социальная фантастика
Описаны 27 фантастических (вымышленных) сказов о государствах через призму анархии как положительной общественной формации. Является ли появление государства и религии результатом эволюции высокоразвитой расы, или все-таки это следствие ее деградации…
Описаны 27 фантастических (вымышленных) сказов о государствах через призму анархии как положительной общественной формации. Является ли появление государства и религии результатом эволюции высокоразвитой расы, или все-таки это следствие ее деградации…
Русреал + РеалРПГ
Меня зовут Марк. Я был успешным фотографом, красавчиком и редкостным засранцем. А потом умер и очнулся в голове Костика Пухова, унылого затворника с волей к жизни на уровне комнатного фикуса.
Теперь система «Объектив» требует, чтобы…
Русреал + РеалРПГ
Меня зовут Марк. Я был успешным фотографом, красавчиком и редкостным засранцем. А потом умер и очнулся в голове Костика Пухова, унылого затворника с волей к жизни на уровне комнатного фикуса.
Теперь система «Объектив» требует, чтобы…
Рассказ фантастический, написан на конкурс ЛитРес и АО «Заслон». Может быть адаптирован для экранизации, база для кинематографического сценария. Изобилует техническими терминами и деталями.
Земля опоясана сетью орбитальных лифтов – «Стволы». Их основ…
Рассказ фантастический, написан на конкурс ЛитРес и АО «Заслон». Может быть адаптирован для экранизации, база для кинематографического сценария. Изобилует техническими терминами и деталями.
Земля опоясана сетью орбитальных лифтов – «Стволы». Их основ…
Мы находимся в мире, где возможно всё – и даже невозможное. Мы пребываем в вечности, чтобы осознать, насколько ценны мгновения времени, проведённые в жизни. Мы войдём в вечность, чтобы навсегда остаться среди тех, кого мы любим.
Мы находимся в мире, где возможно всё – и даже невозможное. Мы пребываем в вечности, чтобы осознать, насколько ценны мгновения времени, проведённые в жизни. Мы войдём в вечность, чтобы навсегда остаться среди тех, кого мы любим.
В мире, где дата смерти известна заранее, Артём Воронов получает невозможный прогноз: он умер вчера.
За несколько часов система лишает его счетов, документов, работы и даже права на собственную квартиру. Чем упорнее Артём пытается доказать, что жив, …
В мире, где дата смерти известна заранее, Артём Воронов получает невозможный прогноз: он умер вчера.
За несколько часов система лишает его счетов, документов, работы и даже права на собственную квартиру. Чем упорнее Артём пытается доказать, что жив, …
В этом городе память продают в капсулах, изготовленных из праха умерших. Один вдох позволяет снова пережить самый счастливый день — и незаметно отнимает настоящее. Когда создателя препарата Артура Восса находят мёртвым, его дочь Соня возвращается дом…
В этом городе память продают в капсулах, изготовленных из праха умерших. Один вдох позволяет снова пережить самый счастливый день — и незаметно отнимает настоящее. Когда создателя препарата Артура Восса находят мёртвым, его дочь Соня возвращается дом…
В мире «Пустоши» радость — это налог. А несогласных называют «шламом» и сбрасывают в цифровую свалку, где реальность распадается на пиксели.
Главный герой — бывший аналитик Системы. Он слишком глубоко копнул и за это был стёрт из реестров, лишён инте…
В мире «Пустоши» радость — это налог. А несогласных называют «шламом» и сбрасывают в цифровую свалку, где реальность распадается на пиксели.
Главный герой — бывший аналитик Системы. Он слишком глубоко копнул и за это был стёрт из реестров, лишён инте…
Севастополь — город, который уже несколько столетий вращается вокруг планеты Кербл и стал домом для миллионов людей. Здесь нет привычного неба и привычных расстояний, а Земля давно осталась где-то далеко.
Михаилу двадцать шесть. Он ремонтирует андрои…
Севастополь — город, который уже несколько столетий вращается вокруг планеты Кербл и стал домом для миллионов людей. Здесь нет привычного неба и привычных расстояний, а Земля давно осталась где-то далеко.
Михаилу двадцать шесть. Он ремонтирует андрои…
В известной клинике используют новейшего робота-хирурга. За ним должен присматривать хирург-профессионал высочайшего класса, скептически относящийся к этому роботу. В результате робот устраняет хирурга из хирургической, чтобы доказать ему свое превос…
В известной клинике используют новейшего робота-хирурга. За ним должен присматривать хирург-профессионал высочайшего класса, скептически относящийся к этому роботу. В результате робот устраняет хирурга из хирургической, чтобы доказать ему свое превос…
Вавилон, 323 год до н. э. Александр Македонский должен умереть. Войско уже прощается с царём, придворные готовятся к миру без него, а старые приказы продолжают идти по дорогам огромной державы. Но Александр открывает глаза.
Он выжил — и этим сломал б…
Вавилон, 323 год до н. э. Александр Македонский должен умереть. Войско уже прощается с царём, придворные готовятся к миру без него, а старые приказы продолжают идти по дорогам огромной державы. Но Александр открывает глаза.
Он выжил — и этим сломал б…
Не залипайте в телефонах на сомнительных ресурсах. Читайте книги и, возможно, не станете молчунами.
