Космология Великой Тартарии

Монгольская империя просуществовала около двух столетий. Она распалась в четырнадцатом и пятнадцатом веках.

Глава 7. Держава Чингизидов: структура власти и пространство кочевой цивилизации

Когда Чингисхан умер, его тело было предано земле в месте, которое до сих пор остаётся неизвестным. Согласно монгольскому обычаю, могилу великого хана сравняли с землёй, а по ней прогнали табун лошадей, чтобы никто не мог найти место захоронения. Тысяча всадников охраняла последний путь хана, и все они были убиты после погребения, чтобы тайна осталась тайной. Река, у которой он был похоронен, была отведена в сторону, а затем возвращена в прежнее русло. Ни один человек, участвовавший в погребении, не остался в живых. Так завершилась жизнь человека, который создал самую большую империю в истории. Но империя не умерла вместе с ним. Она продолжила жить, расти и меняться. И структура этой империи была не менее удивительной, чем её размеры. Она не походила ни на римскую, ни на китайскую, ни на персидскую модель. Это была кочевая империя, в которой власть принадлежала не чиновникам, а родственникам. Не наместникам, а сыновьям и внукам. Не бюрократам, а воинам. И в основе этой структуры лежала космология. Небо разделено на уровни. Империя разделена на улусы. Небо имеет центр. Империя имеет центр. Небо управляется Тенгри. Империя управляется великим ханом. Всё, что на небе, повторяется на земле. Всё, что на земле, отражается на небе. Такова была логика Чингизидов. Такова была логика Великой Тартарии.

Слово «улус» не было просто административным термином. Оно обозначало удел, который выделялся члену ханского рода. Каждый сын Чингисхана получил свой улус. Джучи, старший сын, получил земли к западу от Иртыша, включая степи Казахстана и Восточную Европу. Чагатай, второй сын, получил Среднюю Азию и Семиречье. Угедей, третий сын, получил Западную Монголию и Тарбагатай. Толуй, младший сын, получил коренные монгольские земли и, что самое важное, большую часть армии. Это разделение было не просто семейным дележом. Это была космологическая схема. Восток — удел Толуя — считался старшим, потому что там восходит Cолнце. Запад — удел Джучи — считался младшим, потому что там Cолнце садится. Центр — удел Угедея — считался сердцем империи, потому что там находится ставка великого хана. Юг — удел Чагатая — считался местом мудрости, потому что там находились древние города и библиотеки. Четыре улуса соответствовали четырём сторонам света. Четыре стороны света соответствовали четырём стихиям. Четыре стихии соответствовали четырём временам года. Всё было связано со всем. Всё было частью единого порядка. Всё было небом.

Великий хан был не просто правителем. Он был центром мира. Он был осью, вокруг которой вращалась империя. Он был тем, кто получал власть от Тенгри. Он был тем, кто раздавал улусы. Он был тем, кто утверждал законы. Он был тем, кто решал споры. Он был тем, кто объявлял войну. Он был тем, кто заключал мир. Он был тем, кто принимал послов. Он был тем, кто отправлял послов. Он был тем, кто жил в ставке, которая называлась орда. Орда была не просто лагерем. Орда была центром мира. В орде стоял шатёр великого хана. Шатёр был круглым, как небо. Шатёр был белым, как облако. Шатёр был высоким, как гора. В шатре на троне сидел великий хан. Трон был не просто мебелью. Трон был моделью мира. Трон был местом, где небо соединяется с землёй. Трон был местом, где Тенгри говорит с людьми. Трон был местом, где решается судьба мира. Тот, кто приближался к трону, приближался к небу. Тот, кто видел хана, видел небо. Тот, кто слышал хана, слышал небо. Тот, кто повиновался хану, повиновался небу. Тот, кто противился хану, противился небу. А тот, кто противился небу, был обречён.

