Тёмные колодцы

- Ты слишком любишь болтать — с улыбкой заметил Адриан.

- И это тоже. Я очень проголодалась, вот и думаю только о еде — пожала плечами девушка.

Сообразив, что теперь моя очередь представляться, я постаралась говорить не слишком тихо и выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле:

- Я — Мелисса Бейкер, словесница с Кедрового острова. Все называют меня Мела. Надеюсь, что смогу быть чем-то полезной в этом расследовании, но пока не представляю, чем мой дар может вам помочь и как я вообще попала в число участников экспедиции.

- Очень приятно, Мела. Давайте, я сначала соображу нам чай, а потом введем тебя в курс дела. Без меня чур не обсуждать! — последнюю фразу Саммер вновь произнесла игриво-задорно, окончательно покорив меня открытой обаятельной улыбкой.

- Позови нашего буку с собой! — догнал ее уже в дверях окрик Адриана и, кажется, ей это предложение не очень понравилось, по крайней мере она закатила глаза и издала преувеличенно драматичный стон. Даже капризничать у нее получалось очень мило, я бы хотела иметь такую подругу.

- Я смотрю Саммер тебе понравилась, она и правда очень добрая, и хорошая. Но ты должна знать ее талант, она сама не любит о нем рассказывать, поэтому и убежала, предоставив это мне. После того как люди узнают о нем, то начинают ее избегать. У Саммер дар внушения, она не передает тебе свои мысли, но она может навязать определенную эмоцию и у нее десятый уровень, так что имей это в виду. Несмотря на юный возраст у нее большой опыт работы в правительстве, она постоянно присутствует на разнообразных встречах с посланниками из других стран и на собраниях Центрального Управления для создания спокойной благожелательной атмосферы. Я думаю, она не хотела воздействовать на тебя, но она уж очень сильно хотела тебе понравиться, поэтому ее радость и счастье от вашей встречи передались и тебе. Обычно она старается не применять дар в повседневной жизни — сказал магистр дара.

- От встречи со мной? Счастье? Не понимаю. Почему ее может радовать наша встреча? Я не была в Синтоми, вряд ли у нас есть общие знакомые — совсем растерялась я.

- Мне передали список участников нашего расследования за несколько дней до отплытия и личные дела на каждого. Я рассказывал ей про тебя, про твое посвящение, и Саммер очень захотела познакомиться с тобой. Сейчас ты поймешь почему. Она родилась на Пряном острове и как только узнали ее уровень и дар, родители отправили ее в столицу, не сильно спрашивая, хочет ли она. Как и многих других детей. С того момента, как она поступила на службу, вокруг нее чаще всего оказываются политики и дипломаты, с которыми и не поговоришь особо. Ей всегда приходится сдерживать свой веселый нрав. Кроме того, многие избегают ее из-за дара, так как начинают сомневаться в своих чувствах. Поэтому узнав, что к нам присоединится простая девушка ее возраста, она была очень рада. Она все уши прожужжала, как вы будете болтать допоздна и делиться секретами.

- Теперь понятно, надеюсь я ее не разочарую, но у меня никогда не было близкой подруги, не уверена, что смогу делиться с кем-то секретами, да их и нет у меня. Я никогда не слышала, что бывают такие способности как внушение чувств.

- Да о таких способностях наше правительство всегда старается умалчивать, но широко их применяет. И когда на каком-то острове возникает напряженность или опасность бунта, то туда отправляют в том числе и команду «внушителей», которые стараются смягчить чувства и эмоции людей. Но, конечно, это не все меры, которые предпринимаются. Дальше в ход вступают всякие политические хитрости.

- А ещё есть такие способности, ну необычные? Такие, которые скрываются от остальных?

- Да, таких довольно много, но они очень редкие. Есть дары, которые бывают у одного-двух человек на всю страну. Бывают дары опасные, их обладатели предпочли бы отказаться от них, как от проклятья. Такие люди живут изолированно от общества всю свою жизнь. И хотя они ни в чем не нуждаются, но вряд ли их можно назвать счастливыми.

Адриан рассказывал об этом и всё в его облике говорило, что это его печалит, что эти люди его личная боль. Его плечи поникли, глаза блестели, а голос срывался на последних словах. Может он чувствует вину, когда выносит вердикт о даре его владельцу, особенно о таком даре, из-за которого человек оказывается всё равно что в тюрьме.

