классическая проза

Анна не была в родном городе десять лет. И вот — снова здесь, в доме с синими ставнями, разбирает вещи покойной матери. В старой шкатулке — дневник, о существовании которого она не подозревала. История любви, от которой мать отказалась когда-то ради …

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Каждое утро Артур сверяет свою жизнь с записями в черном б…

Четвёртая книга «Истории Нью-Йорка» — самая шумная и суетливая в серии. На смену сомневающемуся Воутеру Ван Твиллеру приходит Вильгельм Кифт, прозванный Вспыльчивым, — маленький, сухой, с огненными глазами и вечно раздражённым видом. Его правление — …

Когда начинается пожар, человек думает только об одном — как выбраться. Пожарный думает о другом: кто остался внутри? Он надевает форму, берёт дыхательный аппарат и идёт туда, откуда остальные пытаются убежать. За каждой сиреной — чей-то страх. За ка…

Это короткая миниатюра из цикла малой психологической прозы. Текст написан автором, имеющим опыт работы по реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей. Именно поэтому история лишена внешних оценок и сказочных упрощений — только честное пог…

Арина знает, как выглядит счастливая жизнь: каждый день видит её в чужих сторис. В своей — в двадцать шесть она снова живёт у родителей, работает не по специальности и ждёт сообщений от женатого мужчины. Бывший не принимает расставание. А коллега Рит…

В Махачкалу приезжает иностранец в сером пальто, с чёрным пуделем и свитой. На Родопском бульваре он объясняет редактору толстого журнала, что тому отрежут голову завтра в одиннадцать сорок, и называет причину: масло, разлитое час назад у ворот Второ…

Золотая лягушка - это волшебный мир сказок созданный специально для юных читателей. Книга учить верить в лучщее , быть милосердными и помогать окружюющим.

Это - моя третья публикация, рукопись, переписанная на английском языке. This is my third publication and the text of it was rewritten in English by me. Это - текст затихающей истерики, всхлипывающий и получивший в жизни свой собственный путь. This …

Золотая лягушка - это волшебный мир сказок созданный специально для юных читателей. Книга учить верить в лучщее , быть милосердными и помогать окружюющим.

17-летняя Лена из маленького горного городка мечтает стать художницей. Однажды она находит дневник девушки Эмилии, жившей сто лет назад, чья трагическая история вдохновляет Лену бороться за свои мечты и свободу самовыражения. Создав творческое объеди…

Было три друга. Они дружили, спорили до хрипоты и обсуждали новые идеи на тесной кухне под водочку и соленую капусту. Пришло время — безжалостное, перемалывающее судьбы равнодушными шестернями эпохи. Оно забрало всех: одного унес инфаркт прямо во вре…

Убить кого-то метафорически не страшно. Тем более когда этот акт свершается во благо. Вот он, ждёт тебя с распростёртыми объятиями, улыбнись ему, залезь под кожу. Скажи, что вы похожи, что ты его понимаешь, что тебе можно доверять. Залей его душу сча…

В беспечные и обустроенные будни молодого дипломата Джорджо Ла Ферлиты вносит смятение встреча с очаровательной и загадочной русской графиней. Джорджо и графиня настолько противоположны друг другу и настолько дополняют один другую, что, казалось бы, …

Пятая книга «Истории Нью-Йорка» представляет самого колоритного героя саги — Питера Стёйвесанта, прозванного Твердоголовым. Высокий, костистый, с львиной осанкой и деревянной ногой, украшенной серебром, он берётся спасти гибнущую провинцию. Не читая …

В мире, одержимом данными и алгоритмами, где успех измеряется эффективностью логических цепочек, легко забыть о том, что делает нас людьми. Эта книга — глубокое исследование границ рациональности. Главный герой на собственном опыте доказывает: у сам…

«Антоновка» – роман Татьяны Грачевой, жанр современный любовный роман, семейная сага, современная русская литература. Многоликий Живой сад благоухает и дарит воспоминания. Вдохни, поймай! Чувствуешь? Тягучая нежность, едкая зависть и топкая страсть: …

Что, если однажды Родион Раскольников поймет, что существует внутри романа? На втором году каторги он начинает замечать странности собственной памяти: одни дни сохранились до мельчайших подробностей, другие словно никогда не существовали. Постепенно …

Лука Морич горел уже один раз — под Гао, в Мали, где бронемашину его взвода разнесло фугасом, а в голени навсегда осталась титановая пластина. После двенадцати лет во Французском Иностранном легионе и медицинского списания он нашёл единственное место…

Флоренция, подвал старого палаццо. Пьетро Ваньи — лучший танатопрактик Тосканы: его руки возвращают достоинство мёртвым лицам аристократов, кардиналов, политиков. Раз в год институт судебной медицины уступает ему одно из невостребованных тел для рест…