Волшебный артефакт бога Лира 2

– Готовятся, – услышала голос Сэма, вторящий моим молчаливым мыслям.

Он задержался в паре шагов от меня, сосредоточенно всматриваясь в береговую линию через подзорную трубу.

– К берегу приближаются всадники. Скорее всего, их цель – мы. Уверен, они намерены подняться на борт.

– Главное – чтобы не запретили сойти на берег и пополнить припасы, – ответила, чувствуя, как внутри нарастает напряжение, но стараясь внешне оставаться спокойной.

Человек, который поднимался на борт «Урагана», без сомнения, имел благородное происхождение – или, по крайней мере, обладал значительным влиянием и высоким положением на острове. Его осанка и одежда не оставляли в этом сомнений.

Ярко-синий камзол из тонкого бархата, прошитый серебряной нитью, облегал стройную фигуру. На плечах – плащ из того же материала, небрежно откинутый назад, чтобы не мешать шагу. Под камзолом виднелась белоснежная рубашка с высоким воротником, украшенным тончайшим кружевом. На поясе – меч в ножнах. Перчатки из мягкой кожи, безупречно чистые, говорили о привычке к порядку и изяществу. Он явно сторонник безупречного образа, и даже жара не заставила его отойти от привычной одежды.

Лицо словно высечено из мрамора: высокие скулы, прямой нос, чётко очерченные тонкие губы. В уголках тёмных глаз уже притаились лёгкие морщинки – следы солнца и ветра. Тёмные волосы до плеч перехвачены светлой лентой на затылке и прикрыты белоснежной шляпой с широкими полями. Взгляд – пронзительный, цепкий и недобрый. Он будто видел больше, чем положено обычному человеку.

Мужчина ступал по сходням с той особой грацией, которая рождается не из показного щегольства, а из врождённого чувства собственного достоинства. Каждое движение – сдержанное, точное, лишённое суетливости.

Он ещё не поднялся на борт, но уже медленно осматривал корабль, скользил взглядом по снастям и команде. Этот взгляд искал, за что зацепиться. Искал тончайшую соломинку, за которую можно ухватиться, чтобы разоблачить нас. Похоже, этого человека не обманут никакие флаги. Он верил только собственному взгляду и чутью.

От цепкого опытного глаза не ускользнула и наша разномастная одежда. Каждый из нас сегодня был кем-то из прошлого – тем, кого навсегда вычеркнул из жизни. Камзол Сэма оказался изрядно потрёпан, и было решено вовсе обойтись без него, поэтому образ благородного шандарца немного выбивался из привычного моему глазу. Светлая рубаха, килт, высокие гольфы и гилли – он словно был полураздет, но иного выбора не было. Кто, как не первый помощник, безупречно сыграет роль капитана?

Мы по очереди поприветствовали поднявшегося на борт мужчину.

Незнакомец неожиданно заговорил на ульском языке. Это не показалось мне странным. Принадлежность «капитана» к Ульсу была заметна невооружённым взглядом.

– Приветствую вас на острове Телида! – снял шляпу и изящно поклонился. – Диего Лоркас – глава личной охраны Его Милости графа Вернаветте, губернатора острова Телида. Что привело ваш корабль в такую даль?

– Я капитан этого корабля Синтигэрн Брайс Арасгайн, – Сэм учтиво поклонился, как того требовал этикет. – Путь наш лежит на остров Родол, и я прошу разрешения сойти команде на берег, чтобы пополнить трюм провизией и пресной водой.

– Прекрасно. Просто замечательно, – задумчиво произнёс мужчина, кажется, вообще не слушая Сэма. Его взгляд замер на мне. Глаза в глаза. – Мадам понимает меня?

– Я прекрасно вас понимаю, милорд, – отозвалась спокойно. Опустила взгляд – женщина Мехтема не вправе смотреть чужому мужчине в глаза.

