Когда проснётся тьма 1

Я поймала себя на улыбке.

Раздражало.

Мужчина слишком легко создавал ощущение давнего знакомства, хотя четыре года назад мы провели вместе меньше часа. Просто за время того единственного разговора каким-то образом умудрились добраться до тем, куда порой не пускают тех, кого знают годами.

Он перестал смеяться, но улыбка осталась.

— Ты изменилась.

— Очень надеюсь. В прошлый раз я выглядела так, будто затяжной дождь способен стать смертельной угрозой.

Его лицо стало внимательнее.

— Я не только об этом.

— Тогда уточни.

Несколько секунд он рассматривал меня без той привычной мужской оценки, от которой автоматически хочется либо расправить плечи, либо предложить заплатить за представление.

— Ты была очень худой, — произнёс он наконец. — И слишком серьёзной для девушки, которая сидела под деревом с книгой.

— У меня была плохая ночь.

— У меня — день.

Веселье между нами на мгновение исчезло.

Я вспомнила его у серебристого ствола: измученное лицо, закрытые глаза и тихое признание, что сегодня годовщина смерти старшего брата и именно по его просьбе храм провёл памятную службу.

Возвращаться туда не хотелось.

Кажется, ему тоже.

— Зато теперь ты выглядишь гораздо менее склонным портить настроение деревьям, — заметила я.

Ямочки появились снова.

— А ты значительно чаще угрожаешь незнакомым мужчинам.

— Тогда у меня не было мечей.

— Значит, характер не изменился. Улучшилось оснащение.

— Наконец-то правильный вывод.

Он ещё мгновение смотрел на меня, а затем протянул руку.

— Кажется, в прошлый раз мы так и не сделали самого простого. Кассиан.

Я опустила взгляд на большую сильную ладонь с заметными мозолями. Из-под края рукава на запястье выглядывала тонкая полоска старого шрама.

Вложила пальцы в его руку.

Прикосновение оказалось неожиданно приятным. Никакой магической вспышки, никакой мистики — просто тёплая кожа и сильные пальцы, сжавшие мою ладонь ровно настолько, чтобы почувствовать силу, но не давление.

— Иллирис.

Он отпустил не сразу.

— Просто Иллирис?

— Именно.

— Без фамилии?

Я встретила его взгляд. Вопрос прозвучал с любопытством, но без оценки.

— Без неё.

— Хорошо.

Вот и всё.

Ни сочувствия, ни неловкости, ни попытки выяснить, каким образом взрослая девушка оказалась без рода.

Мне понравилось.

— А ты просто Кассиан? — поинтересовалась я.

Веселье в серых глазах стало совершенно неприличным.

— Нарден.

Две секунды я молчала, а потом медленно высвободила руку.

— Конечно.

Он снова рассмеялся.

— Что?

— Ничего. Вселенная просто очень любит издеваться над моей наблюдательностью.

Кассиан Нарден.

Герцог Севера.

Младший сын прежнего герцога, который вообще не должен был унаследовать Север, пока шесть лет назад не погиб его старший брат. Кассиан принял герцогский титул гораздо раньше, чем кто-либо ожидал.

Я знала историю дома Нарден достаточно хорошо, чтобы когда-то несколько занятий подряд разбирать политические последствия неожиданной смены наследника. Знала дату смерти старшего герцогского сына. Знала, что молодой Кассиан вступил в наследование гораздо раньше, чем кто-либо ожидал.

И четыре года назад сидела рядом с ним после памятной службы, совершенно не понимая, кто передо мной.

Наконец две очевидные линии соединились.

— Так вот по кому тогда была служба, — тихо произнесла я.

Кассиан сразу стал серьёзнее.

— Ты знала о ней?

— Только то, что какой-то высокопоставленный гость попросил храм провести памятный обряд. Имён мне никто не называл. А тебя я в лицо не знала.

— Ты знала моё имя.

— Конечно. Я пять лет изучала политику Астериона. Просто парадные портреты в хрониках слабо похожи на мужчину, который сидит под деревом после бессонной ночи.

Его губы едва заметно дрогнули.

— Справедливо.

— К тому же я не спрашивала, кто ты.

