Валерий Антонов
Книги автора: Валерий Антонов
«Железный круг» — это хроника падения Франции, увиденная глазами Жильбера де Куртене, писца и доверенного секретаря герцога Иоанна Бесстрашного. Начинается всё с надежды: юный Жильбер верит, что служит великому делу. Но шаг за шагом он становится сви…
«Железный круг» — это хроника падения Франции, увиденная глазами Жильбера де Куртене, писца и доверенного секретаря герцога Иоанна Бесстрашного. Начинается всё с надежды: юный Жильбер верит, что служит великому делу. Но шаг за шагом он становится сви…
Его звали Эвмен. Сын возчика из захолустной Кардии, грек среди македонцев, «чернильная душа» при дворе, где ценили только силу меча. Он стал личным секретарём Филиппа, потом — тенью Александра Великого, хранителем царской печати и архивариусом импери…
Его звали Эвмен. Сын возчика из захолустной Кардии, грек среди македонцев, «чернильная душа» при дворе, где ценили только силу меча. Он стал личным секретарём Филиппа, потом — тенью Александра Великого, хранителем царской печати и архивариусом импери…
«Железный круг» — это хроника падения Франции, увиденная глазами Жильбера де Куртене, писца и доверенного секретаря герцога Иоанна Бесстрашного. Начинается всё с надежды: юный Жильбер верит, что служит великому делу. Но шаг за шагом он становится сви…
«Железный круг» — это хроника падения Франции, увиденная глазами Жильбера де Куртене, писца и доверенного секретаря герцога Иоанна Бесстрашного. Начинается всё с надежды: юный Жильбер верит, что служит великому делу. Но шаг за шагом он становится сви…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
1937 год. Следователь НКВД господин К. умирает на трибуне …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
1937 год. Следователь НКВД господин К. умирает на трибуне …
Шестая книга «Метафизики» Аристотеля является ключевым методологическим поворотным пунктом всего трактата. В ней окончательно определяется предмет первой философии как науки о сущем как таковом и о неподвижных, вечных сущностях, что отделяет её от фи…
Шестая книга «Метафизики» Аристотеля является ключевым методологическим поворотным пунктом всего трактата. В ней окончательно определяется предмет первой философии как науки о сущем как таковом и о неподвижных, вечных сущностях, что отделяет её от фи…
Исследование анализирует центральные книги «Метафизики» Аристотеля (VI–X) на двух уровнях. Макроанализ изучает архитектуру, логические переходы и грамматические маркеры связей. Микроанализ вскрывает построчную грамматику: залоговые и временные оппози…
Исследование анализирует центральные книги «Метафизики» Аристотеля (VI–X) на двух уровнях. Макроанализ изучает архитектуру, логические переходы и грамматические маркеры связей. Микроанализ вскрывает построчную грамматику: залоговые и временные оппози…
1937 год. Следователь НКВД господин К. умирает на трибуне во время доклада о вредительстве — и попадает в чистилище, где Бог (в образе уставшего бухгалтера с трубкой) сообщает: у него непогашенный долг перед Партией и лично товарищем Сталиным. Всю жи…
1937 год. Следователь НКВД господин К. умирает на трибуне во время доклада о вредительстве — и попадает в чистилище, где Бог (в образе уставшего бухгалтера с трубкой) сообщает: у него непогашенный долг перед Партией и лично товарищем Сталиным. Всю жи…
Ранние диалоги Платона («Апология Сократа», «Критон» и др.) считаются наиболее близкими к учению исторического Сократа. Их называют апорическими, так как они не приходят к окончательным ответам, а демонстрируют трудность определения этических понятий…
Ранние диалоги Платона («Апология Сократа», «Критон» и др.) считаются наиболее близкими к учению исторического Сократа. Их называют апорическими, так как они не приходят к окончательным ответам, а демонстрируют трудность определения этических понятий…
Четыре биокиберга четвёртого поколения отправляются к Титану с миссией, которая должна спасти программу колонизации. Они — верх инженерной мысли, каждый спроектирован как непотопляемый инструмент. Их сознание построено на семантическом реакторе Хайде…
Четыре биокиберга четвёртого поколения отправляются к Титану с миссией, которая должна спасти программу колонизации. Они — верх инженерной мысли, каждый спроектирован как непотопляемый инструмент. Их сознание построено на семантическом реакторе Хайде…
Книга вторая: Исследования по феноменологии конституции" (1912–1928) развивает ключевые идеи его метода. Первый и единственный перевод этой книги. Основные тезисы: 1. Конституция – процесс, через который сознание структурирует объективный мир. 2. …
Книга вторая: Исследования по феноменологии конституции" (1912–1928) развивает ключевые идеи его метода. Первый и единственный перевод этой книги. Основные тезисы: 1. Конституция – процесс, через который сознание структурирует объективный мир. 2. …
