Следы на бездорожье

Он видел, что она хотела продолжить, но вместо этого открыла раздел о наземном транспорте.

— Здесь один подтверждённый исправный вездеход. Остальные по старым ведомостям. До посадки я хочу знать, на чём вы собираетесь возвращаться, если ваш хороший повод соберёт людей у дороги.

Ян придвинул к себе планшет.

Это был правильный вопрос. Он собирался задать его сам, но теперь пришлось отвечать.

Харон-9 появился на экранах за несколько часов до выхода на орбиту.

Сначала Ян увидел гладкий тёмный край и тонкую полоску атмосферы. Потом освещение изменилось, проступили материковые гряды. Планета была цвета старой золы с ржавыми пятнами и светлыми прожилками.

Над одной из равнин растянулся пылевой фронт. Издали он напоминал мягкую ткань. Контур наложил предварительную оценку движения, и мягкость исчезла: под облаком лежали сотни километров поверхности, которую сейчас никто на земле не видел.

Ян стоял за пилотскими креслами, держась за поручень.

Натан работал без лишних движений. Ева проверяла подготовку к орбитальному манёвру. В кабине звучали только короткие служебные сообщения.

Когда нагрузка снизилась, Контур вывел участок поселения.

Металлические крыши были прижаты к земле. Между ними тянулись узкие проходы и кабельные линии. Дальше начиналась дорога, затем каменные гряды, пустые русла, редкие пятна растительности.

Ян нашёл на изображении русло, которое проверял в начале рейса.

Сверху оно всё ещё выглядело удобным.

— Контур, запроси местного проводника, который ходил к станции в этом сезоне. Не старшего по должности, а того, у кого ботинки ещё помнят дорогу.

— Запрос подготовлен.

— И состояние ближайших убежищ на сегодня. Теперь у них нет причины отвечать через неделю.

В кабине прозвучал сигнал входящего сообщения.

Голос местного дежурного был хриплым, с длинными паузами. Он подтвердил готовность площадки, сообщил направление ветра и попросил не выходить за край настила до встречи с представителем поселения.

Ян посмотрел на Еву.

— Заботливые люди.

Она продолжала слушать.

Дежурный замолчал, будто сверялся с кем-то вне связи, затем добавил:

— Ещё одно. Если ваш человек собирается спрашивать об Арсеньеве, пусть делает это не на общей частоте. За последние два дня здесь уже спрашивали.

Ян наклонился к микрофону.

— И что им ответили?

Несколько секунд слышалось только потрескивание.

— Что его нет.

— А мне что ответите?

Пауза стала длиннее.

— Сначала сядьте.

Ян выпрямился.

На экране лежала маленькая площадка среди тусклых крыш. За ней начиналась дорога, которую он изучил до последнего видимого поворота.

Кто-то внизу уже знал, зачем они прилетели.

— Контур, сохрани разговор отдельно. И покажи все выходы с площадки.

Глава IV. След у дороги

После остановки двигателей в кабине стало слышно, как Натан выдыхает.

Он не отнял руки от пульта. Проверил опоры, давление в посадочных контурах, состояние внешних датчиков. Только потом откинулся в кресле.

— Стоим, — сказал он. — На площадке перекос, но в допуске. Правая задняя опора ближе к краю, чем мне нравится.

Ева вывела изображение с кормовой камеры.

— При вылете учтём. Контур, сохрани положение корпуса и проверь осадку через десять минут.

Ян уже снял удерживающий ремень.

На экране перед ним лежала металлическая площадка с заплатами и тёмными следами старых посадок. По краям стояли низкие столбики. Несколько были согнуты, один отсутствовал. За ними начинался серый грунт.

Поселение казалось близким. Из кабины виднелись крыши, резервуар на коротких опорах и ряд антенн. Между площадкой и первыми строениями проходила дорога, почти прямая, с широкими светлыми обочинами.

— Кто-нибудь вышел встречать? — спросил Ян.

— Один человек у северного ограждения, — ответил Контур. — Подошёл после завершения посадки. Оружие на доступном изображении не различимо.

Ян увеличил картинку.

Человек стоял у столбика, держа под мышкой плоскую сумку. Не махал, не пытался приблизиться. На голове у него был выцветший капюшон, нижнюю часть лица закрывала ткань.

— Терпеливый, — заметил Ян. — Или умный. Сейчас выясним.

