Николай Симкин
Книги автора: Николай Симкин
Старый железный протез начинает плакать.
Анализ подтверждает невозможное: из механизма выступает чистый дистиллят — вещество, которое Церковь связывает со Слезами Плачущего. Для прихожан этого достаточно, чтобы родилось чудо.
Для Вейны Корр — нет.
Он…
Старый железный протез начинает плакать.
Анализ подтверждает невозможное: из механизма выступает чистый дистиллят — вещество, которое Церковь связывает со Слезами Плачущего. Для прихожан этого достаточно, чтобы родилось чудо.
Для Вейны Корр — нет.
Он…
Мост уже разрушается, а людей на нём слишком много.
Прогнозист Лена Карр знает, какой выбор мостового смотрителя был зарегистрирован заранее. Если он совпадёт, система получит дополнительный резерв — возможно, именно те минуты, которых не хватает для…
Мост уже разрушается, а людей на нём слишком много.
Прогнозист Лена Карр знает, какой выбор мостового смотрителя был зарегистрирован заранее. Если он совпадёт, система получит дополнительный резерв — возможно, именно те минуты, которых не хватает для…
Склад закрыли на несколько часов. Для некоторых эта смена станет последней.
Ночью огромный автоматизированный складской комплекс останавливают для плановой инвентаризации и технического обслуживания. 27 человек должны закончить работу, проверить обор…
Склад закрыли на несколько часов. Для некоторых эта смена станет последней.
Ночью огромный автоматизированный складской комплекс останавливают для плановой инвентаризации и технического обслуживания. 27 человек должны закончить работу, проверить обор…
На станции Вольных Рубежей погибает техник. Рядом — повреждённый человеческий рунный узел и след мюридского Плетения. Удобная версия почти готова: Мюрид вмешался в чужую систему, произошёл сбой, человек погиб.
Гримнский механик Редд Варек не видит Эф…
На станции Вольных Рубежей погибает техник. Рядом — повреждённый человеческий рунный узел и след мюридского Плетения. Удобная версия почти готова: Мюрид вмешался в чужую систему, произошёл сбой, человек погиб.
Гримнский механик Редд Варек не видит Эф…
После операции Инквизиции в жилом блоке Нео-Тартаруса осталось тридцать тел.
Городской реестр утверждает, что погибших тридцать один.
Дарен Весс занимается гражданскими записями и привык считать документы надёжнее человеческой памяти. Но его тридцать…
После операции Инквизиции в жилом блоке Нео-Тартаруса осталось тридцать тел.
Городской реестр утверждает, что погибших тридцать один.
Дарен Весс занимается гражданскими записями и привык считать документы надёжнее человеческой памяти. Но его тридцать…
Старые насосы занимают треть машинного зала, требуют топлива, ручного обслуживания и работают в четыре раза хуже современной рунной системы.
Их собираются выбросить.
Гримна Хоррека Валя пригласили лишь подтвердить демонтаж, но он замечает достоинство…
Старые насосы занимают треть машинного зала, требуют топлива, ручного обслуживания и работают в четыре раза хуже современной рунной системы.
Их собираются выбросить.
Гримна Хоррека Валя пригласили лишь подтвердить демонтаж, но он замечает достоинство…
Кислотный дождь здесь не катастрофа.
Город построен так, чтобы переживать его регулярно.
Поэтому Ная Дорн начинает беспокоиться, когда один жилой квартал выдаёт всего лишь небольшой скачок давления. Потом выясняется, что отремонтированная труба разру…
Кислотный дождь здесь не катастрофа.
Город построен так, чтобы переживать его регулярно.
Поэтому Ная Дорн начинает беспокоиться, когда один жилой квартал выдаёт всего лишь небольшой скачок давления. Потом выясняется, что отремонтированная труба разру…
Семь минут связи.
Один навигационный пакет.
Два корабля.
На повреждённом пассажирском транспорте — семьдесят четыре человека. На спасательном буксире — шестеро. Без свежих навигационных данных оба входят в опасный промышленный сектор, а ретранслятор …
Семь минут связи.
Один навигационный пакет.
Два корабля.
На повреждённом пассажирском транспорте — семьдесят четыре человека. На спасательном буксире — шестеро. Без свежих навигационных данных оба входят в опасный промышленный сектор, а ретранслятор …
На станции «Перекрёсток» люди, Гримны и Мюриды давно научились жить рядом. Не идеально — зато достаточно хорошо, чтобы общее пространство действительно оставалось общим.
Теперь Корация Морвен предлагает деньги, модернизацию и ремонт старого дока. Сли…
На станции «Перекрёсток» люди, Гримны и Мюриды давно научились жить рядом. Не идеально — зато достаточно хорошо, чтобы общее пространство действительно оставалось общим.
Теперь Корация Морвен предлагает деньги, модернизацию и ремонт старого дока. Сли…
Король Лоран Весс проиграл сражение и отступает через единственный мост.
На другом берегу его ждёт союзная армия. За спиной наступает противник. Личная охрана ещё держится, магическая защита работает, а королевские сапёры уже готовятся обрушить переп…
Король Лоран Весс проиграл сражение и отступает через единственный мост.
