ЛитРес: чтец
«В снах, как принято думать, нет никакой логики; но, как мне кажется, это ошибочно, – логика должна быть, но только мы ее не знаем. Может быть, это логика какого-нибудь иного, высшего порядка…»
«В снах, как принято думать, нет никакой логики; но, как мне кажется, это ошибочно, – логика должна быть, но только мы ее не знаем. Может быть, это логика какого-нибудь иного, высшего порядка…»
«Этому около двадцати лет. В жаркий сентябрьский полдень две англичанки, родные сестры, спустились в сырой каменный погреб – начало знаменитых катакомб св. Каллиста. Проводник-монах за ними следовал. Сестры посещали катакомбы ежедневно уже с месяц вр…
«Этому около двадцати лет. В жаркий сентябрьский полдень две англичанки, родные сестры, спустились в сырой каменный погреб – начало знаменитых катакомб св. Каллиста. Проводник-монах за ними следовал. Сестры посещали катакомбы ежедневно уже с месяц вр…
Я наблюдал за ней со стороны, хотел словить мимолётный взгляд, обратить на себя её внимание. Но мужчины вроде меня не умеют ждать, и если выдаётся возможность воспользоваться моментом, мы тут же хватаем удачу за хвост. Мне нравилась её независимость …
Я наблюдал за ней со стороны, хотел словить мимолётный взгляд, обратить на себя её внимание. Но мужчины вроде меня не умеют ждать, и если выдаётся возможность воспользоваться моментом, мы тут же хватаем удачу за хвост. Мне нравилась её независимость …
«Как глубоко я завидую людям, которые имеют право, с светлою радостью на измятых жизнью лицах, говорить про свое детство как про время золотое, незабвенное. Сурово понуривши буйную голову, я исподлобья смотрю на этих людей и с злостью, рвущей сердце …
«Как глубоко я завидую людям, которые имеют право, с светлою радостью на измятых жизнью лицах, говорить про свое детство как про время золотое, незабвенное. Сурово понуривши буйную голову, я исподлобья смотрю на этих людей и с злостью, рвущей сердце …
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно.
Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии.
И не найдется более счастливого, чем тот же самый с…
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно.
Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии.
И не найдется более счастливого, чем тот же самый с…
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно.
Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии.
И не найдется более счастливого, чем тот же самый с…
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно.
Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии.
И не найдется более счастливого, чем тот же самый с…
В Империи известно всем – на пути Ловчих вставать нельзя. Они – опасность и тайное оружие самого Императора.
Она встала. Молодая и красивая вдова, хранящая свои тайны.
И теперь ей не уйти от общения с самым опасным из них. Не уйти от его глаз, от его…
В Империи известно всем – на пути Ловчих вставать нельзя. Они – опасность и тайное оружие самого Императора.
Она встала. Молодая и красивая вдова, хранящая свои тайны.
И теперь ей не уйти от общения с самым опасным из них. Не уйти от его глаз, от его…
Как-то в начале весны – время, когда наш медвежий народ оставляет свою зимнюю спячку, – в нашу берлогу пришли гости.
Старый полуслепой медведь Топтыгин, вертлявая лисичка Хитруля с очень желтым и очень пушистым хвостом и большой серый волк, которого …
Как-то в начале весны – время, когда наш медвежий народ оставляет свою зимнюю спячку, – в нашу берлогу пришли гости.
