Познакомимся?

Ольга открыла глаза, как только прожевала кусочек мяса. Рука с вилкой уже сама двигалась, чтобы положить в рот следующий, как вдруг девушка замерла, заметив, как жадно мужчина наблюдает за ней. Он ещё не притронулся к своему блюду — вместо этого, подперев голову руками, внимательно следил за каждым движением девушки напротив.

— Что? — не выдержала она гнетущей исследовательской тишины.

— Как тебе мясо? — невозмутимо спросил Демьян, взяв наконец в руки столовые приборы. Он отрезал кусочек стейка, и по тарелке тут же растеклась кровь, смешанная с жиром.

— Мне кажется, это самое вкусное, что я пробовала в жизни! — Ольга сжала зубами ещё один кусочек мяса. — Рамки приличия мешают съесть его так, как хочется.

— А как хочется? — Демьян положил приборы на тарелку и, явно чего-то ожидая, посмотрел на девушку.

Та немного смутилась, перестала жевать, а затем кровожадно улыбнулась, что очень понравилось Демьяну.

— Прямо взять этот кусок руками, — ткнула она пальцем в мясо и продолжила шёпотом, — и грызть его, даже рот не вытирая!

— Ну так вперёд! — он тоже улыбнулся... животным оскалом.

— Ну конечно! — скривилась Ольга. — Чтобы ты первый решил, что я невоспитанная идиотка и от меня лучше держаться подальше. Потом ещё и окружающие непременно оценят моё поведение и много чего интересного скажут!

— Какая разница, что скажут окружающие? — искренне удивился мужчина. — Надо жить так, как хотят окружающие? По меньшей мере странно: из-за во-о-н той парочки ты лишаешь себя удовольствия? Чего ещё ты готова лишить себя ради комфорта окружающих? — он демонстративно и безразлично отрезал ещё один кусок стейка и замер. — Что касается моего отношения к тебе, не буду лукавить: мне очень нравится, что ты переживаешь о том, что я подумаю о тебе. Это хороший знак. Скажу честно, я ничего дурного не подумаю о человеке, наслаждающемся едой так, как ему нравится и хочется.

Он взял двумя пальцами только что отрезанный кусок мяса, отправил его в рот и нарочно громко причмокнул, облизывая пальцы.

Ольга, открыв рот, следила за ним. Действительно, почему она не может есть так, как хочется? Почему должна мучиться с этой вилкой в левой руке и ножом — в правой? Она же переученная левша! Резать и так неудобно, а тут ещё эта вилка, то и дело ёрзающая по тарелке с куском. Ещё чуть-чуть — и зубчики вилки пробьют мясо насквозь, и пространство наполнится мерзким звуком, рождённым от прикосновения металла к тарелке. Звуком, от которого буквально чувствуешь, как сворачиваются уши, закрываясь, словно лепестки цветов в преддверии опускающейся ночи, а челюсти так плотно сжимаются, что начинает отдавать в висках эхом.

— Потом только попробуй сказать, что я свинья! — тихо ответила Ольга и отложила приборы в сторону.

Взяв мясо руками, девушка принялась кусать его вокруг кости, быстро жуя и жадно глотая. Всё было так, как она мечтала: жирные пальцы, жирный подбородок, стекающий по нему мясной сок, почавкивание и причмокивание, осуждающие взгляды посетителей и улыбчивые официанты, заметившие, что люди с жиру бесятся — да пускай себе бесятся в своё животное удовольствие, заведению-то касса делается!

Демьян неторопливо жевал остывающий стейк и с откровенным наслаждением наблюдал за девушкой. Ведь и правда: зверёк! Худющий, будто не ел сто лет, потрёпанный тяжёлым зимним периодом... Ничего не замечает вокруг — знай себе грызёт свою пищу, полностью доверившись кормящей руке.