– Если вам угрожает опасность – не бойтесь сообщить об этом. На этом острове вы найдёте защиту и убежище.

О! Похоже, он решил, что я в рабстве. В неволе. Говорила я, что Вэлианса надо спрятать, а не сделать из него моего слугу! Во что бы он ни был одет – зверскую хищную маску с лица не снять.

– Благодарю за беспокойство, милорд, но уверяю – на борту я в полной безопасности. Корабль капитана Арасгайна был нанят моим мужем для путешествия на Родол.

– А кто ваш муж?

– Акбар ибн Фераджи, милорд. Сын наместника Мехтема.

– Тогда где же он, мадам? – взгляд скользнул по палубе и явно никого не выбрал на роль моего мужа.

– Ему немного нездоровится, милорд.

– Что-то серьёзное?

– Что-то с желудком. Наш лекарь быстро справится с недомоганием, уверяю вас. Ничего серьёзного.

– Что же. Хорошо. Когда ваш муж поправится, дайте знать моим людям. Я буду вести переговоры только с ним. До этого времени команда не сойдёт на берег.

Голос Сэма прозвучал не грозно, но весьма строго. Так говорил бы и Джонатан. Как человек, отвечающий не за себя, а за всех, кто находился на борту:

– Я, как капитан этого корабля, наделён определёнными полномочиями и имею право знать, по какой причине вы не позволяете нам сойти на берег. Если мы не можем этого сделать, прошу вашего разрешения покинуть остров немедленно.

– Вам нужно пополнить трюм запасами, и я не могу отказать вам в этом, – глава охраны губернатора Телиды был вежлив и учтив, но у меня по спине пробежал холодок от его ласкового тона. – Однако ради безопасности жителей я должен быть уверен, что на корабле нет больных. А что, если у вас здесь эпидемия?

– На судне все здоровы, милорд, – хмуро заметил Сэм и покосился на меня странно-виноватым взглядом. – Господин Акбар вчера знатно перебрал с элем.

Я театрально вздохнула и опустила голову. Судя по реакции рыжего корсара, мне должно быть стыдно.

– Это правда, мадам?

– Да, милорд.

– Отчего же вы не сказали об этом прямо?

– В Мехтеме злоупотребление алкоголем – большой грех, милорд. Мне было стыдно признаться вам в том, от чего недомогает мой муж.

– Отправьте кого-нибудь за ним, капитан, – Диего наградил Сэма пристальным взглядом. – Меня не смутит его состояние.

Шандарец свистнул малыша Бимса и отдал распоряжение. Внешне он был непоколебим. Ни один мускул не дрогнул на лице, а вот я готова была удариться в панику.

Похоже, этот мужчина так просто не отступит. Остаётся надеяться, что он не знает мехтемский язык, иначе мы пропали.

Минуты тянулись бесконечно. И вот на палубе показался он – мужчина, одетый во всё чёрное. Шаг ещё шаг Пристально вглядывалась в его лицо, не в силах поверить глазам. Не может быть! Пронзительносиние глаза не отрывались от меня. Он приближался с показной уверенностью, но в каждом движении сквозила небрежность – как у человека, который вотвот упадёт, но всё ещё пытается устоять. Почему он?! Какого дьявола? Кто распорядился изменить моё решение?! Этот дерзкий мужчина всё испортит!

Бросила осторожный взгляд на Сэма и поняла, что он удивлён не меньше моего. Если нас не убьют – узна́ю всех причастных и высеку! Что удумали?! Мы и так ходим по острию лезвия на этом острове, а они Нам всем конец!

– Для уроженца Мехтема у вашего мужа довольно необычный цвет глаз, – заметил Диего на языке, который я больше всего сейчас боялась услышать от него.

Внутри всё похолодело от ужаса, и я уже приготовилась к битве, но слова новичка рывком привели меня в чувства, заставляя посмотреть на всё с другой стороны. Похоже, наша легенда не так и плоха, а синеглазый полон сюрпризов.

