Первая тишина. Том 5

— Голова кружится?

— Уже меньше. Если ещё вопросов десять задашь, вообще пройдёт.

Охранник посветил ему в глаза, затем осторожно осмотрел рассечение на затылке.

Мужик с кухни тем временем продолжал смотреть на меня.

— Ты его видел? — сухо спросил он.

— Видел, — я не стал отрицать очевидного.

Он нахмурился и оглядел пол, словно рассчитывал найти какой-то след.

— И почему не задержал?

Я посмотрел на него и кивнул на автоматы в руках его товарищей.

— Он был с пистолетом. Ильича уже приложил. Я решил сначала посмотреть, что с ним, вместо того чтобы лезть следом за вооружённым мужиком.

Мужчина задержал взгляд на моём лице. Похоже, ответ его устроил далеко не полностью.

— Куда он ушел?

Я показал на боковой проход.

— Туда рванул.

Двое охранников сразу двинулись в указанную сторону. Один открыл дверь, второй прикрыл его с коридора, и через несколько секунд оба скрылись внутри.

Мужик с кухни остался рядом с нами.

— Лицо запомнил?

— Темно было. Я больше на пистолет смотрел, — ответил я.

— Хотя бы возраст? Волосы? Одежда?

— Мужчина, примерно моего возраста. Тёмная куртка. Остальное в таком свете и при такой ситуации разбирать было особо некогда.

Он продолжал всматриваться в меня, и теперь наша дневная встреча явно тоже вернулась ему в память.

— Интересный у тебя сегодня день получается.

— У тебя тоже, — я коротко пожал плечами.

Семён Ильич рядом тихо фыркнул, но вмешиваться не стал.

Из бокового прохода вернулся один из охранников.

— Там пусто. Дальше дверь во внутренний коридор, потом развилка. Мог уйти куда угодно.

Мужчина выругался и сразу поднял рацию.

— Цель ушла через хозяйственный проход жилого корпуса. Проверить внутренний двор и технический коридор. На выходах смотреть внимательно.

Из рации посыпались подтверждения.

Он снова повернулся ко мне.

— Если лицо вспомнишь или ещё что-нибудь всплывёт, сразу сообщишь охране.

— Сообщу.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. После истории на кухне особой симпатии между нами не появилось, зато сейчас у него были дела важнее выяснения отношений.

— Ладно. Уведите старика в медблок, если хуже станет, — бросил он своим и двинулся к выходу. — Остальные со мной, проверим двор.

Через минуту коридор снова опустел. Где-то вдалеке продолжала работать сирена, однако стрельба стихла. Семён Ильич потрогал затылок, посмотрел на пальцы и недовольно скривился.

— Сука. Хорошо приложил.

Я придержал его за локоть, пока мы выбирались обратно в основной коридор. Семён Ильич сопротивляться этому не стал, хотя через несколько метров демонстративно убрал руку и пошёл самостоятельно.

Мы добрались до лестницы и начали подниматься. Старик шагал медленнее обычного, иногда трогал шишку на затылке и что-то тихо бурчал себе под нос.

На втором этаже он вдруг остановился.

— Ты его отпустил.

Я тоже остановился и посмотрел на него. В глазах у него уже появилась вполне знакомая насмешка, так что удар, похоже, действительно не нанёс серьёзного вреда.

— И что? Он вырвался.

— А то, что сейчас ты спокойно идёшь со мной наверх.

Он снова двинулся по ступеням и продолжил через несколько шагов:

— Если бы тот мужик действительно вырвался и убежал, ты бы за ним рванул. Особенно после того, как он меня приложил...

Я ничего не ответил и пошёл дальше.

Семён Ильич искоса посмотрел на меня, дождался ещё нескольких ступеней и усмехнулся.

— Понятно. Значит, точно отпустил.

— Тебя по голове недавно били. Может, мерещится, Ильич.

— Вот если начну видеть двух Сергеев, тогда пойду к врачу. Пока передо мной один, и врёт он довольно посредственно.

Я посмотрел на него. Семён Ильич сразу поднял обе ладони, насколько позволяла лестница.

— Всё, Серёг, закончили. Это твоё дело. Раз отпустил, значит, причина была.

Мы поднялись ещё на один пролёт.

— Была.

Семён Ильич кивнул и больше к разговору не возвращался. Через несколько минут мы уже подходили к своему этажу, где нас ждали остальные.

