Кровь Теневории. Хроники серых клинков

По заверениям наших библиотекарей – именно этот отрывок подскажет, где искать крест. На этом все. С тяжелым сердцем мы открыли вам эту тайну, и с тяжелым сердцем поминаем мученическое самопожертвование пророка в бою с вампирами и иным злом.

Информация сия секретна. И каждый из тех, кто познал ее, должен хранить знание в секрете.

Да прибудет с вами его сила и дух, да прибудет у сердца вашего крест».

Капитан закончил и молча передал листок Раду. Тот сразу же жадно принялся читать.

Что-что, а такого расклада Рульф не ожидал. Получалось, что истинной основой его задачи стал вампирский бред пророка, увидевшего какой-то крест, будто таящий в себе небывалую силу. И все это было совершенной тайной церкви. Но с другой стороны – что мешает таким непознанным тварям как вампиры хранить у себя нечто подобное? Возможно, этот элемент, этот артефакт и объяснит их природу. Возможно.

–Что думаешь, Рульф? – спросил Раду, оторвавшись от листа.

–Думаю, мы пешки в очередной хитрой игре ордена. Ты уж прости меня, священник.

–Да нет, ничего, – Раду сам сейчас казался предельно задумчивым. – А не кажется тебе, что здесь замешан кто-то еще?

–Третья сторона? – кивнул Рульф. – Определенно так. Ладно. Держи письмо при себе. Пойдем к дому. Пора готовиться к походу.

–Когда выступаем?

–На рассвете. В любом случае – что бы мы там не искали, и что бы мы там ни нашли, это наша судьба. Честно признаюсь тебе, я уже давно не думаю о будущем. Этот мир живет по своим законам. И словно в игре ребенка правила, законы те меняются на ходу.

–Фатализм, – сухо протянул Раду.

–Не без этого.

Но что-то в этих словах задело Ленса Обри, сидящего рядом под видом Раду Мареша. Этот капитан мыслил правильно, так как нужно. И какая жалость, что Ленс никогда не сможет назвать его другом.

***

Фигура в черном плаще передвигалась по ночным улицам Регинта. За спиной у нее висел деревянный скрипичный чехол. Движения человека были плавными и легкими как у кошки. Он шел бесшумно, быстро минуя освещенные участки улиц. Взгляд его остановился на вывеске «У Аурела». Из-под капюшона показалась довольная улыбка. Человек направился к дверям здания. Быстро войдя внутрь, совершенно незаметно скользнул мимо стойки со спящим на ней хозяином и поднялся по лестнице на второй этаж. Дойдя до двери с номером четыре, он остановился, поднес руку к ручке и с легким щелчком повернул ее. Могло показаться, что замок не выдержал, и что-то треснуло внутри. Дверь с тихим скрипом отворилась, человек бесшумно юркнул внутрь и прикрыл ее за собой. В комнате было темно. Словно молния что-то вспыхнуло, и помещение озарилось ярким светом. Человек поставил на стол светящийся шарик и приблизился к кровати. На смятом покрывале, раскинув крестом руки, лежал человек.

«Опоздание не может быть причиной краха».

Он осмотрел спящего, кивнул чему-то своему, нахмурился, принюхался. Понял, что разбудить его сейчас не представлялось возможным. Оставалось вытащить всю информацию. Ведь он так долго ждал этого момента.

Человек скинул капюшон, снял со спины чехол и положил рядом. Он встал на колени возле кровати, и его совершенно черные глаза уставились на спящего. Лицо его застыло как восковая маска и ни единой эмоции более не являлось на нем. Сам он не двигался более до той поры, пока первые лучи солнца не пробились сквозь щели в наглухо закрытых ставнях.

«Немного, – тряхнув головой, подумал человек, – но кое-что есть».

Он встал на ноги, поднял чехол, перекинул лямку через плечо, затем надел на голову капюшон. Более не обращая внимания на спящего, он забрал светящийся шар, щелчком пальцев потушил его и покинул комнату.

Выйдя на улицу, человек быстро зашагал в сторону западных ворот, минуя просыпающиеся городские улицы. Стражники не заметили его. Он словно не существовал для них. В любом другом случае они обязательно остановили бы его для досмотра. Он не мог не показаться им подозрительным. Черный плащ с глубоким капюшоном, необычные движения, скрипичный чехол за спиной. Он был похож на бродягу, предельно странного менестреля. А странных бродяг и менестрелей обязательно надо досматривать.