— Помню.

Ответ прозвучал тихо, и я тоже вспомнила тот разговор.

Большинство спрашивает.

Ты не хочешь рассказывать.

Почему-то оказалось приятно, что для него та встреча тоже не растворилась среди множества других дней.

Я опустила глаза на книгу.

— Значит, герцог Нарден.

— Звучит так, будто ты собираешься потребовать компенсацию за нос из герцогской казны.

— Ещё думаю.

— Могу предложить официальные извинения.

— Насколько официальные?

Кассиан слегка наклонил голову.

— С поклоном.

— Твоим?

— Я рассчитывал на твой.

Я медленно посмотрела на него. Улыбка на красивом мужском лице стала почти невинной.

— Хочешь посмотреть, как я тебе поклонюсь?

— Теперь чувствую угрозу.

— Наконец-то инстинкт самосохранения.

— Значит, поклон отменяется?

— Ты упустил редкую возможность.

— Жаль. Я почти начал надеяться на зрелище.

Вот гад.

Я прищурилась. Кассиан выдержал мой взгляд совершенно спокойно, но что-то в нём изменилось. Веселье никуда не исчезло, просто под ним проступил совершенно осознанный интерес.

Флиртовать этот мужчина умел.

И хуже всего было то, что мне нравилось.

После прошлой жизни физическое влечение само по себе меня не пугало. С ним всё было просто: мужчина красивый, тело реагирует, дальше можно наслаждаться этим фактом или ничего не делать. Настоящие проблемы начинались там, где появлялось доверие.

До доверия между нами оставалось примерно расстояние от Рейвенхольма до противоположного края материка.

Поэтому пока я могла позволить себе удовольствие.

— Ты со всеми женщинами так разговариваешь? — спросила я.

— Нет.

— Обнадёживает.

— Только с теми, кто сначала врезается в меня, затем угрожает двумя мечами и всё равно продолжает стоять рядом.

— Очень неприятная наблюдательность.

— Профессиональная.

— Герцогская?

— Академическая.

Я наконец вспомнила, что вообще-то приехала сюда не для изучения серо-стальных глаз.

— Ты в Эрдане?

— Очевидно.

— Учишься?

— Пока.

— На каком факультете?

Он покосился на мечи за моей спиной, потом на книгу.

— Сначала ты.

— Почему?

— Мне интересно, куда собирается девушка, способная одновременно читать о предназначенных и носить на себе три клинка.

— Четыре.

Его взгляд немедленно опустился ниже.

Я улыбнулась.

— Не ищи. Последний хорошо спрятан.

— Теперь мне ещё интереснее.

— Факультет призывателей.

Шутливость немного отступила.

— По обязательной категории?

Точность вопроса удивила больше, чем его содержание.

— Да. Сирота.

Кассиан коротко кивнул, и я добавила:

— Но если бы закон позволял отказаться, всё равно пошла бы.

— Почему?

— Потому что хочу попробовать.

Теперь он смотрел на меня иначе.

— Ты понимаешь, чем заканчивается ритуал, если никто не откликается?

— Смертью. Я умею читать мелкий шрифт.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Его взгляд стал жёстче, но почему-то это не раздражало.

— Великий зверь не выбирает по фамилии, силе или красивой статистике резерва. Иногда никто не откликается на того, кому все пророчат связь. Иногда отклик получает астериар, от которого никто ничего не ожидал. Никто заранее не знает совместимость душ.

Мне понравилось, что он не заговорил о храбрости, достоинстве и другой красивой ерунде.

— Именно поэтому и хочу пройти ритуал. Если кто-то выберет меня, то потому, что сам решил.

В его лице мелькнуло одобрение.

— Хороший ответ.

— Спасибо за оценку, профессор.

— Пока нет.

— Значит, старшекурсник.

— Четвёртый курс.

— Призывателей?

— Да.

Я улыбнулась медленнее.

— Секция Чёрного Пламени.

Теперь удивился уже он.

— Знаешь структуру факультета?

— Знаю структуру Академии, имя лидера Чёрного Пламени, большую часть известных великих домов и слишком много политических браков. Пять лет обучения не прошли совсем впустую.