Глава 5

Утром столовая работала так, словно ночью вокруг Маяка никто не стрелял. У входа стояла привычная очередь, за раздаточным окном женщины раскладывали по тарелкам кашу, резали хлеб. Чай наливали из двух больших металлических баков, рядом стояли сахар и несколько банок с каким-то вареньем, которое люди разбирали особенно быстро.

Я взял поднос и пристроился в хвост очереди. После вчерашней беготни аппетит проснулся хороший, а запах горячей еды окончательно убедил организм, что разбираться с чужими нападениями гораздо удобнее после плотного завтрака.

Разговоры вокруг почти целиком крутились вокруг ночной тревоги. Мужчина впереди меня уверенно доказывал соседу, что к периметру подошли обычные мародёры и попробовали выяснить, насколько хорошо Маяк охраняется. За соседним столом женщина рассказывала совершенно другую версию. По её словам, это была крупная местная банда, которая уже несколько недель крутилась поблизости и собиралась взять базу штурмом.

— Каким ещё штурмом? — возмущался пожилой мужик рядом с ней. — Там стреляли минут пять от силы. Если бы штурмовали, мы бы сейчас тут кашу не жрали.

— А ты откуда знаешь, сколько они стреляли? Ты часы держал?

Чуть дальше двое мужиков обсуждали третью версию. Один считал, что охрана сама открыла огонь по подозрительной группе снаружи, второй уверял, что кто-то случайно вышел к стене и получил по себе просто из-за нервов после недавних нападений.

Похоже, за одну ночь Маяк успел обзавестись десятком вариантов случившегося, и каждый рассказчик точно знал правду.

Когда очередь дошла до меня, женщина за стойкой поставила на поднос тарелку каши, добавила мясо и протянула два куска хлеба.

— Следующий.

— А нападение-то чем закончилось? — спросил мужик за моей спиной.

Женщина даже головы толком не подняла.

— Утром для кого объявляли? Угрозу отбили, периметр теперь под полным контролем.

— Так я так-то спал, потому что ночью мне этого делать не давали… — буркнул мужик.

Этой информации большинству вполне хватало. Люди слышали официальное подтверждение, видели свет в коридорах, работающую столовую и часовых на постах, поэтому постепенно возвращались к обычным делам.

Я забрал чай и пошёл к нашим.

Павел уже сидел за дальним столом и с аппетитом уничтожал вторую порцию каши. В добавке тут никому не отказывали. Рядом устроились Артём с братом, Ломов и Элина. Инны Павловны не было, однако её отсутствие вопросов не вызывало: после ночной тревоги в медицинском корпусе работы наверняка хватало.

Я поставил поднос на свободное место рядом с Элиной.

— Доброе утро. Все живы?

Павел поднял ложку.

— С божьей помощью, Серёг.

Я взялся за ложку и только теперь заметил, что один стул за столом пустует.

— Антенна где?

Элина повернулась ко мне.

— Вроде к связистам ушёл раньше. Я его утром ещё не видела, только слышала от кого-то, что они сегодня рано начинают.

Павел проглотил кашу и кивнул.

— Он говорил, что у них проверка оборудования с утра. Что-то там собирались гонять по питанию и смотреть старые линии. Думаю, добрался до своей игрушки и про завтрак забыл.

— На него похоже.

Я спокойно продолжил есть. Антенна мог добровольно пропустить еду только ради аппаратуры, поэтому особого значения его отсутствию никто не придал. Через несколько минут разговор перешёл на ночную стрельбу.

— Я вот всё равно думаю, что это разведка была, — сказал Артём. — Слишком быстро ушли.

Павел покачал головой.

— Мы вообще не знаем, сколько людей там было и чего они хотели. Сидели внутри корпуса, слышали выстрелы и сирену. Этого мало, чтобы строить хоть какие-нибудь версии.

— Зато половина столовой уже построила, — заметил я. — Ещё час, и выяснится, что на Маяк наступала танковая дивизия.

Павел посмотрел в сторону соседних столов.

— Ты смеёшься, а я минут десять назад слышал, что их было человек пятьдесят. Я сейчас серьёзно…

— К обеду станет сто, — я коротко пожал плечами.

Элина прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться с набитым ртом. Ломов тоже ухмыльнулся и потянулся за хлебом.