У выхода Ева остановила его.

— Первые двадцать минут — осмотр площадки и знакомство с проводником. Потом вы с Ириной идёте в поселение. Мы с Натаном остаёмся здесь.

— Если местные окажутся разговорчивыми, двадцати минут не хватит.

— Я говорю о площадке. В поселении вас ждёт Марта Кейн. Связь проверяем перед выходом, дальше — по изменению обстановки.

Ян застегнул ворот полевой куртки.

— Приказы на поверхности я помню. Вы так часто повторяете условия, что скоро начну слышать вас без передатчика.

Ева нажала кнопку открытия.

— Тогда хотя бы не придётся спрашивать, почему вы не ответили.

В щель потянуло холодом.

Воздух пах каменной пылью и чем-то сухим, горьким. Ян сделал неглубокий вдох, проверяя ощущения, затем поднял защитную маску на нос. Ветер был слабым, но пыль уже щекотала кожу под воротом.

Он вышел первым.

Под ботинками гулко отозвался настил. Дальняя гряда, которую с орбиты можно было закрыть пальцем, теперь поднялась над площадкой тяжёлой стеной. В её трещинах держались низкие тёмные кусты. Их ветви лежали почти горизонтально, и только на концах виднелись узкие листья.

Никаких привычных звуков.

Не кричали птицы, не шелестела трава. Ветер тёр пыль о металл, а под корпусом корабля щёлкало остывающее крепление.

Ирина спустилась следом, прижала маску к переносице и огляделась.

— Воздух сухой, — сказала она. — Пейте до того, как захочется. Здесь легко не заметить, сколько теряешь.

Ян перевёл взгляд на человека у ограждения.

Тот дождался, пока выйдет Ева, и только тогда направился к ним.

Шёл он по настилу. Возле повреждённого участка сделал несколько лишних шагов, хотя мог срезать по грунту.

Ян отметил это.

Вблизи проводник оказался моложе, чем выглядел на экране. Лет сорока пяти, сухой, с обветренной кожей и короткой бородой, в которой застряли светлые крупинки. На переносице проходил кривой старый рубец.

— Оскар Таль, — представился он. — Меня прислала Кейн. В поселение провожу, дальше договоримся, куда вам нужно.

Говорил он негромко. Ткань на лице не снимал.

Ева назвала экипаж. Ян протянул руку последним.

Оскар пожал её, не разглядывая охотника.

— Вас предупредили, зачем мы здесь? — спросил Ян.

— Сказали, нужен человек, который знает окрестности. И что платить будут за работу, а не за рассказы.

— Хорошее начало. Обычно обещают обратное.

Оскар посмотрел на его снаряжение.

— Сумку лучше подтянуть выше. На склоне будет бить по ноге.

Ян не стал трогать ремень.

— Покажите склон, потом решим, что ему позволено.

Ева отвела Оскара на несколько шагов, уточнила состояние площадки и спросила о ближайших укрытиях. Ян тем временем вызвал карту на наручном экране.

— Контур, маршрут до Кейн. С учётом того, что теперь у нас есть свежий снимок.

На экране появилась линия вдоль дороги.

— Кратчайший путь — девятьсот двадцать метров. Видимых препятствий нет. Альтернативный по каменному выходу длиннее приблизительно на четыреста метров. Условия под поверхностью по съёмке не определяются.

Ян поднял глаза.

Светлая обочина была гладкой. Слишком гладкой по сравнению с дорогой, на которой виднелись камни, колеи и старые выбоины. Несколько мелких обломков у края лежали в неглубоких впадинах, будто пыль медленно поглощала их.

— Проложи по гряде, — сказал он. — И учитывай тех, кто слушает шаги снизу. Им, в отличие от нас, твоя красивая прямая понравится.

— Основание для изменения маршрута?

Ян присел у края настила.

Сюда ветер наносил пыль, но ниже лежал более крупный материал. Он вынул из крепления короткий щуп и опустил его в грунт возле металлической кромки.

Щуп вошёл почти без сопротивления.

Ян не стал проверять дальше. Поднялся, стряхнул пыль с наконечника.

— Рыхлый слой у самого края. На обочине нет следов свежего движения, зато в нескольких местах осыпались камни. Дорога выше, по ней ездили, там покрытие может держать. Но отойти с неё, если понадобится, будет некуда. На гряде видна сплошная порода.