— А меня в лицо всё равно не узнала.

— Не порть впечатление.

Он опять рассмеялся, и только тогда я вдруг осознала, насколько близко мы стоим. Расстояние между нами сократилось само собой, без очевидного шага с чьей-либо стороны. Мне приходилось довольно сильно запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в глаза, и в общении с высокими мужчинами это обычно раздражало.

Сейчас — нет.

Наверное, потому что Кассиан ни разу не попытался использовать рост, чтобы нависнуть.

Он просто был огромным.

Несправедливая особенность природы.

— Значит, если поступишь, увидимся в Академии.

— Если поступлю.

— Вступительный ты пройдёшь.

Я подняла бровь.

— Это определено после десяти минут разговора?

— Четыре года назад ты заметила моё состояние раньше половины тех, кто знал меня давно. Сейчас носишь оружие так, чтобы правая сторона всегда оставалась свободной для выхвата, и несколько раз перестраивалась на улице, не позволяя прохожим зайти тебе за спину.

Я машинально скосила взгляд вправо.

Кассиан ухмыльнулся.

— Вот зараза.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

— Я решил иначе.

— Начинаю вспоминать, почему за четыре года ни разу тебя не искала.

— Потому что не знала имени.

— Не порть красивую версию.

Ответить он не успел.

— Кассиан.

Женский голос прозвучал за его спиной.

Я повернула голову.

К нам приближалась высокая стройная девушка примерно моего возраста. Красивое аристократическое лицо, длинные тёмно-каштановые волосы с красноватым отливом, золотисто-карие глаза и идеально сидящий дорожный костюм глубокого винного оттенка. Даже без знания политических хроник было понятно: девушка привыкла к дорогим вещам и пространствам, где её присутствие замечают.

Кассиан едва заметно напрягся.

Совсем чуть-чуть, но я стояла достаточно близко, чтобы увидеть.

Девушка остановилась рядом.

— Я думала, ты уже ушёл к Академии.

— Передумал.

Она улыбнулась и легко коснулась его предплечья.

По телу прошёл настолько резкий и нелогичный импульс раздражения, что я немедленно разозлилась уже на себя.

Мы с этим мужчиной официально знакомы меньше получаса. Никаких прав ни на его руки, ни на прошлое, ни на настоящее у меня, разумеется, не было. Разум понимал это прекрасно.

Телу понадобилось чуть больше времени.

Кассиан опустил взгляд на женскую ладонь.

— Селин.

Тепла в голосе не было.

Девушка убрала руку сама, словно жест вообще ничего не значил, и только после этого посмотрела на меня. Улыбка стала светской и безупречной.

— Простите. Я, кажется, прервала разговор.

— Немного, — ответила я.

Серо-стальные глаза Кассиана на мгновение блеснули.

Девушка задержала на мне взгляд чуть дольше положенного.

Не обиделась.

Оценила.

Это было интереснее.

— Селин Кайрвен.

Конечно.

Наследница Западной провинции. Дочь маркиза Эдгара Кайрвена. Высокорождённая, сильный боевой маг и одна из наиболее обсуждаемых молодых аристократок королевства. Её имя регулярно всплывало в политических материалах рядом с вопросами будущих союзов Запада.

В том числе с Севером.

— Иллирис.

Я не добавила ничего.

Селин чуть склонила голову.

— Мы раньше встречались?

— Нет.

— Странно. Я обычно хорошо запоминаю воспитанников Центрального храма, если они появляются в высшем обществе.

Сказано было мягко, почти дружелюбно, но смысл пришёлся точно в цель. Она уже заметила храмовую печать на документах, дорогую одежду, оружие и отсутствие фамилии и вместо прямого оскорбления просто дала понять: девушка из храмового покровительства находится не совсем в том кругу, где Селин привыкла её видеть.

Умная.

— Наверное, потому что я редко появлялась там, где от гостей прежде всего требовали правильно представиться, — так же спокойно ответила я. — Обычно предпочитала места, где полезно уметь что-нибудь ещё.

Улыбка на её губах сохранилась. Только золотисто-карие глаза стали внимательнее.

— Академия в этом отношении действительно полезна. Здесь происхождение довольно быстро перестаёт быть единственным преимуществом.

