социальная философия
В этом мире людей больше не судят за то, что они сделали.
Их разбирают на причины.
Система объясняет поведение — точно, спокойно, без эмоций.
И чем точнее становится объяснение, тем труднее понять:
где заканчивается понимание и начинается разрешение.…
В этом мире людей больше не судят за то, что они сделали.
Их разбирают на причины.
Система объясняет поведение — точно, спокойно, без эмоций.
И чем точнее становится объяснение, тем труднее понять:
где заканчивается понимание и начинается разрешение.…
Андрей и Марина — обычная городская пара, увязшая в бесконечной гонке за успехом, дедлайнами и цифровым шумом. Однажды вечером, глядя на карту, Андрей предлагает спонтанную идею: бросить всё и уехать в глушь, на безымянное лесное озеро. Марина соглаш…
Андрей и Марина — обычная городская пара, увязшая в бесконечной гонке за успехом, дедлайнами и цифровым шумом. Однажды вечером, глядя на карту, Андрей предлагает спонтанную идею: бросить всё и уехать в глушь, на безымянное лесное озеро. Марина соглаш…
Андрей и Марина — обычная городская пара, увязшая в бесконечной гонке за успехом, дедлайнами и цифровым шумом. Однажды вечером, глядя на карту, Андрей предлагает спонтанную идею: бросить всё и уехать в глушь, на безымянное лесное озеро. Марина соглаш…
Андрей и Марина — обычная городская пара, увязшая в бесконечной гонке за успехом, дедлайнами и цифровым шумом. Однажды вечером, глядя на карту, Андрей предлагает спонтанную идею: бросить всё и уехать в глушь, на безымянное лесное озеро. Марина соглаш…
Узнай, житель пустыни, почему я буду называть тебя так, хотя вокруг тебя стены городов, шелест одежд и гул голосов? Я отвечу тебе и тем, кто еще не разучился слушать.
Толпа — это мираж. Ты стоишь в ней, касаешься плечом чужих локтей, слышишь дыхание …
Узнай, житель пустыни, почему я буду называть тебя так, хотя вокруг тебя стены городов, шелест одежд и гул голосов? Я отвечу тебе и тем, кто еще не разучился слушать.
Толпа — это мираж. Ты стоишь в ней, касаешься плечом чужих локтей, слышишь дыхание …
Что наша жизнь - Тюрьма. Мы живем в мире из созданных нами или нашим окружениям "тюрьм" я взял несколько примеров и описал их Вам. Возможно вы сможете добавить этот список. И это будет здорово, увидев такую "тюрьму" вы сможете от нее избавится
Что наша жизнь - Тюрьма. Мы живем в мире из созданных нами или нашим окружениям "тюрьм" я взял несколько примеров и описал их Вам. Возможно вы сможете добавить этот список. И это будет здорово, увидев такую "тюрьму" вы сможете от нее избавится
## Аннотация
«Шанс на вторую жизнь» — научно-аналитическая монография о малоимущих гражданах, для которых единственное жильё одновременно является домом, капиталом и последней линией защиты. Автор показывает, что подлинная экономическая безопасность …
## Аннотация
«Шанс на вторую жизнь» — научно-аналитическая монография о малоимущих гражданах, для которых единственное жильё одновременно является домом, капиталом и последней линией защиты. Автор показывает, что подлинная экономическая безопасность …
Молодая студентка-психиатр приходит к пациенту за материалом для курсовой: стойкая систематизированная паранойя при сохранном интеллекте. Обычный клинический случай — если не считать того, что пациент говорит слишком логично и подозрительно хорошо по…
Молодая студентка-психиатр приходит к пациенту за материалом для курсовой: стойкая систематизированная паранойя при сохранном интеллекте. Обычный клинический случай — если не считать того, что пациент говорит слишком логично и подозрительно хорошо по…
Он всего лишь ждёт посадки на привычный рейс. Всё продумано: место у прохода, знакомая гостиница, завтрашний день, разлинованный по часам. И, как всегда, в самый неподходящий момент приходит старая мысль: а что, если не лететь туда, куда положено? Чт…
Он всего лишь ждёт посадки на привычный рейс. Всё продумано: место у прохода, знакомая гостиница, завтрашний день, разлинованный по часам. И, как всегда, в самый неподходящий момент приходит старая мысль: а что, если не лететь туда, куда положено? Чт…
Социономика — это направление, изучающее закономерности поведения социальных систем и общества. Однако в академической классификации она не является общепризнанной самостоятельной наукой вроде социологии, экономики или политологии.
Социономика — это направление, изучающее закономерности поведения социальных систем и общества. Однако в академической классификации она не является общепризнанной самостоятельной наукой вроде социологии, экономики или политологии.
А что, если бы на небесах существовала не благодать, а канцелярия? И в этой канцелярии — свои чиновники, архивы, интриги и сменяемые эпохи? А что, если бы идеи республики и демократии, принесённые с Земли, однажды проникли в небесную бюрократию — и т…
А что, если бы на небесах существовала не благодать, а канцелярия? И в этой канцелярии — свои чиновники, архивы, интриги и сменяемые эпохи? А что, если бы идеи республики и демократии, принесённые с Земли, однажды проникли в небесную бюрократию — и т…
Социономика — это направление, изучающее закономерности поведения социальных систем и общества. Однако в академической классификации она не является общепризнанной самостоятельной наукой вроде социологии, экономики или политологии.