Контур изменил линию.

— Маршрут скорректирован. Проходимость отдельных участков гряды требует проверки на месте.

— Вот и оставь эту приписку. Её хоть читать не стыдно.

Оскар подошёл ближе.

— По дороге тоже проходят, — сказал он. — Если не лезть на обочины. Но сейчас лучше наверх. Вчера возле водоотвода грунт просел.

Ян убрал щуп.

— Почему не сообщили администрации?

— Сообщил. Вам, наверное, ещё не успели передать.

В ответе не было вызова. Это раздражало больше, чем попытка оправдаться.

Ева посмотрела на Яна.

— Прежде чем уйдёте, осмотрите наземный транспорт. Нам обещали машину.

Оскар кивнул в сторону низкого навеса у противоположного края площадки.

— Рабочая стоит в поселении. Здесь та, которую не успели убрать. Покажу, раз всё равно рядом.

Под навесом находился вездеход с открытой грузовой рамой. Кабина была цела, на переднем стекле застыла широкая полоса пыли. Левая задняя часть опиралась на металлическую подставку.

Колесо лежало отдельно.

Ян увидел повреждение раньше, чем подошёл: нижний край покрышки был разорван, обод согнут внутрь. Из резины торчали короткие волокна.

Оскар поставил сумку на раму.

— Возвращались со станции. Водитель пропускал другую машину и сдал в сторону. Здесь дорога ещё на камне, а чуть дальше плечо рыхлое. Заднее колесо ушло туда.

Ян присел перед колесом.

На боковине виднелись две глубокие вмятины. Металл у края обода был смят в тех же местах.

— Сначала провалилось?

— Сначала под машиной пошёл грунт. Водитель решил, что обычная просадка, дал тягу. Потом ударило снизу. Рытв захватил покрышку, пока колесо ещё сидело в яме.

Ян провёл пальцем по рваному краю, не касаясь торчащих волокон.

— Челюсти достали до обода.

— До обода и достали. Если бы не второй водитель, вытаскивать было бы некого. Зацепили тросом с камня, выдернули машину.

Ева осмотрела задний мост.

— Эту восстановят?

— Если найдут детали. На другой пока ездят, но Кейн просила сказать: новую вам здесь из воздуха не сделают.

Ян поднялся.

— Значит, водитель после просадки ещё и покормил тварь вибрацией. Щедрый человек.

Оскар забрал сумку.

— Он потом трое суток ногами во сне дёргал. На земле бывают вещи, которые понимаешь позже, чем нужно.

Ян встретил его взгляд.

Проводник не повышал голоса. Просто смотрел, ожидая, что охотник скажет дальше.

— Поэтому мне и платят за то, чтобы понимать раньше, — ответил Ян.

Он снял несколько изображений колеса, отдельно — положение машины и высоту моста.

— Контур, добавь к материалам по рытвам. Нападение на колесо из разрыхлённого грунта. Подтверждение пока со слов проводника, повреждения зафиксированы. Для выбора места остановки считай опасным весь контакт колёс с рыхлой обочиной.

— Принято. Копия передана командиру.

Прежде чем отойти от навеса, Ян попросил Оскара показать рыхлый участок вдали от дороги. Поставил вибромаяк у края наносов длинным щупом, вернулся на камень и включил его на малой мощности. Они ждали молча. Узкая складка появилась возле водоотвода и потянулась к прибору.

Ян сменил частоту. Складка остановилась, затем снова двинулась, когда он вернул прежний режим. Охотник выключил маяк и дождался, пока грунт перестанет шевелиться. Только тогда подтянул прибор за страховочный шнур.

— Вот этот режим сохрани, Контур. Местные вкусы лучше выяснять до приглашения на ужин.

— Параметры записаны. Подтверждена реакция на одном участке; распространение вибрации зависит от грунта.

— Потому и проверять будем место, а не твою память.

Ева посмотрела на колесо ещё раз.

Теперь она видела не просто сломанный вездеход.

Ян заметил это и остался доволен.

У начала гряды они проверили связь.

Натан ответил из кабины. Контур вывел устойчивость канала, Ирина передала своё положение. Ева осталась возле корабля.

— Если появится помеха, возвращаемся к последней точке приёма, — сказала она. — Оскар, местные пользуются этой частотой?

— Нет. Но за грядой бывают провалы. На верхнем уступе обычно слышно.