– Моя мать – подданная Ульса, милорд, – произнёс Слоан на том же языке.

Невероятным усилием воли мне удалось взять себя в руки. Новичок держался как настоящий сын правителя – роль Акбара ибн Фераджи словно идеально подходила ему. Благородная фактура ткани придавала облику неповторимое достоинство – словно сама материя хранила отголоски времён. Удивительно, но за долгие годы она не утратила плотности, не обрела ни малейшей потёртости, будто время над ней не властно.

Удобный кафтан в сочетании с шальварами безупречно вписывался в нашу легенду, становясь не просто одеждой, а частью замысла. Ткань ниспадала плавными, величавыми складками – они подчёркивали благородную стать, но при этом оставляли полную свободу движений, будто дышали вместе с хозяином.

По краям одеяния тонкой нитью проступала вышивка тёмным и золотым шёлком. Узоры напоминали стилизованные листья и причудливые завитки, словно тени забытых древних символов.

Талию опоясывал широкий, плотный пояс – он придавал силуэту собранность и законченность, завершая образ, в котором каждая деталь говорила о благородстве мужчины.

На голове – тюрбан. Не пышный, не кричащий, а строгий, выверенный до последнего витка, собранный с почти ритуальной точностью. Глубокий чёрный цвет сливался с общим силуэтом, растворяясь в нём, словно тень. Но стоило солнечному лучу скользнуть по ткани – и в полотне вспыхивали тонкие нити серебра, будто звёзды, случайно упавшие в ночную тьму.

Как ему это удалось? Он держался так естественно, словно провёл в Мехтеме не дни и не месяцы, а целые годы. Каждый жест, каждый поворот головы – всё говорило о привычке, о глубинном понимании этого облика. Образ Слоана был безупречен – не наигранно, не нарочито, а так, будто эти одежды родились вместе с ним.

А может, так оно и было? Ведь он свободно владел мехтемским языком – не как чужеземец, зубривший слова, а как человек, впитавший речь с детства. Что ещё скрывалось за этой спокойной улыбкой, за этим дерзким взглядом?

Я доверилась Муари и без вопросов приняла его в команду, но мужчина был полон тайн. Слоан рассказывал мне о своём прошлом – но так, словно осторожно обходил невидимые границы, оставляя за кадром самые важные события. Он или не хотел, или намеренно не желал раскрывать все тайны своего прошлого.

И вот сейчас снова поймала себя на мысли, что совершенно не знаю этого человека. Я доверяла ему, потому что верила Муари, но какие ещё сюрпризы меня ждут?

– А жена? – взгляд Диего скользнул по мне. – Она родилась не в Мехтеме, – не спрашивал. Уверенно утверждал.

– Моя красавица уроженка Фарца, – Слоан улыбнулся и жестом указал на трапезную. – Желаете с нами отобедать?

– Ваша жена сказала, вы неважно себя чувствуете, – мужчина склонил голову набок, кажется, внимательно изучая реакцию новичка. Я знаю, что некоторые люди умеют считывать по лицам малейшую фальшь. Если синеглазый проколется – нас всех убьют!

– Коварный эль отобрал у меня, кажется, целые сутки жизни! – Слоан сокрушённо покачал головой. – Я и не предполагал, что такое может произойти со мной!

– Для того, кто вчера перебрал с алкоголем, вы довольно свежо выглядите, – Диего всё ещё не сводил с него пристального взгляда. Он не верит.

– Слуга разбудил меня и сообщил, что на борту важный человек. Разве мог я посрамить своим видом себя и супругу? – новичок отвесил чужаку вежливый поклон. – Прошу у вас прощения. Не сочтите за оскорбление, что не встретил вас вместе с супругой.

– Я, знаете ли, не склонен верить небылицам, – Диего повёл носом, явно принюхиваясь.