— Именно поэтому я сюда и приехала.

Кассиан не вмешивался, хотя прекрасно слышал каждое слово.

Селин перевела внимание на книгу в моих руках. Название скрыть я уже не успевала.

— Интересное чтение перед вступительными.

— У меня широкий круг интересов.

— Это заметно.

Всего два слова.

А короткого взгляда на Кассиана хватило, чтобы смысл стал совершенно прозрачным.

Я едва не улыбнулась.

— Не беспокойтесь, леди Кайрвен. Пока я всего лишь изучаю теорию.

— Я и не беспокоюсь.

— Тогда мы обе можем спокойно продолжить утро.

Пауза продлилась чуть дольше.

Кассиан тихо хмыкнул.

Селин повернулась к нему.

— Ты собирался идти вместе со мной.

— Нет.

Она не потеряла улыбку.

— Мы обсуждали это на прошлой неделе.

— Ты предложила. Я не согласился.

Вот теперь стало окончательно понятно: между ними есть история.

Какая именно — пока не моё дело.

Селин несколько секунд смотрела на него.

— Ты иногда удивительно буквально воспринимаешь разговоры.

— Только когда их смысл пытаются изменить задним числом.

В её лице на мгновение мелькнул холод.

— Хорошо. Значит, увидимся в Академии.

Она снова повернулась ко мне.

— Удачи на вступительном, Иллирис.

Имя без фамилии прозвучало совершенно нейтрально.

Слишком нейтрально.

— И вам, леди Кайрвен.

Селин чуть склонила голову и ушла — без последнего оскорбления, без истерики и даже не оглянувшись.

Но я почти физически ощущала: разговор она запомнила.

И меня тоже.

— Очень интересно, — пробормотала я.

— Что именно? — спросил Кассиан.

— Ничего, что касается тебя.

— Уже касается.

Я посмотрела на него.

— Даже не надейся.

— На что?

— Что я начну расспрашивать о вашей истории.

— Не начнёшь?

— Нет.

Он несколько секунд молчал.

— Она сказала правду. Мы были близки. Это закончилось.

Коротко.

Без подробностей.

Их я не просила.

— Хорошо.

Кассиан прищурился.

— И всё?

— А что ещё?

— Большинство спросило бы, почему.

— Большинство, видимо, очень любит чужие отношения.

Он тихо рассмеялся.

— Ты совершенно не меняешься.

— Не льсти.

Я посмотрела на часы над входом в ближайшее административное здание и поняла, что до начала регистрации осталось значительно меньше времени, чем хотелось бы.

— Мне пора.

Улыбка Кассиана исчезла чуть быстрее, чем следовало.

— Уже?

Мне понравилось.

И это тоже раздражало.

— Я приехала поступать, а не развлекать герцога на улице.

— Пока успешно совмещала.

— Наслаждайся воспоминанием.

Я убрала книгу в пространственный браслет. Кассиан проследил движение.

— Хороший артефакт.

— Подарок семьи.

Больше он ничего не спросил.

Ещё один плюс в его пользу, который я совершенно не собиралась сейчас учитывать.

— Рада была наконец узнать твоё имя.

— А я — твоё.

— Четыре года поздновато.

— Зато запомню.

Серо-стальные глаза задержались на мне ещё мгновение.

— Увидимся в Эрдане, Иллирис.

— Если пройду.

— Увидимся.

Уверенность в его голосе была почти наглой.

Я развернулась и направилась к дороге на Академию — не быстрее обычного и не медленнее. Только завернув за ближайший угол, позволила себе выдохнуть и признать очевидное: встреча получилась значительно интереснее, чем я была готова переживать в восемь утра.

И больше всего раздражала даже не Селин.

Её рука на предплечье Кассиана действительно вызвала во мне совершенно необоснованную неприязнь.

Не ревность.

По крайней мере, я пока отказывалась называть это именно так.

Просто слишком красивый мужчина слишком быстро залез под кожу.

Неприятно, но не смертельно.

Я прожила двадцать семь лет на Земле и ещё пять в Астерионе. Как-нибудь справлюсь с одним герцогом и его ямочками.