Без вилки и ножа Ольга справилась с мясом гораздо быстрее. На мгновение, едва закончив эту дикую трапезу, она даже подумала, что не наелась вовсе и с удовольствием заточила бы ещё один такой кусок. Хотя нет! Лучше — стейк с кровью, прямо как у Демьяна. Чисто для аудитории, чтобы они смотрели с ещё большим отвращением и непониманием: как так можно?!

— Ну как? — невозмутимо спросил Демьян, неспешно доедая мясо.

— Божественно! — Ольга вытерла рот и руки салфетками и вернулась к кофе.

— Рад слышать. Дашь свой номер телефона? — так же невозмутимо спросил он, аккуратно разрезая пополам оставшийся кусочек стейка.

Ольга замерла. До чего интересный вопрос! Конечно, ей хотелось крикнуть: «Да!» — сотни тысяч раз «да»! Красивый, притягательный, загадочный... При одном взгляде на Демьяна она ощущала целый спектр эмоций. Но сильнее всего её приковывала именно его загадочность. С детства Ольга любила загадки, головоломки и пазлы и с завидным упорством решала их — даже самые сложные, которые сжирали кучу времени и требовали предельной усидчивости. Демьян казался ей чертовски привлекательной головоломкой, которую непременно хотелось разгадать.

Но с другой стороны: разве правильно вот так давать номер, толком не зная человека и то, что он из себя представляет? Да и мыслишки о том, что этот мужчина — маньяк, пока далеко не уходили. Не опасно ли? И хотя девушка не ощущала тотальной угрозы, пара беспокойных молекул всё же вносила суету, то и дело ставя под сомнение все только что принятые решения.

— Зачем? — она решила попытаться узнать хотя бы его намерения, надеясь, что даже если он станет лгать, она сможет это распознать.

Демьян как раз закончил с ужином, отложил приборы в сторону и неспешно вытер губы — настолько по-графски, будто сидел за столом в кругу изысканных эстетов и гурманов семнадцатого века на приёме у самого короля. Весь такой вычурно манерный и чертовски загадочный!

— Я буду с тобой откровенен, — словно прочитав её мысли, сказал Демьян и пригубил ещё вина. — Ты мне понравилась. Я бы хотел продолжить наше общение. Ещё раз напомню: я не маньяк и никогда им не был. Мне не нравится делать с людьми что-либо против их желания.

— А как у человека может появиться желание быть убитым? — усмехнулась Ольга.

— М-м-м, — протянул он, опустил глаза и продемонстрировал уже знакомую, едва уловимую улыбку. — Желания людей неисповедимы, поверь мне. Я ответил на твой вопрос? — девушка кивнула, и Демьян продолжил, — если я тебе симпатичен, приятен и интересен, то у нас нет никаких препятствий для продолжения общения. Согласна?

— Ну да, — девушка снова кивнула.

— Тогда я записываю, — Демьян достал телефон и приготовился вносить цифры в память устройства.

— Ты же всё сам знаешь! — внезапно Ольга, не успев посоветоваться с самой собой, решила подразнить и слегка уколоть мужчину. — Как я выгляжу, как меня зовут... Номер сам назвать не сможешь?

Демьян поднял на неё взгляд исподлобья, отчего девушке стало не по себе. Она никак не ожидала такого взора — осаждающего, уничтожающего. Будто хищник, спрятавшийся в ближайших кустах, с предвкушением быстрой победы наблюдает за зайцем, беззаботно жующим клевер на полянке.

— Тестируешь меня? — мрачно спросил он тихим, но в то же время тяжёлым и глухим голосом, лишённым даже минимальных намёков на какие-либо эмоции. — У тебя ещё будут такие возможности, я неоднократно смогу предоставить их по твоему желанию. И цифры твои могу узнать сам. Но мне было бы приятнее, если бы ты сама продиктовала их сейчас своим нежным голосом.

Он улыбнулся, но улыбнулся так, что девушка чётко поняла: на самом деле ему совсем не хотелось улыбаться.