Они не говорят, не чувствуют боли, не ищут еды. Только идут на любой звук и убивают. Я видел, как исчез привычный мир и наступила МЕРТВАЯ ТИШИНА. Хоч…
Не залипайте в телефонах на сомнительных ресурсах. Читайте книги и, возможно, не станете молчунами.
Они не говорят, не чувствуют боли, не ищут еды. Только идут на любой звук и убивают. Я видел, как исчез привычный мир и наступила МЕРТВАЯ ТИШИНА. Хоч…
Я привык спасать мир, спорить со временем и выходить сухим из самого невозможного. Но теперь враг совсем близко — на тихих улицах нашего города, среди своих. Он ловок, хитер и будто играет с нами, оставляя страх вместо следов. А когда опасность подби…
Я привык спасать мир, спорить со временем и выходить сухим из самого невозможного. Но теперь враг совсем близко — на тихих улицах нашего города, среди своих. Он ловок, хитер и будто играет с нами, оставляя страх вместо следов. А когда опасность подби…
В мире, где воспоминания можно запереть в часах, аналитик Бюро хранения Вера Ланская приезжает в мастерскую подпольного часовщика и находит его мёртвым. Камера показывает: за одиннадцать минут до смерти внутрь вошли десять клиентов и сама Вера. Все в…
В мире, где воспоминания можно запереть в часах, аналитик Бюро хранения Вера Ланская приезжает в мастерскую подпольного часовщика и находит его мёртвым. Камера показывает: за одиннадцать минут до смерти внутрь вошли десять клиентов и сама Вера. Все в…
В эпоху после Цифровой Сингулярности миллиарды сознаний обрели бессмертие в Матрице Продолжения — идеальной симуляции, исполняющей любые желания. Но куратор архива реальности Иона Арен замечает необъяснимую аномалию: система начинает циклически возро…
В эпоху после Цифровой Сингулярности миллиарды сознаний обрели бессмертие в Матрице Продолжения — идеальной симуляции, исполняющей любые желания. Но куратор архива реальности Иона Арен замечает необъяснимую аномалию: система начинает циклически возро…
На дворе — 1997-й год.
А тут эта чёртова посылка. Было у меня предчувствие — не к добру. Но когда ощущаешь себя в черной воронке, то внутреннему голосу, предостерегающему тебя, уже не внемлешь. Адрес был похож на наш, но в качестве адресата знач…
На дворе — 1997-й год.
А тут эта чёртова посылка. Было у меня предчувствие — не к добру. Но когда ощущаешь себя в черной воронке, то внутреннему голосу, предостерегающему тебя, уже не внемлешь. Адрес был похож на наш, но в качестве адресата знач…
«Вы тоже видите?»
Этот вопрос девочка в парке задала авиадиспетчеру Сергею. За семь лет до того, как он стал психологом. За семь лет до встречи с Алиной.
Сергей всегда видел больше других — странное свечение вокруг людей, которое он называл «полем». …
«Вы тоже видите?»
Этот вопрос девочка в парке задала авиадиспетчеру Сергею. За семь лет до того, как он стал психологом. За семь лет до встречи с Алиной.
Сергей всегда видел больше других — странное свечение вокруг людей, которое он называл «полем». …
В мире, где нейроинтерфейс «Мнемос» фиксирует каждый поступок и мысль, понятие частной жизни исчезло. Архитектор Лидия Кан допустила ошибку в расчётах марсианского купола — и Система навечно заклеймила её «преступной халатностью», сделав изгоем для п…
В мире, где нейроинтерфейс «Мнемос» фиксирует каждый поступок и мысль, понятие частной жизни исчезло. Архитектор Лидия Кан допустила ошибку в расчётах марсианского купола — и Система навечно заклеймила её «преступной халатностью», сделав изгоем для п…
«Последний наблюдатель» — это камерная научная фантастика о хрупкости мира, цене ошибки и экзистенциальном ужасе перед лицом непознаваемого.
Десять лет Алексей Озеров служит на орбитальной станции наблюдения, превратившейся из мечты о звездах в ржаву…
«Последний наблюдатель» — это камерная научная фантастика о хрупкости мира, цене ошибки и экзистенциальном ужасе перед лицом непознаваемого.
Десять лет Алексей Озеров служит на орбитальной станции наблюдения, превратившейся из мечты о звездах в ржаву…
В обычной жизни случаются события, которые нарушают её плавное течение. Герои этого сборника внезапно выпали из привычной жизни. И счастье, что это не происходило с людьми из реальной жизни.
В обычной жизни случаются события, которые нарушают её плавное течение. Герои этого сборника внезапно выпали из привычной жизни. И счастье, что это не происходило с людьми из реальной жизни.
Ваша привычная жизнь — всего лишь сон в симуляции «Земля, XXI век».Ник открывает глаза на гигантском космическом ковчеге. Вокруг — 144 тысячи капсул со спящим человечеством. Чтобы разум людей не угас за тысячи лет полета, бортовой ИИ погружает их в …
Ваша привычная жизнь — всего лишь сон в симуляции «Земля, XXI век».Ник открывает глаза на гигантском космическом ковчеге. Вокруг — 144 тысячи капсул со спящим человечеством. Чтобы разум людей не угас за тысячи лет полета, бортовой ИИ погружает их в …