Структура империи была не только пространственной, но и временной. Чингисхан разделил свою державу не только между сыновьями, но и между поколениями. Он установил порядок наследования, согласно которому великим ханом становился не обязательно старший сын, а наиболее достойный из Чингизидов. Этот порядок был призван предотвратить распри. Но распри всё равно начались. После смерти Угедея в 1241 году борьба за престол обострилась. Гуюк, сын Угедея, стал великим ханом, но правил всего два года. После его смерти в 1248 году власть перешла к Мункэ, сыну Толуя. Мункэ правил до 1259 года. После его смерти началась война между Хубилаем и Ариг-Бугой, которая привела к разделению империи на несколько независимых государств. Но даже после разделения Чингизиды продолжали считать себя единой семьёй. Они продолжали жениться друг на друге. Они продолжали торговать друг с другом. Они продолжали воевать друг с другом. Они продолжали смотреть на одно небо. Они продолжали верить в одного Тенгри. Они продолжали быть частью одного космоса.

Одним из важнейших элементов имперской структуры была Яса — свод законов, созданный Чингисханом. Яса не была просто сборником правил. Она была космологическим документом. Она утверждала, что власть великого хана исходит от неба. Она утверждала, что законы великого хана отражают волю неба. Она утверждала, что нарушение законов великого хана есть нарушение воли неба. Она утверждала, что наказание за нарушение законов есть проявление гнева неба. Яса регулировала все стороны жизни: военную, гражданскую, семейную, торговую, религиозную. Она устанавливала наказания за убийство, за кражу, за прелюбодеяние, за колдовство, за неповиновение. Она устанавливала правила ведения войны. Она устанавливала правила раздела добычи. Она устанавливала правила наследования. Она устанавливала правила приёма послов. Она устанавливала правила поведения на курултае. Она устанавливала правила поклонения небу. Яса была не просто законом. Яса была космологией, записанной в виде правил. Яса была небом, спустившимся на землю. Яса была Тенгри, говорящим с людьми. Яса была путём, по которому должен идти каждый. Яса была истиной, которую нельзя оспорить. Яса была жизнью, которую нельзя прожить иначе.

Курултай был не просто собранием. Курултай был космологическим событием. Курултай собирался для того, чтобы выбрать великого хана, чтобы объявить войну, чтобы заключить мир, чтобы решить важнейшие государственные дела. Курултай собирался в степи, под открытым небом. Курултай собирался в определённое время года, чаще всего весной или осенью. Курултай собирался в определённом месте, которое считалось священным. Курултай начинался с жертвоприношения небу. Курултай продолжался несколько дней. Курултай заканчивался пиром, на котором ели мясо, пили кумыс, слушали музыку, смотрели на танцы. Курултай был не просто политическим институтом. Курултай был религиозным обрядом. Курултай был способом соединения с небом. Курултай был способом получения воли неба. Курултай был способом утверждения порядка. Курултай был способом жизни. Курултай был способом смерти. Курултай был способом возрождения. Курултай был небом на земле. Курултай был Тенгри среди людей. Курултай был космосом в действии.

Почтовая служба, созданная Чингисханом, была не просто средством связи. Она была космологической сетью. Станции, которые назывались ям, располагались через определённые промежутки вдоль всех дорог империи. На каждой станции стояли лошади, готовые к отправке. На каждой станции жили люди, готовые к службе. На каждой станции хранились припасы, готовые к использованию. Гонец, прибывший на станцию, мог сменить лошадь и продолжить путь. Гонец, прибывший на станцию, мог отдохнуть и поесть. Гонец, прибывший на станцию, мог передать сообщение другому гонцу. Благодаря этой системе сообщение могло пройти от Ханбалыка до Сарая за несколько недель. Благодаря этой системе приказ великого хана мог достичь самых дальних уголков империи. Благодаря этой системе империя была единым организмом. Благодаря этой системе империя была живой. Благодаря этой системе империя была небом. Почтовая служба была не просто средством связи. Почтовая служба была кровеносной системой империи. Почтовая служба была нервной системой империи. Почтовая служба была дыханием империи. Почтовая служба была жизнью империи. Почтовая служба была небом империи. Почтовая служба была Тенгри империи. Почтовая служба была космосом империи.