— Тогда первый сеанс оттуда.

Ян уже смотрел на подъём.

— Мы идём к поселению, Ларина. Не собираемся исчезать в тумане.

— На карте, которую вы только что исправляли, тоже всё выглядело просто.

Он усмехнулся и пошёл первым.

Оскар поравнялся с ним через несколько шагов.

— До выступа можно рядом. Дальше я впереди. Там узко.

— Только не выбирайте дорогу по количеству рассказов, которые успеете продать.

— Я обычно выбираю, где меньше тащить.

— Кого?

— Тех, кто идёт рядом.

Ирина, шедшая следом, поправила ремень медицинской сумки.

— Это вполне разумный критерий.

Гряда поднималась невысоко, но уже через минуту площадка осталась внизу. Ветер здесь усилился. Он тянул вдоль камня холодными струями, забирался под рукава.

Ян шёл легко, не давая сумке раскачиваться. На выступах задерживался только настолько, чтобы проверить опору. Камень был неоднородным: тёмные гладкие участки сменялись зернистыми, почти белыми. В мелких трещинах лежала пыль, возле корней низких растений застревали пустые оболочки насекомых.

Он пытался понять местность ногами.

Снимки дали ему направление. Теперь следовало выяснить, сколько из того, что он успел выучить, пригодно здесь.

Оскар обходил некоторые светлые пятна. На вопрос ответил, что там отслаивается тонкая корка. Ян проверил одно краем подошвы: камень хрустнул, из-под него высыпался мелкий сухой материал.

Дальше он обходил такие участки сам.

С верхнего уступа открылась дорога.

На ней стояли два человека возле грузовой тележки. Один поднял голову, другой продолжал возиться с креплением. Между ними и поселением ветер гнал тонкие полосы пыли.

Оскар остановился, дал Ирине подняться и показал рукой на тёмный корпус за резервуаром.

— Там Кейн. Бывшая диспетчерская. Вход с другой стороны.

Ян передал Еве положение, затем осмотрел ближайшие строения.

Двери в большинстве были открыты внутрь. Перед порогами лежали металлические листы или каменные плиты. Между домами тянулись тросы, к которым были пристёгнуты пустые грузовые корзины. У одной стены человек чинил обувь, прижимая её коленом к табурету.

Ни забора, ни сторожевых вышек.

На Земле такое место могли бы принять за бедный рабочий посёлок, если не смотреть слишком внимательно.

— Кто следит, чтобы люди не уходили? — спросила Ирина.

Оскар поправил край капюшона.

— А куда им уходить? В поселении работа, вода и крыша. За пределами можно жить, если знаешь где. Некоторые живут.

— Арсеньев тоже? — спросил Ян.

— Он умеет договариваться о ночлеге.

— С кем?

— Раньше с разными. Сейчас спрашивать лучше у Кейн.

Ян посмотрел на него.

Оскар уже двинулся дальше.

Проводник отвечал аккуратно, но не так, как человек, забывший подробности. Он выбирал, какие оставить при себе.

Ян решил пока не мешать ему выбирать.

Тропа огибала высокий обломок породы. За ним лежало небольшое понижение с минеральными иглами. Вблизи они оказались толще, чем на снимках: прозрачные стержни с мутными сердцевинами, острые плоские грани. На некоторых застыли тёмные потёки. Между ними росли короткие бурые стебли.

По левому краю можно было пройти, опираясь на скалу. Справа виднелась широкая ровная плита, почти без пыли.

Ян направился к ней.

— Левее, — сказал Оскар.

Охотник ещё не успел перенести вес.

— Здесь тверже.

— Вижу. Всё равно левее. Руку к иглам не поднимайте.

Ян остановился.

Проводник смотрел на пучок у края плиты.

Одна из прозрачных граней лежала под иным углом, но это само по себе ничего не значило. Ян видел десятки похожих изломов. Чуть ниже, между двумя иглами, темнело небольшое пятно.

Он прищурился.

Пятно медленно повернулось.

Оскар поднял руку, удерживая Ирину позади.

Ян отвёл ногу и сместился к скале.

Теперь он различил сочленение. Длинная передняя конечность была сложена вдоль минерального стержня. Её край повторял его грань почти безупречно. Под ней пряталась голова.

Стеклянник не бросился.

Он чуть приподнял переднюю часть тела и снова застыл.