- А как утаиваются такие способности, если на процедуре проявления они оглашаются на большую аудиторию? — поинтересовалась я.

- Они и не оглашаются. Все Магистры дара предупреждены, что не все таланты называются вслух, поэтому для всех остальных называется что-то обычное, но обязательно десятого уровня, чтобы оправдать последующий отъезд в столицу. Обычно я наведываюсь вечером в семьи, где живет обладатель редкого дара и тогда уже раскрываю способность и уровень. Обещаю золотые горы, интересную и яркую жизнь, возможность потом забрать семью и забираю с собой. Но, конечно, семью на самом деле забрать будет нельзя, о таких дарах не может знать никто, даже родные.

- Государственные тайны выбалтываешь? — вдруг раздался резкий холодный голос.

Я оглянулась на дверь. В проеме стоял очень высокий молодой мужчина в черных брюках и черной же рубашке с глухим воротом. Рост его впечатлял, голова почти касалась потолка каюты, но из-за излишней худобы, он не производил того впечатления могучего превосходства, какое на невысоких людей часто оказывают люди много выше и мощнее их. Он был угловат и, казалось, не знал куда деть свои руки. Волосы подстрижены очень коротко, совсем не по моде. Глаза серые, холодные, сердито смотрят на Адриана, игнорируя мое присутствие. Тонкие губы сердито сжаты. Казалось, всё в нем вызов и непокорность.

- Себ, не пугай нашу новую коллегу. Возможно, я сказал кое-что лишнее, но думаю вреда не будет. Все мы должны хорошо разбираться в различных аспектах получения дара, чтобы понять, что же все-таки происходит на Зеленом острове. - сказал Адриан и продолжил, повернувшись ко мне - познакомься - это Мелисса Бейкер, будь с ней поласковей, пожалуйста, тебя и так уже Саммер избегает.

- И ничего не избегаю, - вынырнула из-за спины мужчины Саммер с подносом в руках, на котором дымились четыре кружки с ароматным чаем — он сам прячется в каюте от всего мира, я тут совершенно не причем.

- Прошу прощения, что не представился сразу, меня зовут Себастиан Монтгомери. Я бываю резок, заранее извиняюсь — сказал молодой человек у двери, словно пропустив мимо ушей реплику Саммер. Слова словно пули вылетали быстро, резко и равнодушно.

«А что так можно было? Извиниться заранее, это же как купить себе индульгенцию, а потом грешить, не боясь расплаты. Теперь меня что ли и обижать можно, раз я уже предупреждена?» - пронеслась в моей голове гневная мысль, но вслух я сказала только: «Приятно познакомиться!» И постаралась выдавить приветливую улыбку.

В ответ Себастьян гневно посмотрел на меня и фыркнул что-то неопределенное, но определенно сердитое, и сердито поджав губы сел на краешек кровати напротив и уставился на кусочек неба над головой. Саммер и Адриан засмеялись хором, я смотрела на них как на умалишенных. Увидев мой растерянный вид и круглые от изумления глаза, они разразились новым взрывом хохота, лицо рыжеволосой девушки стало красным от смеха, я же покраснела по другой причине. Это становилось совсем не весело. Может смеются надо мной? Может я что-то сделала не так? Вот поэтому я и не любила незнакомые компании, и по возможности старалась избегать их. Из-за своей неуверенности в себе, скорее даже уверенности, что со мной что-то не так, я всё принимала на свой счет. Любой взгляд, который кажется странным, смешок или улыбка, и я хочу сбежать и оказаться в своей комнате, где есть я и книжный шкаф и больше никого. А ещё кофе… Эх как там мои девочки, пьют кофе без меня, наверное, болтают, обсуждая мой отъезд и то, что произошло на площади. Наверное, они уже знают про то, как меня вытащили на трибуну… Стоп! Опять меня куда-то понесло. Я тряхнула головой, и поняла, что уже никто не смеется. Все трое смотрели на меня, и я, смутившись, опустила взгляд на свои руки.

- Извини за нашу реакцию, Мела — сказала Саммер — но это было очень смешно. Ты сейчас и сама поймешь. У Себа очень интересный дар — он чувствует, когда ему лгут. А ты ему сказала всего одну фразу, что тебе приятно познакомиться с ним. И судя по его реакции, ты на самом деле не рада этому знакомству. И поделом! Может поймет, что добрее с людьми нужно быть, а то всё время как бука, дуется и молчит… Пора бы понять: что посылаешь в мир, то и возвращается к тебе бумерангом.