На другом берегу его ждёт союзная армия. За спиной наступает противник. Личная охрана ещё держится, магическая защита работает, а королевские сапёры уже готовятся обрушить переп…
Генерал Рейнар Хольм приехал в «Белый Утёс» всего на три дня.
Восемь месяцев назад повреждение магического поля едва не лишило дракона способности контролировать превращение. Лучшие столичные врачи научили его подавлять приступы, но не вернули главно…
Генерал Рейнар Хольм приехал в «Белый Утёс» всего на три дня.
Восемь месяцев назад повреждение магического поля едва не лишило дракона способности контролировать превращение. Лучшие столичные врачи научили его подавлять приступы, но не вернули главно…
Много лет назад Левар спас Аделию от чудовища. Для победы хватало одного точного удара, но мечник добавил красивый финт, желая понравиться спасённой. После безупречного, но ненужного движения рядом с ним появилась дополнительная Тень.
За прошедшие го…
Много лет назад Левар спас Аделию от чудовища. Для победы хватало одного точного удара, но мечник добавил красивый финт, желая понравиться спасённой. После безупречного, но ненужного движения рядом с ним появилась дополнительная Тень.
За прошедшие го…
Михаил Корнев точно помнит эту книгу. Название, авторов и даже то, какое место она занимала в его жизни.
Есть только одна проблема: в 1964 году её ещё не существует.
Для человека, прожившего семьдесят пять лет и неожиданно вернувшегося в собственное …
Михаил Корнев точно помнит эту книгу. Название, авторов и даже то, какое место она занимала в его жизни.
Есть только одна проблема: в 1964 году её ещё не существует.
Для человека, прожившего семьдесят пять лет и неожиданно вернувшегося в собственное …
Михаил Корнев точно помнит эту книгу. Название, авторов и даже то, какое место она занимала в его жизни.
Есть только одна проблема: в 1964 году её ещё не существует.
Для человека, прожившего семьдесят пять лет и неожиданно вернувшегося в собственное …
Михаил Корнев точно помнит эту книгу. Название, авторов и даже то, какое место она занимала в его жизни.
Есть только одна проблема: в 1964 году её ещё не существует.
Для человека, прожившего семьдесят пять лет и неожиданно вернувшегося в собственное …
«Свобода фрилансера» слишком часто оборачивается тревогой: доход, который куда-то девается, работа без границ и вечера, отданные чужим задачам. Вы делаете отличную работу — и всё равно недозарабатываете и выгораете.
Freelance Command Center — это ком…
«Свобода фрилансера» слишком часто оборачивается тревогой: доход, который куда-то девается, работа без границ и вечера, отданные чужим задачам. Вы делаете отличную работу — и всё равно недозарабатываете и выгораете.
Freelance Command Center — это ком…
Меня убили во время рейдерского захвата собственной компании.
Проснулся я за другим столом — в теле молодого аристократа, пока чиновник объяснял, что мой новый Дом фактически банкрот.
Долг — 4 054 рубля.
Свободных денег — 83.
До погашения родовой Печ…
Меня убили во время рейдерского захвата собственной компании.
Проснулся я за другим столом — в теле молодого аристократа, пока чиновник объяснял, что мой новый Дом фактически банкрот.
Долг — 4 054 рубля.
Свободных денег — 83.
До погашения родовой Печ…
Вавилон, 323 год до н. э. Александр Македонский должен умереть. Войско уже прощается с царём, придворные готовятся к миру без него, а старые приказы продолжают идти по дорогам огромной державы. Но Александр открывает глаза.
Он выжил — и этим сломал б…
Вавилон, 323 год до н. э. Александр Македонский должен умереть. Войско уже прощается с царём, придворные готовятся к миру без него, а старые приказы продолжают идти по дорогам огромной державы. Но Александр открывает глаза.
Он выжил — и этим сломал б…
Линька меняет не только тело. После неё дом может не совпасть с планом, документы — с памятью, а человек — с собственной биографией.
Управление последствий не пытается определить, какое прошлое настоящее. Его сотрудники фиксируют то, что существует с…
Линька меняет не только тело. После неё дом может не совпасть с планом, документы — с памятью, а человек — с собственной биографией.
Управление последствий не пытается определить, какое прошлое настоящее. Его сотрудники фиксируют то, что существует с…
До перехода пассажирского корабля «Таласса» осталось одиннадцать минут, когда межзвёздный маршрут К-17 внезапно закрывают на технический карантин.
Незначительное отклонение в работе оборудования. Неподтверждённый риск. Сто сорок три пассажира, которы…
До перехода пассажирского корабля «Таласса» осталось одиннадцать минут, когда межзвёздный маршрут К-17 внезапно закрывают на технический карантин.
Незначительное отклонение в работе оборудования. Неподтверждённый риск. Сто сорок три пассажира, которы…
Марек Восс должен дать показания, способные разрушить чужие карьеры и сделки. До суда его ещё нужно довезти живым.
Трое связанных с делом людей уже мертвы.
После недавней операции человеческая диагностика уверяет, что с Воссом всё в пределах нормы. Н…
Марек Восс должен дать показания, способные разрушить чужие карьеры и сделки. До суда его ещё нужно довезти живым.
Трое связанных с делом людей уже мертвы.
После недавней операции человеческая диагностика уверяет, что с Воссом всё в пределах нормы. Н…





