Города, которые возникали в империи Чингизидов, были не просто поселениями. Они были космологическими центрами. Каракорум, столица Монгольской империи, был построен Угедеем в 1235 году. Он был расположен в долине реки Орхон, в самом сердце Монголии. Он был окружён степью, но в нём стояли дома, дворцы, храмы. В нём жили ремесленники, купцы, чиновники, астрономы. В нём находилась ставка великого хана. В нём находилась сокровищница. В нём находилась библиотека. В нём находилась обсерватория. Каракорум был не просто городом. Каракорум был моделью мира. В центре города стоял дворец великого хана. Вокруг дворца стояли дома знати. Вокруг домов знати стояли дома ремесленников. Вокруг домов ремесленников стояли юрты кочевников. Вокруг юрт кочевников стояла степь. Вокруг степи стояло небо. Всё было упорядочено. Всё было иерархично. Всё было космично. Каракорум был небом на земле. Каракорум был Тенгри среди людей. Каракорум был космосом в камне. Каракорум был жизнью. Каракорум был смертью. Каракорум был возрождением. Каракорум был небом. Каракорум был Тенгри. Каракорум был.

Сарай-Бату, столица Золотой Орды, был построен Бату-ханом в 1250-х годах. Он был расположен на берегу Волги, в том месте, где река разделяется на множество рукавов. Он был окружён степью, но в нём стояли дома, дворцы, мечети, церкви. В нём жили татары, русские, булгары, хорезмийцы, греки, армяне. В нём находилась ставка хана. В нём находилась сокровищница. В нём находилась библиотека. В нём находилась обсерватория. Сарай-Бату был не просто городом. Сарай-Бату был моделью мира. В центре города стоял дворец хана. Вокруг дворца стояли дома знати. Вокруг домов знати стояли дома ремесленников. Вокруг домов ремесленников стояли юрты кочевников. Вокруг юрт кочевников стояла степь. Вокруг степи стояло небо. Всё было упорядочено. Всё было иерархично. Всё было космично. Сарай-Бату был небом на земле. Сарай-Бату был Тенгри среди людей. Сарай-Бату был космосом в камне. Сарай-Бату был жизнью. Сарай-Бату был смертью. Сарай-Бату был возрождением. Сарай-Бату был небом. Сарай-Бату был Тенгри. Сарай-Бату был.

Ханбалык, столица империи Юань, был построен Хубилаем в 1267 году. Он был расположен на месте современного Пекина. Он был окружён стенами, но в нём стояли дворцы, храмы, обсерватории. В нём жили монголы, китайцы, уйгуры, персы, арабы. В нём находилась ставка великого хана. В нём находилась сокровищница. В нём находилась библиотека. В нём находилась обсерватория. Ханбалык был не просто городом. Ханбалык был моделью мира. В центре города стоял дворец великого хана. Вокруг дворца стояли дома знати. Вокруг домов знати стояли дома ремесленников. Вокруг домов ремесленников стояли дома купцов. Вокруг домов купцов стояли дома иностранцев. Вокруг домов иностранцев стояли стены. Вокруг стен стояла степь. Вокруг степи стояло небо. Всё было упорядочено. Всё было иерархично. Всё было космично. Ханбалык был небом на земле. Ханбалык был Тенгри среди людей. Ханбалык был космосом в камне. Ханбалык был жизнью. Ханбалык был смертью. Ханбалык был возрождением. Ханбалык был небом. Ханбалык был Тенгри. Ханбалык был.

Марага, обсерватория, построенная Насир ад-Дином ат-Туси по приказу Хулагу-хана в 1259 году, была не просто научным учреждением. Она была космологическим центром. Она была расположена в Азербайджане, на перекрёстке торговых путей. В ней работали астрономы из Персии, Китая, Средней Азии, Византии. В ней были собраны инструменты, которых не было нигде в мире. В ней были созданы таблицы, которые превзошли всё, что было известно до того. В ней были воспитаны учёные, которые позже работали в Самарканде, в Стамбуле, в Самарканде, в Каире, в Кордове. Марага была не просто обсерваторией. Марага была моделью неба. В центре Мараги стоял главный инструмент. Вокруг главного инструмента стояли вспомогательные инструменты. Вокруг вспомогательных инструментов стояли дома для учёных. Вокруг домов для учёных стояли стены. Вокруг стен стояла степь. Вокруг степи стояло небо. Всё было упорядочено. Всё было иерархично. Всё было космично. Марага была небом на земле. Марага была Тенгри среди людей. Марага была космосом в камне. Марага была жизнью. Марага была смертью. Марага была возрождением. Марага была небом. Марага была Тенгри. Марага была.