А мне совсем не было смешно. Получается, я сейчас обидела человека. Пусть такого неприятного и грубого, и похоже, зацикленного только на себе, но всё же обидела.

- Мне правда приятно — попыталась исправить ситуацию я.

- Да прекратите врать уже — раздраженно сказал Себастьян — издеваетесь что ли?

Каюту сотряс очередной взрыв хохота. Я решила, что постараюсь ничего не говорить этому человеку, для которого я словно открытая книга. Тут Саммер позвала всех к столу, я достала мамину выпечку и предложила угощаться всем. Видимо голодна была не только я, потому что булочки и пироги быстро исчезали с подноса, ели молча. Чай был очень горячий, приятно согревал руки и успокаивал, аромат, исходивший от него, кажется, включал в себя ноты клубники, душицы и малины. Я думала о маме, о доме. Нашла ли мама мой календарь на следующий месяц, понравится ли он ей или наоборот он помешает наладить жизнь без меня. Сейчас она, наверное, уже встала, позавтракала и села вязать в свое любимое кресло, думая обо мне.

От раздумий меня пробудила фраза Адриана: «Это самое вкусное, что я пробовал»! Он ел с аппетитом, но очень медленно, явно получая удовольствие. Откусывал кусочек и очень медленно жевал булочку с корицей, чуть не закрывая глаза от удовольствия.

- И он не обманывает — подтвердил Себ — по-моему мы бывали на одних и тех же приемах в Управлении, где готовили повара десятого уровня самые разнообразные блюда, настоящие деликатесы, неужели эти булочки лучше?

- Может и нет, но я сто лет не пробовал простой домашней еды. Моей мамы давно нет на этом свете. Ем эту булочку и вспоминаю ее, а ещё вспоминаю одну пожилую женщину, которая угощала меня такими же булочками с корицей, с ней тоже связаны чудесные воспоминания, но и ее тоже уже нет в живых. Эти булочки напоминают мне о двух самых счастливых событиях в моей жизни — глаза Адриана были печальны, но на последних словах он посмотрел на меня и улыбнулся, выражая благодарность.

После еды Себастьян рассказал подробности загадки, которые нам нужно разгадать. Их оказалось не так-то уж много. Первый известный случай был зафиксирован всё там же на Зеленом острове около двадцати пяти лет назад. На процедуре проявления Магистр дара не смог увидеть способности одного парня. Он настолько растерялся, что не догадался действовать по протоколу №5, то есть реагирование на лиц с уникальными способностями. Сделал перерыв на час, думая, что дело в его усталости, но и после отдыха он ничего не смог рассмотреть в глазах парня. Сказал, что им необходимо будет повторить ещё раз. Поэтому, когда он понял, что совершил ошибку, было поздно, слухи разошлись по всему городку и правду утаить не удалось. Следующий случай произошел спустя четыре года, в этом случае огласку удалось предотвратить. Но управление забеспокоилось и начало расследование. Были выработаны особые инструкции при выявлении молодых людей без дара, решено называть низкий уровень и произвольный дар, а уже потом проводить беседу с семьей, которая, конечно, была только «за», чтобы не разглашать, что результаты проявления сфальсифицированы. Потом эти случаи расследовались, но никакой взаимосвязи выявлено не было. В течение следующих пятнадцати-восемнадцати лет было ещё шесть подобных случаев. А за последние три года количество растет катастрофически быстро. Если в прошлом году было около десяти детей, то в этом уже около тридцати юношей и девушек. Словно болезнь, которая прогрессирует и заражает только лишь детей. Все молодые люди без дара были обследованы медиками, но никаких серьёзных проблем со здоровьем или аномалий не было найдено. Каждый год на Зелёный остров снаряжается небольшая экспедиция, чтобы не привлекать внимания, но выявить взаимосвязь не удается. И так как дар окончательно определяется к совершеннолетию, то раньше его разглядеть и понять на каком этапе он исчезает невозможно. В Управлении полный хаос, там боятся, что об этом узнают все вокруг, ещё больше боятся, что узнают, что они столько лет бездействуют и не могут найти ответы на вопрос о том, что же все-таки происходит на Зеленом острове. Также были взяты пробы воды, земли, исследован состав воздуха. Тут тоже нет ничего подозрительного. На нас возлагаются огромные надежды. По всей стране проходят митинги, народ недоволен политикой Управления. Загадка Зеленого острова может стать той спичкой, что разожжет гражданскую войну в нашей стране. Повториться история наших предков, только тогда наше государство формировалось, а теперь оно может быть разрушено навсегда.

