практическая психология
«Мне просто повезло». «Там было несложно». «Это заслуга команды».
Если вы объясняете свои успехи чем угодно, кроме собственной работы,
а неудачи — исключительно собой, у этого есть название: синдром самозванца.
И это не скромность и не низкая самооце…
«Мне просто повезло». «Там было несложно». «Это заслуга команды».
Если вы объясняете свои успехи чем угодно, кроме собственной работы,
а неудачи — исключительно собой, у этого есть название: синдром самозванца.
И это не скромность и не низкая самооце…
Трещина ещё не обрушение, усталость ещё не отказ, странная цифра ещё не провал. Именно поэтому разум продолжает спать, пока последствия уже собираются в цепь. Эта книга учит видеть опасность заранее, а в устройстве системы: в накопленных ошибках, лож…
Трещина ещё не обрушение, усталость ещё не отказ, странная цифра ещё не провал. Именно поэтому разум продолжает спать, пока последствия уже собираются в цепь. Эта книга учит видеть опасность заранее, а в устройстве системы: в накопленных ошибках, лож…
Вы устали быть «хорошим парнем», который получает отказ за отказом? Пора узнать правду: женское внимание не заслуживают — его завоёвывают. Эта книга — не про дешёвые манипуляции и пошлость. Это системный, глубокий разбор психологии общения, скрытого …
Вы устали быть «хорошим парнем», который получает отказ за отказом? Пора узнать правду: женское внимание не заслуживают — его завоёвывают. Эта книга — не про дешёвые манипуляции и пошлость. Это системный, глубокий разбор психологии общения, скрытого …
Человек взрослеет телом гораздо раньше, чем внутренним устройством. За одним столом в нём продолжают спорить испуганный Ребёнок, назидательный Родитель и Взрослый, которому редко дают слово. Так рождаются обиды, спасательство, контроль, жажда одобрен…
Человек взрослеет телом гораздо раньше, чем внутренним устройством. За одним столом в нём продолжают спорить испуганный Ребёнок, назидательный Родитель и Взрослый, которому редко дают слово. Так рождаются обиды, спасательство, контроль, жажда одобрен…
Куда опаснее ошибка, вооружённая логикой. Она говорит: я уже понял, что человек имел в виду; я знаю, почему это произошло; я вижу, чем всё кончится. Двадцать пять глав работают как зеркало для таких уверенных заблуждений: чтение мыслей, драматизация,…
Куда опаснее ошибка, вооружённая логикой. Она говорит: я уже понял, что человек имел в виду; я знаю, почему это произошло; я вижу, чем всё кончится. Двадцать пять глав работают как зеркало для таких уверенных заблуждений: чтение мыслей, драматизация,…
Человек часто называет характером то, что на самом деле всего лишь старая запись, слишком долго крутившаяся в голове.
«Подожди». «Не начинай». «Ты опять не справишься». «Сначала стань увереннее». Эти мысли звучат знакомо, а потому кажутся правдой. Та…
Человек часто называет характером то, что на самом деле всего лишь старая запись, слишком долго крутившаяся в голове.
«Подожди». «Не начинай». «Ты опять не справишься». «Сначала стань увереннее». Эти мысли звучат знакомо, а потому кажутся правдой. Та…
Мы уступаем из страха потерять отношения, нападаем из страха потерять себя и называем это характером. Между тем существует третья сила: говорить ясно, не превращая правду в оружие.
Эта книга о трудных разговорах, конфликтах, просьбах, уступках, грани…
Мы уступаем из страха потерять отношения, нападаем из страха потерять себя и называем это характером. Между тем существует третья сила: говорить ясно, не превращая правду в оружие.
Эта книга о трудных разговорах, конфликтах, просьбах, уступках, грани…
Эта книга — не про пикап и не про манипуляции. Это увлекательное погружение в нейробиологию любви, упакованное в живые истории, психологические приёмы и тонкий юмор. Вы узнаете, как работает дофамин, серотонин и окситоцин, и как использовать эти знан…
Эта книга — не про пикап и не про манипуляции. Это увлекательное погружение в нейробиологию любви, упакованное в живые истории, психологические приёмы и тонкий юмор. Вы узнаете, как работает дофамин, серотонин и окситоцин, и как использовать эти знан…
Смерть забирает одного человека, но способна расстроить жизнь всех, кто остается за столом.
Вместе с умершим исчезает не только голос. Меняются роли, деньги, обязанности, отношения с детьми, привычный распорядок, вера, близость и даже право каждого с…
Смерть забирает одного человека, но способна расстроить жизнь всех, кто остается за столом.
Вместе с умершим исчезает не только голос. Меняются роли, деньги, обязанности, отношения с детьми, привычный распорядок, вера, близость и даже право каждого с…
Эта книга — не про то, как понравиться женщине или «правильно» за ней ухаживать. Она про то, как стать мужчиной, в чьих глазах она увидит себя по-настоящему — свободной, сильной, желанной. Вы научитесь работать со своим внутренним состоянием, использ…
Эта книга — не про то, как понравиться женщине или «правильно» за ней ухаживать. Она про то, как стать мужчиной, в чьих глазах она увидит себя по-настоящему — свободной, сильной, желанной. Вы научитесь работать со своим внутренним состоянием, использ…
Уверенность является любимой взяткой страха: он обещает выдать ее сразу после того, как исчезнет риск. Поэтому некоторые идеи умирают без единой ошибки. Их просто слишком хорошо берегли от реальности.
