за меня. Каждый в команде должен видеть во мне равную себе, а видит женщину. Как бы я ни старалась быть с ними одним целым. Спешила в каюту – не хотелось никого видеть, поэтому вздрогнула от голоса Сэма, нагнавшего меня на палубе:

– Несси!

– Я всё сказала! – бросила не оборачиваясь.

– Капитан, разреши, зайду к тебе после исполнения наказания? Мне нужно обсудить наши действия на Ахарре, – похоже, это был лишь предлог, чтобы обсудить произошедшее в трапезной, но отказать ему я не могла.

Остановилась и сделала глубокий вдох. Развернулась и поймала спокойный взгляд рыжего корсара. Он определённо не осуждал меня. Во всяком случае, лицо оставалось бесстрастным.

– Хорошо.

Рэйвен всегда чувствовал мои эмоции. Вот и сейчас, едва я переступила порог каюты, ворвался в распахнутое окно и приземлился мне на плечо. Прижался шелковистой головой к щеке, словно желая утешить.

Гнев быстро сменился растерянностью. Мне было стыдно, что я выплеснула его, в том числе на Мича, хотя и не могла иначе. Он же понимает, к чему может привести подобный выпад с его стороны. Они делили меня! Ну, Мич как ревнивец-мужчина, а Слоан... мне кажется, ему просто доставляет удовольствие изводить меня.

Это полный провал! Если так будет продолжаться и дальше – дисциплине на корабле придёт конец. Я должна решить эту проблему и не буду ждать, когда ко мне явится Сэм. Безусловно – он не просто всё понимал, а хотел помочь разобраться в ситуации. Сначала надо поговорить с Мичем. Он, должно быть, уже у Алекса.

Спустя несколько минут я без стука толкнула дверь каюты лекаря – та скрипнула, впуская меня внутрь. Тот, кого я искала, сидел на стуле, спиной ко мне, и ожидал, когда Алекс нанесёт на раны целебную мазь.

– Новичок приходил?

– Ещё нет, – мужчина смотрел на меня с лёгким удивлением. Он явно не ожидал меня увидеть и замер с баночкой в руке. – Что-то случилось?

– Нет. Мне нужно поговорить с Мичем.

– Это не может подождать?

– Нет, – протянула руку за мазью. – Справимся без тебя.

– Как угодно, капитан.

Пока мы разговаривали, Мич не проронил ни звука и даже не шелохнулся. Просто ждал.

За время, проведённое на «Урагане», я привыкла, что корсары без стеснения щеголяют с обнажённым торсом. Особенно на тренировках. Поэтому вид обнажённой спины Мича ни капли не смущал меня.

Когда закрылась дверь, молча принялась смазывать раны мазью деревянной лопаточкой.

– Мич...

– Не нужно, Несси. Извиняться ведь собралась, так? – он не обернулся, но я чувствовала, что улыбается.

– Да, собиралась... Но ты же понимаешь, что я не могла поступить иначе.

– И я не мог. Можешь наказывать меня хоть сотней ударов плети – я всё равно буду защищать тебя.

– Не нужно меня защищать.

– Нужно. Да, ты капитан, но ты – женщина, и ты не можешь всё время быть сильной, сколько бы ни пыталась доказать обратное. Никто не может быть всё время сильным! Слоан не со зла цепляется к тебе. Он, похоже, и сам не верит в то, что чувствует к тебе.

– Что? – на миг замерла, но быстро взяла себя в руки и продолжила обрабатывать раны.

– Уверен, ты нравишься ему. Никого из команды не интересует твоя личная жизнь, но его не оставляет мысль «о нас», хотя между нами ничего нет. Он ревнует, разве ты не видишь? Ты хотела, чтобы он думал, что мы вместе – он именно так и думает, но хочет, чтобы ты призналась в этом. Зачем ты вообще сказала о ночах в постели с тобой? Думаешь, теперь он будет меньше думать об этом?

– Почему я должна ему вообще что-то доказывать? И я считала, то, что мы вместе, заставит его успокоиться и отступить. Разве нет?

– Не заставит, Несси. Влюблён он или просто хочет тебя как женщину – я точно не могу сказать, но он определённо неравнодушен к тебе. Мы почти ничего не знаем о нём и достоверно не знаем, какие трагедии случились в его жизни, – его голос стал мягче, и слова явно давались с трудом. Он ведь не скрывал своих чувств ко мне. Ни от кого не скрывал. Даже Джонатан видел это. – Несси, я хочу быть твоей защитой не как подчинённый, но как твой мужчина.

– Мич, не нужно. Пожалуйста. Мы уже обсуждали это. Моё сердце никогда не оправится...

– Обсуждали! – мышцы спины заметно напряглись, и он тяжело вздохнул. – Несси, ты ведь знаешь, что нравишься мне. Я ни от кого не прячусь и не стыжусь своих чувств. Открыт перед тобой, как бескрайний океан. Ты отпустила прошлое, так почему ты не отпустишь его?

Поставила баночку с мазью на стол.

– Кого? – вопрос вырвался, но я знала, о ком он говорит. Отпустить из сердца я не могла только одного человека.

Мич резко поднялся и замер напротив меня.