Расстояние было меньше двух шагов.

Ян не потянулся за оружием. Выстрел раскрошил бы иглы, а раненая тварь на такой дистанции могла успеть больше, чем ему хотелось проверять.

Он показал Ирине обход, дождался, пока она отойдёт, и сам сделал ещё шаг влево.

Оскар двинулся вдоль скалы.

Они прошли опасный участок молча.

За обломком Ян остановился и посмотрел назад.

С этого угла животное снова исчезло среди прозрачных граней.

Он открыл местную запись.

— Контур, отметь скопление игл на маршруте. Стеклянник у правой плиты. Обход по внутренней стороне. Картинку отправляю.

Затем повернулся к Оскару.

— По чему заметили?

Проводник подтянул сумку.

— Нижняя передняя лапа заслоняла стебель. Ветер дёргал верхушку, а ниже она не двигалась. Потом увидел сустав.

Ян мысленно вернулся к тому, что видел перед шагом.

Иглы, чистая плита, удобный проход. Растения он оценил как часть фона.

— Всегда держатся с этой стороны?

— Нет. Сегодня здесь. В другой раз может оказаться слева.

— Тогда не привязывайся к обходу, Контур. Метка опасного участка целиком. Тропа требует осмотра перед проходом.

— Исправлено.

Ирина посмотрела на охотника, но ничего не сказала.

Он поправил ремень сумки, подняв её немного выше.

Оскар тоже промолчал.

До первого дома проводник шёл впереди.

Ян держался на полшага позади, рассматривая уже не только камень под ногами. Теперь он следил за травинками, тенями, границами между неподвижным и тем, что должно было шевелиться.

Раздражение было холодным и вполне полезным.

Он пропустил животное, которое изучал несколько дней.

Саму опасность увидел бы, вероятно, в момент броска. Может быть, успел бы убрать руку. Может быть, Ирина получила бы первую работу на планете раньше, чем рассчитывала.

Оскар избавил их от необходимости выяснять это.

На спуске Ян спросил:

— Давно ходите здесь?

— Восемь лет. Первые два почти не выходил дальше дороги.

— Потом набрались храбрости?

— Потом нашёл людей, у которых можно было учиться.

Ян снова взглянул на него.

— Эти люди ещё здесь?

Оскар не сразу ответил.

— Один здесь. Двое уже нет.

Они спустились на широкую каменную полосу за крайними строениями. Дальше проходили по листам настила, закреплённым между домами. Некоторые гремели под ногами, другие были утоплены в пыль так глубоко, что металл выдавали только головки болтов.

Возле стены сидела женщина с миской. Она перебирала тёмные клубни, срезая с них плотную кожуру. Рядом мальчик пытался зашить порванный рукав. Когда незнакомцы прошли, женщина прижала миску к животу, а мальчик спрятал иглу в ткань.

Ян не повернул головы.

Люди всё равно смотрели на оружие.

У дороги стоял повреждённый знак. На нём ещё можно было прочитать номер участка. Под знаком сохранились старые колеи, а поверх них лежал человеческий след.

Ян задержался.

Пыль внутри отпечатка была темнее, чем вокруг. Человек прошёл недавно: край подошвы оставил чёткий рисунок, который ветер ещё не успел осыпать.

Второй след находился ближе к стене. Дальше отпечатки уходили за угол невысокого склада.

— Работники? — спросил Ян.

Оскар проследил направление.

— Здесь многие ходят.

— Не все после прохода становятся за угол.

Из-за склада показался край лица и сразу исчез.

Ян усмехнулся.

— Вот теперь я чувствую себя приглашённым.

Он снял с плеча сумку, передал Ирине.

— Подержите минуту.

— Ян, — негромко сказал Оскар, — Кейн ждёт в другом конце.

— Подождёт. Этот уже на месте.

Он пошёл к складу.

Не ускоряясь, не вынимая оружия. Угол позволял скрыться только на мгновение: за ним проход был узким, с одного края ограниченным стеной, с другого — рядом закрытых контейнеров.

Человек попытался уйти.

Ян увидел его спину, длинную потёртую куртку, правую руку у пояса.

— Останься, — сказал он. — Ты столько сил потратил, чтобы меня рассмотреть. Теперь моя очередь.

Тот остановился.

Обернулся медленно. Молодой, с красными от пыли глазами. У пояса висел нож в широких ножнах. В левой руке — местный передатчик.