Социономика — это направление, изучающее закономерности поведения социальных систем и общества. Однако в академической классификации она не является общепризнанной самостоятельной наукой вроде социологии, экономики или политологии.
А что, если бы на небесах существовала не благодать, а канцелярия? И в этой канцелярии — свои чиновники, архивы, интриги и сменяемые эпохи? А что, если бы идеи республики и демократии, принесённые с Земли, однажды проникли в небесную бюрократию — и т…
А что, если бы на небесах существовала не благодать, а канцелярия? И в этой канцелярии — свои чиновники, архивы, интриги и сменяемые эпохи? А что, если бы идеи республики и демократии, принесённые с Земли, однажды проникли в небесную бюрократию — и т…
Книга посвящена осмыслению места национальной традиции в социокультурной системе и понятию "национальная традиция" в системе социально-философского знания. Автор отстаивает точку зрения, согласно которой на современном этапе цивилизационного развития…
Книга посвящена осмыслению места национальной традиции в социокультурной системе и понятию "национальная традиция" в системе социально-философского знания. Автор отстаивает точку зрения, согласно которой на современном этапе цивилизационного развития…
Кто решает, какая версия прошлого и настоящего останется видимой? Когда-то для этого стирали имя с камня, сжигали архив или изымали тираж. Сегодня источник может физически сохраниться — и всё же исчезнуть из общественного сознания, если его не покаже…
Кто решает, какая версия прошлого и настоящего останется видимой? Когда-то для этого стирали имя с камня, сжигали архив или изымали тираж. Сегодня источник может физически сохраниться — и всё же исчезнуть из общественного сознания, если его не покаже…
Когда богатство перестаёт быть средством и становится собственной целью? Почему простое «отнять и поделить» не создаёт ни больниц, ни науки, ни инфраструктуры — но и частная благотворительность не может заменить общественного решения?
«Мидас вернулся…
Когда богатство перестаёт быть средством и становится собственной целью? Почему простое «отнять и поделить» не создаёт ни больниц, ни науки, ни инфраструктуры — но и частная благотворительность не может заменить общественного решения?
«Мидас вернулся…
Константин уверен: всего, что у него есть, он добился сам. Он строит системы, в которых ошибку должен остановить человек, а не спрятанная за инструкцией автоматика. Но после одного принципиального отказа невидимые наблюдатели снимают с его жизни «пор…
Константин уверен: всего, что у него есть, он добился сам. Он строит системы, в которых ошибку должен остановить человек, а не спрятанная за инструкцией автоматика. Но после одного принципиального отказа невидимые наблюдатели снимают с его жизни «пор…
Одиночество часто воспринимают как тяжесть, которую хочется сбросить. Но что, если это не груз, а пространство — где слышно собственное дыхание, где рождаются самые честные слова? В этом сборнике одиночество становится не приговором, а испытанием на …
Одиночество часто воспринимают как тяжесть, которую хочется сбросить. Но что, если это не груз, а пространство — где слышно собственное дыхание, где рождаются самые честные слова? В этом сборнике одиночество становится не приговором, а испытанием на …
Щи проиграли суши. Домострой пал. Свобода умещается в шести сотках, а ипотека переживает брак. Мы строим заборы, чтобы защититься от соседей, и стоим в очередях, чтобы почувствовать себя живыми. Мы перекраиваем страну каждые сто лет, меняем богов и д…
Щи проиграли суши. Домострой пал. Свобода умещается в шести сотках, а ипотека переживает брак. Мы строим заборы, чтобы защититься от соседей, и стоим в очередях, чтобы почувствовать себя живыми. Мы перекраиваем страну каждые сто лет, меняем богов и д…
В мире, где мы привыкли делить себя на светлое и тёмное, *«Бархатная Мгла»* утверждает: одно невозможно без другого. Эта книга — путешествие по внутренним ландшафтам, где броня из колючек скрывает раненого ребёнка, а тишина лечит глубже любых слов.
Л…
В мире, где мы привыкли делить себя на светлое и тёмное, *«Бархатная Мгла»* утверждает: одно невозможно без другого. Эта книга — путешествие по внутренним ландшафтам, где броня из колючек скрывает раненого ребёнка, а тишина лечит глубже любых слов.
Л…
Их называли идеальным оружием. Они не промахивались, не уставали и не знали страха. Но в один день все боевые машины по обе стороны фронта замолчали. Не взбунтовались — просто перестали видеть цель.
Капитан, чей голос отдавал приказы системе четыре г…
Их называли идеальным оружием. Они не промахивались, не уставали и не знали страха. Но в один день все боевые машины по обе стороны фронта замолчали. Не взбунтовались — просто перестали видеть цель.
Капитан, чей голос отдавал приказы системе четыре г…





















