Шансы на смерть 1 к 1000. Смертельного ритуала еще надо добиться

Варн сидел внутри своего круга. Половина шаров лежала вокруг него аккуратной кучей, а тень держала над головой один из них, как зонтик.

По итогу трое кандидатов покинули границы раньше сигнала, один разрушил контур и был объявлен перерыв для подсчёта.

Дэмед пересёк поле сразу после того, как судьи разрешили наставникам приблизиться. Он остановился передо мной и протянул руку. Он и без того раньше уделял мне больше внимания чем остальным, но в такие моменты это особенно явно отличало меня от других кандидатов и сулило как минимум сплетни, а как максимум ворох проблем.

— Кисть.

— Всё нормально. — Я постаралась выглядеть отстраненно, а его взгляд стал тяжелее. Делать было нечего, пришлось вложить левую руку в его ладонь. Дэмед снял перчатку и поочерёдно надавил на кончики пальцев.

— Чувствуете?

— Да.

Он коснулся безымянного. Я ничего не почувствовала, но ответила:

— Да.

Дэмед поднял глаза и констатировал:

— Вы отвели взгляд.

— На галерею.

— Врёте.

Он сильнее сжал палец.

Боль не появилась.

Я тяжело вздохнула.

— Немного онемел.

— Сколько связей?

— Одна.

— Гвозди?

— Два.

— Щиты?

Я вспомнила удары.

— Не считала.

По тому, как сузились его глаза, стало понятно: именно этот ответ он счёл худшим.

Дэмед обхватил мою кисть обеими ладонями и начал медленно растирать пальцы. Прикосновение было сильным и почти болезненным из-за чего я зашипела, но тепло постепенно возвращалось.

— Вы должны считать каждую форму.

— Я была занята тем, что в меня летели металлические шары.

— Именно в такие моменты и требуется контроль.

— Я продержалась.

— А если следующее испытание начнётся через десять минут?

— В регламенте указан час.

— Ответьте.

Я посмотрела на руку, всё ещё лежавшую между его ладонями.

— Не смогла бы нормально сшивать.

— Значит, вы не продержались. Вы обменяли следующий результат на сегодняшний.

Он говорил тихо, чтобы комиссия не услышала, но в голосе было больше злости, чем за все последние занятия. Пальцы продолжали осторожно возвращать чувствительность, противореча холодности слов.

— Два места, — напомнила я. — Иногда приходится рисковать.

— Риск предполагает, что вы рассчитали последствия.

— Я рассчитала.

— Нет. Вы надеялись, что они окажутся удобными.

На верхней галерее кто-то громко засмеялся. Я подняла голову и увидела Рензела. Он стоял возле решётки, вцепившись пальцами в серебряные прутья, и смотрел на мою руку в ладонях Дэмеда.

Выражение лица обещало отдельный семейный разговор. Наверное такой тесное общение слишком неприлично для девушки у которой есть номинальный жених. Дэмед проследил за моим взглядом и отпустил кисть.

— К целителю.

— Сначала результаты.

— Одэн.

— Если я не прошла первую часть, нет смысла лечить руку для второй.

Его челюсть напряглась.

— Иногда мне кажется, что вы намеренно выбираете самую раздражающую последовательность слов.

— А иногда?

— Я слишком занят, чтобы сомневаться.

Седая женщина подошла к доске и вывела первые баллы: Элира — восемнадцать, Керн — семнадцать, Варн — пятнадцать, моё имя оказалось шестым — десять баллов. Я смотрела на цифру дольше, чем требовалось.

Элира подошла к своей строке, разглаживая ремень. Лицо оставалось спокойным, но плечи немного опустились, когда она увидела первый результат.

— Шестое место, — произнесла она, остановившись рядом.

— Я умею читать.

— Тогда знаешь, что во второй части придётся отыгрываться.

— Поэтому я здесь.

Элира перевела взгляд на мою онемевшую руку.

— Это я тоже вижу.

Она не улыбалась и не пыталась задеть. В голосе прозвучало почти раздражение.

— Если выйдешь в лабиринт с повреждённой кистью, проиграешь не мне, а собственной спешке.

— Вы с Деканом заранее распределили реплики?

Её губы дрогнули.