Как бы то ни было, но ночная атака никого реально не напугала. Обстановка в столовой постепенно становилась совсем обычной. Ночная тревога уже превращалась в очередную историю, которую каждый рассказывал по-своему.

Павел первым закончил есть и поднялся.

— Всё, мне пора, рад был со всеми увидеться!

Он забрал поднос и ушёл. Артём с братом поднялись следом, Ломов решил ещё немного посидеть, потом всё-таки отправился к себе выполнять предписанный врачами режим.

Через несколько минут за нашим столом остались только мы с Элиной. Она медленно размешивала чай, хотя сахар давно растворился, и время от времени поглядывала на меня. Я сделал вид, что занят хлебом, давая ей возможность самой выбрать момент.

— Сергей, насчёт вчерашнего… — начала она и сразу замолчала.

Я поднял глаза.

— Что насчёт вчерашнего?

Элина отвела взгляд к кружке.

— Я, наверное, немного поспешила. Мы только добрались сюда, вокруг всё это происходит, потом я полезла к тебе со своей шоколадкой и вообще…

Я накрыл её руку своей ладонью.

Она замолчала и посмотрела на меня.

— Всё нормально, — заверил я.

— Точно? — шепнула девчонка.

— Точно.

Элина ещё несколько секунд всматривалась в моё лицо, словно проверяла, говорю ли я серьёзно.

— Просто после сирены получилось как-то глупо, — смущённо объяснила она.

— Теперь с меня ужин при свечах, — ответил я. — Раз уж электричество здесь любит пропадать в самый подходящий момент, надо пользоваться местными особенностями.

Элина слегка сжала мои пальцы, улыбнулась и наконец оставила ложку в покое. Я убрал руку только тогда, когда к нашему столу подошла женщина с тележкой и начала собирать свободную посуду.

Элина допила чай и поднялась.

— Мне пора. Сегодня опять размещение и пропуска. А ты снова молчунов ловить?

— Похоже на то. У каждого здесь своё развлечение.

Мы отнесли подносы к стойке и вместе вышли из столовой. Возле дверей наши дороги расходились: ей нужно было в административный сектор, мне — к площадке службы отлова.

Элина на секунду задержалась рядом.

— Сергей.

— Что?

Она улыбнулась.

— Про ужин я действительно запомнила…

Когда я пришёл на площадку службы отлова, Ковалёв уже был там и выглядел каким-то мрачным, словно утро у него уже успело испортиться задолго до моего появления. Машины стояли под навесом, Роман с двумя мужиками проверял крепления клетки, водитель возился возле открытого капота, а сам Ковалёв раздражённо сплевывал и что-то недовольно цедил сквозь зубы.

Я снял со стойки жилет, проверил карманы и только после этого подошёл к Ковалёву.

— Доброе утро. Судя по лицу, ночь у тебя тоже прошла весело?

Он поднял на меня глаза, всё ещё раздражённый.

— Веселье продолжается, — фыркнул Ковалёв. — Охрана после стрельбы прочесала ближайшие кварталы, там нашли следы нескольких групп людей. В одном месте трое, в другом, судя по отпечаткам и мусору, человек пять или шесть. Кто они такие и что здесь делали, пока никто толком не понял.

— Вооружены? — спросил я.

— Чёрт его знает, я свечку не держал, но ночью стреляли. Плюс связисты перехватили какие-то переговоры. Там пока почти ничего разобрать не смогли, только отдельные слова и цифры.

Ковалёв задумчиво посмотрел на машину, возле которой Роман уже складывал связки ремней в пластиковый короб.

— Я бы сегодня вообще за ворота людей не выпускал, пока охрана не разберётся, кто вокруг нас шляется. Только у начальства на этот счёт другое мнение.

— Заявка пришла?

— Пришла. Причём вчера мы привезли двенадцать, сегодня хотят двадцать. Так что аппетиты растут.

Цифра действительно была заметно больше и, как я понимаю, выше той, к которой привык Ковалёв.

— Сразу двадцать?

— Именно, — раздражённо подтвердил он. — И желательно до обеда первую половину, остальное уже к вечеру. Там вооружённые люди вокруг Маяка ходят, ночью была стрельба, а нас отправляют тварей ловить, будто ничего не происходит.

Роман услышал последнюю фразу и повернулся к нам.