Эта книга начинается там, где заканчивается краси…
Уверенность является любимой взяткой страха: он обещает выдать ее сразу после того, как исчезнет риск. Поэтому некоторые идеи умирают без единой ошибки. Их просто слишком хорошо берегли от реальности.
Эта книга начинается там, где заканчивается краси…
Ум обладает отвратительной привилегией: он способен причинить человеку одну и ту же беду сотни раз, хотя в действительности она случилась только однажды. Или вообще еще не случилась.
Вы перечитываете сообщение, репетируете разговор, вспоминаете ошибк…
Ум обладает отвратительной привилегией: он способен причинить человеку одну и ту же беду сотни раз, хотя в действительности она случилась только однажды. Или вообще еще не случилась.
Вы перечитываете сообщение, репетируете разговор, вспоминаете ошибк…
Свободный час есть. Задача понятна. И вы не делаете.
Вместо этого — почта, порядок на столе, чайник во второй раз за полчаса.
К вечеру задача не сдвинулась, зато появилось знакомое чувство вины.
Завтра всё повторится.
Дело не в лени и не в слабой вол…
Свободный час есть. Задача понятна. И вы не делаете.
Вместо этого — почта, порядок на столе, чайник во второй раз за полчаса.
К вечеру задача не сдвинулась, зато появилось знакомое чувство вины.
Завтра всё повторится.
Дело не в лени и не в слабой вол…
Ожидать уверенности перед действием почти так же разумно, как ждать хорошей физической формы перед первой тренировкой.
Мы привыкли считать уверенность причиной поступка. Книга показывает более полезную связь: действие само производит доказательства, …
Ожидать уверенности перед действием почти так же разумно, как ждать хорошей физической формы перед первой тренировкой.
Мы привыкли считать уверенность причиной поступка. Книга показывает более полезную связь: действие само производит доказательства, …
Эта книга — не про «забыть и страдать». Это пошаговая система психологического переформатирования, которая превращает разрыв в трамплин. Вы научитесь выселять призрака бывшей из головы, удалять цифровые якоря и проводить ритуалы очистки. Вы поймёте, …
Эта книга — не про «забыть и страдать». Это пошаговая система психологического переформатирования, которая превращает разрыв в трамплин. Вы научитесь выселять призрака бывшей из головы, удалять цифровые якоря и проводить ритуалы очистки. Вы поймёте, …
Власть погибает не тогда, когда ей недостаёт силы, а когда правитель перестаёт понимать людей, время и меру. Древнекитайские тексты здесь говорят о добродетели, авторитете, доверии, выборе талантов, убеждении, скрытой стратегии, гибкости и расчёте. Э…
Власть погибает не тогда, когда ей недостаёт силы, а когда правитель перестаёт понимать людей, время и меру. Древнекитайские тексты здесь говорят о добродетели, авторитете, доверии, выборе талантов, убеждении, скрытой стратегии, гибкости и расчёте. Э…
Смерть делает совет честнее. После диагноза «рак» отец пишет сыну письма на будущее: о здоровье, чтении, внимании, боли, любви, семье, детях, деньгах, искусственном интеллекте, сознании и смысле жизни. Здесь нет единой доктрины, зато есть редкая инто…
Смерть делает совет честнее. После диагноза «рак» отец пишет сыну письма на будущее: о здоровье, чтении, внимании, боли, любви, семье, детях, деньгах, искусственном интеллекте, сознании и смысле жизни. Здесь нет единой доктрины, зато есть редкая инто…
Человек страдает не только от мира, но и от тесноты собственного взгляда. Эта необычная практика соединяет буддийские образы огромных чисел, дыхание, визуализацию масштаба и упражнения на внимание: от пылинки до безграничного пространства и обратно, …
Человек страдает не только от мира, но и от тесноты собственного взгляда. Эта необычная практика соединяет буддийские образы огромных чисел, дыхание, визуализацию масштаба и упражнения на внимание: от пылинки до безграничного пространства и обратно, …
Ум дан человеку для решения задач, но с удивительной охотой становится фабрикой страданий. Один не отвеченный месседж превращается в приговор, один разговор проигрывается двадцать раз, а подготовка к простому действию съедает само действие. Эта книга…
Ум дан человеку для решения задач, но с удивительной охотой становится фабрикой страданий. Один не отвеченный месседж превращается в приговор, один разговор проигрывается двадцать раз, а подготовка к простому действию съедает само действие. Эта книга…
После сорока человек начинает понимать неприятную арифметику: вещей, обязательств и знакомств становится больше, а жизни не прибавляется. Эта книга предлагает не новый список целей, а искусство вычитания. Убрать ложные стремления, информационный шум,…
После сорока человек начинает понимать неприятную арифметику: вещей, обязательств и знакомств становится больше, а жизни не прибавляется. Эта книга предлагает не новый список целей, а искусство вычитания. Убрать ложные стремления, информационный шум,…





