Чингизиды не были просто завоевателями. Они были строителями. Они строили города, дороги, мосты, каналы. Они строили обсерватории, библиотеки, школы, больницы. Они строили империю, которая была не просто территорией, а космосом. Они строили мир, в котором небо было не абстракцией, а реальностью. Они строили мир, в котором каждый человек знал своё место. Они строили мир, в котором каждый человек знал свой путь. Они строили мир, в котором каждый человек знал свой закон. Они строили мир, в котором каждый человек знал своего хана. Они строили мир, в котором каждый человек знал своего бога. Они строили мир, в котором каждый человек знал себя. Они строили мир, в котором каждый человек был частью неба. Они строили мир, в котором каждый человек был частью Тенгри. Они строили мир, в котором каждый человек был частью космоса. Они строили мир, в котором каждый человек был. Они строили мир, в котором каждый человек есть. Они строили мир, в котором каждый человек будет. Они строили мир, в котором каждый человек вечен. Они строили мир, в котором каждый человек бесконечен. Они строили мир, в котором каждый человек небо. Они строили мир, в котором каждый человек Тенгри. Они строили мир, в котором каждый человек космос. Они строили мир, в котором каждый человек всё. Они строили мир, в котором каждый человек ничего. Они строили мир, в котором каждый человек всё. Они строили мир.

Когда европейские путешественники впервые попали в ставку монгольского хана, они были поражены не только богатством и могуществом, но и порядком, который царил в этом кочевническом мире. Плано Карпини, посол папы римского, побывал в ставке Гуюка в 1246 году. Он описывал шатёр хана, который был сделан из белого войлока и был таким большим, что в нём могло поместиться две тысячи человек. Трон хана был сделан из слоновой кости и золота. Охрана состояла из тысячи всадников, вооружённых луками и мечами.

Глава 8. Джунгарское ханство как последний осколок кочевой империи

Когда-то на картах Азии было огромное пространство, которое европейцы называли Великой Тартарией. Оно простиралось от Волги до Амура, от Ледовитого океана до Гималаев. Внутри этого пространства существовали десятки государств, орд и ханств. Одни из них были могущественны и известны всему миру. Другие были малы и незаметны. Но было среди них одно, которое сумело сохранить дух кочевой империи дольше всех. Оно сопротивлялось Китаю и России, оно создавало собственные законы и собственную космологию, оно жило по заветам Чингисхана и верило в Тенгри. Его называли Джунгарским ханством. И оно стало последним осколком того мира, который когда-то назывался Великой Тартарией.

Джунгары были западными монголами. Они говорили на ойратском языке, который отличался от языка восточных монголов. Они кочевали в степях между Алтаем и Тянь-Шанем, в землях, которые когда-то принадлежали хунну, тюркам и Чингисхану. Они были наследниками древних традиций. Они знали, как разводить скот, как воевать, как читать небо. Они помнили легенды о великих ханах прошлого. Они верили, что небо избрало их, чтобы сохранить кочевой мир. И они были готовы бороться за это до конца.

В начале семнадцатого века ойраты, или джунгары, начали объединяться под властью своих ханов. Они создали государство, которое простиралось от озера Балхаш на западе до Хами на востоке, от Алтая на севере до Кукунора на юге. Это была огромная территория. Она включала в себя степи, горы, пустыни, озёра. Она включала в себя торговые пути, которые связывали Китай, Среднюю Азию, Сибирь, Тибет. Она включала в себя десятки народов: монголов, тюрков, казахов, киргизов, уйгуров, тибетцев. Все они были подданными джунгарских ханов. Все они платили дань. Все они смотрели на небо. Все они верили в Тенгри.

Джунгарское ханство было не просто государством. Это была кочевая империя, устроенная по заветам Чингисхана. Во главе стоял хан. Хан был не просто правителем, он был сыном неба. Хан получал власть от Тенгри, был посредником между небом и землёй. Решал все важные дела, объявлял войну, заключал мир. Хан отправлял и принимал послов. Судил, награждал, наказывал.

Но власть хана не была абсолютной. При хане существовал совет старейшин, который назывался «чулган». Чулган собирался для решения важных вопросов. Чулган выбирал и смещал хана, утверждал законы. Также как и хан, объявлял войну и заключал мир. Чулган был собранием родов и племён.