— Я тоже предлагал сегодня пас…

— Твоё предложение очень внимательно рассмотрели и положили рядом с остальными ценными инициативами, — ответил Ковалёв. — Поэтому заканчивай с ремнями, через десять минут выезжаем.

Роман пробормотал что-то себе под нос, но промолчал. Я взял со стола пистолет, сверил номер с ведомостью, проверил магазин и убрал оружие в кобуру. После ночной встречи с Фоминым перспектива ехать наружу нравилась мне ещё меньше, только рассказывать Ковалёву про человека, которого я сам отпустил от охраны, сейчас точно не собирался. Ну а его ствол теперь лежал у меня в комнате… на всякий случай.

Через несколько минут мы погрузились. Сегодня людей было больше: Ковалёв взял обе пары со щитами, двух носильщиков, Мишу с основным динамиком и Севу с резервом. В кузов поставили дополнительные короба с ремнями, а свободные секции клетки заранее разделили перегородками, чтобы двадцать молчунов можно было увезти за два рейса.

Перед самым выездом Ковалёв ещё раз прошёл вдоль борта.

— За воротами внимательно и смотрим в оба по сторонам. Если увидели человека, машину, свежий костёр, оружие или любую другую хрень, которая вчера здесь не лежала, говорите сразу. С тварями мы хотя бы понимаем, чего ждать, а кто сейчас бродит вокруг Маяка, пока вопрос открытый, — объяснил он.

— Если встретим вооружённых? — спросил Глеб.

— В контакт сами не полезем, — после небольшой паузы ответил Ковалёв. — Не наше это дело. Разворачиваемся и сообщаем охране. Наша задача сегодня всё ещё отлов, хотя лично я с такой постановкой вопроса не согласен.

Водитель завёл двигатель. Внешние ворота открывались медленнее обычного: охранники сначала осмотрели дорогу через камеры, потом один вышел наружу и только после его сигнала створки окончательно разошлись. Машина покатилась вперёд, миновала бетонные блоки и вышла на улицу.

Первые несколько кварталов прошли спокойно. Брошенные машины стояли там же, где вчера, возле магазинов и подъездов бродили отдельные молчуны, а на перекрёстках ветер гонял мусор. После предупреждения Ковалёва все смотрели по сторонам гораздо внимательнее, поэтому разговоров почти не было.

Я сидел у борта и следил за улицей справа. Сначала ничего странного не заметил, однако возле следующего перекрёстка взгляд зацепился за троих молчунов, которые шли вдоль домов почти одной линией. Само по себе это ещё ничего не значило, только через полквартала мы увидели ещё пятерых, и те двигались примерно туда же.

Я постучал по кабине.

— Ковалёв, глянь направо.

Он поднялся и подошёл ближе.

— Что там?

— Твари. Сначала трое прошли в ту сторону, теперь ещё пятеро.

Ковалёв посмотрел туда, куда я показывал. Последняя тварь как раз скрывалась между двумя припаркованными машинами.

— Могли на какой-нибудь шум среагировать. Здесь вчера техника ходила, охрана тоже ездила, — он быстро нашёл объяснение.

Я сел обратно, однако продолжил смотреть.

Через пару минут ситуация повторилась. На соседней улице четыре молчуна пересекли дорогу почти перед самой машиной. Один задержался у разбитой остановки, повернул голову в нашу сторону, потом снова пошёл вслед за остальными.

— Ещё четверо, — отметил я.

Ковалёв уже сам смотрел туда.

— Вижу… неприятная закономерность.

Роман пересел ближе к окну и уставился на улицу, тоже не желая ничего упускать.

— Может, где-то генератор работает. Они на постоянный звук иногда неплохо тянутся.

— Тогда скоро услышим, — ответил Ковалёв и постучал водителю. — Сбавь немного.

Машина пошла медленнее. Теперь мы двигались километров пятнадцать в час, и я успевал нормально рассматривать дворы и проезды. Молчуны попадались всё чаще, причём большая часть действительно двигалась в одном направлении, постепенно уходя к северной стороне Маяка.

На следующем перекрёстке Ковалёв приказал остановиться.

— Двигатель глуши. Послушаем.

Когда дизель стих, улица сразу стала значительно тише. Где-то хлопал незакреплённый лист железа, из двора доносилось карканье, чуть дальше скреблась по асфальту пластиковая бутылка. Я уже решил, что Роман ошибся с источником шума, когда услышал повторяющийся высокий сигнал.