– Акбара. Ты говоришь, что любишь его, но не возвращаешься к нему. И не отпускаешь. Так нельзя. Думаешь, ему легко? Уверен, его сердце пылает от боли не меньше твоего. Ведь он даже не знает, что с тобой.

– Эймен сказал ему. Я не сомневаюсь в этом.

– Тот, что пытался тебя похитить тогда на базаре?

– Да. Джонатан всё рассказал ему, – смотрела в глаза, не позволяя себе отвести взгляд. Внутри всё горело – жар поднимался от груди к горлу, душил, сдавливал. Слёзы стояли гдето там, за невидимой преградой, готовые прорваться в любой момент, но я не давала им воли. Мы вообще не должны говорить о нём, но Мич вскрыл кровоточащую рану, и я не имела права уйти от разговора. Только не с ним. Он должен знать, что мой удел – одиночество. Не питать ложных надежд. – Я не смогу быть с ним. Не смогу быть ни с кем из мужчин.

– Ты ведь преодолела свой страх к прикосновениям, так в чём же дело?

– Это не так, Мич. Я научилась управлять им в случае опасности или... при необходимости. Однако он не отступил. Он бьёт наотмашь во сне, перехватывает дыхание наяву, но никуда не уходит. Гнев лишь временно берёт страх под контроль, но он не исцеляет.

– Но ты целовала меня, – он опустил руки мне на плечи, не сводя с меня светлых глаз. – Не как брата, а как мужчину.

– Целовала, чтобы прогнать то, что оставил после себя сон. И сбежала, потому что испугалась. Того, что почувствовала. Панику. Ту, что заставляет окаменеть и лишает разума.

Мне и сейчас хотелось позорно сбежать, только я усилием воли приказала себе успокоиться. Это ведь Мич. Он не навредит мне и не преступит границы дозволенного. Подобные лёгкие дружеские прикосновения – всё, на что я способна. Это то, что я могу преодолеть.

– Ты должна дать шанс не мне, а себе, Несси. На жизнь. Я всегда буду тебя защищать – как капитана и как женщину, которая мне нравится. Возможно, Слоан испытывает к тебе те же чувства, что и я. Прими это и не злись на него.

– Предлагаешь спускать ему всё с рук?

– Как капитан – ты не имеешь на это права. Но вот как женщина... уверен, ты подберёшь к нему ключик, чтобы он не переходил дозволенные границы.

Нас потревожил короткий стук, а затем дверь распахнулась. Я резко развернулась, заставив Мича опустить руки. Лёгок на помине!

Синеглазый застал нас в весьма двусмысленном положении, учитывая то, что Мич был по пояс обнажён и практически обнимал меня.

– О, простите! Я, кажется, не вовремя! – выдал новичок и поспешил ретироваться.

– Слоан, вернись! – воскликнула строго.

Как ни странно, он повиновался. Прикрыл за собой дверь и замер у порога.

– Не хотел вам мешать, – губы скривились в усмешке, и он собрался натянуть рубаху.

– Алекс осматривал тебя? – сменила тему, не желая давать ему повод для обсуждения.

– Очевидно, мы разминулись. Я не думал, что каюта лекаря будет занята... кхм... вами.

– Присядь, – указала ему на стул и, когда он застыл в нерешительности, повторила чуть строже: – Слоан, это не просьба. Нужно обработать раны.

– Что за привилегии, капитан? – хмыкнул, но послушался.

Пока мы перекидывались фразами, Мич успел натянуть рубаху. Последний вопрос синеглазого заставил его улыбнуться, но он ничего на это не сказал.

– Очень хорошо, что вы оба здесь, – принялась за работу и взяла под контроль эмоции. Если я снова разозлюсь из-за его дерзости – точно выкину за борт на корм акулам.

– Даже так? – в голосе Слоана слышалась насмешка.

Так. Держаться. Муари сказала, что место этого дерзкого мужчины на нашем корабле. Это его судьба. Так же, как когда-то сказала Джонатану, что я буду во главе его команды. Я и никто другой. Значит, я должна дать ему шанс исправиться. Понять его и принять. Уверена, он умеет быть другим.

– Новичок, ты дерзишь, потому что здесь Мич? Или тебе нравится меня доводить? – спросила спокойно, хотя внутри всё кипело от гнева. Дерзость у него в крови – не иначе.

– Как можно, капитан?!

Издёвка в голосе, конечно, от меня не скрылась. Глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Собралась поговорить? Доведу это до конца. Пусть даже придётся ответить на вопросы, на которые не желаю отвечать. Честность и открытость должны расставить всё по своим местам. Мы должны прийти к компромиссу.

– На этом корабле каждый в команде говорит правду. Я спросила и жду ответа, а не дерзости.

Он бросил взгляд на Мича, мышцы на спине чуть дрогнули.

– Ты говоришь, что у тебя нет любимчиков, но сама выделяешь не только Мича в команде. Другие смотрят на это сквозь пальцы, а я не понимаю, почему так.

– Например? – это было довольно неожиданно. Мне казалось, я со всеми общаюсь на равных, хотя, безусловно, есть несколько человек, которые со времени моего появления на корабле стали ближе других.