Я вспомнила толпу в родном Лабруане и подумала, что если бы им рассказать то, что сейчас узнала я, то они были бы, мягко говоря, возмущены и во что вылилось бы это «возмущение» одному богу известно!

- У вас есть какой-то план действий? — спросила я.

- Для начала попытаемся поговорить с семьями. Найти связь. Я чувствую, что главное — это найти что-то общее в историях этих семей. Может они посещали одно и то же место, ели нечто странное, пользовались какими-то лекарствами, держали дома животное с какой-нибудь патологией или их покусал человек без дара — пошутила Саммер — но для начала надо оказаться на месте и получше узнать этих людей. Пока мы можем лишь строить предположения. Поэтому я предлагаю не волноваться понапрасну раньше времени, а приятно провести время на корабле. Хотя качка довольно быстро утомляет. Мела, у тебя нет морской болезни?

- Не знаю — я первый раз покинула свой остров — смущенно сказала я.

- Тогда мы должны сделать, чтобы путешествие тебе понравилось — с энтузиазмом откликнулся Адриан — предлагаю сейчас вместе прогуляться по палубе, а вечером сходить в корабельный ресторан, выпить по бокалу красного вина, а ещё я видел, что сегодня будет копченая стерлядь с клубнями картошки и зеленью, обожаю!

- Можно не участвовать в вашей программе на сплочение? — с усмешкой спросил Себастьян.

- Нет! — хором ответили Адриан и Саммер.

- Хорошо, я пойду в ресторан, меню и вправду заманчивое. А вот от прогулки по палубе увольте, меня ожидает интересная книга в каюте.

При его словах, я с сожалением вспомнила, что я не догадалась взять с собой книгу. И подумала, что надо узнать Себа поближе, а уж потом делать выводы какой он человек. Люди, которые любят читать, всегда вызывают у меня симпатию, да и я в конце концов не мягкая мурлыкающая кошечка, скорее черепаха, что любит отсиживаться под панцирем.

Я уже более открыто посмотрела на Себастьяна и сказала: «Приятно познакомиться»! Он смущенно улыбнулся мне в ответ, и мне стало совсем легко. Перед выходом из каюты мы с Саммер тепло оделись, потом зашли в мужскую каюту. Она была абсолютной копией нашей, только вместо карты висел красивый морской пейзаж и покрывала на кроватях были синими. Адриан тоже оделся, и мы вместе пошли к выходу на палубу. Адриан рассказывал о том, как выбирают древесину для кораблей, заготавливают ее обязательно зимой, сплавляют спиленные деревья по рекам к месту строительства корабля, сушат, распиливают на доски, снова сушат месяцы, а порой и годы. Обрабатывают дерево смолами и маслами, чтобы защитить от гниения и вредителей. И это только подготовка материала. А ведь есть ещё проектирование, построение чертежей, создание каркаса и его обшивка, установка мачт и парусов, рулевого управления в ещё не такие далекие времена. Сейчас устанавливают паровые машины, корабли быстро шагнули вперед в своем развитии, стали больше, мощнее и быстроходнее. «Но сохранилась ли душа корабля, связь с каждым матросом?» - рассуждал Адриан - «нет крыльев-парусов, носовых фигур - защитников в плавании. Не потеряли ли мы что-то важное в погоне за прогрессом?»

Я шла по палубе, слушала Адриана и представляла, сколько людей потрудились, чтобы спустить этот корабль на воду, сколько веков нам потребовалось, чтобы получить знания и опыт для постройки этого величественного судна. И наконец мы нашли свободное местечко возле борта и стали смотреть на океан. Земли уже не было видно, одна темная, иссиня-черная волнующаяся масса, прекрасная и бездонная… И корабль, который мне только что представлялся прекрасным и таким огромным, вдруг показался одиноким, маленьким и беспомощным.

- Впечатляет? — спросила Саммер.

- Скорее, пугает — ответила я.

