рассказы
«В селе Райбуже, как раз против церкви, стоит двухэтажный дом на каменном фундаменте и с железной крышей. В нижнем этаже живет со своей семьей сам хозяин, Филипп Иванов Катин, по прозванию Дюдя, а в верхнем, где летом бывает очень жарко, а зимою очен…
«В селе Райбуже, как раз против церкви, стоит двухэтажный дом на каменном фундаменте и с железной крышей. В нижнем этаже живет со своей семьей сам хозяин, Филипп Иванов Катин, по прозванию Дюдя, а в верхнем, где летом бывает очень жарко, а зимою очен…
Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой р…
Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой р…
«Да, что такое в самом деле талант? И может ли глупец быть талантливым человеком?
Несомненно, может. Талант, по чьему-то (может быть, и моему собственному) выражению, часто похож на драгоценный груз, который судьба возложила на спину осла…»
«Да, что такое в самом деле талант? И может ли глупец быть талантливым человеком?
Несомненно, может. Талант, по чьему-то (может быть, и моему собственному) выражению, часто похож на драгоценный груз, который судьба возложила на спину осла…»
«Это было месяц и два дня спустя после того, как, при громких криках афинского народа, судьи постановили смертный приговор философу Сократу за то, что он разрушал веру в богов. Он был для Афин то же, что овод для коня…»
«Это было месяц и два дня спустя после того, как, при громких криках афинского народа, судьи постановили смертный приговор философу Сократу за то, что он разрушал веру в богов. Он был для Афин то же, что овод для коня…»
Сборник малой прозы составили две повести и рассказ – это жанры, самые органичные языку и фантазии Кирилла Рябова. В них его изобретательность, искусство построения диалогов, звучащих правдивее, чем в реальной жизни, берут новую, доселе еще не достиг…
Сборник малой прозы составили две повести и рассказ – это жанры, самые органичные языку и фантазии Кирилла Рябова. В них его изобретательность, искусство построения диалогов, звучащих правдивее, чем в реальной жизни, берут новую, доселе еще не достиг…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 250, 19 ноября, под заглавием «О том, как поймали Семагу. Набросок».
М.Горький предполагал включить рассказ в третий том «Очерков и рассказов», в связи с чем в начале 1899 года он писал издателю С.…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 250, 19 ноября, под заглавием «О том, как поймали Семагу. Набросок».
М.Горький предполагал включить рассказ в третий том «Очерков и рассказов», в связи с чем в начале 1899 года он писал издателю С.…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 235, 1 ноября, с подзаголовком «Силуэт».
В конце 90-х и начале 900-х годов М.Горький дважды правил гранки первого набора, по-видимому, предполагая вторичное издание рассказа. Но замысел этот осущес…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 235, 1 ноября, с подзаголовком «Силуэт».
В конце 90-х и начале 900-х годов М.Горький дважды правил гранки первого набора, по-видимому, предполагая вторичное издание рассказа. Но замысел этот осущес…
Жизнь можно рассматривать по-разному, как долгую прогулку или промелькнувший миг, а можно и как поездку, особенно через призму собственных путешествий на поезде, где можно встретить интересных пассажиров и не очень, услышать захватывающие истории и ж…
Жизнь можно рассматривать по-разному, как долгую прогулку или промелькнувший миг, а можно и как поездку, особенно через призму собственных путешествий на поезде, где можно встретить интересных пассажиров и не очень, услышать захватывающие истории и ж…
«Кузнец Василий Васильевич Меркулов был строгий человек, и когда по праздникам он напивался пьян, то не пел песен, не смеялся и не играл на гармонии, как другие, а сидел в углу трактира и молча грозил черным обожженным пальцем. Грозил он и трактирщик…
«Кузнец Василий Васильевич Меркулов был строгий человек, и когда по праздникам он напивался пьян, то не пел песен, не смеялся и не играл на гармонии, как другие, а сидел в углу трактира и молча грозил черным обожженным пальцем. Грозил он и трактирщик…
«Мы жили тогда в Рязанской губернии, в ста двадцати верстах от ближайшей станции железной дороги и в двадцати пяти верстах от большого торгового села Тумы. „Тума железная, а люди в ней каменные“, – так местные жители сами про себя говорили. Жили мы в…
«Мы жили тогда в Рязанской губернии, в ста двадцати верстах от ближайшей станции железной дороги и в двадцати пяти верстах от большого торгового села Тумы. „Тума железная, а люди в ней каменные“, – так местные жители сами про себя говорили. Жили мы в…
«… – Вот, например, через неделю назначено мое дело. Привлекают к ответственности за то, что я перепечатал заметку о полицеймейстере, избившем еврея.