Человек отошел от городских ворот на приличное расстояние, миновал близлежащую деревню и уверенным шагом свернул в поле, уходя в сторону леса. Казалось, его совершенно ничто не заботило. Зайдя в тень чащи, он остановился на небольшой полянке и раскрыл заплечный чехол. Вытащив оттуда скрипку и смычок, человек скинул капюшон. Взяв инструмент для игры, прижав его подбородком, он стал водить смычком по струнам, извлекая совершенно разрозненные, но, тем не менее, чудные звуки. Он закрыл глаза и сел на землю, продолжая играть.

Разум его предстал пред ним пульсирующим шаром. Погрузившись в себя и продолжая двигать смычком, человек приподнялся над землей на небольшое расстояние и завис. Из пульсирующего шара потекла струйка, которая поднялась в небо, облетая ветви деревьев, и понеслась над землей к горам. Скорость течения все увеличивалась, струйка то падала, то вновь взмывала ввысь. Облетев несколько деревень и городов, она снова взметнулась к горам и столкнулась с темной стеной замка, откуда сразу же вылетело несколько других струек, и все вместе в один миг они слились со встречной. Место их слияния вспыхнуло ярким светом и мгновенно погасло.

Человек в балахоне медленно опустился на траву и открыл глаза. Скрипка в его руках играла чудесную, завораживающую мелодию. В глазах больше не было той мрачной глубины. Отняв смычок от скрипки, он поднялся на ноги и осмотрел поляну. Улыбнувшись по обыкновению чему-то своему, он убрал скрипку и смычок в чехол и закинул его за спину.

«Страдум слышит меня. Страдум верит мне. Страдум говорит что делать».

***

Генрик проснулся в скверном настроении. Ему снился отец Кэлин, стоящий в огне. Рульф тянул к нему руку, но постоянно отдергивал ее от жара. А священник даже не пытался выбраться, приняв свою судьбу. Он только смиренно выглядывал из пламени, исчезая, растворяясь в нем.

За эти два дня пребывания в Регинте, Рульф успел сдружиться с отцом Кэлином, и его смерть сильно расстроила его. Но более всего его удручала причина этой страшной смерти. Кто-то все-таки следил за ними и расправился со священником. Еще это дурацкое поручение. «Неладное что-то творится в королевстве, раз орден дает такие задания своим солдатам. К сожалению, мы слишком далеки от столиц и границ, чтобы увидеть все своими глазами и о чем-то размышлять. В любом случае – нам поставлена задача, которую мы должны выполнять».

Рульф встал с кровати, подошел к окошку и выглянул на улицу. Сегодня он заночевал непосредственно в доме мадам Копош. Раду Мареш спал в соседней комнате, а бойцы расположились в сенном сарае, где радушной хозяйкой для них были приготовлены весьма удобные постели.

Светало. Во дворе запел петух.

В исподнем Рульф вышел на улицу. С гор слетал несильный прохладный ветерок, называемый в этих местах «утренний источник». Рульф подошел к умывальнику и, наклонившись, вылил изрядное количество холодной воды себе на голову.

– Как спалось, капитан? – услышал он негромкий голос позади. Развернувшись, он увидел Раду. У того поверх нательной рубашки был накинут китель.

– Да хреново спалось, брат Раду, – буркнул в ответ Рульф.

Монах глупо ухмыльнулся и тоже подошел к умывальнику.

– Пойду, объявлю подъем, – сказал капитан и направился к сараю.

Он подошел к высоким деревянным дверям и толкнул одну из них. Из темноты пахнуло сеном и брагой. Рульф вздохнул, вспоминая, как сам прошлой ночью здесь спал.

– Доброе утро, капитан, – послышался голос. Навстречу вышел облаченный в походный костюм Барн. В руке дымилась трубка.

– Доброе утро, сержант. Как прошла ночь?

– Все согласно вашим распоряжениям – дежурили по два часа. Ничего замечено не было. Все тихо.

– Хорошо. Объявляй – «подъем». И ты бы не курил среди сена и соломы, дружок.

– Разумно.

Барн кивнул и ушел обратно в полумрак, а Рульф развернулся и направился обратно к дому мадам Копош.

***

– Ну, что, готовы?

Рульф натянул на голову шляпу и, прищурившись, посмотрел на небо. Бойцы в полной экипировке выстроились во дворе дома мадам Копош.

–Готовы, командир, – вразнобой ответили они.