Первый том закладывает фундамент для создания расширений IDA Pro. Детально разбирается внутренняя архитектура: трёхкомпонентная модель «Ядро — процессорный модуль — база данных», полный цикл загрузки файла, жизненный цикл плагина. Отдельная глава пос…
Первый том закладывает фундамент для создания расширений IDA Pro. Детально разбирается внутренняя архитектура: трёхкомпонентная модель «Ядро — процессорный модуль — база данных», полный цикл загрузки файла, жизненный цикл плагина. Отдельная глава пос…
Четыре биокиберга четвёртого поколения отправляются к Титану с миссией, которая должна спасти программу колонизации. Они — верх инженерной мысли, каждый спроектирован как непотопляемый инструмент. Их сознание построено на семантическом реакторе Хайде…
Четыре биокиберга четвёртого поколения отправляются к Титану с миссией, которая должна спасти программу колонизации. Они — верх инженерной мысли, каждый спроектирован как непотопляемый инструмент. Их сознание построено на семантическом реакторе Хайде…
Исследование раскрывает греческую философию как революционный прорыв, где метафизический поиск ответа на вопрос «Что есть реальность?» стал катализатором для развития науки. Автор показывает, как сочетание наблюдения, эксперимента и логики позволило …
Исследование раскрывает греческую философию как революционный прорыв, где метафизический поиск ответа на вопрос «Что есть реальность?» стал катализатором для развития науки. Автор показывает, как сочетание наблюдения, эксперимента и логики позволило …
Эта книга предлагает радикально иной взгляд на программирование. Её главный тезис: лучший редактор кода для сложных задач — не PyCharm и не VS Code, а клетчатый лист бумаги и карандаш.
Автор вводит понятие «ноут-код» — формальный язык для записи алго…
Эта книга предлагает радикально иной взгляд на программирование. Её главный тезис: лучший редактор кода для сложных задач — не PyCharm и не VS Code, а клетчатый лист бумаги и карандаш.
Автор вводит понятие «ноут-код» — формальный язык для записи алго…
«Эпигоны: Кровь Александра» — эпическая историческая сага, охватывающая полвека войн диадохов. В центре повествования — Аристодем по прозвищу Эпигон, простой солдат, стоявший у дверей опочивальни умирающего Александра Македонского. Свидетель и участн…
«Эпигоны: Кровь Александра» — эпическая историческая сага, охватывающая полвека войн диадохов. В центре повествования — Аристодем по прозвищу Эпигон, простой солдат, стоявший у дверей опочивальни умирающего Александра Македонского. Свидетель и участн…
Настоящее исследование представляет собой опыт прочтения «Метафизики» Аристотеля сквозь призму грамматики. Исходный тезис: Аристотель не описывает, а конструирует философские понятия — сущность, материю, форму, потенцию, энергию, перводвигатель — сре…
Настоящее исследование представляет собой опыт прочтения «Метафизики» Аристотеля сквозь призму грамматики. Исходный тезис: Аристотель не описывает, а конструирует философские понятия — сущность, материю, форму, потенцию, энергию, перводвигатель — сре…
Автор подчёркивает, что академический перевод необходим для глубокого анализа, но может осложнить первое знакомство с философией Гегеля. Предлагаемая адаптированная версия "Науки логики" — не перевод, а переложение, призванное помочь начинающим улови…
Автор подчёркивает, что академический перевод необходим для глубокого анализа, но может осложнить первое знакомство с философией Гегеля. Предлагаемая адаптированная версия "Науки логики" — не перевод, а переложение, призванное помочь начинающим улови…
Автор подчёркивает, что академический перевод необходим для глубокого анализа, но может осложнить первое знакомство с философией Гегеля. Предлагаемая адаптированная версия "Науки логики" — не перевод, а переложение, призванное помочь начинающим улови…
Автор подчёркивает, что академический перевод необходим для глубокого анализа, но может осложнить первое знакомство с философией Гегеля. Предлагаемая адаптированная версия "Науки логики" — не перевод, а переложение, призванное помочь начинающим улови…
Стиль: масляная живопись в духе французского неоклассицизма (Жак-Луи Давид), реалистичный портрет, мягкое драматическое освещение.
Композиция: Крупный план молодого человека 25–26 лет. Высокий чистый лоб, тонкие черты лица, бледная кожа, холодные гол…
Стиль: масляная живопись в духе французского неоклассицизма (Жак-Луи Давид), реалистичный портрет, мягкое драматическое освещение.
Композиция: Крупный план молодого человека 25–26 лет. Высокий чистый лоб, тонкие черты лица, бледная кожа, холодные гол…
Масштабная сага о верности, любви и цене клятвы, разворачивающаяся на фоне бурного правления Ричарда Львиное Сердце. Юный Этьен де Блуа, отданный заложником ко двору Плантагенетов, становится свидетелем и участником величайших событий эпохи: мятежей,…
Масштабная сага о верности, любви и цене клятвы, разворачивающаяся на фоне бурного правления Ричарда Львиное Сердце. Юный Этьен де Блуа, отданный заложником ко двору Плантагенетов, становится свидетелем и участником величайших событий эпохи: мятежей,…