рассказы
Шпиону язык дан для того, чтобы молчать. Люба Раевская не шпионка, не агент, и ей язык дан для того, чтобы общаться и болтать. Благодаря своей коммуникабельности, открытости и умению анализировать услышанное, Люба становится в курсе тайн спецслужб и …
Шпиону язык дан для того, чтобы молчать. Люба Раевская не шпионка, не агент, и ей язык дан для того, чтобы общаться и болтать. Благодаря своей коммуникабельности, открытости и умению анализировать услышанное, Люба становится в курсе тайн спецслужб и …
Во второй том «Одесской антологии» вошли произведения, написанные в Одессе или об Одессе, которые увидели свет в ХХ веке, когда существование феномена под названием «одесская литература» уже не отрицали даже представители классического литературоведе…
Во второй том «Одесской антологии» вошли произведения, написанные в Одессе или об Одессе, которые увидели свет в ХХ веке, когда существование феномена под названием «одесская литература» уже не отрицали даже представители классического литературоведе…
«Севка сидит на подоконнике и смотрит, как на горячей от солнца крыше дерутся два воробья. Они дерутся давно, и смотреть надоело. Севке скучно.
Со второго этажа видна вся улица, обсаженная молодыми клёнами. Улица пуста, и со двора не слышно ребячьих …
«Севка сидит на подоконнике и смотрит, как на горячей от солнца крыше дерутся два воробья. Они дерутся давно, и смотреть надоело. Севке скучно.
Со второго этажа видна вся улица, обсаженная молодыми клёнами. Улица пуста, и со двора не слышно ребячьих …
Рассказ из мира Саймили. Хронологически его стоит разместить после «Королевского маскарада», рядом с книгой «Убить эльфа». События его, кстати уж, в упомянутой книге мелькают одной строчкой… И правда, велико ли дело: украсть у эльфов вещицу да и нажи…
Рассказ из мира Саймили. Хронологически его стоит разместить после «Королевского маскарада», рядом с книгой «Убить эльфа». События его, кстати уж, в упомянутой книге мелькают одной строчкой… И правда, велико ли дело: украсть у эльфов вещицу да и нажи…
«Мой сосед шестиклассник Толька приходит из школы во втором часу. Я слышу через стену, как он швыряет в угол сумку, гремит посудой. Потом он выходит в коридор и стучит в мою дверь.
– Ну, чего? – говорю я не очень любезно. У меня срочная работа, я не …
«Мой сосед шестиклассник Толька приходит из школы во втором часу. Я слышу через стену, как он швыряет в угол сумку, гремит посудой. Потом он выходит в коридор и стучит в мою дверь.
– Ну, чего? – говорю я не очень любезно. У меня срочная работа, я не …
Рассказ из мира Саймили, предваряющий заглавную книгу – «Ромашки для королевы». События этой короткой истории происходят задолго до времени, описанного в «Ромашках».
В стране эльфов наступило болезненное, затяжное безвластие. Древняя слава ржавеет, д…
Рассказ из мира Саймили, предваряющий заглавную книгу – «Ромашки для королевы». События этой короткой истории происходят задолго до времени, описанного в «Ромашках».
В стране эльфов наступило болезненное, затяжное безвластие. Древняя слава ржавеет, д…
Рассказ из мира Саймили, предваряющий заглавную книгу – «Ромашки для королевы».
Жила-была маленькая Сэльви, девочка с темным прошлым и несчастливым настоящим. Ей бы о своих бедах позаботиться, тем более удалось заполучить впервые в жизни серебряную м…
Рассказ из мира Саймили, предваряющий заглавную книгу – «Ромашки для королевы».
Жила-была маленькая Сэльви, девочка с темным прошлым и несчастливым настоящим. Ей бы о своих бедах позаботиться, тем более удалось заполучить впервые в жизни серебряную м…
Каждая из дочерей повелителя огня выбрала судьбу, какую пожелала. Шесть судеб уместились в рамки людского мира, а седьмая – нет. И это только начало истории, ведь выбор – первый шаг, а жизнь – длинный путь, предсказать все повороты которого никак нел…
Каждая из дочерей повелителя огня выбрала судьбу, какую пожелала. Шесть судеб уместились в рамки людского мира, а седьмая – нет. И это только начало истории, ведь выбор – первый шаг, а жизнь – длинный путь, предсказать все повороты которого никак нел…
Вечерами, сидя у костра, у камина или у печи, представители разных рас мира Калииос рассказывают своим детям и внукам сказки. Смешные, веселые, грустные, страшные. По-всякому бывает. В этом сборнике лишь некоторые из них.
Эта работа предваряет основн…
Вечерами, сидя у костра, у камина или у печи, представители разных рас мира Калииос рассказывают своим детям и внукам сказки. Смешные, веселые, грустные, страшные. По-всякому бывает. В этом сборнике лишь некоторые из них.
Эта работа предваряет основн…
«Это были два маленьких речных буксировщика, два катера-близнеца. Только имена они носили разные. Один назывался длинно и скучно – „Иртышлес-3“, другой коротко и романтично – „Риск“.