Внешне я была спокойна, но внутри всё замирало от каждого слова этого мужчины. Он прибыл сюда, чтобы разоблачить нас любым способом. Я невольно задержала дыхание, а вот Слоан и ухом не повёл. Улыбнулся как ни в чём не бывало:

– Не утруждайтесь, я помогу. Заранее снова прошу простить меня, – бросил он и, резко подавшись вперёд, выдохнул прямо в лицо ошеломлённому гостю.

Мужчина непроизвольно поморщился и поднёс к лицу белоснежный платок.

– Я предупреждал. Но теперь вы знаете, что я не лгу, – заметил синеглазый и приложил руку к груди, снова кланяясь. – Тысячу извинений, милорд! Из-за моего неподобающего поведения мы всё ещё не представлены друг другу. Акбар ибн Фераджи, наследник наместника Мехтема, – снова изящный поклон – такой, какой бы отдал мой муж при знакомстве. Слоан явно знал, что делает.

– Диего Лоркас – глава личной охраны Его Милости графа Вернаветте, губернатора острова Телида. Рад знакомству, милорд! Жду вас вечером в таверне «Родез» в квартале отсюда. На берег можете сойти только вы и ваш слуга, милорд, – заметил мужчина, а я едва не скрипнула зубами. Вот подлец! Он явно всё ещё не доверяет нам и чувствует подвох!

– В моей семье нет тайн от жены, милорд, – голос Слоана прозвучал весьма холодно. – Вы позволите сойти на берег и ей. В противном случае прошу вашего разрешения покинуть остров. Мы обогнём с запада остров Родол и причалим к Синамским островам для пополнения провизии. Уверен, там к гостям отнесутся более почтительно.

– Прошу простить меня, я не хотел обидеть вас, милорд, – Диего расплылся в хищной улыбке. – Конечно, ваша супруга имеет равные с вами права на острове Телида. Я посчитал, что она будет ожидать вашего возвращения на корабле. Был не прав. До встречи! – учтивый поклон на прощание, и он поспешил прочь.

Тишина звенела, словно натянутая струна. Мы не сводили глаз с этого пугающего человека. Он ступал по сходням медленно, будто растягивая момент. Затем – стремительный прыжок в седло, и вот он уже мчится вверх по улице в окружении всадников, растворяясь вдали. Никто не решался нарушить молчание, и оттого голос новичка прозвучал резко, заставив меня вздрогнуть:

– Идём обедать? Кажется, я готов съесть не одну порцию!

– Конечно, – кивнула и поспешила за ним.

На палубе мы обязаны были играть роли: ни лишних слов, ни лишних жестов. У берегов этого острова каждый на корабле, уверена, находился под пристальным наблюдением людей Диего Лоркас.

До обеда ещё было время, поэтому в зале мы оказались одни.

– Почему ты? – этот вопрос бился в голове с тех пор, как увидела его на палубе.

– Никто не справился бы лучше меня, – самодовольно заявил Слоан и скрестил руки на груди.

– Ты знаешь, что я имела в виду! Почему не сказал, что знаешь мехтемский язык?

– Меня никто не спрашивал.

– Сэм

– Сэм опрашивал всех, да, но я просто не сказал об этом. Заметь, не обманул. Просто промолчал. Откуда мне было знать, что это важно?

Подалась вперёд и произнесла весьма сурово:

– Не смей перебивать меня, новичок! И на будущее: не нужно ни о чём умалчивать. На вопрос надо отвечать, когда тебя спрашивают. Ясно?

– Конкретно меня никто не спрашивал.

Поднялась и с шумом выдохнула. Почему он всё время дерзит?!

– Жди здесь!

Вошла на камбуз и взглядом указала помощникам на выход. Мич наградил меня внимательным взглядом и заговорил только тогда, когда за Энди и Томасом закрылась дверь.

– Даже вуаль не скрывает твоего гнева. Глаза так и мечут молнии. Из-за Слоана?

