литература 20 века
«Да, что такое в самом деле талант? И может ли глупец быть талантливым человеком?
Несомненно, может. Талант, по чьему-то (может быть, и моему собственному) выражению, часто похож на драгоценный груз, который судьба возложила на спину осла…»
«Да, что такое в самом деле талант? И может ли глупец быть талантливым человеком?
Несомненно, может. Талант, по чьему-то (может быть, и моему собственному) выражению, часто похож на драгоценный груз, который судьба возложила на спину осла…»
Стоит ли американская мечта утерянного человеческого счастья?
Последний роман великого Фицджеральда, опубликованный уже после его смерти. История о «золотом веке» Голливуда – той безвозвратно ушедшей эпохе, когда кинематограф еще был не бизнесом, а И…
Стоит ли американская мечта утерянного человеческого счастья?
Последний роман великого Фицджеральда, опубликованный уже после его смерти. История о «золотом веке» Голливуда – той безвозвратно ушедшей эпохе, когда кинематограф еще был не бизнесом, а И…
«Когда он приехал в родную усадьбу, была тёмная беззвёздная ночь. В доме все спали. У калитки дремал ночной сторож. По двору, привязанная на цепь, бегала большая лохматая собака, и железный блок визжал, пробегая по туго натянутой проволоке.
На окрик …
«Когда он приехал в родную усадьбу, была тёмная беззвёздная ночь. В доме все спали. У калитки дремал ночной сторож. По двору, привязанная на цепь, бегала большая лохматая собака, и железный блок визжал, пробегая по туго натянутой проволоке.
На окрик …
«Я зеркала полюбила с самых ранних лет. Я ребенком плакала и дрожала, заглядывая в их прозрачно-правдивую глубь. Моей любимой игрой в детстве было-ходить по комнатам или по саду, неся перед собой зеркало, глядя в его пропасть, каждым шагом переступая…
«Я зеркала полюбила с самых ранних лет. Я ребенком плакала и дрожала, заглядывая в их прозрачно-правдивую глубь. Моей любимой игрой в детстве было-ходить по комнатам или по саду, неся перед собой зеркало, глядя в его пропасть, каждым шагом переступая…
«Ворота закрылись.
Новичок, переходивший двор, бережно охранялся. Его окружал взвод солдат; привратник не выпускал револьвера из руки все время, пока опасный преступник находился в поле его зрения…»
«Ворота закрылись.
Новичок, переходивший двор, бережно охранялся. Его окружал взвод солдат; привратник не выпускал револьвера из руки все время, пока опасный преступник находился в поле его зрения…»
Первый англоязычный роман Набокова. История братьев – загадочно погибшего и живого. Чтобы понять кем же был Севастьян Найт и был ли вообще его сводному брату В. придется проделать огромную исследовательскую работу.
“Истинная жизнь Севастьяна Найта” …
Первый англоязычный роман Набокова. История братьев – загадочно погибшего и живого. Чтобы понять кем же был Севастьян Найт и был ли вообще его сводному брату В. придется проделать огромную исследовательскую работу.
“Истинная жизнь Севастьяна Найта” …
The first narrative in the collection is «The Prussian Officer», which tells of a Captain and his orderly. Having wasted his youth gambling, the captain has been left with only his military career, and though he has taken on mistresses throughout his…
The first narrative in the collection is «The Prussian Officer», which tells of a Captain and his orderly. Having wasted his youth gambling, the captain has been left with only his military career, and though he has taken on mistresses throughout his…
«На скамье сидела компания: девушка, молодой человек и некий ученый старик. Было летнее утро. Над ними стояло могучее дерево с дуплом. Из дупла легко веяло затхлостью. Старик вспомнил детские проникновения в погреб.
Молодой человек сказал:
– Я сегодн…
«На скамье сидела компания: девушка, молодой человек и некий ученый старик. Было летнее утро. Над ними стояло могучее дерево с дуплом. Из дупла легко веяло затхлостью. Старик вспомнил детские проникновения в погреб.