- Это сейчас пасмурно, а когда на волнах играют солнечные блики, это так красиво. А ещё закат, он прекрасен в открытом океане!

- А я люблю выходить на палубу ночью и любоваться на лунную дорожку на воде — подхватил Адриан.

Ещё немного постояв и полюбовавшись на прекрасный вид, мы решили ещё пройтись перед возвращением в каюты и, развернувшись, я нос к носу столкнулась с тем, кого увидеть здесь никак не рассчитывала… с Мариусом.

Глава 5. Команда

За последние пару часов я успела забыть про постыдный побег сегодня утром. Но увидев не менее удивленное лицо Мариуса напротив, в душе вновь шевельнулись угрызения совести и чувство вины. Я сцепила руки перед собой, чтобы скрыть дрожь. Хотелось отвести взгляд, но глаза не слушались — с ужасом и ожиданием они искали что-то в чертах моего недавнего знакомца. Изумление на его лице медленно сменялось обидой, и он смог вымолвить заикаясь, только: «Т-ты?»

- Я, — грустно ответила я, опустив голову, не зная, что ещё могу добавить и как вообще себя вести теперь.

- Мариус, это ты? Давно не виделись! — вдруг воскликнул Адриан, протягивая руку для приветствия.

- Адриан, вот так встреча! Да, уже год прошел с нашей последней встречи. Как сейчас помню, как мы сидели и обсуждали расширение моего цветочного бизнеса в ресторанчике моей мамы, ты дал мне тогда несколько неплохих советов. И вот я открываю свой первый магазин на Кедровом острове, может и благодаря тому, что ты верил в меня — он энергично пожал руку Магистру Дара и тепло улыбнулся, а потом кивнул в мою сторону — Очень интересно, почему вы оказались в компании этой особы? — он взглянул на меня задумчиво, как будто что-то просчитывая в уме.

- Ты знаешь Мелу? Ах да, ты же возвращаешься с Кедрового острова. Я тебе всё объясню, но только не здесь. Давайте спустимся назад в каюту, такого моциона мне вполне достаточно, ветер пронизывает насквозь. Мариус, познакомься с Саммер, моя коллега, в какой-то степени. Саммер, это Мариус, он успешный предприниматель, у него несколько цветочных магазинов на Зелёном острове.

Мариус и Саммер обменялись любезными приветствиями и всеми положенными словами о том, как приятно встретить хорошую компанию в длинном путешествии.

- Пока идем, Мариус, расскажи, пожалуйста, почему ты выбрал именно Кедровый? — спросил Адриан.

- Есть несколько причин. Я решил, что на Пряном всякой растительности и так хватает, на Оленьем придется выдерживать большую конкуренцию, на Восточном и Скалистом мало плодородной земли, на Крайний не попасть. Вот и остался Кедровый. Но есть и другая причина. Я всю жизнь прожил на одном острове, мечтал путешествовать и увидеть мир, я тебе уже говорил. Кедровый остров показался мне самым интересным вариантом: более суровый климат, хвойные леса, маленькие городки с уютными домиками и добрыми людьми, которые и накормят, и обогреют.

Я поняла, что эта фраза была сказана для меня и, наконец, осмелилась посмотреть на Мариуса. Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза, и в них не было больше злости, только вопрос и интерес.

Саммер, которая смирно шла в конце процессии всё это время, не успела вовремя остановиться, врезалась в мое плечо, и я покачнулась. Мариус обхватил меня за талию и не дал упасть.

- Видимо, ловить вас — моя судьба — подмигнул Мариус, и я вспомнила свое падение с трибуны. Но сейчас это уже казалось веселым приключением, Мариус тоже весело улыбался, что совсем не походило на вчерашнего моего товарища по заключению под трибуной, порой колючего и резкого. Вероятно, это Саммер включила свое внушение, но зачем? Может, для того, чтобы наш новый попутчик был менее подозрителен и задавал поменьше вопросов. Я же ничего не почувствовала. А может, у нашего нового попутчика просто такой изменчивый нрав, и подобные перепады настроения — его естественное поведение?

Мы договорились через десять минут встретиться у нас в каюте и вновь устроить чаепитие. Как только мы пришли в каюту, моя соседка стала хлопотать о чае, забрала поднос с грязными кружками и куда-то убежала. Я в какой-то прострации сняла свое пальтишко, присела на краешек кровати и начала думать, как объяснить Мариусу свой побег, не посвящая в наше дело. Мне бы очень пригодился сейчас чей-то совет, но рядом никого не было, а в голову ничего не приходило.