Раду, стоящий справа от Рульфа, хмыкнул. Бойцы были хорошо снаряжены, каждый имел при себе пистолет и легионерскую саблю с серебряным эфесом. В заплечных мешках каждый нес набор орудий для убийства вампиров. Лишь Дарек из оружия держал на спине полуавтоматический арбалет. Одетые как один в коричневую полевую форму свободного кроя, лишенную знаков различия, они стояли перед командиром.

– Мы идем в замок Готтлихдреф, – сказал Рульф. – По сведениям министерских картографов, дорога туда являет собой полное отсутствие дороги как таковой. Нам предстоит пройти через леса, болото, взобраться в горы. Обычное дело. Не так ли?

– Так точно! – теперь уже хором ответили бойцы.

Рульф улыбнулся.

–Барн! – он махнул рукой сержанту.

Когда здоровяк подошел, он тихо спросил:

–Припасы, оружие. Все проверил?

– Так точно, капитан. Все у всех в порядке.

– Идешь в голове, следом Старх. Алекс и Тамир пойдут в центре, замыкаем мы с Раду. Дарек идет с нами.

– Есть, – кивнул Барн.

Отряд выступил в том порядке, который установил Рульф. Обойдя стороной крестьянские поля, они вышли на опушку леса. В нескольких верстах, за чащей начиналось болото, для прохода через которое отец Кэлин еще два дня назад посоветовал Рульфу нанять проводника. Договориться удалось с одним стариком, который обещал ждать их у лесного озера, где у него стояла охотничья хижина. Рульф постоянно сверялся с картой, ведя отряд к метке, указанной стариком.

Они углубились в лес, который с каждым шагом становился все гуще. Свет слабо проникал сквозь кроны высоких деревьев, среди которых были как лиственные, так и могучие, раскидистые ели. То и дело под ногами солдат сновала лесная живность, потревоженная вторжением в личную жизнь. В лесу было душно и влажно, сказывалась близость болота. Всё чаще под ногами показывался мокрый мох. Каждый боец нес в руках пистолет, готовый выстрелить в любую минуту.

– Дарек, – сказал Рульф, – иди вперед, разведай путь. Поблизости должно быть лесное озеро.

– Да, капитан, – отчеканил следопыт.

Он застегнул ворот, надел шляпу, снял с плеча арбалет и двинулся через бурелом. Отряд продолжил ход с той же скоростью.

– Когда пойдем по болоту – всем слушаться указаний проводника, – сказал Рульф. – Он, кажется, не совсем в своем уме, но все же. Это, наверное, и объясняет то, что старик согласился нас проводить.

Раду смахнул пот со лба, выступивший крупными каплями.

– Как же парит, – вздохнул он.

– В горных лесах куда прохладней, – участливо отозвался Барн, поглядывая по сторонам. Он нес длинный ствол пистолета на руках, согнув их в локтях. – Вот помню, мы как-то заночевали в снегу. Это было куда приятней, чем эта духота, скажу я вам. Но только по первости…

– Да я бы с радостью сейчас окунулся в снег, – подхватил Алекс.

– Кончай разговоры, – отрезал Рульф. – Береги дыхание. Смотри под ноги. В этих лесах полно змей.

Все разом замолчали. Дарек уже скрылся из виду. За него Рульф не переживал, этот парень был способен выполнить приказ. Ему не было еще двадцати пяти, а он уже прошел спецподготовку в легионской разведке. Там любили талантливых бойцов. Их сразу же определяли либо в серые стражи, либо в тайную службу.

Идти становилось труднее. Огромные поваленные деревья и кустарники преграждали путь. С трудом прорываясь через естественные преграды, отряд шаг за шагом продвигался вглубь. Что-то подсказывало Рульфу, что не ту дорогу он избрал для прохода к болоту через лес. Так всегда бывает с первопроходцами, никто ведь не указал на этой карте плотность леса и возможные более проходимые места.

– Капитан, сюда, – услышали они голос Дарека из, казалось, непролазных зарослей. – Здесь ручей.

В том же порядке они двинулись на голос. Прорвавшись через очередные природные баррикады, один за другим они вышли на открытое пространство. Дарек стоял на берегу быстрого ручья, который легко можно было перешагнуть. Вода в нем с журчанием перекатывалась через камни и убегала в сторону долины.

– А здесь и дышится легче! – пробасил Барн. – Дарек, как ты?