Очень уж непохожи были эти имена. А потому мальчишки с береговых ул…
«Это были два маленьких речных буксировщика, два катера-близнеца. Только имена они носили разные. Один назывался длинно и скучно – „Иртышлес-3“, другой коротко и романтично – „Риск“.
Очень уж непохожи были эти имена. А потому мальчишки с береговых ул…
Барон Элеонор Варгас – уставший от жизни больной старик, вынужденный коротать последние дни своей жалкой, распутной жизни в одиночестве, в пустом замке. Он находит одну древнюю, очень редкую книгу и, следуя содержащейся в ней инструкции, впоследствии…
Барон Элеонор Варгас – уставший от жизни больной старик, вынужденный коротать последние дни своей жалкой, распутной жизни в одиночестве, в пустом замке. Он находит одну древнюю, очень редкую книгу и, следуя содержащейся в ней инструкции, впоследствии…
Когда материал переполняет меня, я боюсь потерять его, и нужно немедленно положить пальцы на клавиатуру, а иначе…
Иначе какой-нибудь посторонний сигнал перебьет мысль, и она потеряется в недрах того, что именуется головой…
Правда, «мое китайское чу…
Когда материал переполняет меня, я боюсь потерять его, и нужно немедленно положить пальцы на клавиатуру, а иначе…
Иначе какой-нибудь посторонний сигнал перебьет мысль, и она потеряется в недрах того, что именуется головой…
Правда, «мое китайское чу…
«Целый день и целую ночь падали хлопья снега. Крыши домов стали одинаково белыми, как листы в новой тетрадке для рисования. На карнизах лежали пушистые воротники. Тополя согнули ветки под снежным грузом. На столбиках палисадников, на покинутых скворе…
«Целый день и целую ночь падали хлопья снега. Крыши домов стали одинаково белыми, как листы в новой тетрадке для рисования. На карнизах лежали пушистые воротники. Тополя согнули ветки под снежным грузом. На столбиках палисадников, на покинутых скворе…
Совсем небольшой рассказ об обычном человеке. Обо мне и, возможно, о Вас.
Совсем небольшой рассказ об обычном человеке. Обо мне и, возможно, о Вас.
«На дворне и на деревне долго не верили, будто идет какая-то комета…»
«На дворне и на деревне долго не верили, будто идет какая-то комета…»
Где только они не были: на пиратских шхунах, сражаясь на стороне добра; в лилово-розовых и плюшевых мирах мягких игрушек; в космических путешествиях и галактических войнах; в глубоких золотых шахтах с огнедышащими драконами; в страшных подворотнях, д…
Где только они не были: на пиратских шхунах, сражаясь на стороне добра; в лилово-розовых и плюшевых мирах мягких игрушек; в космических путешествиях и галактических войнах; в глубоких золотых шахтах с огнедышащими драконами; в страшных подворотнях, д…
«Красное море встречает нас дурными знамениями.
Вчера на закате дул хамсин. Слева, в пыльной, красной мгле, садилось болезненно и тускло блестящее солнце. Справа эта мгла была сумрачнее. Там темнели очертания Джебель-Таира. И оттуда, со стороны Арави…
«Красное море встречает нас дурными знамениями.
Вчера на закате дул хамсин. Слева, в пыльной, красной мгле, садилось болезненно и тускло блестящее солнце. Справа эта мгла была сумрачнее. Там темнели очертания Джебель-Таира. И оттуда, со стороны Арави…
Вильям живёт в Селбридже, тихом провинциальном городке Ирландии. Очарованный великолепием Дублина, куда они с другом приехали погулять, юноша осознает серость своего прежнего существования. Парень видит как большой город рождает в людях тысячи страст…
Вильям живёт в Селбридже, тихом провинциальном городке Ирландии. Очарованный великолепием Дублина, куда они с другом приехали погулять, юноша осознает серость своего прежнего существования. Парень видит как большой город рождает в людях тысячи страст…
«– Дальше так не может продолжаться, – грозно сказала Инна Павловна и стукнула указкой по классному журналу. Указка щёлкнула, словно хлыст дрессировщика. – Казаков, встань, когда о тебе говорят! Я обращаюсь к нашему классному активу: до каких пор мы …
«– Дальше так не может продолжаться, – грозно сказала Инна Павловна и стукнула указкой по классному журналу. Указка щёлкнула, словно хлыст дрессировщика. – Казаков, встань, когда о тебе говорят! Я обращаюсь к нашему классному активу: до каких пор мы …
История про мальчика и собаку, про дружбу, которая помогает преодолеть трудности и добиться успеха. Победа приятна всегда, а честная победа, да ещё на двоих с другом – усиливается многократно. И пусть один не вполне здоров, а у другого нет родословно…
История про мальчика и собаку, про дружбу, которая помогает преодолеть трудности и добиться успеха. Победа приятна всегда, а честная победа, да ещё на двоих с другом – усиливается многократно. И пусть один не вполне здоров, а у другого нет родословно…





