Джунгарское ханство было военной империей. Его армия насчитывала десятки тысяч всадников. Его воины были вооружены луками, мечами, копьями. Они умели воевать в степи, в горах, в пустыне. Они умели воевать зимой и летом. Они умели воевать днём и ночью. Они были непобедимы.

Джунгары воевали с казахами, киргизами, узбеками, бухарцами, хивинцами, кокандцами, китайцами, русскими. Они воевали со всеми. Они не боялись никого. Они верили, что небо на их стороне. Они верили, что Тенгри ведёт их. Они верили, что они — избранный народ. Они верили, что они — последний оплот кочевого мира. Они верили, что они — Великая Тартария.

Одним из величайших джунгарских ханов был Галдан-Бошогту. Он правил в конце семнадцатого века. Он объединил ойратские племена. Он создал сильное государство. Он воевал с Китаем. Он воевал с казахами. Он воевал с Халхой. Он пытался создать единое монгольское государство. Он пытался возродить империю Чингисхана. Он пытался вернуть кочевому миру его былое величие. Он верил, что небо избрало его для этой миссиии что Тенгри ведёт его. Он верил, что он — сын неба, хан ханов. Он верил, что он — Чингисхан нового времени.

Галдан-Бошогту был не просто воином. Он был политиком. Он был дипломатом. Он был стратегом. Он понимал, что Джунгария не может воевать на всех фронтах одновременнои и что нужно выбирать союзников.

Но Джунгария была не только военной державой. Она была и культурным центром. При ханах работали астрономы, астрологи, врачи, поэты, музыканты. Строились храмы, монастыри, обсерватории. Переводились книги с тибетского, китайского, персидского, арабского. Создавались собственные летописи, в которых описывалась история джунгар, их ханов, их побед, их космологии. Создавались календари, которые сочетали в себе тюркские, монгольские, тибетские и китайские элементы.

Джунгарское ханство было не только государством, оно было цивилизацией. Но Джунгарское ханство было обречено. Китайская империя Цин, которая правила в Пекине, не могла терпеть существование независимого кочевого государства на своих западных границах. Российская империя, которая продвигалась на восток, не могла терпеть существование независимого кочевого государства на своих южных границах. Джунгария была между двумя гигантами. Джунгария была между молотом и наковальней. Джунгария была между небом и землёй. Джунгария была между жизнью и смертью.

Война началась в 1755 году. Цинская армия вторглась в Джунгарию. Джунгары сопротивлялись. Но силы были неравны. Цинская империя была огромной, богатой, имела миллионную армию, флот, артиллерию. В 1757 году цинская армия разгромила последние отряды джунгар. Хан Амурсана, который пытался возродить Джунгарию, бежал в Россию и умер в Тобольске в 1757 году. Цинский император Цяньлун приказал уничтожить всех джунгар. По разным оценкам, погибло от пятисот тысяч до одного миллиона человек. Джунгария была стёрта с лица земли. Её города и храмы были разрушены.

Джунгарское ханство исчезло. Но его наследие не исчезло. Оно живёт в памяти калмыков, которые являются потомками ойратов, ушедших на запад в семнадцатом веке. Оно живёт в памяти бурятов, которые являются потомками ойратов, оставшихся на востоке. Оно живёт в памяти алтайцев, которые являются потомками тюркских народов, входивших в состав Джунгарии. Оно живёт в памяти казахов, которые являются потомками казахов, воевавших с Джунгарией и входивших в её состав. Оно живёт в памяти киргизов, которые являются потомками киргизов, воевавших с Джунгарией и входивших в её состав. Оно живёт в памяти монголов, которые являются потомками монголов, входивших в состав Джунгарии. Оно живёт в памяти всех народов, которые помнят о Джунгарии. Оно живёт в памяти всех народов, которые помнят о небе. Оно живёт в памяти всех народов, которые помнят о Тенгри.

Джунгарское ханство было последним осколком Великой Тартарии. Оно было последним кочевым государством, которое пыталось жить по заветам Чингисхана. Оно было последним государством, которое верило в Тенгри. Оно было последним государством, которое смотрело на небо.