— Я ничего не сделал.

— Тогда разговор будет приятным. Кому сообщал?

— Никому.

Ян посмотрел на передатчик.

На маленьком экране ещё горел значок завершённой передачи.

Он поднял глаза на собеседника.

— Начал с вранья. Жаль. У меня было хорошее настроение.

За спиной подошёл Оскар.

При виде проводника молодой человек заметно напрягся.

— Таль, скажи ему. Я просто стоял.

Оскар остановился рядом с Яном.

— Он из карьера, — сказал он. — Ходит с людьми Краста.

Ян протянул руку.

— Передатчик.

— Не имеешь права.

— Можешь оставить себе. Тогда пойдём к Кейн, и ты при ней объяснишь, зачем прятался после связи.

Молодой человек посмотрел мимо него, оценивая проход.

Ян чуть повернулся, закрыв дорогу плечом.

Передатчик оказался у него в ладони.

— Последнее сообщение покажи, — сказал он. — Сам. Ломать твою игрушку мне неинтересно.

Тот нажал две кнопки.

На экране появилась короткая строка.

«Сели. Двое остались у корабля. Таль ведёт остальных».

Ян прочёл её дважды.

Потом вернул передатчик.

— Добавь, что проводник у нас хороший, — сказал он. — А наблюдателя в следующий раз пусть пришлют получше.

Молодой человек не двинулся.

Ян сделал шаг в сторону, освобождая проход.

Когда тот ушёл, Оскар тихо спросил:

— Зачем отпустили?

Охотник забрал у подошедшей Ирины сумку.

— Чтобы сообщение дошло. Теперь Краст знает, что мы заметили его интерес.

Он вызвал Еву, передал содержание строки и описание наблюдателя.

Командир выслушала без вопросов.

— Принято. У корабля посторонних нет. Внешнее наблюдение усилим. Что собираетесь делать?

Ян посмотрел вслед человеку, уже исчезнувшему среди домов.

— Пока поговорю с Кейн.

Он убрал передатчик.

Утром, ещё на корабле, Ян рассчитывал идти по следу Арсеньева, используя тех, кто искал учёного.

На земле обнаружилось, что люди Краста уже начали считать его экипаж.

Глава V. Марта

Перед бывшей диспетчерской стояла очередь из семи человек.

Первый держал пустую канистру. Второй прижимал к груди свёрнутую куртку. У женщины в конце очереди на ладони лежал небольшой металлический клапан. Она то закрывала пальцы, то снова рассматривала его, будто надеялась обнаружить неисправность без инструмента.

Ян прошёл вдоль стены.

Над входом сохранились крепления старой вывески. Саму вывеску сняли, а на её месте прикрутили лист пластика с часами выдачи воды и перечнем дежурств. Возле каждой фамилии стояла отметка. Некоторые были зачёркнуты и заменены другими.

Изнутри доносился голос женщины:

— Вчера ты получил четыре метра. Сегодня просишь ещё шесть. Где вчерашний кабель?

Ответ Ян не расслышал.

— Тогда принеси его. Я дам соединители. Целый кусок на каждый повреждённый метр у нас не появится.

Из двери вышел мужчина с пустыми руками. Увидел Оскара, скользнул взглядом по оружию Яна и молча отступил.

Охотник заглянул внутрь.

Марта Кейн стояла возле стола, заставленного коробками. Широкоплечая, с тёмными волосами, убранными под выцветшую косынку. На ней была рабочая рубашка с заплатой возле локтя. В одной руке она держала карандаш, другой проверяла резьбу на штуцере.

За соседним столом девочка раскладывала по пакетам крепёж. Считала губами, сдвигая шайбы кончиком пальца.

— Кейн? — спросил Ян.

Женщина подняла голову.

— Если вы за кабелем, закончился.

— За Арсеньевым. Надеюсь, его вы ещё никому не выдали.

Она положила штуцер.

Оскар вошёл следом.

— Довёл. На гряде спокойно, возле игл сидит стеклянник. Правую плиту пока лучше обходить.

Марта кивнула ему и посмотрела на Ирину.

— Вельская?

— Да. Мы связывались перед посадкой.

— Ваши материалы получила. По местной медицине собрала, что смогла. Ян Вельт, насколько понимаю, тоже на месте.

Охотник поставил сумку у стены.