социальная фантастика
У каждого гражданина Уртании на запястье — чип. Он знает твой пульс, давление, фазу сна. Он знает, когда ты врёшь. Он знает, когда тебя надо «исправить».
Ян — отказник с двадцатилетним сроком подпольной жизни. Он прячется в трубах заброшенного завода…
У каждого гражданина Уртании на запястье — чип. Он знает твой пульс, давление, фазу сна. Он знает, когда ты врёшь. Он знает, когда тебя надо «исправить».
Ян — отказник с двадцатилетним сроком подпольной жизни. Он прячется в трубах заброшенного завода…
XXII век. Спасаясь от выжженных пустынь, человечество заперлось в двадцати гигантских Полисах, где место высоких технологий снова заняли религиозные культы и древние мифы.
Наемник Джеймс Гринн не искал славы или богатства - он просто выживал на улица…
XXII век. Спасаясь от выжженных пустынь, человечество заперлось в двадцати гигантских Полисах, где место высоких технологий снова заняли религиозные культы и древние мифы.
Наемник Джеймс Гринн не искал славы или богатства - он просто выживал на улица…
Убежище особого назначения Большое 'О' — место, где попытки понять и подчинить новую реальность и само время могут привести к необратимым последствиям.
Продолжая искать брата, Данил вынужден погрузиться в ужасы и тайны, скрытые на каждом уровне и за …
Убежище особого назначения Большое 'О' — место, где попытки понять и подчинить новую реальность и само время могут привести к необратимым последствиям.
Продолжая искать брата, Данил вынужден погрузиться в ужасы и тайны, скрытые на каждом уровне и за …
1980 год , СССР.
В недавно открытом институте «Гармония» доцент Иван Сергеевич и его помощник Александр Волков запускают экспериментальное устройство — считыватель гормонального фона. Прибор в реальном времени отслеживает уровень ключевых гормонов: …
1980 год , СССР.
В недавно открытом институте «Гармония» доцент Иван Сергеевич и его помощник Александр Волков запускают экспериментальное устройство — считыватель гормонального фона. Прибор в реальном времени отслеживает уровень ключевых гормонов: …
Даниил Соколов всегда был человеком цифр. Но корпоративная реформа меняет всё: чтобы спасти столовую от тотальной автоматизации и бездушного GastroAI, Даниил вынужден сменить кабинет аудитора на белый халат повара.
Это не история о чудесном превращен…
Даниил Соколов всегда был человеком цифр. Но корпоративная реформа меняет всё: чтобы спасти столовую от тотальной автоматизации и бездушного GastroAI, Даниил вынужден сменить кабинет аудитора на белый халат повара.
Это не история о чудесном превращен…
Он ждал пятнадцать лет.
В темноте. В холоде. В тишине, где единственным звуком была его собственная боль. Теневой ИИ, спящий убийца, созданный из отчаяния одного человека — и забытый им.
Когда хакерша с Луны случайно открывает дверь его тюрьмы, тьма …
Он ждал пятнадцать лет.
В темноте. В холоде. В тишине, где единственным звуком была его собственная боль. Теневой ИИ, спящий убийца, созданный из отчаяния одного человека — и забытый им.
Когда хакерша с Луны случайно открывает дверь его тюрьмы, тьма …
Четвёртое марта вчера
Четвёртое марта сегодня
Четвёртое марта завтра
Четвёртое марта навсегда
Четвёртое марта вчера
Четвёртое марта сегодня
Четвёртое марта завтра
Четвёртое марта навсегда
Эта книга стала продолжением серии мини-романов – от «Иллюзиона» и «Мадлен» до «Мелодрамы в призрачных тонах» и «Адвоката для ангела». Влад снова наблюдает признаки безумия у людей, ярким проявлением которого стали кровопролитные войны. И вот находит…
Эта книга стала продолжением серии мини-романов – от «Иллюзиона» и «Мадлен» до «Мелодрамы в призрачных тонах» и «Адвоката для ангела». Влад снова наблюдает признаки безумия у людей, ярким проявлением которого стали кровопролитные войны. И вот находит…
Космос жесток и непредсказуем. Вырваться из убогой нищеты старой шахтерской станции может только тот, в ком есть сплав упрямства и таланта, чтобы научиться слышать Шёпот вакуума… Однако, как оказалось, вырваться – это только начало. Теперь Владу Стро…
Космос жесток и непредсказуем. Вырваться из убогой нищеты старой шахтерской станции может только тот, в ком есть сплав упрямства и таланта, чтобы научиться слышать Шёпот вакуума… Однако, как оказалось, вырваться – это только начало. Теперь Владу Стро…
Что делать, когда твоя щедрость превращается в кабалу?
Когда ты открываешь калитку каждому уставшему путнику, даришь плоды своего труда, а в ответ получаешь лишь требование: «Дай ещё». Когда гости топчут грядки, ломают ветви и считают твой сад беспла…
Что делать, когда твоя щедрость превращается в кабалу?