Он был слабым, но вполне различимым.

Ковалёв тоже его поймал и поднял руку.

— Слышите?

— Слева идёт, — сказал Миша. — Где-то за домами.

Ковалёв с минуту обдумывал новые вводные.

— Давайте посмотрим, — решил он.

Он не стал брать всю группу. Мы пошли втроём: Ковалёв, я и Миша. Мишу он прихватил как раз из-за динамика: из всех нас тот лучше остальных разбирался в колонках, аккумуляторах и прочей аппаратуре. Остальным велели остаться возле машины и наблюдать за улицей.

Двор пришлось обходить. Там стояли две брошенные легковушки, возле подъезда валялся детский велосипед, а у дальней стены лежала куча строительного мусора. Сигнал становился громче с каждым шагом.

Миша первым показал на старую автобусную остановку за оградой.

— Там, похоже…

Под металлической лавкой стоял небольшой чёрный корпус с решёткой. От него тянулся короткий провод к аккумулятору, спрятанному в обычный пластиковый ящик. Устройство выглядело самодельным, зато работало исправно: через несколько секунд динамик снова выдал тот же повторяющийся сигнал.

Я оглядел остановку и ближайший двор. Прямо возле динамика пока было пусто, зато на другой стороне улицы два молчуна уже повернули головы в сторону сигнала и медленно пошли к ограде.

— Видимо, недавно включили, — сказал я.

Ковалёв подобрал с земли обломок кирпича, прикинул расстояние и метнул. Кирпич ударил в решётку, прикрывающую динамик, отлетел на асфальт, а сигнал продолжил пищать с прежним интервалом.

— Продумали, — недовольно пробормотал он.

Я нашёл кусок бетона покрупнее и тоже попробовал. На этот раз корпус качнулся, решётка звякнула, только динамик опять уцелел. Можно было просто выстрелить, только хлопок пистолета сейчас сам стал бы приманкой для всего, что бродило по ближайшим дворам. Чтобы добраться до динамика тихо, пришлось бы перелезать через ограду и подходить почти вплотную.

Я посмотрел через ограду. На другой стороне улицы те два молчуна медленно шли на звук. Из двора показался третий. Он остановился возле припаркованной машины, поймал сигнал и тоже направился к остановке.

— Можно зайти и повязать, пока их мало, — предложил я.

Ковалёв покачал головой.

— Мы сейчас видим троих. Сколько ещё идёт из соседних дворов, понятия не имеем, — он начал пояснять свою позицию. — Полезем туда и сами встанем возле точки, куда их собирают. Охрана пусть снимает эту штуку с прикрытием.

Мы вернулись к машине и двинулись дальше, оставив устройство на месте. Ковалёв сразу сообщил координаты по рации и попросил охрану прислать людей, чтобы попытаться эту штуку ликвидировать.

Когда машина уже тронулась, я ещё раз посмотрел назад. Возле остановки собирались четыре молчуна, а из проезда напротив выходил ещё один.

— У нас заявка на двадцать. Может, этих заодно заберём? Сами в одно место идут.

Ковалёв даже тормозить не стал.

— Вот когда сам ставишь колонку, тогда знаешь, сколько тварей тянешь и куда они пойдут. Здесь источник чужой. Пока мы свяжем первых, сюда может прийти ещё десяток. Или тот, кто поставил эту штуку, её выключит, и вся куча переключится на нас.

Он посмотрел в зеркало заднего вида на удаляющуюся остановку.

— Я людей под чужую приманку заводить не стану. Сначала разберёмся, кто их собирает и зачем.

Второй источник обнаружился меньше чем через километр. На этот раз искать почти не пришлось. Сигнал доносился из окна первого этажа небольшой пристройки, где раньше, судя по вывеске, находилась мастерская. Возле здания уже собрались семь или восемь молчунов, ещё несколько подходили со стороны двора.

Ковалёв остановил машину метров за сто.

— Вот теперь это уже ни хрена не случайность, — процедил он.

Я смотрел на тварей, которые постепенно стекались к мастерской.

— Оба источника тянут их в одну сторону.

— К нашему Маяку? — он покосился на меня.

— Похоже на то, — кивнул я.

