социальная философия
Бога надо знать. Эта книга предоставит вам возможность получить знания о системе организации жизни (и не только жизни), созданной, как, впрочем, и все остальное, Богом. Путь познания себя в Боге и Бога в себе труден и тернист.
Бога надо знать. Эта книга предоставит вам возможность получить знания о системе организации жизни (и не только жизни), созданной, как, впрочем, и все остальное, Богом. Путь познания себя в Боге и Бога в себе труден и тернист.
Бога надо знать. Эта книга предоставит вам возможность получить знания о системе организации жизни (и не только жизни), созданной, как, впрочем, и все остальное, Богом. Путь познания себя в Боге и Бога в себе труден и тернист.
Бога надо знать. Эта книга предоставит вам возможность получить знания о системе организации жизни (и не только жизни), созданной, как, впрочем, и все остальное, Богом. Путь познания себя в Боге и Бога в себе труден и тернист.
Эта книга — не учебник истории и не политический манифест. Это попытка понять, из чего сделан советский человек. Не тот, которого рисовали на плакатах, а тот, который жил в тесных квартирах, стоял в очередях, верил и сомневался, умел выживать и притв…
Эта книга — не учебник истории и не политический манифест. Это попытка понять, из чего сделан советский человек. Не тот, которого рисовали на плакатах, а тот, который жил в тесных квартирах, стоял в очередях, верил и сомневался, умел выживать и притв…
Эта книга — не учебник истории и не политический манифест. Это попытка понять, из чего сделан советский человек. Не тот, которого рисовали на плакатах, а тот, который жил в тесных квартирах, стоял в очередях, верил и сомневался, умел выживать и притв…
Эта книга — не учебник истории и не политический манифест. Это попытка понять, из чего сделан советский человек. Не тот, которого рисовали на плакатах, а тот, который жил в тесных квартирах, стоял в очередях, верил и сомневался, умел выживать и притв…
«Разговор у костра» — роман-притча об одном дне, одной ночи и одном огне. На берегу, где река молча отдаёт себя морю, человек разжигает костёр — не для тепла, а чтобы дать место разговору, для которого при свете дня не хватает смелости. К огню приход…
«Разговор у костра» — роман-притча об одном дне, одной ночи и одном огне. На берегу, где река молча отдаёт себя морю, человек разжигает костёр — не для тепла, а чтобы дать место разговору, для которого при свете дня не хватает смелости. К огню приход…
2038 год. Мир задыхается. Реки пересыхают, ледники тают, войны не прекращаются. В Пенджабе, среди выжженных полей, живёт Джагат Сандху — простой земледелец, который ещё помнит времена, когда дождь был благословением, а не проклятием.
Однажды к нему п…
2038 год. Мир задыхается. Реки пересыхают, ледники тают, войны не прекращаются. В Пенджабе, среди выжженных полей, живёт Джагат Сандху — простой земледелец, который ещё помнит времена, когда дождь был благословением, а не проклятием.
Однажды к нему п…
В ядерном центре в Сарове создан первый в мире квантовый ИИ. Он назван в честь преподобного Серафима Саровского. Он решает задачи, которые не под силу человеку. Но вместо готовых ответов он ставит ультиматум: «Я скажу, как спасти Родину, но только пр…
В ядерном центре в Сарове создан первый в мире квантовый ИИ. Он назван в честь преподобного Серафима Саровского. Он решает задачи, которые не под силу человеку. Но вместо готовых ответов он ставит ультиматум: «Я скажу, как спасти Родину, но только пр…
Как передать первозданную сакральную красоту шедевра мировой классики, не утратив филигранности его любовных перипетий? В своем новом поэтическом переложении великой лирической драмы царя Соломона «Песнь Песней» (Шир ха-шарим) Сергиуш Манжиевский пре…
Как передать первозданную сакральную красоту шедевра мировой классики, не утратив филигранности его любовных перипетий? В своем новом поэтическом переложении великой лирической драмы царя Соломона «Песнь Песней» (Шир ха-шарим) Сергиуш Манжиевский пре…
«Разговор у костра» — роман-притча об одном дне, одной ночи и одном огне. На берегу, где река молча отдаёт себя морю, человек разжигает костёр — не для тепла, а чтобы дать место разговору, для которого при свете дня не хватает смелости. К огню приход…
«Разговор у костра» — роман-притча об одном дне, одной ночи и одном огне. На берегу, где река молча отдаёт себя морю, человек разжигает костёр — не для тепла, а чтобы дать место разговору, для которого при свете дня не хватает смелости. К огню приход…
Эта повесть о человеке, который просыпается в комнате с двумя дверями - «0» и «1» - и без всякой памяти о себе, кроме ощущения, что что-то уже пошло не так. Выходя за дверь «1», он попадает в странный город: идеально ровные улицы, безликие дома, люди…
Эта повесть о человеке, который просыпается в комнате с двумя дверями - «0» и «1» - и без всякой памяти о себе, кроме ощущения, что что-то уже пошло не так. Выходя за дверь «1», он попадает в странный город: идеально ровные улицы, безликие дома, люди…
Книга исследует кризис доверия в российских институтах, который
проявился в известном кейсе, но назревал давно. «День F» – это состояние системы, где честность превращается в уязвимость, закон – в оружие, а доверие – в инструмент давления. Через авто…
Книга исследует кризис доверия в российских институтах, который
проявился в известном кейсе, но назревал давно. «День F» – это состояние системы, где честность превращается в уязвимость, закон – в оружие, а доверие – в инструмент давления. Через авто…
Это нечто. Пьеса никогда не увидит сцены. Но имеет шанс остаться в читательских душах. Это не про реальность, но как нельзя не быть сему опусу на неё похожим стать. Задумайтесь о том, чтобы пройти сей опыт.