Наверное.

Эрдан выглядел впечатляюще даже после пяти лет жизни в Центральном храме.

Рейвенхольм стоял в предгорьях, а Академия располагалась выше — на широком каменном плато между рекой и первыми настоящими горными склонами. Дорога постепенно поднималась, и с каждым поворотом передо мной открывалось всё больше огромного комплекса из серого камня, тёмного дерева и высоких башен.

Центральные корпуса возвышались над внешними стенами, между ними тянулись крытые переходы и каменные мосты, на солнце поблёскивали высокие арочные окна. Академия одновременно напоминала древний университет, военную крепость и отдельный город, однажды решивший, что одного назначения ему совершенно недостаточно.

Возле главных ворот собралась огромная толпа. Родственники прощались с поступающими, кто-то в последний момент проверял крепления оружия, служащие Академии разводили потоки кандидатов по регистрационным зонам. Над воротами светилась большая руническая схема комплекса.

Первый контроль пропустил меня во внешний двор, и здесь уличный хаос мгновенно превратился в организованную систему.

Семь длинных регистрационных стоек были расставлены полукругом. Над каждой висел цветной указатель с названием направления. Цвета, судя по всему, использовали исключительно для удобства поступающих: чёрный обозначал факультет призывателей, синий — боевой магии, красный — стихийной, зелёный — целителей. Алхимиков, артефакторов и зачарователей направляли к отдельным корпусам, где их ждали теоретические и практические испытания другого типа.

У чёрной стойки кандидатов было заметно меньше.

И атмосфера отличалась.

Здесь почти не было родителей. Многие либо попрощались ещё за воротами, либо пришли одни. Наверное, перспектива ритуала, после которого часть поступающих никогда не вернётся домой, делала последние минуты слишком личными.

Я заняла очередь и машинально пересчитала ближайшие ряды.

Около семидесяти кандидатов.

Семьдесят живых лиц.

В книгах смертность выглядела цифрой, процентом, строкой в отчёте. Здесь она переставала быть абстрактной.

Некоторые из стоящих рядом скоро умрут.

Возможно, я тоже.

По позвоночнику прошёл неприятный холод, но желания развернуться не появилось.

— Ещё можно передумать? — спросил парень впереди.

Светлые короткие волосы, нервная улыбка и слишком крепко сжатый ремень сумки.

Я посмотрела на него.

— Если ты из добровольной категории, думаю, до самого ритуала.

— А ты?

— Обязательная.

Он сразу понял.

— Сирота?

— Да.

— Я добровольно.

— Тогда решение всё ещё твоё.

Парень посмотрел на чёрный указатель.

— Уже решил.

По голосу было ясно: очень хочет в это поверить.

Я не стала разубеждать.

Очередь двигалась быстро. У стойки проверяли личность, возраст, медицинский допуск, результаты магического тестирования и категорию участия. Тем, кто пришёл добровольно, отдельно подтверждали согласие на смертельно опасный ритуал. У тех, кого закон обязывал пройти отбор, в документах стояла соответствующая отметка.

Когда подошла моя очередь, за столом сидели трое: женщина в чёрном академическом камзоле с серебристой отделкой, мужчина постарше с безупречной военной выправкой и молодой служащий, разбиравший документы.

— Имя?

— Иллирис.

— Фамилия?

— Нет.

Я протянула пакет бумаг.

Молодой служащий увидел печати Центрального храма и едва заметно поднял брови. Женщина справа тоже посмотрела.

Ни одного вопроса.

Профессионалы.

Они быстро проверили храмовое свидетельство личности, подтверждение возраста, медицинский допуск и старые регистрационные данные. Служащий задержался только на отдельной отметке.

— Категория обязательного призыва подтверждена.

— Да.

Женщина взяла результаты магического тестирования.

— Стихийный маг огня. Резерв высокий.

— Верно.

— В случае успешного ритуала какой профиль собираешься развивать?

— Стихийный. Но основной факультет менять не собираюсь. Если Великий зверь откликнется, мне нужна полноценная подготовка призывателя.

В её глазах мелькнуло одобрение.

— Причина?

— Связь со зверем требует отдельного обучения. Магию огня я смогу продолжить развивать как боевой профиль внутри факультета.