8

Середина учебной недели, а Ольга чувствовала, что уже невозможно устала, будто училась без передышки третьи сутки подряд. В журнале уже красовались две тройки — по физике и по социологии. Двойки по психологии ей едва удалось избежать, и то только потому, что Соня в нужную секунду шепнула правильный ответ. Это было удивительно и для Ольги, и для самой Сони, так как обе не слишком любили психологию, не понимали её и, в принципе, изучать не хотели. Но в отличие от подруги, Ольга хотела закрыть сессию без троек — не считая физики. Этот адский предмет для девушки просто не существовал. Однако с середины декабря всё пошло не по плану. Метко подмечено великими умами: хотите рассмешить Бога — расскажите Ему о своих планах.

С момента встречи с Демьяном прошло всего несколько дней, а девушке казалось, что миновала целая вечность. Уже целую вечность она его не видела! Небывалая тоска и неубиваемое желание снова встретиться заполнили собой каждую молекулу, каждый атом в её теле. Они растягивали их, словно надувшийся пузырь жевательной резинки: потом маленький прокол — и всё сдувалось, но дырочка тут же исчезала, и всё наполнялось вновь. Внутреннее беспокойство, выворачивающее своими импульсами душу наизнанку, буквально требовало встречи с этим мужчиной. Требовало снова увидеть его лицо и потрясающие, глубокие тёмные глаза. Услышать тяжёлый голос... Да, голос — просто звук. Но какой! От одного лишь его звучания Ольга морально растворялась по крупицам в этих волнах, ощущая сейсмические толчки внизу живота.

Но на этих мыслях девушка резко обрывала себя. Частичка разума взбрыкивала, сучила ручками, топала ножками, укоряла и, порицательно покачивая головой, шептала: «Как тебе не стыдно! Ты что, животное? Бесконтрольное, безмозглое, жадное до инстинктов... Нет, не размножения, а удовольствия! О таком запрещено думать, не то чтобы говорить или желать! Немедленно прекрати! Только после свадьбы! Ты же не проститутка!» И множество других схожих, осуждающих мыслей одолевали её.

Соня все эти дни болтала о том о сём, но Ольга не слушала её. Никого не слушала. Даже на парах она перестала менять тетради: перед ней на каждой лекции лежала одна-единственная, где появлялись всё новые и новые штрихи, формирующие портрет мужчины. Разум словно помешался на этом образе... самца! Именно такое впечатление Демьян произвёл за их пока что первую и единственную встречу. Он постоянно писал, хотя и не звонил. Писал, казалось бы, банальные, обыденные вещи: расспрашивал, интересовался, делал всё то, что делают едва познакомившиеся люди. Но даже сквозь буквы на экране телефона её накрывало порывами мощной мужской энергии. Он писал коротко, редко используя смайлики, которые так нравились девушке, отчего любое его сообщение выглядело крайне серьёзным и не позволяло выудить хоть какие-то эмоции. Среди шквала его вопросов не поступало ни одного предложения встретиться снова, что вводило девушку в тоску и злость одновременно.

— Селивёрстова! — девушка услышала свою фамилию, но не сразу поняла, кто её зовёт.

Она оглядела аудиторию. Студенты поспешно паковали рюкзаки: очевидно, пара кончилась, чего Ольга, глубоко погружённая в свои мысли и рисунки, даже не заметила.

— Проснись, аллё!

Ольга оглянулась и принялась собирать вещи.

— Оль! Да что с тобой, ёксель-моксель?!

Снова тот же голос. Соня. Это Соня пыталась достучаться до сознания подруги.

— Ничего, — Ольга пожала плечами, — замечталась.

— О чём?

— О ком, — поправила Ольга и продолжила: — О своём мальчике.

— А чего о нём мечтать? Он же уже твой мальчик? О мальчиках можно мечтать, когда они не твои. О своём-то что мечтать?