– В порядке. Этот ручей берет начало в озере. По нему мы дойдем до хижины. Я уже видел старика, он ждет.

– Умница, парень, – похлопал его по плечу Старх. – А то мы уже совсем запрели. Лично мне это напоминает пещеры в Тартах.

– А ты что там делал? – спросил Раду.

– Что? Отбывал наказание за деяние, коего не совершал. Так вам понятно, брат Раду? – усмехнулся Старх.

– Вполне, – ответил Раду и покосился на Рульфа.

– Идем, идем. Сегодня к вечеру мы должны пересечь болото, – сказал капитан, подгоняя бойцов. – Впереди еще долбаная уйма забот.

Отряд продвигался вдоль ручья, следуя за Дареком. Вскоре они, как и ожидалось, достигли озера, со всех сторон окруженного лесом. Вода в нем была неподвижная и темная. Одного взгляда на озеро хватало, чтобы в душу закралось непонятное беспокойство. Но никто из бойцов не подал вида.

Справа, недалеко от берега стояла маленькая деревянная хижина.

– Нам туда, – кивнул Дарек, указывая в сторону домика. – Дед уже наверное выкурил весь свой кисет. С утра, говорит, ждет.

– Да хоть с ночи, – буркнул Рульф. – Как дошли, так дошли.

– Ага, главное только, чтоб он не обиделся на нас, – сказал Тамир, – еще заведет в трясину. Знаю этих старых самодуров.

– Тише, тише, – отозвался капитан, – он не до такой степени безумен, не переживай. Да и заплатил я ему хорошо, и обещал вознаградить по возвращении. Так что он свое дело сделает.

Берега озера были мшистыми и заболоченными. Иной раз приходилось снова углубляться в лес, чтобы обойти топи у черной воды.

На крыльце покосившейся хижины стоял старик. Он был невысок, бородат. На голове его сидела вязанная пестрая шапочка, прикрывающая уши. Глаза проводника постоянно бегали, а руки тряслись. Но общее впечатление он производил – бывалое. Ему хотелось верить. На нем была серая холщовая куртка с поясом. Из-за спины выглядывал набитый мешковатый сидор, а в руке дымилась трубка с длинным красным мундштуком.

–Ну, что? – прошамкал он, помахивая ею, – Дошли, наконец! Теперь следуйте за мной. По пути присматривайте деревца для слег. Без них через болото чуток неудобно.

4 Глава

Он был тем, кто смог приоткрыть завесу тайны мироздания. И ключом его стал звук. Чарующий таинственный резонанс, вызывающий в душах людей искренние чувства и познание красоты мира. Он и сам сначала не понимал значения своего открытия. Но настал его час, и он смог выйти из тени страха, чтобы победить зло. И наследие его живо и жить будет в веках.

«Легенда о Страдуме». Профессор Вильгельм Данек.

Королева Флорина ожидала гостей в загородном замке. Еще с утра она приготовилась к этому событию, подобрав нужные документы и удалив из резиденции лишних людей. Сейчас помимо самой королевы, двух фрейлин и королевских гвардейцев на входах, в большом дворце никого не было.

Флорина, облаченная в белое платье с кружевными воздушными рукавами, сидела в обеденном зале за столом. На столе, кроме нескольких графинов с вином рубинового оттенка, стояли лишь изящные стеклянные фужеры на высоких ножках. Раздались три гулких стука, дверь распахнулась. Вошел гвардеец и, глядя в потолок, громко произнес:

–Его светлость граф Александр Дивгу, министр внутренней безопасности королевства, почетный член королевского совета.

В дверях показался плотный, подвижный человек, одетый в широкий бежевый сюртук и темно-коричневые штаны. На шее его, поверх белоснежной кружевной сорочки висела толстая золотая цепь – знак королевского советника. Он был аккуратно причесан и имел в общем холеный вид.

–Ах, Флорина, любимая наша королева, – протянул он руки, кланяясь и приближаясь к ней. Помещение наполнилось ароматом дорогих духов.

Учтиво улыбнувшись в ответ, с некоторой прохладцей в голосе, та сказала:

–Вы как всегда в своем репертуаре, граф. Ну, к чему эти излишние помпезные любезности?

–Как же, как же, моя королева? – широко распахнув глаза, переспросил министр. Он поклонился, взял в руки кисть королевы и поцеловал ее. – Кому как не вам знать о моей любви к вашей особе.