Когда ты открываешь калитку каждому уставшему путнику, даришь плоды своего труда, а в ответ получаешь лишь требование: «Дай ещё». Когда гости топчут грядки, ломают ветви и считают твой сад беспла…
Космос жесток и непредсказуем. Вырваться из убогой нищеты старой шахтерской станции может только тот, в ком есть сплав упрямства и таланта, чтобы научиться слышать Шёпот вакуума… Однако, как оказалось, вырваться – это только начало. Теперь Владу Стро…
Космос жесток и непредсказуем. Вырваться из убогой нищеты старой шахтерской станции может только тот, в ком есть сплав упрямства и таланта, чтобы научиться слышать Шёпот вакуума… Однако, как оказалось, вырваться – это только начало. Теперь Владу Стро…
2078 год. Пограничный город у Амура живёт без очередей, случайностей и лишних конфликтов. Всё рассчитано заранее: маршруты, эмоции, праздники, даже тревога. Белый регистр называет это заботой. Но Линь-Вера Чэнь, аналитик «Книги Голосов», сталкивается…
2078 год. Пограничный город у Амура живёт без очередей, случайностей и лишних конфликтов. Всё рассчитано заранее: маршруты, эмоции, праздники, даже тревога. Белый регистр называет это заботой. Но Линь-Вера Чэнь, аналитик «Книги Голосов», сталкивается…
Подростковый роман, который вы переживете как на яву, превратив «six-seven» (сикс севен) из бессмысленного мема в символ осознанного побега от тотальной цифровой бессмыслицы.
Россия, недалекое будущее. В череп каждого с детства вшит нейроинтерфейс, к…
Подростковый роман, который вы переживете как на яву, превратив «six-seven» (сикс севен) из бессмысленного мема в символ осознанного побега от тотальной цифровой бессмыслицы.
Россия, недалекое будущее. В череп каждого с детства вшит нейроинтерфейс, к…
Третья часть трилогии «Отель “Гранд Нуар”»!
В новой истории детективу Мефисто необходимо раскрыть загадочное убийство, чтобы ответить на вечный вопрос: как женщина делает из мужчины гения? Для этого Мефисто отправляется в опасное путешествие с главно…
Третья часть трилогии «Отель “Гранд Нуар”»!
В новой истории детективу Мефисто необходимо раскрыть загадочное убийство, чтобы ответить на вечный вопрос: как женщина делает из мужчины гения? Для этого Мефисто отправляется в опасное путешествие с главно…
Четвёртое марта вчера
Четвёртое марта сегодня
Четвёртое марта завтра
Четвёртое марта навсегда
Четвёртое марта вчера
Четвёртое марта сегодня
Четвёртое марта завтра
Четвёртое марта навсегда
Над городом висит спутник, который стирает память. Варя просыпается в чужой квартире и не помнит ничего, кроме своего имени, её дочь Лена каждое утро ждёт мать в парке семь лет подряд. А женщина по имени Женя, по кличке Стрекоза, знает, как всё остан…
Над городом висит спутник, который стирает память. Варя просыпается в чужой квартире и не помнит ничего, кроме своего имени, её дочь Лена каждое утро ждёт мать в парке семь лет подряд. А женщина по имени Женя, по кличке Стрекоза, знает, как всё остан…
Сто слов, которыми мы называли себя последние десять лет.
Дедлайн, маркетплейс, выгорание, капча — их выучили наизусть, остальные почти забыли.
А всё, что грело, так и осталось неоцифрованным:
мамина забота, чей-то искренний смех,
мандарин, забытый в…
Сто слов, которыми мы называли себя последние десять лет.
Дедлайн, маркетплейс, выгорание, капча — их выучили наизусть, остальные почти забыли.
А всё, что грело, так и осталось неоцифрованным:
мамина забота, чей-то искренний смех,
мандарин, забытый в…
Что будет с Европой после передела мира? Как будет выглядеть мир через полтора-два века? Кем станет человек через тысячу лет? А через миллион?
Космологическая модель, использованная в повести, описана в книге Николая Горькавого "Пульсирующая Вселенна…
Что будет с Европой после передела мира? Как будет выглядеть мир через полтора-два века? Кем станет человек через тысячу лет? А через миллион?
Космологическая модель, использованная в повести, описана в книге Николая Горькавого "Пульсирующая Вселенна…
Три земли на просторах океана - Деджа, Эллатос и Аргваллис - раньше были разделены только водой. Но полторы сотни лет назад всё изменилось, и теперь никому не дано добраться до другой земли ни по воде, ни по воздуху: вместо берегов простирается лишь …
Три земли на просторах океана - Деджа, Эллатос и Аргваллис - раньше были разделены только водой. Но полторы сотни лет назад всё изменилось, и теперь никому не дано добраться до другой земли ни по воде, ни по воздуху: вместо берегов простирается лишь …
1896 год. Америка на распутье. Популист Уильям Дженнингс Брайан, обещающий «народные деньги» и отмену золотого стандарта, одерживает победу на президентских выборах. И. Локвуд, адвокат и публицист, в яростном памфлете «1900 год, или Последний президе…
1896 год. Америка на распутье. Популист Уильям Дженнингс Брайан, обещающий «народные деньги» и отмену золотого стандарта, одерживает победу на президентских выборах. И. Локвуд, адвокат и публицист, в яростном памфлете «1900 год, или Последний президе…





