— Что б ты понимала! — Ольга покачала головой. — Мечтаю скорее встретиться. Соскучилась. Не знаю, как намекнуть, что хочу увидеться.

Соня свела брови к переносице и взглядом исследователя посмотрела на подругу:

— А в чём проблема сказать ему, что ты соскучилась и хочешь увидеться?

— И что он обо мне подумает? Что я за ним бегаю? Да и вообще, разве не мужчины первыми должны проявлять инициативу?

— А ты не должна? Только на троне сидеть и ждать, когда перед тобой челобитную раскатают, а ты ещё и личико состряпаешь — мол, а точно ли мне надо с тобой встречаться и тратить на тебя время... Прояви себя тоже, покажи ему, что ты заинтересована во встрече!

Ольга закрыла рюкзак и внимательно посмотрела на подругу, оценивая совет и его значимость. Однозначно он претил ей. Так не должно быть! Не должны девушки первыми звать и приглашать парней. Это прямо против самой природы. Никто не учил её так поступать, нигде она такого не видела. Да вон взять ту же Ковалёву: с её стороны нет вообще ни грамма инициативы, а все парни вокруг неё так и вьются, а она и рада. Вот это то, к чему все привыкли! Что подумает Демьян, начни она названивать ему и звать гулять? А что, если ему вовсе не нужно с ней встречаться, оттого и нет с его стороны никаких шагов? Опозориться тогда, получается в его глазах? Ну нет. Не готова была Ольга рвать шаблоны. Она девочка и ждала соответствующего отношения к себе.

— Не, я не буду навязываться, — коротко ответила она и вышла из аудитории.

Соня брела рядом, выискивая кого-то в многолюдном коридоре.

— Кого-то ищешь? — без особого интереса спросила Ольга, держа телефон в руке и всеми фибрами ощущая лёгкую вибрацию входящего сообщения.

— А я тебе ещё не рассказывала, как вчера домой ехала? — спросила Соня, продолжая пожирать глазами мелькающие в толпе лица.

— Нет, — смущённо ответила Ольга, на самом деле не зная, что и кто ей рассказывал в последнее время, потому что попросту никого не слушала, находясь во власти собственных мыслей.

— Короче, вчера в автобусе, в давке, лицом к лицу столкнулась с Лёшей.

— С каким?

— Ты его не знаешь, он с третьего курса, — гордо заявила Соня.

— А ты откуда его знаешь? — улыбнулась Ольга, взглянув на подружку.

Та, натянув маску вселенской добродушности и милоты, двигалась среди студентов как модель по подиуму, всматриваясь вдаль и ища определённое лицо.

— Ну вот в автобусе и узнала. Мы разговорились. Ехали долго, собрали все пробки. Это впервые, когда я обрадовалась пробке и тому, что стою, а не сижу. Даже этот чёртов рюкзак казался пушинкой, — Соня потрясла лямкой на плече. — Его зовут Лёша, учится на третьем курсе филфака.

— Ты его ищешь?

— Ну да! Мы так мило общались. Он даже поймал меня, когда автобус резко затормозил, едва успев тронуться. Он вообще такой очаровательный!

— С чего ты решила, что сейчас — да и вообще — он захочет с тобой мило общаться? — осторожно спросила Ольга. — Вдруг ему это не нужно?

— Ничего я не решила. Найду и спрошу, — беззаботно ответила Соня, будто говорила об обычном завтраке и его до жути банальных ингредиентах.

— И что ты будешь делать, если ему не нужно? — не унималась Ольга, втайне надеясь перенять опыт проявления инициативы и погружаясь в мысли о последствиях.

— Значит, не судьба! — улыбнулась Соня. — О! Вот он!

Девушка улыбнулась максимально эффектно: выражение её лица сменилось на кукольное и милое, которого Ольга до этого не видела. Надо же, какая метаморфоза!

