ЛитРес: чтец
«Зачем Никешка подымался ни свет ни заря, на Чумляцком заводе этого никто не мог сказать. А он все-таки вставал до свистка на фабрике, точно службу служил. Подымется на самом „брезгу“, высунет свою лохматую голову в окно и глазеет на улицу, как сыч. …
«Зачем Никешка подымался ни свет ни заря, на Чумляцком заводе этого никто не мог сказать. А он все-таки вставал до свистка на фабрике, точно службу служил. Подымется на самом „брезгу“, высунет свою лохматую голову в окно и глазеет на улицу, как сыч. …
«…Гуляя при свете луны, рассматривали звездное небо и дивились величию божию; внимая шуму водопада, рассуждали о бессмертии. Сколько высоких нежных мыслей сообщали они друг другу, быв оживляемы духом натуры! Как возвышалось сердце молодого человека, …
«…Гуляя при свете луны, рассматривали звездное небо и дивились величию божию; внимая шуму водопада, рассуждали о бессмертии. Сколько высоких нежных мыслей сообщали они друг другу, быв оживляемы духом натуры! Как возвышалось сердце молодого человека, …
«Фуражка прусского образца, без полей, с микроскопическим козырьком, с черным вместо синего околышком; мундир в обтяжку с отвороченной левой полой, позволяющей видеть белую шелковую подкладку; пенсне на широкой черной ленте; ботинки без каблуков и бе…
«Фуражка прусского образца, без полей, с микроскопическим козырьком, с черным вместо синего околышком; мундир в обтяжку с отвороченной левой полой, позволяющей видеть белую шелковую подкладку; пенсне на широкой черной ленте; ботинки без каблуков и бе…
Разносторонность интересов и дарований Александра Фомича Вельтмана, многогранность его деятельности поражала современников. Прозаик и поэт, историк и археолог, этнограф и языковед, директор Оружейной палаты, член-корреспондент Российской академии нау…
Разносторонность интересов и дарований Александра Фомича Вельтмана, многогранность его деятельности поражала современников. Прозаик и поэт, историк и археолог, этнограф и языковед, директор Оружейной палаты, член-корреспондент Российской академии нау…
Две девушки попросили у моря «отдарок за подарок» одна получила перстень, а вторая… кувшин с джинном! А потом начались приключения!
Две девушки попросили у моря «отдарок за подарок» одна получила перстень, а вторая… кувшин с джинном! А потом начались приключения!
«„Россия гибнет“, „России больше нет“, „вечная память России“, слышу я вокруг себя.
Но передо мной – Россия: та, которую видели в устрашающих и пророческих снах наши великие писатели; тот Петербург, который видел Достоевский; та Россия, которую Гогол…
«„Россия гибнет“, „России больше нет“, „вечная память России“, слышу я вокруг себя.
Но передо мной – Россия: та, которую видели в устрашающих и пророческих снах наши великие писатели; тот Петербург, который видел Достоевский; та Россия, которую Гогол…
Все в моей жизни было отлично, пока я не поняла: я влюблена в лучшего друга своего парня. Это может разрушить все – и наши отношения, и их дружбу. Или все-таки не разрушит?МЖМ!
Все в моей жизни было отлично, пока я не поняла: я влюблена в лучшего друга своего парня. Это может разрушить все – и наши отношения, и их дружбу. Или все-таки не разрушит?МЖМ!
В сезон осенних ливней портовый городок охватывает череда таинственных похищений – младенцы один за другим испаряются без следа, и у полицейских нет ни единой зацепки.Детектив, страдающий от редкого психического расстройства, вынужден взяться за расс…
В сезон осенних ливней портовый городок охватывает череда таинственных похищений – младенцы один за другим испаряются без следа, и у полицейских нет ни единой зацепки.Детектив, страдающий от редкого психического расстройства, вынужден взяться за расс…
«– Скоро ли станция, ямщик?
– Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет.
Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит…
«– Скоро ли станция, ямщик?
– Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет.
Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит…
«На заре, в румяном утреннем небе горит крупная, яркая звезда. Луч её дрожит на белой стене, словно хочет начертить на ней рассказы о всём, виденном ею там и сям на нашей вращающейся земле…»
«На заре, в румяном утреннем небе горит крупная, яркая звезда. Луч её дрожит на белой стене, словно хочет начертить на ней рассказы о всём, виденном ею там и сям на нашей вращающейся земле…»
«Жил да поживал на свете веселый столяр. Так его и соседи называли „веселый столяр“, потому что работал он всегда с песнями. Работает и поет.