Ответ её устроил.

Мужчина в центре положил передо мной свёрнутую карту.

— Тогда слушай правила вступительного. На лесное испытание даётся максимум сорок восемь часов. Это предельный срок, а не обязательное время пребывания внутри зоны. Выполнишь условия и выйдешь к конечному контрольному контуру раньше — экзамен завершится раньше.

— Что оценивается?

— Навигация, выносливость, решения при угрозе, расход ресурсов и маны, использование собственного профиля, состояние на выходе и выполнение основной задачи. Скорость учитывается, но сама по себе высокого результата не даёт. Можно прийти первым и провалиться, если половину пути тебя вытаскивали наблюдатели или весь резерв остался в первом попавшемся звере.

Разумно.

Он развернул карту и указал на отмеченную линию.

— Чёрный лес начинается примерно в полутора километрах от восточных ворот. Каждая группа входит через отдельный сектор. Конечная точка здесь. Маршрут выбираешь самостоятельно.

На карте были обозначены основные перепады высот, крупные водные источники, границы экзаменационной зоны и несколько участков повышенной активности магических зверей.

— Обязательные промежуточные точки?

— Нет. Задача — добраться до конечного контура в установленный срок и сохранить способность продолжать действовать. Мы проверяем не умение идти по проложенной дороге, а способность принимать решения.

Экзамен становился интереснее.

— Помощь другим?

— Разрешена. Умышленное нападение на кандидата — немедленный провал. Самооборона допускается. Объединяться в группы можно, расходиться тоже. Охота на зверей не является задачей, поэтому бессмысленный бой ради демонстрации силы никаких преимуществ не даст.

Женщина положила передо мной небольшой чёрный кристалл в металлической оправе.

— Аварийный сигнал. Сжимаешь, подаёшь ману — ближайшая наблюдательная группа идёт к тебе. Использование автоматически завершает твой экзамен провалом, кроме случаев, когда сигнал подан ради спасения другого кандидата и комиссия признаёт решение обоснованным.

— То есть если я активирую его ради раненого, которого сама не могу вынести, решение будет разбирать комиссия?

— Именно.

Я закрепила информацию в памяти.

— В лесу работают наблюдательные группы, но они не ведут каждого кандидата за руку и не обязаны вмешиваться при любой опасности. Это настоящий лес с настоящими магическими зверями. Пока ситуация остаётся в пределах условий испытания, рассчитываешь на себя.

— А общий сигнал отступления?

— Три протяжных сигнала через контрольные артефакты. Если услышишь — немедленно прекращаешь всё, активируешь аварийный кристалл и выполняешь команды наблюдателей. Причина значения не имеет.

Молодой служащий положил рядом металлическую пластину.

— Вторая группа. Сбор возле дальних ворот через двадцать минут.

— Если закончу маршрут завтра утром?

— Пересечёшь конечный контрольный контур — время остановится. После медицинского осмотра комиссия оценит результат. Если будешь допущена дальше, переходишь к следующему этапу отбора факультета призывателей.

Ритуал.

Желудок на мгновение неприятно сжался.

Вот он.

Уже совсем рядом.

Я забрала карту, пластину и аварийный кристалл.

— Спасибо.

— Удачи.

Отойдя от стойки, я убрала документы в браслет, карту оставила в руке, а кристалл закрепила в отдельном кармане на поясе.

Вторая группа собиралась неподалёку — около двадцати кандидатов.

Селин среди них не было.

Я заметила это автоматически и тут же мысленно одёрнула себя.

Хватит.

Кассиан красивый. Селин умная и неприятно точная. Между ними была какая-то история.

Всё.

Экзамен значительно важнее.

Нас пересчитали, сверили номера и повели через дальние ворота Академии.

Шум остался за стеной почти сразу.

Широкая дорога уходила к тёмной полосе леса. Справа далеко поднимались горы, слева между деревьями временами поблёскивала река. С каждым шагом воздух становился прохладнее, пахло влажным камнем, хвоей и текущей где-то поблизости водой.

Через пятнадцать минут впереди показались высокие каменные столбы, полностью покрытые рунами.