Соня ускорила шаг и направилась к молодому человеку, болтающему с каким-то студентом. Симпатичный парень, чего уж там. Да больше и сказать нечего. Симпатичный — и всё! Таких просто симпатичных людей — практически всё население земного шара, да и в принципе это вопрос субъективного восприятия.

Ольга молниеносно уткнулась в экран едва отвернувшись от подруги, которая будто на доске для сёрфинга, скатывающейся с огромной волны, подлетела к ничего не подозревающему студенту.

Демьян прислал несколько сообщений. Ни в одном из них не было и намёка на предложение встретиться. Праздные разговоры. Нет, они, конечно, тоже были интересны, поскольку именно из них Ольга узнала то, что волновало её больше всего на тот момент, а именно: Демьян не был женат раньше, не женат сейчас и у него нет детей. Эти заверения, безусловно, ещё предстоит проверить, но они звучали куда приятнее, чем если бы мужчина сказал обратное.

Ольга какое-то время гоняла в голове дурные догадки и мысли, гадая: а что, если он всё-таки скрыл правду о своём гражданском статусе и наличии детей? Что тогда она будет делать? Начинать отношения с женатиком или мужчиной с детьми ей совсем не хотелось: не в том она была возрасте, когда выбора уже нет и приходится довольствоваться тем, что дали. Да и зачем ей чужие обязательства в виде его детей?

Но затем девушка одёрнула себя, напомнив: с ней ещё никто никакой роман не начал — и вовсе не факт, что начнёт. Так стоит ли обвешивать себя тягостными думами о пока ещё нереальных событиях?

В сообщениях Демьян много спрашивал — гораздо больше, чем рассказывал о себе. Его интересовало всё. Абсолютно всё! Что было и странно, и удивительно. Ранее демонстрировавший способности чуть ли не экстрасенса, мужчина вдруг превратился в типичного обывателя, сыплющего вопросами.

Ольга отвечала. Старалась отвечать правду. Самым сложным оказался вопрос о том, были ли у неё отношения и как долго они длились. Ей очень хотелось написать что-нибудь эдакое, что привлекло бы Демьяна ещё больше, но придумать ничего так и не удалось, поэтому пришлось признаться в правде. Отношений у неё не было — не считая малочисленных попыток погулять с мальчиками, заканчивавшихся ничем. То парни исчезали сами, то она сводила дальнейшее общение на нет, так как не было никакого притяжения.

На все её ответы Демьян реагировал немногословно, отвечая либо «понятно», либо «ясно», и тут же насыпал новую охапку вопросов. Ольга даже пошутила в ответ, спросив, не сидит ли он с огромным опросником, готовя на неё досье, и вообще нормально ли задавать так много вопросов, когда она просто хотела встретиться.

— Ну? — с нетерпением спросила Ольга Соню, едва та вернулась.

Лицо подруги сияло, глаза сверкали, и казалось, что девушка вот-вот запоёт соловьиной трелью и в пляс пустится.

— Договорились прогуляться после учёбы. У него сегодня шесть пар, так что придётся мне его подождать, — улыбка на лице воодушевлённой девушки, казалось, застыла и укоренилась навсегда.

«Получается, ничего страшного, если девочка приглашает мальчика. Это работает точно так же, как и наоборот», — отметила про себя Ольга, последовав за подругой.

— Слушай! — Соня внезапно остановилась. — А почему ты говоришь, что не хочешь навязываться? Вы же уже полгода встречаетесь! У вас уже не должно быть вот этого «навязываться», разве нет?

Ольга вздохнула и опустила голову. Похоже это был самый подходящий момент, чтобы раскрыть карты и признаться, что правда ой как далека от увлекательных фантазий девушки.

— Да не встречаемся мы полгода! — брякнула она, даже не желая смотреть на подругу от стыда. Но глаза сами переметнулись на Соню в поиске признаков того, что та не обиделась. — Пока что... И нет у меня никакого парня, — закончила Ольга.