— Нет. Просто в некоторых вещах он прав настолько очевидно, что это раздражает всех одинаково. — После этого она ушла к целителям, а Дэмед Корвуд стоял в нескольких шагах и ждал.

Я решила не проверять, сможет ли он действительно отнести меня туда силой.

***

К началу второго испытания чувствительность почти вернулась. Целительница обмотала запястье согревающей повязкой и велела немедленно остановиться, если онемение поднимется выше локтя. Я пообещала, но она попросила повторить это, глядя ей в глаза, поэтому вторую версию пришлось сформулировать осторожнее: я обязалась рассмотреть возможность остановки, если обстоятельства позволят.

По выражению её лица стало понятно, что именно из-за таких пациентов целители со временем начинают ненавидеть людей.

Лабиринт возвели прямо в зале. Чёрные стены поднимались до второго яруса, а в полу под ними глухо стучали рельсы и цепные механизмы. Девять входов располагались полукругом, по одному для каждого кандидата. Над центральной частью конструкции двигались светильники, то вытягивая тени стен через несколько коридоров, то почти полностью уничтожая их. В некоторых проходах вспыхивали серебряные линии, в других слышалось скрежетание скрытых ловушек.

Седая женщина дождалась, пока все займут места у входов, и подняла руку.

— Внутри находятся девять знаков, три из них подлинные. Кандидат получает баллы за найденную метку, время возвращения и сохранённый резерв. Все входят одновременно. Прямое воздействие на других участников запрещено, но вы вправе изменять пространство, освещение, механизмы и оставленные соперниками формы.

Варн выслушал правила с таким выражением, какое появлялось у людей при встрече с близкими после долгой разлуки. Его тень уже заглядывала в щель под воротами, вытягиваясь по полу тонкой лентой.

— Наконец-то испытание, которое понимает мою натуру.

Элира затянула ремень на запястье и проверила крепление, проведя по нему большим пальцем. Несмотря на спокойный голос, движения выдавали напряжение: она поправила ремень уже третий раз.

— Твоя натура называется нарушением правил.

— Только если поймают.

Керн несколько раз сжал пальцы, размял плечи и глубоко вдохнул через нос.

— Поймают.

— Поэтому ты никогда не станешь великим преступником.

— Не собирался.

Варн покачал головой, словно услышал признание в полном отсутствии жизненных целей.

— Вот видишь. Уже сдаёшься.

Дэмед остановился возле моего входа. Сначала посмотрел на согревающую повязку, затем на руку, которой я машинально растирала пальцы.

— Сколько чувствительности?

— Достаточно.

— Это не число.

— Девять пальцев из десяти.

Его взгляд сразу опустился к левой кисти.

— Какой?

— Безымянный.

— При повторном онемении не создавайте вторую связь.

— А третью?

Дэмед медленно поднял глаза. Чем сильнее его раздражал собеседник, тем неподвижнее становилось лицо, и сейчас оно постепенно приближалось к состоянию высеченной изо льда маски.

— Я предупреждаю один раз.

— Вы предупреждали уже несколько.

— Значит, статистика вашей обучаемости ещё хуже, чем я предполагал.

Он взялся за край ворот. Его тень тонкой полосой уже проникла внутрь и лежала возле моих сапог, будто проверяя коридор раньше меня.

— Не ищите метку.

— Тогда что искать?

— Причину, по которой её положили именно в выбранное место.

— Это вся подсказка?

Дэмед слегка наклонился, чтобы ответ не услышала комиссия. Выбившаяся прядь волос скользнула по его щеке, но он не поправил её, продолжая смотреть мне в глаза.

— Я не должен был давать и эту.

— Значит, беспокоитесь.

Он отпустил ворота. На правой щеке на мгновение появилась едва заметная ямочка.

— Значит, устал наблюдать, как вы сначала попадаете в ловушку, а затем требуете объяснить устройство.

Колокол ударил прежде, чем я успела ответить.

Дэмед отступил, а девять чёрных ворот одновременно ушли в стены. Элира сорвалась с места первой. Её тень уже в движении разделилась на три ленты: две метнулись в соседние проходы, проверяя пространство, третья растянулась вдоль стены и потянула хозяйку за собой. Керн закрыл плечи и грудь дымчатой бронёй, разогнался и врезался в начавшую смещаться перегородку, не позволив ей перекрыть вход. Варн исчез так быстро, что на пороге ещё несколько мгновений сохранялся его ложный силуэт. Остальные кандидаты тоже рванули внутрь, а я вошла последней.

