исторические любовные романы
Мрачный исторический роман о Дарье Салтыковой, чьё имя стало синонимом бесчеловечной жестокости. За фасадом благочестия и щедрости московской барыни скрывалась тирания: под её властью гибли крепостные, а страх и молчание годами хранили эту тайну. Ист…
Мрачный исторический роман о Дарье Салтыковой, чьё имя стало синонимом бесчеловечной жестокости. За фасадом благочестия и щедрости московской барыни скрывалась тирания: под её властью гибли крепостные, а страх и молчание годами хранили эту тайну. Ист…
Она — жена хозяина. Он — его раб. Любовь между ними может стоить обоим жизни.
Элизабет верила, что выходит замуж за человека, которого любит. Но за безупречными манерами плантатора Джеймса Фаулера скрывается жестокий тиран, а роскошное поместье в Джо…
Она — жена хозяина. Он — его раб. Любовь между ними может стоить обоим жизни.
Элизабет верила, что выходит замуж за человека, которого любит. Но за безупречными манерами плантатора Джеймса Фаулера скрывается жестокий тиран, а роскошное поместье в Джо…
В цикле глав показана история двух женщин, связанных с Наполеоном, — его матери Летиции и бывшей жены Жозефины. На фоне взлётов и падений империи они поразному, но одинаково самоотверженно оберегали семью: Летиция — жёсткой опорой, расчётом и непрекл…
В цикле глав показана история двух женщин, связанных с Наполеоном, — его матери Летиции и бывшей жены Жозефины. На фоне взлётов и падений империи они поразному, но одинаково самоотверженно оберегали семью: Летиция — жёсткой опорой, расчётом и непрекл…
Опасный пленник. Тихая служанка, которую никто не замечает. Кровавый герб, за которым скрыли чужое предательство. И город, который можно спасти только руками человека, приговорённого как чудовище.
Аньезе служит в богатом доме и привыкла быть невидимо…
Опасный пленник. Тихая служанка, которую никто не замечает. Кровавый герб, за которым скрыли чужое предательство. И город, который можно спасти только руками человека, приговорённого как чудовище.
Аньезе служит в богатом доме и привыкла быть невидимо…
Хальвард отдал всё, чтобы я стала свободной, но теперь, когда ему предлагают землю, власть и дружину, я должна решить: смогу ли построить очаг рядом с Северным Волком — и не позволить ему стать тем, кто снова решает чужие судьбы силой.
Я больше не пл…
Хальвард отдал всё, чтобы я стала свободной, но теперь, когда ему предлагают землю, власть и дружину, я должна решить: смогу ли построить очаг рядом с Северным Волком — и не позволить ему стать тем, кто снова решает чужие судьбы силой.
Я больше не пл…
Он привык держать всё под контролем, выстроив безопасную дистанцию от любых чувств. Она — его полная противоположность: открытый огонь и вера в близость без гарантий.
Разница в возрасте и километры расстояния лишь обостряют их вечную войну принципов.…
Он привык держать всё под контролем, выстроив безопасную дистанцию от любых чувств. Она — его полная противоположность: открытый огонь и вера в близость без гарантий.
Разница в возрасте и километры расстояния лишь обостряют их вечную войну принципов.…
Однажды ночью в окно Ливии Бенчи забирается раненый мужчина в тёмном плаще.
Он требует молчать, прячет в подкладке шёлковой ткани письмо и исчезает до рассвета, оставив после себя кровь на подоконнике и золотую монету, которую Ливия не собирается при…
Однажды ночью в окно Ливии Бенчи забирается раненый мужчина в тёмном плаще.
Он требует молчать, прячет в подкладке шёлковой ткани письмо и исчезает до рассвета, оставив после себя кровь на подоконнике и золотую монету, которую Ливия не собирается при…
Весной, когда северяне поднялись по Сене и пришли к стенам нашего монастыря, я считала, что самое страшное уже случилось. Огонь пожирал часовню, на камнях лежали мёртвые, а люди, которых мы называли язычниками, делили добычу.
Продолжение здесь: -
Мен…
Весной, когда северяне поднялись по Сене и пришли к стенам нашего монастыря, я считала, что самое страшное уже случилось. Огонь пожирал часовню, на камнях лежали мёртвые, а люди, которых мы называли язычниками, делили добычу.
Продолжение здесь: -
Мен…
"Голос эпохи" — проникновенный историко-драматический роман о Марии Романовой, великой оперной певице, чья судьба сплелась с бурной музыкой XX века. От ленинградского детства и первых музыкальных прозрений до блокадных дней и великих сцен Европы — жи…
"Голос эпохи" — проникновенный историко-драматический роман о Марии Романовой, великой оперной певице, чья судьба сплелась с бурной музыкой XX века. От ленинградского детства и первых музыкальных прозрений до блокадных дней и великих сцен Европы — жи…
Брат и сестра, Робин и Пруденс, втянуты в опасную игру своим сумасбродным отцом, который пообещал им богатство и почести. Избегая разоблачения, они меняют не только имена, но и облик: сестра – высокая и статная – становится Питером, а не слишком круп…
Брат и сестра, Робин и Пруденс, втянуты в опасную игру своим сумасбродным отцом, который пообещал им богатство и почести. Избегая разоблачения, они меняют не только имена, но и облик: сестра – высокая и статная – становится Питером, а не слишком круп…
Она пришла в Чосон нищей девчонкой — и стала легендой.