–Присаживайтесь, Александр. Желаете вина? – спросила королева.

Она была молода, но взгляд ее уже отражал бурный темперамент личности и искреннюю страсть к коварству. Часто Дивгу отмечал про себя – «любовь к интригам эта вентекская принцесса впитала еще с молоком матери». Женщины. Чем выше они, тем выше их амбиции. Хотя, мужчины также не избегают подобной напасти. Но им намного проще скрывать свои эмоции.

–Да, пожалуй. Жара на улице страшенная, – ответил он, взяв в руки бокал.

В роскошном зале королевской резиденции было прохладно, но министр все еще не мог прийти в себя после уличной жары. В одной руке он держал большой белоснежный платок, и время от времени прикладывал его ко лбу.

Раздались три стука, вошел гвардеец:

–Ее светлость княгиня Василика Киву, правительница княжества Валансия, наследная принцесса валанская, – сказал он и отодвинулся в сторону от прохода.

В зал легкой поступью вошла высокая красивая женщина среднего возраста. На ней было темно-красное платье с высоким воротником. Увидев это, Дивгу невольно поежился, представляя, как должно быть жарко в таком наряде. Но ее лицо. Оно было настолько прекрасным, что министр сразу же забыл о своей неприязни к жаре и плотной одежде. Он хорошо знал это лицо и его хозяйку.

–Добро пожаловать, ваша светлость, – произнесла королева. – Рада вас приветствовать в своем дворце. Редко, редко вы посещаете нас.

–Благодарю вас за прием, ваше величество, – поклонилась княгиня. – Много дел в княжестве. Все хлопоты.

Королева склонила голову в ответ.

–Присаживайтесь рядом с нашим министром безопасности, – улыбнулась она.

Дивгу уже встал со своего места и отодвинул соседний стул для гостьи.

–Кто еще должен прибыть? – спросила у королевы княгиня, томно глянув на графа.

–Магистр Штефан с приором Тенским и моя поверенная – Маргаритана Нягу, – спокойным голосом ответила Флорина.

–Уж не та ли это Маргаритана, что смогла однажды обойти моих молодцов и выкрала в Парии некую ценную для меня реликвию? – как бы между делом спросил Дивгу, а сам смотрел на княгиню.

–Она, граф, она, – кивнула королева и, скрестив на груди руки, посмотрела в окно, словно соревнуясь с ним в показном безразличии.

– Приветствую вас, граф Дивгу, – наконец, произнесла княгиня, подойдя к выдвинутому им стулу.

– Княгиня, – министр поцеловал ее кисть и помог сесть за стол. – Я искренне рад, что вы с нами, – добавил он шепотом.

– Благодарю вас, граф. Но знайте – мне это решение нелегко далось.

– Искренне понимаю вас, – поклонился Дивгу.

Три стука, громкий голос гвардейца:

–Его святейшество Штефан Бузой, магистр Правого креста и его святейшество первый приор ордена Правый крест, приор Тенского монастыря, отец Мариус.

В зал вошли два совершенно обычных человека, казалось бы, ничем не отличных от остальных столичных горожан. Одна деталь – на правой кисти каждого из них был вытатуирован черный крест. Магистр был несколько выше приора и носил длинные волосы. Приор был коротко стрижен, на монашеский манер, и носил окладистую бороду.

– Добрый день, ваши святейшества, – проговорила королева ленивым голосом.

– Ваше величество, мы рады видеть вас в добром здравии и расположении духа. Поистине пусть будет так всегда, – словно пропел магистр и поклонился, за ним совершил поклон и приор. Обменявшись приветствиями главные орденцы расселись.

– Ну, и где эта Маргаритана, ваше величество? Запаздывает, – слегка язвительно заметил Дивгу.

Королева, прикрыв ладонью рот, тихо зевнула и сказала:

– Раз запаздывает, начнем без нее. Все узнает после. Не стоит об этом думать.

–Как вам будет угодно, уже не думаю, – улыбнулся Дивгу.

–Итак, дамы и господа, – произнесла королева, усевшись во главе стола, – мы собрались здесь для решения важного для всех нас вопроса. Каждый прекрасно понимает, о чем я говорю, поэтому давайте опустим все вступления и разъяснения и перейдем сразу к насущному. Министр Дивгу, начните, пожалуй, вы. Ведь, благодаря именно вашей осведомленности и дальнейшему устройству дел, у нас будет тот самый предмет.