Первый коридор разделялся на два, но выбрать направление мне не позволили: едва я пересекла серебряную линию, стена справа с грохотом поехала вперёд, сужая проход. Я побежала, слыша за спиной тяжёлый скрежет камня. Светильник над головой резко сместился, и собственная тень вытянулась поперёк дороги, зацепившись краем за рельс. Этот механизм, создающий дополнительные трудности для контроля был добавлен специально, по всей видимости, чтобы измотать кандидатов и заставить их тратить силы еще и на удержание оружия - нашей тени.

Впереди вспыхнула тонкая линия. Ловушка отреагировала не на меня, а на движение тени из-за ламп.

Я заставила ложный силуэт продолжить бег по центру коридора, сама прижалась к стене и резко затормозила. Из камня вылетели три тупые стрелы. Они прошили чёрную фигуру, не встретив сопротивления, а затем ударились о противоположную поверхность. Механизм ещё не успел скрыться, когда я проскользнула мимо.

За поворотом грохнуло так сильно, что пол вздрогнул под сапогами. В стене появилась трещина, затем из неё вылетел каменный обломок. Я едва успела пригнуться.

Керн пробил перегородку плечом и вышел в мой коридор в облаке пыли. Броня на его правой стороне покрылась глубокими бороздами, но сам он только поморщился и смахнул с волос мелкие камни.

— Проход мешал.

— Ты мог обойти.

Он коротко посмотрел на оставшуюся в стене дыру.

— Дольше.

Из пролома показался другой кандидат и попытался последовать за ним. Механизм ответил металлическим щелчком. С потолка опустилась серебряная решётка, отрезав путь.

Керн даже не обернулся. Его тяжёлые шаги быстро удалялись по коридору, а броня снова собиралась на плечах.

Я пошла в противоположную сторону. Если система решила закрыть повреждённый участок, за Керном вскоре отправятся смотрители, а с ними обычно приходят вопросы, штрафы и ремонтные счета.

В следующем проходе лежала первая метка.

Чёрный знак с печатью Совета находился на небольшом постаменте. Два светильника стояли по разные стороны, но под предметом сохранялось равномерное тёмное пятно, не реагирующее на движение света. Слишком заметно. Слишком удобно. И слишком близко ко входу.

Я не стала подходить.

Вместо этого протянула к метке тонкую нить. Тень ещё не успела коснуться постамента, когда справа мелькнуло движение.

Лента Элиры перехватила мою форму и прижала к стене.

Сама она появилась из соседнего прохода. Дышала чаще обычного, одна прядь выбилась из косы и прилипла к виску, но все три Тени продолжали двигаться независимо: первая удерживала мою, вторая проверяла постамент, третья оставалась у её ног.

— Я увидела её первой, — произнесла Элира.

— Можешь забрать.

Она прищурилась и перевела взгляд на знак.

— Ты считаешь его ложным.

— Я считаю подозрительным твоё желание обсуждать это со мной.

Уголок её рта дрогнул. Элира ослабила давление на мою нить, но не отпустила полностью.

— Правила запрещают прямое воздействие.

— Тогда убери свою Тень.

— Я удерживаю стену.

Чёрная лента действительно касалась камня возле моей формы, но даже Элира не смогла бы произнести это с совершенно серьёзным лицом. Улыбка пряталась в её глазах, хотя губы оставались неподвижными.

— Разумеется. А моя случайно оказалась между вами. — Я сложила руки на груди.

— Именно.

Позади послышались быстрые шаги. Элира мгновенно отпустила мою нить и отступила в боковой проход. В коридор вбежал ещё один кандидат, увидел метку и бросился к ней, не проверяя.

Его пальцы коснулись знака.

Постамент провалился. Из пола вырвались серебряные нити, обвили его ноги и дёрнули вниз. Студент успел поставить щит, но защищал грудь, а ловушка уже затягивала руки.

Элира посмотрела на меня.

Я посмотрела на неё.

— Твоя, — предложила я.

— Ты увидела первой.

Мы одновременно развернулись и побежали в разные стороны, оставив смотрителям разбираться с человеком, который решил довериться бесплатной метке.