– Я плохой капитан, – заявила со вздохом.

– У него скверный характер, но он хороший малый, Несси, – неожиданно заметил Мич. – Ты отличный капитан, и не нужно думать иначе. Не вижу причины думать так.

– Ты заступаешься за него? Ты, Мич?

– Уверен, его дерзость впитана с молоком матери, – губы кока тронула улыбка. – Он давно в море, как простой мореплаватель, но держится так, словно он королевских кровей. Как, кстати, всё прошло?

– Почему ты отправил его вместо себя?

– Потому что я не мог явиться на палубу в этом виде, ведь одежда твоего мужа мне мала. Сыграть больного – ещё куда ни шло, но это Слоан слышал весь разговор с чужаком и ворвался в каюту ещё до малыша Бимса. Несси, он же справился?

– Ещё как! – заметила хмуро. Признать это было непросто. – Он знает мехтемский язык так, словно разговаривал на нём с детства.

– А ты его спрашивала об этом?

– Нет. Да он и не скажет!

– Каждый имеет право на тайны прошлого, ты же знаешь. Доверься ему, как велела Муари. Уверен, он не подведёт. Обед, кстати, уже готов. Иди в трапезную и не давай гневу власть над собой.

Стоило мне вернуться в зал, и помощники Мича ринулись обратно на камбуз. Открепила вуаль и опустилась на своё место.

– Нажаловалась своему рыцарю?

– Новичок, ты когда-нибудь перестанешь дерзить? – взглянула на него с напускной строгостью, хотя внутри меня так и подмывало рассмеяться.

– А я разве дерзил? Просто спросил. Личное, да? Прости, капитан!

Слова больше напоминали издёвку, чем извинения, но я решила смолчать. Чем больше я реагирую на его тон, тем больше он начинает дерзить. Может, это потому что я женщина? Хотя он же принял меня, как своего капитана. Так что дело, видимо, не в этом.

– Твоё счастье, что мы здесь одни, Слоан.

– Я готов нести наказание, если снова виноват, капитан.

– Не сомневаюсь, – в памяти живо всплыла его исполосованная шрамами спина, и, я невольно вздохнула. Похоже, шрамы у него неминуемо будут прибавляться. Только петля исправит этого мужчину. – Откуда ты знаешь мехтемский язык?

– Я жил там очень давно. Учился, – неожиданно честно ответил новичок.

– Поэтому ты держался так уверенно, – заключила я. – Что же Видимо, богам было угодно, чтобы наши пути пересеклись. И спасибо вас за то, что попросил его разрешить мне сойти на берег.

– Я не могу отправиться на встречу без капитана, – улыбнулся и подмигнул мне. Похоже, этот мужчина ничего и никого не боится.

Нам нужно продержаться здесь всего два дня. Надеюсь, вечером мы получим разрешение на пополнение запасов провизии. Сомневаюсь, что Диего Лоркас захочет надолго оставлять чужаков на острове, так что это и в его интересах. Чем быстрее мы заполним трюм, тем быстрее наш корабль уйдёт отсюда.

Преимущество моих традиционных мехтемских одежд было очевидно: паранджа позволяла скрывать любую одежду и оружие. Однако тревога не отпускала – мне казалось, будто над нами нависла невидимая угроза. Диего Лоркас вызывал безотчётный страх: его цепкий, изучающий взгляд заставлял нервничать. В нём чувствовалась железная воля, и сомнений не оставалось: пост главы охраны губернатора он заслужил кровью и потом.

В переполненной таверне улыбчивая служанка отвела нас за ширму – там расположился Диего Лоркас. Он поднялся и с изысканной вежливостью выразил своё почтение. Он был совершенно один. Ни следа его подчинённых – никто из присутствующих не подходил на эту роль. Однако внутренний голос настойчиво твердил: это всего лишь иллюзия. Человек вроде Лоркаса, явно не испытывающий к нам доверия, ни за что не явился бы один.