–Верно, моя королева, – кивнул Дивгу, наливая в бокал вина. – Самый надежный мой человек занят в поисках так называемого черного креста пророка. И посему, я вас уверяю, совершенно скоро он будет у нас.

–Расскажите, пожалуйста, подробней об этом действе, господин министр, – произнес магистр и поднялся из-за стола. – Я, извольте, постою у окна. Очень уж мне нравятся здешние виды. Вы, господин, министр, о каком же человеке говорите?

–Да будет вам известно, ваша светлость, с недавнего времени, по майскому указу короля, мне подчиняются и вооруженные силы королевства. А по указу совета – особые отряды уже с месяц как перешли в ведомство легиона. За орденом остается лишь просветительская работа, да вопросы морали. Посему, имея в подчинении легионы, я возглавляю и легионеров. Этим человеком является один из них. Точнее группа людей под началом этого одного.

–Не хотите ли вы сказать, что отряд капитана Генрика отправлен в Готтлихдреф именно по вашему указу и именно за нашим предметом? – перебил его первый приор.

–Именно, отец Мариус. Именно. Это так же верно, как то, что по вашему приказу к отряду присоединился еще один человек. И если я не ошибаюсь, один из первых выпускников Третьего круга. Раду Мареш, если мне не изменяет память?

Дивгу довольно улыбнулся, глядя на священников, и сделал глоток из бокала.

–Память у вас отменная, граф. От вас ничего не утаить, – после паузы, улыбнувшись в ответ, ответил первый приор. – Вам поистине видно многое. И многое зависит от вас. Я поражен.

–Я должен видеть это многое, – учтиво поклонился министр, – иначе я теряю суть. К тому же, кому как не министру внутренней безопасности заниматься такими мелкими вопросами.

–Потеряв контроль над особым отрядом, мы не могли не внедрить своего человека, – сухо сказал магистр Штефан.

–Итак, расскажите в общих чертах об этом предприятии и об этом предмете, – произнесла княгиня Василика. – Давайте уже перейдем к сути.

–Вы уверены в безопасности этого здания, моя королева? – робко поинтересовался первый приор Мариус.

В ответ Флорина расхохоталась.

–Уж поверьте мне, ваше святейшество. Это самое безопасное здание в королевстве, – самоуверенно сказала она.

Остальные глянули на священника с укором.

–Не в шарады же мы собрались тут играть, – попытался оправдаться он.

–Да, это точно, – подтвердил магистр Штефан, отошел от окна и встал позади приора. Он недвусмысленно положил ему руки на плечи и чуть надавил. – Итак, граф, мы слушаем вас, – обратился он к Дивгу.

С первых мгновений общения с Дивгу могло показаться, что это человек самых простых убеждений. Простой и радушный собеседник, способный увлечь любой темой беседы. Но чем дальше заводили дорожки этого общения, тем сильнее проявлялась его харизма. Он виделся уже не иначе как лидер любого движения. Мог легко понять многое и сразу, запоминал всё, что видел и слышал. Именно этим качествам характера он был обязан положению в обществе. Возрастом около сорока, а на вид и того меньше. Граф был грузен, но старался держать себя молодцом, ежедневно упражняясь в фехтовании и конной езде. Его темные волосы были острижены на военный манер, но форму военную он не очень жаловал, предпочитая ей модные щегольские наряды. Всегда гладко выбритый и располагающий манерами, он оказывал превосходное впечатление на общество, являясь частым гостем всех возможных балов и пиршеств.

–Значит, в общих чертах, – сказал Дивгу и встал со стула. – Отряд Генрика должен выступить в поход сегодняшним утром из предместья Регинта. Путь его лежит исключительно вдали от любых дорог и населенных пунктов. Эти меры обусловлены возможностью саботажа или перехвата отряда. Как со стороны парийских агентов, так и со стороны упырей.

–Со стороны парийских агентов? Неужели возможна утечка информации? Это смешно, – перебил его магистр, прохаживаясь вдоль стола. – Ведь до сего момента, вы уж простите, даже мы не знали, куда именно отправляется отряд.

–Возможно все, ваша светлость, – кивнул ему Дивгу. – По той же причине даже Генрику информация о цели похода была открыта в самый последний момент. Об этом позаботилось ваше ведомство, – обратился он к магистру. – С вашим человеком к священнику в Регинте было отослано письмо, в котором расписаны возможные инструкции для нахождения предмета. Ну, и конечно, описание самого предмета…