становление героя
За лучшую жизнь приходится платить. И не всегда хватает средств, чтобы закрыть все счета.
За лучшую жизнь приходится платить. И не всегда хватает средств, чтобы закрыть все счета.
«Несмотря на запрещение городской управы, он сидел верхом на пушке Зам-Заммах, стоявшей на глиняном постаменте против Аджайб-Гера, Дома Чудес, как называют Лагорский музей. Тот, кто владеет Зам-Заммахом, этим «извергающим огонь драконом», владеет Пен…
«Несмотря на запрещение городской управы, он сидел верхом на пушке Зам-Заммах, стоявшей на глиняном постаменте против Аджайб-Гера, Дома Чудес, как называют Лагорский музей. Тот, кто владеет Зам-Заммахом, этим «извергающим огонь драконом», владеет Пен…
«Летний вечер, ямщицкая тройка, бесконечный пустынный большак…». Бунинскую музыку прозаического письма не спутаешь ни с какой другой, в ней живут краски, звуки, запахи… Бунин не писал романов. Но чисто русский и получивший всемирное признание жанр ра…
«Летний вечер, ямщицкая тройка, бесконечный пустынный большак…». Бунинскую музыку прозаического письма не спутаешь ни с какой другой, в ней живут краски, звуки, запахи… Бунин не писал романов. Но чисто русский и получивший всемирное признание жанр ра…
«– Время.
– Да. Я знаю. Уже иду… Сейчас, – голос казался чужим. Высокий худой человек с седеющими висками, полжизни уже позади, и вот он – час… пришёл. Незваным…»
«– Время.
– Да. Я знаю. Уже иду… Сейчас, – голос казался чужим. Высокий худой человек с седеющими висками, полжизни уже позади, и вот он – час… пришёл. Незваным…»
Справиться с бандой низших вампиров, промышляющих разбоем прямо под носом местной стражи? Для магов-первокурсников это не может быть серьезной проблемой. Вот только как быть с тем, что один из них потерял способности к магии, а другой вот-вот сам пре…
Справиться с бандой низших вампиров, промышляющих разбоем прямо под носом местной стражи? Для магов-первокурсников это не может быть серьезной проблемой. Вот только как быть с тем, что один из них потерял способности к магии, а другой вот-вот сам пре…
Викингам, чьи корабли идут по Лебединой Дороге, нечего терять, они оставили прошлое позади, их не пугают великие опасности и кровавые битвы, ибо павшие в сражениях воссядут в Вальгалле, Чертоге Одина, а выжившие покроют себя славой. Драконьи корабли …
Викингам, чьи корабли идут по Лебединой Дороге, нечего терять, они оставили прошлое позади, их не пугают великие опасности и кровавые битвы, ибо павшие в сражениях воссядут в Вальгалле, Чертоге Одина, а выжившие покроют себя славой. Драконьи корабли …
Человеческие государства под ударом. Враг стремительно продвигается к сердцу людских королевств. Прославленная рыцарская конница пала, цвет воинства превратился в прах. В сердцах людей поселился страх и отчаяние. Нет, они не сложили оружия и будут ср…
Человеческие государства под ударом. Враг стремительно продвигается к сердцу людских королевств. Прославленная рыцарская конница пала, цвет воинства превратился в прах. В сердцах людей поселился страх и отчаяние. Нет, они не сложили оружия и будут ср…
Молодой человек волею случая и исполнительности одного молодого стажера попадает в странный и необычный мир, где на каждом шагу его ждут новые открытия и приключения. Где каждый может оказаться либо другом, либо врагом. Где помощь может прийти отовсю…
Молодой человек волею случая и исполнительности одного молодого стажера попадает в странный и необычный мир, где на каждом шагу его ждут новые открытия и приключения. Где каждый может оказаться либо другом, либо врагом. Где помощь может прийти отовсю…
Аудиостудия «Ардис» предлагает вашему вниманию историко-приключенческий роман Александра Дюма «Три мушкетёра», открывающий так называемую мушкетёрскую трилогию автора и посвященный приключениям молодого дворянина по имени д’Артаньян, отправившегося в…
Аудиостудия «Ардис» предлагает вашему вниманию историко-приключенческий роман Александра Дюма «Три мушкетёра», открывающий так называемую мушкетёрскую трилогию автора и посвященный приключениям молодого дворянина по имени д’Артаньян, отправившегося в…
Одно из самых интересных и необычных произведений великого Гофмана. Шедевр готического романа.
История «сына великого грешника» – молодого монаха-цистерцианца из удаленной германской обители, отправленного в Рим и ставшего свидетелем и участником чер…
Одно из самых интересных и необычных произведений великого Гофмана. Шедевр готического романа.