Мой коридор быстро сузился, заставляя повернуть боком. Стены продолжали двигаться, а светильники под потолком расходились, то открывая длинные тени, то оставляя пространство почти без опор. За спиной раздавался стук других кандидатов, но определить расстояние было невозможно: лабиринт переносил звук между проходами, заставляя шаги возникать то совсем рядом, то далеко впереди.

На очередном повороте из стены вылетел деревянный шар.

Я подняла небольшой щит и отбила его в сторону, не прекращая бежать. Чёрная поверхность треснула от удара, но не рассыпалась полностью. Второй шар летел ниже. Вместо нового щита я поставила Теневой гвоздь на его движущийся контур.

Тень снаряда прибило к полу. Сам шар пролетел ещё несколько шагов, затем резко дёрнулся, будто его удержала цепь, и покатился по камню.

Я перескочила через него.

Третий снаряд появился справа. Щит не успевал восстановиться, и я заставила ложный силуэт продолжить движение вперёд. Механизм повернул вслед за ним, а сама я нырнула в открывшуюся нишу.

В темноте кто-то зажал мне рот ладонью.

Тень отреагировала раньше мысли. Чёрная нить обвилась вокруг чужого запястья и прижала его к стене.

— Тихо, — прошептал Варн.

Я узнала его по голосу и убрала его руку от лица, но Тень не отпустила.

— Ещё раз так сделаешь — останешься без пальцев.

— Очень агрессивно для человека, которому запрещены прямые атаки.

Он стоял так близко, что в узкой нише наши плечи соприкасались. Волосы растрепались, на щеке темнела полоса пыли, зато улыбка оставалась привычно довольной.

— Что ты здесь делаешь?

— Прячусь.

— От кого?

Варн указал в проход.

Через несколько секунд мимо пронеслась его точная теневая копия. За ней следовали два механических стража — высокие металлические фигуры без лиц. Вместо рук у них вращались цепи с тупыми грузами.

— Ты привёл их сюда?

— Технически сюда пришла моя тень.

— А стражи?

— Проявили инициативу.

Один из них остановился возле ниши. Гладкая металлическая голова повернулась в нашу сторону.

Варн перестал улыбаться.

Его большой палец коснулся указательного.

Я уже знала, что это означает.

— Даже не думай.

— Поздно.

Он разорвал удерживающую нить, толкнул меня в соседний проход и выскочил следом. Страж ударил цепью. Варн пригнулся, груз прошёл над головой и разбил край стены. Второй механизм перекрыл дорогу впереди.

— У тебя был план? — спросила я, отбивая маленьким щитом осколки.

— Был.

— Какой?

— Не попасться.

— Прекрасно работает.

Варн вытянул две тонкие нити к светильникам. Тени на полу резко сменили направление, а его ложный силуэт метнулся между стражами. Оба механизма повернули вслед за ним, столкнулись плечами, но сразу начали разворачиваться обратно.

Времени хватило только на несколько шагов.

Впереди проход закрывала движущаяся стена. Варн послал нить под неё, пытаясь найти механизм, однако Тень застряла в серебряном пазу.

— Запечатано.— Явно раздосадованный этой новостью, попытался действовать более тонко.

— Отойди.

Я опустила ладонь к полу. Тень стены соприкасалась с длинной тенью левого стража. Если соединить их, движение механизма должно было потянуть преграду в противоположную сторону.

Первая нить закрепилась легко. Вторую пришлось протянуть через постоянно меняющийся свет.

— Что ты делаешь? — спросил Варн.

— Исправляю твой план.

Страж поднял цепь.

Я затянула шов.

Он бросился вперёд, его тень натянула связь, и стена с грохотом поехала в сторону. Открылся узкий проход.

— Беги!

Варн проскользнул первым. Я шагнула следом, но серебряный груз ударил в пол возле сапога. Камень треснул, осколки рассекли щёку. Второй взмах шёл прямо в грудь.

Щит возник на уровне рёбер и принял удар.

Чёрная поверхность прогнулась. Холод прошёл через руку до самого локтя, а затем защита рассыпалась, отбросив меня к стене.

Варн обернулся. Улыбка исчезла, лицо резко побледнело.

— Кайла!