— Я так и думала! — прыснула со смеха Соня. — Так и думала!

— Чего это вдруг? — обиженно воскликнула Ольга. — Я дефективная, что ли? Почему это у меня не может быть парня?

— Да может, может, — затараторила Соня, размахивая рукой. — Но именно в этом случае я сразу поняла, что ты выдумываешь! Слишком внезапно появился парень, слишком уж солидный срок для того, чтобы так качественно его скрывать. Да и ни на один вопрос о ваших отношениях ты так и не смогла ответить! Потому что ответить нечего. Единственное, чего я не пойму: зачем ты всё это придумала?

— Ну из-за Аксёнова же! — обиженно буркнула Ольга. — Достали уже все считать, будто я втрюхалась в него.

— А что, это не так?

— Твою мать, нет! — выругалась Ольга, поспешно убирая волосы за ухо. — Есть парень... — Ольга замолчала, на секунду задумавшись, стоит ли рассказывать, а потом продолжила, — я хочу, чтобы он был моим парнем.

— А кто это? — любопытство в голосе подруги рвалось явить себя миру. — Кто-то из старших?

— Не-а, — отмахнулась Ольга. — Вообще не из института. Я в интернете с ним познакомилась.

— В интернете? — удивлённо повторила подруга.

— Да. Помнишь, ты как-то говорила про сайты знакомств?

— Угу.

— Ну вот, ты поговорила и забыла, а я взяла и скачала приложение. Короче, смэтчились и начали общаться. На этих выходных встретились. Общаемся и дальше, но пока он больше не предлагает увидеться, — грустно вздохнув, Ольга закончила свою историю.

— Красивый? — глаза Сони загорелись ещё ярче, чем когда она вернулась после разговора со старшекурсником. — Сколько ему лет? Где учится? — посыпались вопросы.

— Двадцать девять лет ему, отучился уже давно! Счастливчик, — улыбнулась Ольга. — Не знаю насчёт «красивого», не могу сказать. Красота слишком субъективна и концептуальна. Но он... притягательный. Как будто магнит, а не человек! Тянет к нему — и всё тут. Необычный. По крайней мере, для меня. Я могла бы часами смотреть на его лицо.

— Фотка есть? — заинтересованная подруга с нетерпением смотрела на Ольгу. — Покажи!

Оля вытащила телефон, открыла папку с изображениями и протянула Соне. Девушка замерла, разглядывая таинственного мужчину с пронзительным взглядом и невероятным уровнем магнетизма. Ольга даже занервничала, взволнованная внезапным исступлением подруги, спровоцированным снимком человека, о котором она, оказывается, уже начала грезить.

— Да-а-а, — тихо протянула Соня, наконец возвращая телефон хозяйке. — Действительно, магически притягательный. Симпатичный. Но красивый для меня — Брэд Питт! — рассмеялась Соня и внезапно стала серьёзной. — Он не женат?

— Нет, — Ольга пожала плечами. — По крайней мере, он утверждает, что не женат и не был, а там кто же его знает. Может, и женат, может, и детей куча бегает. Всё может быть. Как я проверю? Да и не самое это страшное...

— В смысле? — возмутилась Соня. — То есть наличие жены тебя не смущает?

— Конкретно в этом случае меня больше смущает его поведение... Если есть жена — хорошо, значит, тихо попрощаемся. А вот если он маньяк, как мне кажется, то можем даже не успеть попрощаться. Замочит меня где-нибудь на тихой улочке.

Соня испуганно посмотрела на подругу. Да уж, о таком развитии событий она и не подумала!

— А что такого маньячного он делает?

— Ничего, в принципе, но ведёт себя странно, — Ольга отрешённо посмотрела на Соню.

— А в чём выражается это «странно»? Реально не понимаю! Трусы на голове носит?