Я ещё раз прикинул расстояние между первой колонкой, этой и Маяком. Если просто оставить обе пищать, твари так и будут стоять возле них. Зато если сначала собрать молчунов на дальней точке, потом выключить её и включить следующую ближе к периметру, стадо можно было перегонять по району постепенно.

— Похоже, их пока только собирают, — добавил я. — Потом одну колонку выключат, включат следующую ближе к Маяку и погонят дальше.

Ковалёв посмотрел на мастерскую.

— То есть это ещё подготовка?

— Если я правильно понял схему — да.

Ковалёв взял рацию.

— Маяк, это группа Ковалёва. У нас второй посторонний акустический источник, координаты сейчас передам. Молчуны реагируют и движутся к северной части периметра. Повторяю, источник второй, оборудование чужое.

Рация несколько секунд шипела, затем ответил диспетчер.

— Информацию приняли. Оставайтесь на связи.

Ковалёв назвал адрес второй колонки и убрал рацию, после чего посмотрел на меня.

— Твой вчерашний первый день оказался спокойнее, да Серёг?

Мы снова поехали. Теперь маршрут отлова окончательно потерял первоначальный смысл, потому что Ковалёв всё чаще останавливал машину и отмечал движение молчунов. Их количество постепенно росло, а направление сохранялось прежним. По отдельности каждая группа могла появиться случайно, вместе они складывались в слишком понятную картину.

Минут через десять рация ожила сама.

— Ковалёв, приём.

Ковалёв сразу взял её.

— Слушаю.

— Связисты передали дополнительную информацию по ночным и утренним перехватам. Есть несколько коротких переговоров с разных точек, работают малой мощностью, поэтому качество плохое. Сейчас сверяем с вашим районом.

Ковалёв посмотрел на меня и нажал кнопку передачи.

— Что разобрали?

— Позывные, несколько координат и отдельные команды. Один фрагмент повторялся два раза, связисты считают, что это имя либо позывной.

Рация зашипела. На несколько секунд связь просела, затем голос диспетчера прозвучал отчётливее.

— Шакил вроде как…

У меня внутри всё моментально собралось.

Я подался вперёд.

— Повтори.

Ковалёв повернул голову ко мне, однако кнопку передачи нажал сразу.

— Маяк, повторите последнее слово.

Диспетчер ответил после короткой паузы.

— Шакил. Повторяю: Шакил. Так разобрали связисты…

Я протянул руку.

— Дай рацию.

Ковалёв несколько секунд смотрел на меня, потом всё-таки передал аппарат.

— Маяк, это Сергей из группы Ковалёва. Этот человек уже встречался мне раньше. Мне нужно знать, что ещё было в перехвате.

На той стороне явно удивились смене собеседника.

— Сергей, пока деталей мало. Несколько раз назывались координаты, звучали команды проверить точки и какой-то сектор. Полную расшифровку передали охране.

— Само имя точно разобрали? — уточнил я.

— Связисты уверены, — последовал ответ.

Я вернул рацию Ковалёву. Он убрал её к жилету и посмотрел на меня уже совсем иначе.

— Судя по твоему лицу, сейчас будет интересная история?

— Я знаю, кто это, — подтвердил я.

Глава 6

Ковалёв показал водителю остановиться у обочины. Машина замерла возле длинного кирпичного забора, двигатель продолжил работать на холостом ходу. Остальные тоже прислушались, однако Ковалёв махнул им заниматься своим делом и отвёл меня ближе к кабине.

— Рассказывай всё, что знаешь, — попросил он.

Я посмотрел на улицу, где ещё трое молчунов медленно двигались в ту же сторону, что и предыдущие.

— Когда всё только началось, мы оказались возле военного штаба. Там была группа людей, которая решила этот штаб забрать. Руководил ими Шакил.

— Сколько их было?

— Точно уже не скажу. Хватало, чтобы устроить серьёзные проблемы. Они прекрасно понимали, как твари реагируют на звук, и использовали это.

Ковалёв нахмурился.

— Каким образом?

— Стягивают тварей туда, где хотят создать давление. Защитники будут смотреть на толпу тварей, а в это время группа Шакила готовит свои действия с другой стороны, — объяснил я.

— Ты думаешь, эти динамики — их работа? — нахмурился Ковалёв.

— Имя Шакила прозвучало в перехвате, а вокруг Маяка кто-то расставляет акустические источники и гонит молчунов к одному сектору. Для совпадения уже многовато.