социальная фантастика
2038 год. Государство ещё существует на бумаге, но его приказы уже противоречат друг другу, а заводы, дороги и энергосети переходят под власть тех, кто способен удержать их в работе.
Молодой инженер Павел попадает в секретный центр «Уральский», где с…
2038 год. Государство ещё существует на бумаге, но его приказы уже противоречат друг другу, а заводы, дороги и энергосети переходят под власть тех, кто способен удержать их в работе.
Молодой инженер Павел попадает в секретный центр «Уральский», где с…
Эдмунд Траурбель умер на сцене. Его последняя шутка была про налоги. Никто не засмеялся.
Теперь он — призрак. У него есть ровно год, чтобы набрать тысячу добрых дел, иначе он станет никем — растворится в лондонском тумане без имени, памяти и формы. …
Эдмунд Траурбель умер на сцене. Его последняя шутка была про налоги. Никто не засмеялся.
Теперь он — призрак. У него есть ровно год, чтобы набрать тысячу добрых дел, иначе он станет никем — растворится в лондонском тумане без имени, памяти и формы. …
Что могут сделать обычные люди, когда планета почти уничтожена бездумными потребителями? Смириться и погибнуть или попытаться отыскать райский остров, где можно начать новую жизнь?
На пути к счастью героям предстоит преодолеть множественные трудности…
Что могут сделать обычные люди, когда планета почти уничтожена бездумными потребителями? Смириться и погибнуть или попытаться отыскать райский остров, где можно начать новую жизнь?
На пути к счастью героям предстоит преодолеть множественные трудности…
В период предсказанного «конца истории» возобладало влияние Универсального Искусственного Интеллекта (УИ). Поэт и журналист Веня, с сединой в волосах, расследует массовые самоубийства в сытой роботизированной цивилизации, которая привела к опасной ст…
В период предсказанного «конца истории» возобладало влияние Универсального Искусственного Интеллекта (УИ). Поэт и журналист Веня, с сединой в волосах, расследует массовые самоубийства в сытой роботизированной цивилизации, которая привела к опасной ст…
Мы научились измерять искренность цифрами, но так и не поняли, в какой момент наша душа превратилась в бесконечную транзакцию.
А когда чувства — валюта, правда звучит как сбой в Системе.
Поэт Данте Лорка знает, как пахнет подлинная грусть и какого цв…
Мы научились измерять искренность цифрами, но так и не поняли, в какой момент наша душа превратилась в бесконечную транзакцию.
А когда чувства — валюта, правда звучит как сбой в Системе.
Поэт Данте Лорка знает, как пахнет подлинная грусть и какого цв…
(1995-1999). В институте «Гармония» молодой учёный Лина создаёт экстрактор гормонов — устройство, отделяющее гормоны от плазмы крови. Поначалу проект кажется прорывом: контроль над гормональным балансом может победить депрессию и тревоги.
Но когда ис…
(1995-1999). В институте «Гармония» молодой учёный Лина создаёт экстрактор гормонов — устройство, отделяющее гормоны от плазмы крови. Поначалу проект кажется прорывом: контроль над гормональным балансом может победить депрессию и тревоги.
Но когда ис…
Анна Ивановна, одинокая пенсионерка, сталкивается с «представителями социальной службы»: они заманчиво предлагают содержание до конца дней в обмен на квартиру после смерти. Что же скрывается за вежливыми улыбками и обещаниями заботы?
Все сцены и перс…
Анна Ивановна, одинокая пенсионерка, сталкивается с «представителями социальной службы»: они заманчиво предлагают содержание до конца дней в обмен на квартиру после смерти. Что же скрывается за вежливыми улыбками и обещаниями заботы?
Все сцены и перс…
После изобретения искусственной матки человечество изменилось навсегда. Мужчинам больше не нужны отношения, чтобы стать отцами. Рождаемость взлетела, а женщины постепенно превратились в редкость. Теперь право создать семью с живой женщиной нужно засл…
После изобретения искусственной матки человечество изменилось навсегда. Мужчинам больше не нужны отношения, чтобы стать отцами. Рождаемость взлетела, а женщины постепенно превратились в редкость. Теперь право создать семью с живой женщиной нужно засл…
«Поздравляю, вы умерли. Хотите продолжить?»
Технология прокси сделала возможным цифровое бессмертие. Теперь смерть — не конец, а Выбор, религия и услуга.
Семнадцатилетний Алекс живет в ожидании Цикла — трехдневного обряда, который должен превратить е…
«Поздравляю, вы умерли. Хотите продолжить?»
Технология прокси сделала возможным цифровое бессмертие. Теперь смерть — не конец, а Выбор, религия и услуга.
Семнадцатилетний Алекс живет в ожидании Цикла — трехдневного обряда, который должен превратить е…
2042 год. Цифровое бессмертие существует – и оно работает не так, как планировалось.
Максим Орлов следит за тем, чтобы мёртвые не сходили с ума. Его работа – стабилизировать цифровые личности в системе Nexus: сто шестьдесят четыре тысячи людей, котор…
2042 год. Цифровое бессмертие существует – и оно работает не так, как планировалось.