Он выбросил сразу несколько нитей, обвил меня за пояс и выдернул в проход. Стена начала возвращаться на место, отрезая стражей. Последняя цепь проскользнула в щель и ударила Варна по плечу, но он не отпустил Тени, пока камень окончательно не перекрыл механизмам путь.

Несколько секунд мы оба тяжело дышали. Варн прислонился спиной к стене и проверил плечо, осторожно двигая рукой.

— Цела?

— Да.

— Уверена?

— Нет.

Он выдохнул, пытаясь вернуть улыбку, но она получилась неровной.

— Наконец-то честный ответ.

Я пошевелила пальцами. Все, кроме безымянного, слушались. Холод оставался возле локтя, не поднимаясь выше.

— Ты мог не возвращаться.

Варн посмотрел на меня так, будто вопрос оказался неожиданно глупым.

— И потом объяснять декану, почему оставил его любимую первокурсницу под цепью?

— Я не любимая.

— Конечно.

— Варн.

Он поднял ладони. Тень повторила движение и тут же схватилась за ушибленное плечо.

— Я ничего не говорил.

Из дальнего прохода донёсся звон настоящей метки. Один из кандидатов нашёл знак.

Варн сразу перестал шутить. Взгляд метнулся к развилке, пальцы коснулись стены, а тень распалась на три тонкие разведывательные нити.

— Осталось две.

— Предлагаешь союз?

— До первой метки.

— А потом?

На его лице появилась знакомая улыбка.

— Потом каждый сам за себя.

— Какая неожиданная честность.

— Решил попробовать. Не понравилось.

Мы побежали.

Варн посылал нити в боковые коридоры, а я следила за светом и защитными линиями. Несколько раз стены начинали смещаться перед самым нашим появлением. Тогда Варн цеплялся Тенью за дальний край и протягивал себя через сужающийся проход, а я ставила гвоздь на движущуюся конструкцию, задерживая её на несколько секунд.

На следующей развилке мы догнали Керна.

Он стоял между двумя закрывающимися стенами, удерживая их руками. Теневая броня покрывала плечи и спину сплошными пластинами, но камень всё равно медленно сдвигался. Вены на его шее вздулись, дыхание вырывалось короткими тяжёлыми рывками.

За ним на постаменте лежала метка.

Варн остановился.

— Настоящая?

Керн стиснул зубы.

— Проверил.

— Тогда мы заберём, а ты продолжай держать.

Керн повернул голову. На висках выступил пот, но голос остался таким же медленным:

— Попробуй.

Его тень отделилась от брони и ударила по полу между нами. Камень раскололся, заставив Варна отскочить.

— Прямые атаки запрещены! — напомнил он.

— Промахнулся.

— Конечно.

Керн не мог одновременно удерживать стены, защищать метку и двигаться. Варн это тоже понял. Его большой палец коснулся указательного.

Ложный манёвр.

Тень метнулась к знаку справа, вынуждая Керна усилить защиту постамента. Сам Варн нырнул влево, собираясь проскользнуть между стеной и его плечом.

Керн отпустил одну руку.

Каменная плита резко сдвинулась и ударила Варна боком. Он отлетел на пол, закашлялся и прижал ладонь к рёбрам.

Я направила Тень к его ноге и выдернула из-под следующего движения стены.

— Не лезь, — прохрипел он, пытаясь подняться. — Стены закроются.

Керн держал проход уже на пределе. Если продолжит, механизм либо придавит его, либо защитный контур завершит попытку.

Метка на постаменте действительно отзывалась холодом. Подлинная.

Можно было дождаться, пока Керн не выдержит, и забрать знак.

Он посмотрел на меня. Взгляд был тяжёлым и прямым, без просьбы о помощи. Керн скорее позволил бы стенам сомкнуться, чем признал, что не справляется.

Я опустила ладонь на пол.

Тень левой стены вытянулась к правой. Если сшить их между собой, сопротивляться они не перестанут. Наоборот, каждая потянет вторую навстречу.

Нужна была другая опора.

Над нами проходила неподвижная балка.

— Отпускай правую, — сказала я.

Керн нахмурился.

— Придавит.

— Не придавит.

— Уверена?

— Нет.

Варн, всё ещё лежавший на полу, тихо рассмеялся и тут же поморщился от боли.

— Она сегодня особенно убедительна.