Молодой человек сказал:
– Я сегодн…
Лауреат Нобелевской премии Джон Голсуорси хорошо известен в нашей стране как автор знаменитой «Саги о Форсайтах». Однако его перу принадлежат не менее замечательные новеллы, рассказы и маленькие повести, проникнутые юмором, мягкой лиричностью и роман…
Лауреат Нобелевской премии Джон Голсуорси хорошо известен в нашей стране как автор знаменитой «Саги о Форсайтах». Однако его перу принадлежат не менее замечательные новеллы, рассказы и маленькие повести, проникнутые юмором, мягкой лиричностью и роман…
«…Сил никаких моих нету. Наменял на штрафы мелочи и поехал на „А“, шесть кругов проездил – кондукторша пристала: „Куда вы, гражданин, едете?“ – „К чертовой матери, – говорю, – еду“. В сам деле, куды еду? Никуды. В половину первого в парк поехали. В п…
«…Сил никаких моих нету. Наменял на штрафы мелочи и поехал на „А“, шесть кругов проездил – кондукторша пристала: „Куда вы, гражданин, едете?“ – „К чертовой матери, – говорю, – еду“. В сам деле, куды еду? Никуды. В половину первого в парк поехали. В п…
…Самые невероятные вещи происходят в Москве 30-х годов. Берлиоз – председатель правления литературной ассоциации МАССОЛИТ – и Иван Бездомный – молодой поэт – в один из знойных весенних вечеров спорят на тему, жил ли на самом деле Иисус. Неожиданно в …
…Самые невероятные вещи происходят в Москве 30-х годов. Берлиоз – председатель правления литературной ассоциации МАССОЛИТ – и Иван Бездомный – молодой поэт – в один из знойных весенних вечеров спорят на тему, жил ли на самом деле Иисус. Неожиданно в …
«Мастерская лудильщика в подвале. К двери, ведущей на улицу, восемь ступенек. Другая дверь ведет в спальню, а третья, налево, во двор. Два оконца ниже уровня земли. Небольшой горн, наковальня, несколько старых самоваров и кастрюль; жестянки, котлы, л…
«Мастерская лудильщика в подвале. К двери, ведущей на улицу, восемь ступенек. Другая дверь ведет в спальню, а третья, налево, во двор. Два оконца ниже уровня земли. Небольшой горн, наковальня, несколько старых самоваров и кастрюль; жестянки, котлы, л…
«Кому что, а нашему батальонному первое дело – тиатры крутить. Как из году в год повелось, благословил полковой командир на Масленую представлять. Прочих солдат завидки берут, а у нас в первом батальоне лафа. Потому батальонный, подполковник Снегирев…
«Кому что, а нашему батальонному первое дело – тиатры крутить. Как из году в год повелось, благословил полковой командир на Масленую представлять. Прочих солдат завидки берут, а у нас в первом батальоне лафа. Потому батальонный, подполковник Снегирев…
У человечества на протяжении тысячелетий не меняются два главных мотива. Это деньги и власть. Нежное, романтичное название романов о финансовых махинациях – «Трилогия желания» – говорит о том, что Теодор Драйзер прекрасно понимал природу страстей чел…
У человечества на протяжении тысячелетий не меняются два главных мотива. Это деньги и власть. Нежное, романтичное название романов о финансовых махинациях – «Трилогия желания» – говорит о том, что Теодор Драйзер прекрасно понимал природу страстей чел…
«Щаповаловский сход волнуется… Разгоряченные крики, наполняющие душную сборную избу, все растут и сливаются в упорный гул. Даже бородатые старики, всегда молчавшие, теперь жмутся плотной стеной к столу, протискиваются вперед плечами и локтями и с над…
«Щаповаловский сход волнуется… Разгоряченные крики, наполняющие душную сборную избу, все растут и сливаются в упорный гул. Даже бородатые старики, всегда молчавшие, теперь жмутся плотной стеной к столу, протискиваются вперед плечами и локтями и с над…
«Может быть, прочтя заглавие этой книги, какой-нибудь сердобольный читатель, не разобрав дела, сразу и раскудахчется, как курица:
– Ах, ах! Какой бессердечный, жестоковыйный молодой человек – этот Аркадий Аверченко!! Взял да и воткнул в спину революц…
«Может быть, прочтя заглавие этой книги, какой-нибудь сердобольный читатель, не разобрав дела, сразу и раскудахчется, как курица:
– Ах, ах! Какой бессердечный, жестоковыйный молодой человек – этот Аркадий Аверченко!! Взял да и воткнул в спину революц…
«Вечерело; шторм снизил давление, но волны еще не вернули тот свой живописный вид, какой настраивает нас покровительственно в отношении к морской стихии, когда, лежа на берегу, смотрим в их зеленую глубину.
Меж этими страшными и крутыми массами черно…
«Вечерело; шторм снизил давление, но волны еще не вернули тот свой живописный вид, какой настраивает нас покровительственно в отношении к морской стихии, когда, лежа на берегу, смотрим в их зеленую глубину.
Меж этими страшными и крутыми массами черно…
Аркадий Аверченко – «король смеха», как называли его современники, – обладал удивительной способностью воссоздавать абсурдность жизни российского обывателя, с легкостью изобретая остроумные сюжеты и создавая массу смешных положений, диалогов и импров…
Аркадий Аверченко – «король смеха», как называли его современники, – обладал удивительной способностью воссоздавать абсурдность жизни российского обывателя, с легкостью изобретая остроумные сюжеты и создавая массу смешных положений, диалогов и импров…
Настоящая книга поистине уникальна – это самый первый сборник Брэдбери, с тех пор фактически не переиздававшийся, не доступный больше нигде в мире и ни на каком языке уже несколько десятков лет! Отдельные рассказы из «Темного карнавала» (в том числе …
Настоящая книга поистине уникальна – это самый первый сборник Брэдбери, с тех пор фактически не переиздававшийся, не доступный больше нигде в мире и ни на каком языке уже несколько десятков лет! Отдельные рассказы из «Темного карнавала» (в том числе …
«Хорошо в августовские дни среди полей впивать ароматную сытость созревших хлебов. Золотыми шатрами грудятся скирды вдоль дороги. Поблескивают посевы подсолнечников в зыбком мареве погожего дня. На высоких и сухих местах спешно заканчивается уборка п…
«Хорошо в августовские дни среди полей впивать ароматную сытость созревших хлебов. Золотыми шатрами грудятся скирды вдоль дороги. Поблескивают посевы подсолнечников в зыбком мареве погожего дня. На высоких и сухих местах спешно заканчивается уборка п…