Старый полуслепой медведь Топтыгин, вертлявая лисичка Хитруля с очень желтым и очень пушистым хвостом и большой серый волк, которого …
«Занавес открывается. На сцене квартира Дины Штерн – богато обставленная гостиная; в открытую дверь видна столовая с сервированным столом. Много картин, цветы. У рояля, под аккомпанемент Дины Штерн, собравшись кружком, поют студенты и курсистки, все …
«Занавес открывается. На сцене квартира Дины Штерн – богато обставленная гостиная; в открытую дверь видна столовая с сервированным столом. Много картин, цветы. У рояля, под аккомпанемент Дины Штерн, собравшись кружком, поют студенты и курсистки, все …
Это не должность, а прозвище…
Это не должность, а прозвище…
«В некотором царстве, в некотором государстве, за тридевять земель, в тридесятом царстве стоял, а может, и теперь еще стоит, город Восток со пригороды и со деревнями. Жили в том городе и в округе востоковские люди ни шатко ни валко, в урожай ели хлеб…
«В некотором царстве, в некотором государстве, за тридевять земель, в тридесятом царстве стоял, а может, и теперь еще стоит, город Восток со пригороды и со деревнями. Жили в том городе и в округе востоковские люди ни шатко ни валко, в урожай ели хлеб…
В сборник включены фрагменты произведений Александра Вельтмана, иллюстрирующие творческую историю лирико-философского романа «Странник», показывающие, как развивались поднятые романом темы в последующем творчестве писателя. Часть предлагаемых сочинен…
В сборник включены фрагменты произведений Александра Вельтмана, иллюстрирующие творческую историю лирико-философского романа «Странник», показывающие, как развивались поднятые романом темы в последующем творчестве писателя. Часть предлагаемых сочинен…
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы …
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы …
«Ольга с отвращением заглянула в зеленоватый аквариум. В мутной воде плавали совсем не рыбки, а какие-то омерзительные белесые червяки, похожие на длиннющих пиявок. Разбухшие туши медленно колыхаются, оставляя за собой чуть заметный студенистый след,…
«Ольга с отвращением заглянула в зеленоватый аквариум. В мутной воде плавали совсем не рыбки, а какие-то омерзительные белесые червяки, похожие на длиннющих пиявок. Разбухшие туши медленно колыхаются, оставляя за собой чуть заметный студенистый след,…
Продолжение знаменитого цикла о приключениях Алексея Терехова, бывшего офицера фельдъегерской службы России, в далеком прошлом.
Выжив в авиакатастрофе, Алексей становится обладателем редчайшего артефакта, способного переносить человека во времени. Ве…
Продолжение знаменитого цикла о приключениях Алексея Терехова, бывшего офицера фельдъегерской службы России, в далеком прошлом.
Выжив в авиакатастрофе, Алексей становится обладателем редчайшего артефакта, способного переносить человека во времени. Ве…
Козьма Петрович Прутков – литературная маска, под которой в журналах «Современник», «Искра» и других выступали в 50—60-е годы XIX века поэты Алексей Толстой (наибольший в количественном исчислении вклад), братья Алексей, Владимир и Александр Жемчужни…
Козьма Петрович Прутков – литературная маска, под которой в журналах «Современник», «Искра» и других выступали в 50—60-е годы XIX века поэты Алексей Толстой (наибольший в количественном исчислении вклад), братья Алексей, Владимир и Александр Жемчужни…
«Было племя, был город, – великое племя, золотой город.
Венд был вождем города.
Народ, которым он правил, – теперь забытый даже по имени, – жил здесь, между двумя теплыми морями, у подножья невысоких гор, под синим шатром ласкового неба. То был кротк…
«Было племя, был город, – великое племя, золотой город.
Венд был вождем города.
Народ, которым он правил, – теперь забытый даже по имени, – жил здесь, между двумя теплыми морями, у подножья невысоких гор, под синим шатром ласкового неба. То был кротк…
События, описанные в книге, разворачиваются в Мирах «Содружества». Потомок переселенцев с Земли в силу превратностей судьбы попадает в разного рода передряги, стойко их преодолевает, окружая себя верными товарищами и боевыми подругами. Путь его терни…
События, описанные в книге, разворачиваются в Мирах «Содружества». Потомок переселенцев с Земли в силу превратностей судьбы попадает в разного рода передряги, стойко их преодолевает, окружая себя верными товарищами и боевыми подругами. Путь его терни…
«Продолжительный пароходный свисток. Я просыпаюсь. За тонкою стенкой парохода вода, кинутая колесом на обратном ходу, плещет, стучит и рокочет. Свисток стонет сквозь этот шум будто издалека, жалобно, протяжно и грустно.
Да, я еду смотреть затмение в …
«Продолжительный пароходный свисток. Я просыпаюсь. За тонкою стенкой парохода вода, кинутая колесом на обратном ходу, плещет, стучит и рокочет. Свисток стонет сквозь этот шум будто издалека, жалобно, протяжно и грустно.
Да, я еду смотреть затмение в …
«Милостивый государь, вы стоите слишком высоко в мнении всех мыслящих людей, каждое слово, вытекающее из вашего благородного пера, принимается европейскою демократиею с слишком полным и заслуженным доверием, чтобы в деле, касающемся самых глубоких мо…
«Милостивый государь, вы стоите слишком высоко в мнении всех мыслящих людей, каждое слово, вытекающее из вашего благородного пера, принимается европейскою демократиею с слишком полным и заслуженным доверием, чтобы в деле, касающемся самых глубоких мо…