– Подожди там, – велел Слоан Вэлиансу, и тот послушно оставил нас.

– Как вы себя чувствуете, господин Акбар?

– Благодарю, всё хорошо.

– Горячее? – поинтересовалась девушка в ярко-синем платье и белом переднике.

– Позже, – кивнул ей новичок, а глава охраны жестом отослал её. – Если вы не против, я бы предпочёл перейти к делу.

– Вы спешите?

– Мы бы хотели вернуться в Мехтем до наступления сезона штормов, поэтому да – мы спешим, милорд.

– Ваш путь лежит на остров Родол. Что там ждёт вас? Остров расположен далеко от Мехтема.

– Вы не вправе спрашивать, с какой целью и куда мы держим путь, милорд, – вежливо заметил Слоан. – Мы не угрожаем жителям острова Телида и оказались здесь только для того, чтобы пополнить запасы провизии. Я наследник наместника султана Сулеймана в Мехтеме, если вы помните, милорд, и ваше недоверие оскорбляет меня.

Взгляд Диего Лоркаса, такой же цепкий, как и днём на палубе, неотрывно следил за новичком. Синеглазый же держался невозмутимо, с явной уверенностью. Каждое слово высечено из камня, в глазах – непоколебимая решимость.

– В ваших словах есть доля правды, господин Акбар, но и вы поймите меня. Хотите говорить откровенно? Хорошо. Флаг Мехтема не показатель вашей принадлежности к стране. Как глава охраны губернатора я имею право задержать любой корабль вместе с людьми на борту, если посчитаю их угрозой. У меня есть письменный документ, подтверждающий эти полномочия, – могу продемонстрировать его при необходимости. А у вас есть подтверждающие ваши слова бумаги? Вы можете подтвердить, что вы действительно Акбар ибн Фераджи? На острове нет ни единого человека, кто мог бы с уверенностью опознать в вас этого человека.

Тронула плечо новичка, тем самым сообщая, что желаю что-то сказать. При чужаках этикет обязывал женщину Мехтема вести себя именно так. Разговаривать – только с разрешения мужа. На палубе до появления Слоана был другой случай – там у меня не было выбора, но сейчас я обязана соблюдать нормы, играя свою роль. Что-то подсказывало мне, что Лоркас знал не только мехтемский язык, но и хорошо был знаком с обычаями страны.

– Фамильный перстень устроит вас в качестве доказательства, милорд? – вытащила из складок паранджи руку и продемонстрировала ему сверкающее сокровище. – К сожалению, это то немногое, что уцелело после того, как на нас напали пираты.

– Пираты? Где же? – пристальный взгляд теперь был нацелен на меня.

– Остров Мартьерро, милорд, – сообщила, опуская взгляд.

– Шторм вынудил нас причалить к этим берегам, – пояснил Слоан, подхватывая мою ложь на лету. Если нас сейчас разоблачат – нам не уйти отсюда.

– И? Пираты напали на берегу? – он усмехнулся, похоже, сомневаясь в наших словах.

– Мы отправились в плавание не на «Урагане», милорд. Капитан Арасгайн взял нас на борт после того, как наш корабль ограбили и сожгли, – начал рассказ Слоан, а я словно вернулась в прошлое. Перед глазами мелькнуло лицо Леандро, и я невольно вздрогнула. Новичок, сам того не подозревая, затронул в памяти то, что действительно случилось на том прокля́том острове.

– Вы в порядке? – от цепкого глаза Диего Лоркаса не укрылось моё невольное движение, но, возможно, моя реакция на неприятное воспоминание была нам на руку.

Посмотрела на синеглазого, а он продолжил, держа ответ, как полагается мужу:

– Для моей жены это было серьёзным испытанием. Мы буквально остались ни с чем. Капитан Арасгайн взял нас на борт под моё честное слово и получит полагающуюся оплату только в Мехтеме.