– Он что же?.. Не бил его, что ли?
– Он-то бил. А только говорят, что этого нельзя было разглашать в…
«… – Вот, например, через неделю назначено мое дело. Привлекают к ответственности за то, что я перепечатал заметку о полицеймейстере, избившем еврея.
– Он что же?.. Не бил его, что ли?
– Он-то бил. А только говорят, что этого нельзя было разглашать в…
Роман, вчерашний студент, сталкивается с непредсказуемым и необ’яснимым явлением, он в полной растерянности и пытается выяснить природу гигантских слизней, которые случайно мутировали по его недосмотру и, возможно, представляют опасность для человече…
Роман, вчерашний студент, сталкивается с непредсказуемым и необ’яснимым явлением, он в полной растерянности и пытается выяснить природу гигантских слизней, которые случайно мутировали по его недосмотру и, возможно, представляют опасность для человече…
Александр Беляев – признанный мастер научной фантастики. В своих книгах он предсказал появление изобретений, над которыми при жизни писателя лишь посмеивались: камеры для подводной съемки, орбитальные станции и скафандры для выхода в открытый космос,…
Александр Беляев – признанный мастер научной фантастики. В своих книгах он предсказал появление изобретений, над которыми при жизни писателя лишь посмеивались: камеры для подводной съемки, орбитальные станции и скафандры для выхода в открытый космос,…
Порою мы не замечаем счастья, которое находится рядом с нами, горюя о том, чего нельзя изменить. Маленький мальчик по имени Игорь, живущий в доме № 8 на Фонтанке, всем сердцем хочет вернуть маму, живущую своей жизнью, не замечая женщину, которая забо…
Порою мы не замечаем счастья, которое находится рядом с нами, горюя о том, чего нельзя изменить. Маленький мальчик по имени Игорь, живущий в доме № 8 на Фонтанке, всем сердцем хочет вернуть маму, живущую своей жизнью, не замечая женщину, которая забо…
”Последняя горсть опилок” – рассказ артиста цирка Владимира Кулакова, который повествует всего лишь об одном из эпохальных событий, которые потрясали цирк на протяжении всей его истории. Цирк был бродячим, стал ”цивилизованным”. Ухоженным и образован…
”Последняя горсть опилок” – рассказ артиста цирка Владимира Кулакова, который повествует всего лишь об одном из эпохальных событий, которые потрясали цирк на протяжении всей его истории. Цирк был бродячим, стал ”цивилизованным”. Ухоженным и образован…
«…Он не спал целую ночь и целое утро. В голове у него кипела непривычная работа, лицо горело и было краснее вареного рака; кулаки судорожно сжимались, а в груди происходила такая возня и стукотня, какой майор и под Карсом не видал и не слыхал. Выглян…
«…Он не спал целую ночь и целое утро. В голове у него кипела непривычная работа, лицо горело и было краснее вареного рака; кулаки судорожно сжимались, а в груди происходила такая возня и стукотня, какой майор и под Карсом не видал и не слыхал. Выглян…
«“Хорошо дома!” – думал Назаров в тишине и мире вечера, окидывая широким взглядом землю, на десятки вёрст вокруг знакомую ему. Она вставала в памяти его круглая, как блюдо, полно и богато отягощённая лесами, деревнями, сёлами, омытая десятками речек …
«“Хорошо дома!” – думал Назаров в тишине и мире вечера, окидывая широким взглядом землю, на десятки вёрст вокруг знакомую ему. Она вставала в памяти его круглая, как блюдо, полно и богато отягощённая лесами, деревнями, сёлами, омытая десятками речек …