Максим Орлов следит за тем, чтобы мёртвые не сходили с ума. Его работа – стабилизировать цифровые личности в системе Nexus: сто шестьдесят четыре тысячи людей, котор…
(1999-2000)
Анна потеряла отца — и нашла флешку с пометкой «Омега — черновики». Разбирая его файлы, она натыкается на чтото жуткое: в их мире эмоции больше не принадлежат людям. Их измеряют, извлекают и продают. А в центре этой схемы — Марк, парень с…
(1999-2000)
Анна потеряла отца — и нашла флешку с пометкой «Омега — черновики». Разбирая его файлы, она натыкается на чтото жуткое: в их мире эмоции больше не принадлежат людям. Их измеряют, извлекают и продают. А в центре этой схемы — Марк, парень с…
Физик Александр Воронцов двадцать лет изучает последнюю миллисекунду жизни. В подземной лаборатории он пытается зафиксировать границу, за которой угасает сознание. Им движет не научное тщеславие, а боль потери и обещание, когда-то данное маленькой до…
Физик Александр Воронцов двадцать лет изучает последнюю миллисекунду жизни. В подземной лаборатории он пытается зафиксировать границу, за которой угасает сознание. Им движет не научное тщеславие, а боль потери и обещание, когда-то данное маленькой до…
В обычном многоквартирном доме однажды появляется этаж, которого никогда не было. Его видят не все. На этом этаже расположены квартиры, где живут люди, пропавшие без вести много лет назад. Но они уверены, что исчез не мир вокруг них — исчез весь внеш…
В обычном многоквартирном доме однажды появляется этаж, которого никогда не было. Его видят не все. На этом этаже расположены квартиры, где живут люди, пропавшие без вести много лет назад. Но они уверены, что исчез не мир вокруг них — исчез весь внеш…
Январь 1942 года. Блокадный Ленинград. Нельзя рассказать о том, что такое настоящий ад. Это нужно прожить и прочувствовать самому. Даже, если тебе двенадцать лет и живёшь ты совсем в другое время.
Голод и холод делают зыбкой грань между жизнью и смер…
Январь 1942 года. Блокадный Ленинград. Нельзя рассказать о том, что такое настоящий ад. Это нужно прожить и прочувствовать самому. Даже, если тебе двенадцать лет и живёшь ты совсем в другое время.
Голод и холод делают зыбкой грань между жизнью и смер…
В этом мире ошибки имеют реальный вес.
Каждое сожаление, ложь или невысказанное слово ложатся на плечи невидимым грузом — тенями. Накопишь слишком много — и собственная гравитация раздавит тебя, навсегда стерев из реальности.
Артур — живая аномалия. …
В этом мире ошибки имеют реальный вес.
Каждое сожаление, ложь или невысказанное слово ложатся на плечи невидимым грузом — тенями. Накопишь слишком много — и собственная гравитация раздавит тебя, навсегда стерев из реальности.
Артур — живая аномалия. …
Автор идеи – главный специалист АО «ЗАСЛОН» Ярута Наталья Михайловна.
В надежде спасти свою жену он ненавязчиво и твёрдо направил внука по своей стезе. То, что не удалось деду, должен сделать внук и послать весточку в прошлое о своём открытии. Ему э…
Автор идеи – главный специалист АО «ЗАСЛОН» Ярута Наталья Михайловна.
В надежде спасти свою жену он ненавязчиво и твёрдо направил внука по своей стезе. То, что не удалось деду, должен сделать внук и послать весточку в прошлое о своём открытии. Ему э…
Прокофий Семенович Поплавский - человек без примет, без страстей, без прошлого, о котором стоило бы вспоминать. Однажды холодным апрельским утром он получает письмо без подписи и печати: его документы на существование пришли в негодность, и ему надле…
Прокофий Семенович Поплавский - человек без примет, без страстей, без прошлого, о котором стоило бы вспоминать. Однажды холодным апрельским утром он получает письмо без подписи и печати: его документы на существование пришли в негодность, и ему надле…
Каин Исаков — писатель-фантаст, чья жизнь перевернулась ещё в детстве, когда он стал свидетелем падения метеорита. В 2030 году он соглашается на эксперимент по сканированию мозга для нейросети нового поколения и просыпается в далёком будущем, где чел…
Каин Исаков — писатель-фантаст, чья жизнь перевернулась ещё в детстве, когда он стал свидетелем падения метеорита. В 2030 году он соглашается на эксперимент по сканированию мозга для нейросети нового поколения и просыпается в далёком будущем, где чел…
В обычном многоквартирном доме однажды появляется этаж, которого никогда не было. Его видят не все. На этом этаже расположены квартиры, где живут люди, пропавшие без вести много лет назад. Но они уверены, что исчез не мир вокруг них — исчез весь внеш…
В обычном многоквартирном доме однажды появляется этаж, которого никогда не было. Его видят не все. На этом этаже расположены квартиры, где живут люди, пропавшие без вести много лет назад. Но они уверены, что исчез не мир вокруг них — исчез весь внеш…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
У Республики есть ответ почти на всё.
Как пережить конец с…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
У Республики есть ответ почти на всё.
Как пережить конец с…