1903 год. Тринадцатилетняя Дафна Аддингтон теряет отца и бежит из Англии, спасаясь от публичного дома. Миссионеры берут её с собой в далёкий Чосон. Там она находит новую родину. Открывает школу а…
Она пришла в Чосон нищей девчонкой — и стала легендой.
1903 год. Тринадцатилетняя Дафна Аддингтон теряет отца и бежит из Англии, спасаясь от публичного дома. Миссионеры берут её с собой в далёкий Чосон. Там она находит новую родину. Открывает школу а…
Пытаясь спасти сестру от вынужденного замужества с нелюбимым человеком, Бианка Тейт занимает ее место у алтаря. Известному повесе Максимилиану Сент-Джеймсу по большому счету все равно, кого из сестер брать в жены, – до тех пор, пока в комплекте с дев…
Пытаясь спасти сестру от вынужденного замужества с нелюбимым человеком, Бианка Тейт занимает ее место у алтаря. Известному повесе Максимилиану Сент-Джеймсу по большому счету все равно, кого из сестер брать в жены, – до тех пор, пока в комплекте с дев…
Она моет полы в Нью-Йорке, чтобы не сойти с ума. В её голове — две тысячи лет воспоминаний. Она помнит Клеопатру, Марка Аврелия и Антония, который проиграл всё, кроме любви. Она не ищет славы. Она просто ждёт, когда кто-то посмотрит на неё не как на …
Она моет полы в Нью-Йорке, чтобы не сойти с ума. В её голове — две тысячи лет воспоминаний. Она помнит Клеопатру, Марка Аврелия и Антония, который проиграл всё, кроме любви. Она не ищет славы. Она просто ждёт, когда кто-то посмотрит на неё не как на …
Жизнь Алины рушится в один миг: банальное смс о расставании от жениха Вадима оказывается лишь началом смертельно опасной игры. Выясняется, что девушка стала пешкой в руках криминального синдиката — жених повесил на неё миллионные долги и фиктивные фи…
Жизнь Алины рушится в один миг: банальное смс о расставании от жениха Вадима оказывается лишь началом смертельно опасной игры. Выясняется, что девушка стала пешкой в руках криминального синдиката — жених повесил на неё миллионные долги и фиктивные фи…
— Подите вон отсюда, распутница!
— Не смейте трогать меня!
Он смотрел на нее так, словно ненавидел всей душой.
А ведь когда-то любил.
— Вам лучше покинуть город, госпожа Санвитале.
— Или что?
___________________
Марина - современная женщина, руковод…
— Подите вон отсюда, распутница!
— Не смейте трогать меня!
Он смотрел на нее так, словно ненавидел всей душой.
А ведь когда-то любил.
— Вам лучше покинуть город, госпожа Санвитале.
— Или что?
___________________
Марина - современная женщина, руковод…
В мегаполисеулье, где власть измеряется масштабом разрушений, а судьбы миллионов зависят от холодного расчёта одного человека, сталкиваются два мира. Оптима — наследник династии, чья тень ложится на кварталы, привык повелевать и не знать сомнений. На…
В мегаполисеулье, где власть измеряется масштабом разрушений, а судьбы миллионов зависят от холодного расчёта одного человека, сталкиваются два мира. Оптима — наследник династии, чья тень ложится на кварталы, привык повелевать и не знать сомнений. На…
Аризона, 1880 год. Ред-Рок — жестокое место, где жизнь ковбоя не стоит и цента. Но именно здесь, среди пыли и порохового дыма, вспыхивает чистая любовь между нищим ковбоем Клайдом и дочерью сурового проповедника Мэри. Их счастью угрожает местный магн…
Аризона, 1880 год. Ред-Рок — жестокое место, где жизнь ковбоя не стоит и цента. Но именно здесь, среди пыли и порохового дыма, вспыхивает чистая любовь между нищим ковбоем Клайдом и дочерью сурового проповедника Мэри. Их счастью угрожает местный магн…
Когда нужно перестать играть? Или когда роман превращается в личностную трагедию и разрушает тебя, но сам то ты этого не видишь. Любовь, метель, сумасшествие, поиск себя ...
Когда нужно перестать играть? Или когда роман превращается в личностную трагедию и разрушает тебя, но сам то ты этого не видишь. Любовь, метель, сумасшествие, поиск себя ...
— Подите вон отсюда, распутница!
— Не смейте трогать меня!
Он смотрел на нее так, словно ненавидел всей душой.
А ведь когда-то любил.
— Вам лучше покинуть город, госпожа Санвитале.
— Или что?
___________________
Марина - современная женщина, руковод…
— Подите вон отсюда, распутница!
— Не смейте трогать меня!
Он смотрел на нее так, словно ненавидел всей душой.
А ведь когда-то любил.
— Вам лучше покинуть город, госпожа Санвитале.
— Или что?
___________________
Марина - современная женщина, руковод…
Ольга из Лыбуты спасла князя Игоря от смерти, однако ценой стала свобода. Вернуться домой она уже не сможет — под ударом окажутся её близкие, а к тому же Вещий Олег желает силой выдавать её замуж за князя. Не то варяжская дружина продолжит роптать.
С…
Ольга из Лыбуты спасла князя Игоря от смерти, однако ценой стала свобода. Вернуться домой она уже не сможет — под ударом окажутся её близкие, а к тому же Вещий Олег желает силой выдавать её замуж за князя. Не то варяжская дружина продолжит роптать.
С…





