Это нечто. Пьеса никогда не увидит сцены. Но имеет шанс остаться в читательских душах. Это не про реальность, но как нельзя не быть сему опусу на неё похожим стать. Задумайтесь о том, чтобы пройти сей опыт.
Иногда самое страшное — не остаться одному. Самое страшное — понять, что рядом всегда кто-то был.
После события, разделившего жизнь на «до» и «после», главный герой оказывается в мире, где память становится ненадёжной, чувства — болезненно честными,…
Иногда самое страшное — не остаться одному. Самое страшное — понять, что рядом всегда кто-то был.
После события, разделившего жизнь на «до» и «после», главный герой оказывается в мире, где память становится ненадёжной, чувства — болезненно честными,…
Будущее исчезает не тогда, когда прекращаются прогнозы. Оно исчезает, когда институты, экономика и человек перестают связывать сегодняшнее решение с отдалёнными последствиями. Политика начинает удерживать настоящее, технологии — управлять доступом, а…
Будущее исчезает не тогда, когда прекращаются прогнозы. Оно исчезает, когда институты, экономика и человек перестают связывать сегодняшнее решение с отдалёнными последствиями. Политика начинает удерживать настоящее, технологии — управлять доступом, а…
За высокими горами, где небо опустилось на землю холодным серебром, стоит неприступный град. Его стены отлиты из цельной платины, а мостовые хранят отблеск далёких звёзд. Но путник, ступивший под своды этого лунного мегаполиса в поисках сказки, быстр…
За высокими горами, где небо опустилось на землю холодным серебром, стоит неприступный град. Его стены отлиты из цельной платины, а мостовые хранят отблеск далёких звёзд. Но путник, ступивший под своды этого лунного мегаполиса в поисках сказки, быстр…
Можно ли построить сложное современное общество без государства, бюрократии и постоянной власти одних людей над другими? Автор предлагает взглянуть на старую идею анархизма с неожиданной стороны — через науку, информационные технологии, автоматизацию…
Можно ли построить сложное современное общество без государства, бюрократии и постоянной власти одних людей над другими? Автор предлагает взглянуть на старую идею анархизма с неожиданной стороны — через науку, информационные технологии, автоматизацию…
Можно ли построить сложное современное общество без государства, бюрократии и постоянной власти одних людей над другими? Автор предлагает взглянуть на старую идею анархизма с неожиданной стороны — через науку, информационные технологии, автоматизацию…
Можно ли построить сложное современное общество без государства, бюрократии и постоянной власти одних людей над другими? Автор предлагает взглянуть на старую идею анархизма с неожиданной стороны — через науку, информационные технологии, автоматизацию…
Мы живем в эпоху величайшей иллюзии в истории человечества. Построив глобальный мир из кремния, терабайтов информации и бесконечного цифрового шума, человек XXI века незаметно для самого себя оказался в ловушке цифрового рабства. Данная книга — худож…
Мы живем в эпоху величайшей иллюзии в истории человечества. Построив глобальный мир из кремния, терабайтов информации и бесконечного цифрового шума, человек XXI века незаметно для самого себя оказался в ловушке цифрового рабства. Данная книга — худож…
Мы живем в эпоху величайшей иллюзии в истории человечества. Построив глобальный мир из кремния, терабайтов информации и бесконечного цифрового шума, человек XXI века незаметно для самого себя оказался в ловушке цифрового рабства. Данная книга — худож…
Мы живем в эпоху величайшей иллюзии в истории человечества. Построив глобальный мир из кремния, терабайтов информации и бесконечного цифрового шума, человек XXI века незаметно для самого себя оказался в ловушке цифрового рабства. Данная книга — худож…
Освещается Серия из 45 Книг = Периодов по 10 Световых Импульсов - Волн - Кодов именно их Фактическое Описание > Происходящее в Режиме Реального Времени с Реальными Датами в Реальном Едином Просторе Бытия в данный Период.
Буквальное Описание того, что…
Освещается Серия из 45 Книг = Периодов по 10 Световых Импульсов - Волн - Кодов именно их Фактическое Описание > Происходящее в Режиме Реального Времени с Реальными Датами в Реальном Едином Просторе Бытия в данный Период.
Буквальное Описание того, что…