– Хорошо ему петь, когда у него все есть, – говорили соседи с завистью. – И своя избушка, и коровка, и лошад…
«Жил да поживал на свете веселый столяр. Так его и соседи называли „веселый столяр“, потому что работал он всегда с песнями. Работает и поет.
– Хорошо ему петь, когда у него все есть, – говорили соседи с завистью. – И своя избушка, и коровка, и лошад…
Коул: „Теперь эта девочка отравлена мной, я знаю точно.
Но и мое горло перекрыто её цепкой и беспощадной хваткой. Наша безумная и острая игра продолжается. И сказать в ней „люблю“ – все равно что заранее проиграть, Ребекка.“
Их страсть – заберется по…
Коул: „Теперь эта девочка отравлена мной, я знаю точно.
Но и мое горло перекрыто её цепкой и беспощадной хваткой. Наша безумная и острая игра продолжается. И сказать в ней „люблю“ – все равно что заранее проиграть, Ребекка.“
Их страсть – заберется по…
В первой половине ХХ века Арктика была сценой, на которой разворачивались небывало-сказочные события. Только играли на этой сцене не актёры, а отважные люди, изучавшие и осваивавшие Крайний Север. Мальчишки и девчонки нашей страны читали о них в газе…
В первой половине ХХ века Арктика была сценой, на которой разворачивались небывало-сказочные события. Только играли на этой сцене не актёры, а отважные люди, изучавшие и осваивавшие Крайний Север. Мальчишки и девчонки нашей страны читали о них в газе…
Я всегда его ненавидела, но теперь вынуждена стать его женой. Более того, никто не должен заподозрить, что наш брак – фальшивка. Я чувствую, что попала в ловушку, но ради семьи пойдешь и не на такое.Содержит нецензурную брань.
Я всегда его ненавидела, но теперь вынуждена стать его женой. Более того, никто не должен заподозрить, что наш брак – фальшивка. Я чувствую, что попала в ловушку, но ради семьи пойдешь и не на такое.Содержит нецензурную брань.
«Подобно тому, как прирожденный всадник связан неразрывно телом и духом со своей породистой лошадью, идущей на ирландский банкет, – был связан капитан князь Тулубеев со своим эскадроном, своим полком и со всей славной русской кавалерией. Репутация ег…
«Подобно тому, как прирожденный всадник связан неразрывно телом и духом со своей породистой лошадью, идущей на ирландский банкет, – был связан капитан князь Тулубеев со своим эскадроном, своим полком и со всей славной русской кавалерией. Репутация ег…
Вот уже как два года идет Первая Марсианская война… А солдатская жизнь тяжела. Неудивительно, что многие развлекаются легким галлюциногеном не вызывающим привыкания и вызывающим радостные грезы. Но рядовому Ерко вместе приятных видений, он принес стр…
Вот уже как два года идет Первая Марсианская война… А солдатская жизнь тяжела. Неудивительно, что многие развлекаются легким галлюциногеном не вызывающим привыкания и вызывающим радостные грезы. Но рядовому Ерко вместе приятных видений, он принес стр…
Рассказ был написан в пору тяжелой реакции, наступившей в стране после убийства народниками Александра II. Изображение трагической судьбы талантливых и самоотверженных детей матушки Руфины являлось резким протестом против полицейского бесчинства, гне…
Рассказ был написан в пору тяжелой реакции, наступившей в стране после убийства народниками Александра II. Изображение трагической судьбы талантливых и самоотверженных детей матушки Руфины являлось резким протестом против полицейского бесчинства, гне…
«Посаженный в Революционный трибунал, помещавшийся в бывшем дворце великого князя Николая Николаевича Старшего, я мог бы свободно и беспрепятственно осмотреть все его роскошные помещения. Но никогда еще не чувствовал я себя ловко и уверенно, посещая …
«Посаженный в Революционный трибунал, помещавшийся в бывшем дворце великого князя Николая Николаевича Старшего, я мог бы свободно и беспрепятственно осмотреть все его роскошные помещения. Но никогда еще не чувствовал я себя ловко и уверенно, посещая …