– Значит, пираты, – задумчиво произнёс глава охраны. – Выдвинуться в путь из Мехтема в сезон штормов – опаснее, чем встреча с этими стервятниками, но вы рискнули. Очевидно, было ради чего.

– Я рискую только в том случае, если в этом есть необходимость, – заметил Слоан.

– Не смею более вас задерживать, можете отправляться на корабль. Я пришлю к вам слугу с распоряжением от губернатора.

– Благодарю, милорд.

Узкие светлые улочки тянулись вперёд, а внутри меня всё сжималось от тревоги. Хорошо, если окажется, что мои опасения необоснованны. Может, мне всюду враги мерещатся? Вот только я была отчего-то уверена – он не поверил нам. Или не собирался верить изначально. Но ради чего ему губить нас? Ответа на этот вопрос не было.

В каюте сбросила с себя паранджу и тщательно спрятала под платком волосы. Надвинула почти на самые глаза шляпу и накинула на плечи тяжёлый плащ. Я не могла рисковать и показываться на палубе, как женщина, а в таком виде я вполне сойду за мужчину. В юности у меня это получилось, выйдет и сейчас.

В дверь постучали, прежде чем я успела выйти.

– Кто там?

– Можно войти, Несси? – услышала голос Сэма и облегчённо выдохнула.

– Заходи.

Он был не один. С ним был Слоан.

– Мне кажется, этот хлыщ не поверил нам, Несси, – с ходу заявил новичок.

– Я уверена в этом, но возможно это только наши опасения. Мы дождёмся письмо от губернатора, но готовьтесь к бою.

– Ты куда собралась в таком виде? – рыжий корсар окинул меня внимательным взглядом.

– На палубу. Я не собираюсь отсиживаться в каюте.

– Правильно. Лучше смотреть опасности в лицо, – неожиданно согласился синеглазый.

– Сэм, ты пока веди себя как ни в чём не бывало, а ты, Слоан, потихоньку подготовь команду. Без моего приказа ничего не предпринимать.

– Да, капитан! Разреши исполнять? – тон новичка был как никогда серьёзен.

– Разрешаю, – кивнула, и он быстро ретировался. Посмотрела на Сэма. – Я не представляю, как нам удастся ускользнуть с острова, – честно призналась.

– У нас тоже есть пушки, капитан, – шандарец неожиданно подмигнул мне. – Я уже всё прикинул. У нас будет нужное нам время, чтобы удрать. И всего несколько минут для удачного манёвра. Справимся.

– Я всё ещё надеюсь, что это наша тревога безосновательна.

– Надежда умирает последней, – заметил Сэм и открыл дверь, выпуская меня в коридор.

Не стала бесцельно расхаживать по палубе и привлекать лишнее внимание. Тихо проскользнула в трапезную и заняла позицию в углу – оттуда отлично просматривались берег и сходни. Устроившись поудобнее, принялась ждать. Мич, похоже, не слышал, как я вошла, так что меня никто не беспокоил.

Темнота накрыла небо над островом стремительно – как если бы кто-то спрятал солнце. Ещё нигде не встречала такого. День сменился ночью в одно мгновение. Не было ни закатного солнца, медленно тонущего в горизонте, ни мягких сумерек – ничего из того, что обычно сопровождает переход дня в ночь. Вот только что был день, и вдруг вмиг наступила ночь. Необычно.

Кучер дремал на козлах, ожидая, когда кто-нибудь наймёт карету, а к причалу по узкой улочке не спеша приближался всадник. Он спешился и поспешил к сходням нашего корабля. Вот и настал час, когда мы всё узнаем.

Поправила свою одежду и выдвинулась ему навстречу. Лично прочту письмо.

Малыш Бимс уже спешил туда же, когда заметил меня. Лёгким кивком отослала его, надеясь не привлечь к себе этим движением лишнее внимание.