История «сына великого грешника» – молодого монаха-цистерцианца из удаленной германской обители, отправленного в Рим и ставшего свидетелем и участником чер…
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского – культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж – полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую…
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского – культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж – полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую…
Угодив в чужой мир позднего Средневековья, не надейся, что у тебя получится мастерить из бараньих косточек на левом колене крупнокалиберные пулеметы. Не думай, что в тебе внезапно проснется талант гениального стратега. Забудь о том, кем ты был раньше…
Угодив в чужой мир позднего Средневековья, не надейся, что у тебя получится мастерить из бараньих косточек на левом колене крупнокалиберные пулеметы. Не думай, что в тебе внезапно проснется талант гениального стратега. Забудь о том, кем ты был раньше…
«За толстым холодным стеклом умирала зима. Влажные бесформенные снежинки падали на черную землю клумб, на мокро отблескивающий в свете фонарей асфальт, на торопливые фигурки прохожих. Вдали, за частоколом сосен, белыми гребнями рябило море. На Балтик…
«За толстым холодным стеклом умирала зима. Влажные бесформенные снежинки падали на черную землю клумб, на мокро отблескивающий в свете фонарей асфальт, на торопливые фигурки прохожих. Вдали, за частоколом сосен, белыми гребнями рябило море. На Балтик…
«Кыш и я в Крыму» – это продолжение повести Юза Алешковского «Кыш, Двапортфеля и целая неделя» про московского школьника Алёшу Сероглазова и его отважного пса Кыша. На этот раз мама, папа, Алёша и Кыш отправились в отпуск в Крым. И уже за первые неск…
«Кыш и я в Крыму» – это продолжение повести Юза Алешковского «Кыш, Двапортфеля и целая неделя» про московского школьника Алёшу Сероглазова и его отважного пса Кыша. На этот раз мама, папа, Алёша и Кыш отправились в отпуск в Крым. И уже за первые неск…
«Старик и мальчик сидят на морском берегу. Старик перебирает четки из раковин. Мальчик делает вид, что вспоминает. На самом деле он смотрит на горизонт.
Кто-то сказал мальчику, что, когда день сменяется ночью, в небе можно увидеть звезды. Это неправд…
«Старик и мальчик сидят на морском берегу. Старик перебирает четки из раковин. Мальчик делает вид, что вспоминает. На самом деле он смотрит на горизонт.
Кто-то сказал мальчику, что, когда день сменяется ночью, в небе можно увидеть звезды. Это неправд…
«Игорь неторопливо поправлял одежду. Особо аккуратным видом он никогда не отличался, а сейчас был встрепан донельзя. Порванная на спине (для вентиляции) рубашка выбилась из обрезанных чуть ниже колен брюк. Сами брюки представляли собой шедевр роддерс…
«Игорь неторопливо поправлял одежду. Особо аккуратным видом он никогда не отличался, а сейчас был встрепан донельзя. Порванная на спине (для вентиляции) рубашка выбилась из обрезанных чуть ниже колен брюк. Сами брюки представляли собой шедевр роддерс…
«Сквозь сон я услышал, как снижается флаер. Тонкое, угасающее пение плазменных моторов, шорох ветра, путающегося в плоскостях. Окно в сад было открыто, а посадочная площадка у нас совсем рядом с домом. Папа давно грозится перетащить керамические плит…
«Сквозь сон я услышал, как снижается флаер. Тонкое, угасающее пение плазменных моторов, шорох ветра, путающегося в плоскостях. Окно в сад было открыто, а посадочная площадка у нас совсем рядом с домом. Папа давно грозится перетащить керамические плит…
«Я шел по пустыне второй день. Солнце, огромное и белое, висело в небе, обрушивая удушливый зной. Пустая фляжка легонько хлопала по бедру, назойливым метрономом отсчитывая каждый шаг. Шоколад, которым я собирался пообедать, растаял, превратившись в л…
«Я шел по пустыне второй день. Солнце, огромное и белое, висело в небе, обрушивая удушливый зной. Пустая фляжка легонько хлопала по бедру, назойливым метрономом отсчитывая каждый шаг. Шоколад, которым я собирался пообедать, растаял, превратившись в л…
Стучит молот загадочного кузнеца, создавая из пламени кинжалы. В землях княжеств, среди гор, заброшенных деревень, Темнолесья и на морском берегу беснуются темные души. Весь мир замер в ожидании аутодафе – оглашения приговора, который изменит привычн…
Стучит молот загадочного кузнеца, создавая из пламени кинжалы. В землях княжеств, среди гор, заброшенных деревень, Темнолесья и на морском берегу беснуются темные души. Весь мир замер в ожидании аутодафе – оглашения приговора, который изменит привычн…
Любая тайна тщательно скрывается от непосвященных. Но есть среди тайн такие, знать которые настолько опасно, что стоит семь раз подумать, прежде чем отправляться в поход за истиной. Борису Ивлаеву повезло. Он не только узнает о существовании иного ми…
Любая тайна тщательно скрывается от непосвященных. Но есть среди тайн такие, знать которые настолько опасно, что стоит семь раз подумать, прежде чем отправляться в поход за истиной. Борису Ивлаеву повезло. Он не только узнает о существовании иного ми…





