Тут дверь открылась и в комнату заглянул Мариус, спросив разрешения войти, в руках он держал какой-то сверток. На нем был бежевый свитер и коричневые брюки, волосы опять в идеальном порядке, а вот я и не подумала себя в порядок привести. Наверняка моя прическа очень пострадала от ветра на палубе, и я машинально пригладила волосы, понимая, что это всё равно не поможет.

Мой вчерашний спаситель зашел и сел рядом со мной, я развернулась к нему и еле слышно прошептала: «Извини, пожалуйста! Наверное, я заставила тебя волноваться!»

Я не знаю, каких слов он ждал от меня, но глаза его опять смотрели сердито, наверное, сейчас мысленно он вновь проживал то, что почувствовал утром.

- Ты думаешь, я волновался? Много чести! Просто я обещал Анне позаботиться о тебе, а получилось, что подвел ее. Вот об этом я думал. Не надо воображать там себе… — резко ответил он, внутри неприятно кольнула обида.

- Ну тогда и оправдываться не буду! — отвернулась я от него, понимая, что веду себя как ребенок, что всё равно придется как-то объясняться, но радуясь хотя бы недолгой отсрочке.

Часы на стене тикали нестерпимо громко и необъяснимо медленно. Я рассматривала царапины на столе и проводила по ним пальцем, лишь бы пережить эти бесконечные секунды. Следы чужих судеб такие материальные и осязаемые и вместе с тем абсолютно немые, они ничего не могут поведать о том, кто плыл в этой каюте до нас, куда и зачем… Может сделать ящичек для писем будущим путешественникам, оставить первое письмо, свой говорящий след в истории этой каюты, может кто-то решит продолжить традицию. Это бы немного скрасило скуку и однообразие и мне, и тем, кто в будущем окажется на моем месте.

- Ты просто невозможная! Так и будешь молчать и дуться? — уже без злости сказал Мариус — Да, я немного волновался за тебя, самую капельку. Может, всё-таки поговорим?

Я не могла скрыть торжествующей улыбки, поэтому смогла повернуться к нему только через несколько секунд, порозовевшая и довольная. Но тут двери открылись, каюта мигом наполнилась людьми и стала казаться очень маленькой и тесной для пяти человек. Саммер с подносом шла последней и с трудом протиснулась к столу всё с тем же ароматным чаем, и мы вместе начали хлопотать над угощением. Я вновь достала мамину выпечку, Саммер достала кулечек с конфетами ассорти и воздушным зефиром. Адриан сел рядом с Мариусом, а Себастьян оказался напротив и вид у него был такой же сердитый, как и утром, словно солнце на этом небосводе и не появляется никогда.

Мариус первый протянул ему руку для приветствия и представился: «Добрый день, Мариус Рид, очень рад знакомству»! Видимо, он не совершил той же ошибки, что и я, потому что Себ ответил ему вполне доброжелательно с легкой улыбкой: «Себастиан Монтгомери, тоже рад»! И посмотрел на меня торжествующе, мол, смотри, бывают же нормальные люди, не как ты. Я хмыкнула и отвернулась, хотелось как-то предупредить Мариуса о способностях грубияна напротив, но скорее всего эту информацию раскрывать также нельзя.

- Я тоже принес угощение к чаю — сказал мой сосед слева и протянул свой сверток. Там оказались булочки с корицей, которые пекла мама.

- Эти булочки мне кажутся знакомыми, кажется, такими же я угощался сегодня утром — подозрительно сказал Адриан, переводя взгляд с меня на Мариуса — откуда вообще вы двое знаете друг друга?

Мне пришлось рассказать о волнениях в нашем городе, о нашем знакомстве и о том, как мы оказались у меня дома.

- У Мелы чудесная мама — закончил мой рассказ Мариус — она очень волнуется за свою дочь и поэтому вчера попросила меня проводить ее и помочь сесть на корабль, который плывет на Олений остров. А она сбежала от меня на пристани и в итоге я ее встречаю здесь, со всеми вами, в пути на мой родной Зелёный. У меня есть догадки, но я бы хотел все-таки точно знать, что же происходит.