— Нет, — улыбнулась Ольга. — Глупости не говори. Он просто знает то, чего знать не должен. Забей, короче. Я с ним пообщаюсь, и рано или поздно истина проявится. Невозможно же врать без палева всё время. Пойдём уже, звонок скоро, а мы ещё даже на другой этаж не спустились.

Пара шла в своём типично заунывном ритме. Предмет не вызывал интереса, напоминая плохо исполненную панихиду, слушать которую невозможно, но и уйти нельзя. Писать Ольга ничего не хотела: все мысли крутились вокруг одной-единственной темы и отвлекаться на учёбу вовсе не желали.

Ольга разблокировала телефон: наконец-то можно почитать сообщения, пока Соня отвлеклась на преподавателя и свои дела. Пять непрочитанных от Демьяна! «Пожалуйста, пусть хотя бы одно будет приглашением встретиться», — мысленно умоляла Ольга высшие силы, не зная, к кому конкретно лучше обратиться в таком случае.

Демьян: «Я тебя понял. Ты религиозный человек?»

Демьян: «У тебя много друзей?»

Демьян: «Я люблю, когда обо мне говорят. Девчонки особенно».

Демьян: «Откуда у тебя страсть к маньякам? Точно не хочешь, чтобы я оказался маньяком?»

Демьян: «Я знаю твои мысли, но принципиально буду ждать, когда ты наберёшься смелости и озвучишь их. Мой принцип всегда остаётся в силе: я не делаю того, чего люди не хотят, чтобы с ними сделали».

Оля уже почти привыкла к такого рода высказываниям, решив, что мужчина, скорее всего, обладает некими способностями — может, ясновидящий какой-нибудь. Хотя все эти экстрасенсы и колдуны, безусловно, вызывали у девушки незаурядный интерес. Но только с точки зрения развлечения и расслабления ума: Ольга не верила ни в каких колдунов и волшебный мир. Сказки всё это!

Однако поведение Демьяна с каждым днём общения всё навязчивее вносило смуту в голову. Конечно, не волшебник, не Гарри Поттер, но, видимо, уровень интуиции слишком высок. Нельзя же отрицать интуицию! Она точно есть. Сбывшиеся события, предсказанные на уровне предчувствий, — вопрос сложный: это может быть и банальное совпадение, а может — умение чутко ощущать мир... Или иметь отменное, выше среднего, логическое мышление.

В общем, любой прикол всегда можно объяснить. А если нельзя — это уже вопрос нехватки знаний, мешающей прийти к правильным умозаключениям. В любом случае с этим чуваком творится что-то странное и интересное, но хотя бы уже не шокирующее.

Ольга решила ответить на все вопросы в одном сообщении.

Ольга: «Я атеистка, но крещёная. Друзей немного, знакомых полно. У меня нет страсти к маньякам, у меня есть страх перед ними, что вполне естественно. Я ответила на твои вопросы, ответь на мои. С чего ты взял, что я о тебе разговариваю? Откуда ты знаешь мои мысли? Ты телепат?»

Не успела Ольга отправить сообщение, как мессенджер тут же известил: прочитано. Но строчка, уведомляющая о наборе текста собеседником, так и не появилась. Экран телефона погас, и Ольга отвела взгляд.

Уставший преподаватель распинался у доски. О чём он там? Какой предмет? Чёрт его знает — говорит словно не по-русски. Взгляд продолжил свой путь, быстро окинув сидящих вокруг одногруппников. Кто-то внимательно слушал речь преподавателя, кто-то рисовал в тетради и устало подпирал голову рукой, кто-то перемигивался и перешёптывался, посмеиваясь. Аксёнов строил глазки Ковалёвой, расплываясь в улыбке идиота. Лена же, держа царскую осанку, бросала в сторону парня быстрые и незаметные взгляды — так, чисто проверить, что он там делает, и она ли всё ещё объект его внимания.