Я протянула одну нить к тени стены, вторую — к балке, после чего затянула шов. Холод сразу отозвался в повреждённой кисти.

— Сейчас!

Керн отпустил правую сторону.

Стена дёрнулась, но соединённая с неподвижной опорой тень удержала её. Каменная плита остановилась на расстоянии ладони от его плеча.

Керн несколько секунд недоверчиво смотрел на свободную руку. Затем сорвал метку с постамента и шагнул в проход.

В этот момент вторая стена поехала быстрее.

— Кайла! — крикнул Варн.

Я разорвала шов и бросилась следом. Керн успел схватить меня за ворот и буквально выдернул из ловушки. Стены столкнулись за спиной, подняв облако пыли.

Мы оказались втроём в узком коридоре.

Метка лежала в руке Керна.

Он тяжело дышал и смотрел на меня сверху вниз. Пальцы всё ещё сжимали ткань у моего горла.

— Зачем?

— Хотела проверить технику.

Керн перевёл взгляд на сомкнувшиеся стены. Даже для него объяснение оказалось недостаточно убедительным.

— Могла забрать знак.

— Но не забрала.

Он разжал ворот и спрятал метку под броню.

— Должен.

— Что?

Керн кивнул в сторону Варна.

— Он вернулся за тобой. Ты помогла мне. Должен.

Варн поднялся, держась за стену.

— В таком случае можешь отдать метку.

Керн посмотрел на него.

— Тебе не должен.

— Стоило попробовать.

Второй звон разнёсся по лабиринту, сообщая, что ещё одна подлинная метка найдена.

Осталась последняя.

Керн сразу направился к выходу. На повороте он остановился и посмотрел через плечо.

— Центр движется против света.

После этого ушёл.

Варн проводил его взглядом.

— От него это почти признание в любви.

— Он вернул долг.

— Я тоже могу вернуть.

— Уже вытащил меня от стража.

— Это было до долга.

Его улыбка стала слишком невинной.

— Что ты хочешь? — Его полунамеки сейчас были ну вообще не кстати.

— В центре две метки. Одна ловушка. Я знаю, как туда попасть, ты умеешь отличить настоящую.

— А после?

— Кто первый возьмёт.

Честность Варна всегда появлялась ровно там, где позволяла устроить новое нарушение.

— Согласна.

Он протянул руку.

Я не стала пожимать.

— Не настолько.

Центральный сектор оказался единственной частью лабиринта, где стены не двигались по прямым рельсам. Они вращались вокруг круглой платформы, то открывая проходы, то выбрасывая оказавшихся внутри кандидатов в соседние коридоры. Светильники двигались в противоположную сторону, заставляя тени меток постоянно менять длину.

Внутри уже находилась Элира.

Она бежала по внешнему краю платформы, удерживая три ленты. Первая цеплялась за стены и помогала сохранять скорость, вторая отбивала летящие из механизма снаряды, третья тянулась к двум знакам в центре.

— Опоздали, — бросила она, заметив нас.

Варн улыбнулся.

— Мы хотели дать тебе возможность ошибиться первой.

Элира резко повернула кисть. Одна из стен выдвинулась нам навстречу.

Прямой атакой это не считалось.

Варн поднырнул под каменным выступом. Я успела поставить гвоздь на тень стены, но движущийся свет сорвал точку фиксации. Преграда ударила в плечо и отбросила меня к ограждению.

Элира уже коснулась первой метки.

Та рассыпалась серебристой пылью.

Ложная.

Платформа отреагировала на ошибку: пол под ней накренился, несколько стен разошлись, а сверху посыпались металлические диски.

Элира закрылась двумя щитами и продолжила движение ко второй метке.

Варн выбросил нити, цепляясь за внутреннее кольцо платформы. Его тень вытянулась, подтянула хозяина вперёд и почти поравнялась с формой Элиры.

Я закрыла глаза.

Снаружи грохотали стены, Варн что-то кричал, металлические диски разбивались о щиты. Свет постоянно менялся, и следить за тенями глазами стало невозможно.

Но вторая метка отзывалась знакомой дрожью.

Не светом.

Магическим отпечатком.

Она находилась не там, куда тянулись Элира и Варн.

Их обманывала тень.

Сам знак двигался под платформой, а наверху оставалась проекция.

Я открыла глаза и опустила ладонь к полу.