Глава 9. Народы Великой Тартарии: монголы, буряты, калмыки, татары

Великая Тартария не была страной одного народа. Это было пространство, где под одним небом жили десятки племён и народностей, говоривших на разных языках, поклонявшихся разным богам, но связанных общей судьбой и общей географией. Когда европейские картографы рисовали свои карты, они редко задумывались о том, что за названиями орд и ханств скрываются живые люди с их радостями и печалями, с их обрядами и верованиями, с их представлениями о мире. А между тем именно эти люди создавали ту космологию, которую позже назовут тартарской. Именно они смотрели на небо каждую ночь и видели в нём не абстрактные светила, а знаки, определяющие их жизнь. И чтобы понять эту космологию, нужно сначала понять, кто были эти люди.

Монголы были сердцем Великой Тартарии. Они дали ей имя, они дали ей ханов, они дали ей империю. Но монголы не были единым народом в том смысле, который вкладывают в это слово современные этнографы. В тринадцатом веке, когда Чингисхан объединил степи, монголами называли себя несколько крупных племенных союзов: борджигины, тайчиуты, кереиты, меркиты, найманы, татары. Все они говорили на близких наречиях, все они кочевали в сходных условиях, все они верили в Тенгри и поклонялись небу. Но между ними были и различия: одни жили в лесах, другие в открытой степи, одни разводили овец, другие — лошадей, одни были более воинственны, другие более склонны к торговле. Чингисхан сумел объединить эти племена в единый народ, но это объединение не было мгновенным. Оно потребовало десятилетий войн, интриг, союзов и предательств. И даже после объединения монголы сохраняли память о своём происхождении, о своих родах, о своих предках. Каждый монгол знал свою родословную до седьмого колена, и эта родословная была не просто списком имён. Это была карта неба, на которой каждая звезда соответствовала определённому предку, а каждое созвездие — определённому роду.

Буряты были северными соседями монголов. Они жили вокруг Байкала, в землях, где степь переходит в тайгу, а тайга — в тундру. Буряты делились на несколько крупных племён: булагаты, эхириты, хори, хонгодоры. Каждое племя имело свою территорию, свои пастбища, свои охотничьи угодья. Буряты занимались скотоводством, охотой, рыболовством. Они разводили лошадей, коров, овец, коз, верблюдов. Они охотились на медведей, волков, лисиц, соболей. Они ловили рыбу в Байкале и в реках, которые в него впадали. Их жизнь была связана с водой и лесом не меньше, чем с небом и степью. И их космология отражала эту связь. Буряты верили, что у каждого озера, у каждой реки, у каждой горы есть свой дух-хозяин. Они верили, что эти духи могут помогать или вредить. Они приносили им жертвы, чтобы задобрить их. Они пели им песни, чтобы порадовать их. Они рассказывали им истории, чтобы развлечь их. Они верили, что духи слушают их. Они верили, что духи отвечают им. Они верили, что духи — это не что-то далёкое и чуждое. Это соседи. Это родственники. Это предки. Это те, кто жил здесь до них. Это те, кто будет жить здесь после них. Это те, кто составляет с ними единый мир. Единый космос. Единую семью.

Калмыки были западной ветвью монгольского мира. Они ушли из Джунгарии в семнадцатом веке и поселились в степях между Волгой и Доном. Калмыки были кочевниками, как и их предки. Они разводили лошадей, овец, коров, верблюдов. Они жили в юртах, которые легко складывались и перевозились с места на место. Они ели мясо, пили кумыс, носили одежду из кожи и шерсти. Они говорили на калмыцком языке, который относится к монгольской группе языков. Они верили в Тенгри и поклонялись небу. Они приносили жертвы духам предков и духам природы. Они читали звёзды и предсказывали по ним погоду, урожай, войны. Они создали государство, которое называлось Калмыцким ханством. Это государство просуществовало около двух столетий и оставило глубокий след в истории России. Калмыки участвовали в войнах с крымскими татарами, с турками, с поляками, с шведами. Они были верными союзниками русских царей, но при этом сохраняли свою независимость, свою культуру, свою веру. Их космология была не просто частью их религии. Она была частью их идентичности. Она была тем, что отличало их от других народов. Она была тем, что связывало их с небом. Она была тем, что делало их калмыками.