Полная версия
Замужем за злодеем, который меня убьёт
Элла подняла глаза.
— Она не может изложить объяснения письменно?
Молчание Бенедикта подсказывало, что Селена считала это невозможным.
— Кассиан знает?
— Его уведомили.
— Что он сказал?
— Принести бумаги завтра в зал Совета.
— Значит, завтра и принесёт.
Бенедикт поклонился и ушёл.
Через полчаса Кассиан вошёл в столовую.
Селена по-прежнему ждала внизу.
Когда он проходил мимо восточной гостиной, она сразу вышла.
На ней уже не было официального придворного платья. Тёмно-синий наряд и лёгкая шаль делали её облик мягче в вечернем свете.
— Ваша Светлость.
— Мм.
— Награды двух офицеров невозможно правильно классифицировать.
— Принесите список завтра.
— Его Величество просил закончить как можно быстрее.
Кассиан наконец посмотрел на неё.
— Он сказал, что это необходимо сделать сегодня вечером?
Селена замялась.
— Нет.
— Значит, завтра.
Он продолжил путь к столовой.
Селена за ним не пошла.
Элла разрезала запечённую рыбу на своей тарелке, пока Кассиан садился напротив.
— Закончила с меню? — спросил он.
— Почти. Остался десерт.
— Лимонный тарт.
— Мы всегда подаём лимонный тарт.
— Ты его любишь.
— Гости могут не любить.
— Это их проблема.
Элла посмотрела в сторону двери.
Селена уже ушла.
— Она долго ждала.
— И?
— Ничего. Просто сообщаю.
— Ты за неё заступаешься?
— Она целый час сидит в гостиной, по нескольку раз просит слуг объявить о ней, а потом уходит, оставляя их разбираться с неудобной ситуацией. В итоге это превращается в проблему резиденции.
Кассиан отпил вино.
— Скажи ей ходить в зал Совета.
— Она уже ходит.
— Значит, пусть продолжает.
Элла больше не стала спорить.
Селена занимала положение представительницы короны. Её нельзя было просто выставить, как неудобную служанку.
Кассиан не собирался заниматься её делами внутри резиденции.
Но всякий раз, когда она ждала, просила доложить о себе и подчёркивала важность королевских документов, справляться с последствиями приходилось слугам, находившимся в подчинении Эллы.
Король прислал эту женщину.
Кассиан согласился её принять.
А Элла каким-то образом оказалась ответственной за проблему, которой её муж вовсе не собирался пользоваться.
Селена продолжала вести себя безупречно.
У неё просто всегда находилось дело.
За завтраком она присылала вопросы о форме печатей.
Когда Кассиан собирался уходить, ждала его со списком старых полков.
Когда он возвращался вечером, ей требовался адрес вдовы погибшего офицера.
Каждую просьбу можно было оправдать бумагами, которые она держала в руках.
Но ни одна не была достаточно важной, чтобы Кассиан остановился.
Его ответы не менялись.
— Принесите в зал Совета.
— Отправьте в Военное ведомство.
— Пусть писари проверят.
Селена никогда не спорила.
Она улыбалась, приседала в реверансе и отвечала:
— Да, Ваша Светлость.
Элла начала понимать.
Селена прекрасно знала, как выполнять свою работу.
Она просто ждала единственного случая, когда Кассиан позволит ей подойти ближе.
За день до летнего банкета Элла проверяла расстановку столов в саду, когда к ней подошла Селена, предварительно получив разрешение Бенедикта.
— Ваша Светлость.
— Что случилось?
— Его Величество добавил трёх представителей короны. Мне нужно уточнить, следует ли посадить их вместе с Северными офицерами.
— Передайте список Бенедикту. Он изменит рассадку.
— Один из них давно конфликтует с герцогом.
Элла подняла глаза.
— Кто?
Селена назвала графа, который в прошлом году публично выступал против увеличения расходов на Северную армию.
— Посадите его рядом с министром финансов. Подальше от Северных офицеров.
— Я думала о том же.
— Тогда так и сделайте.
Селена не уходила.
— Есть что-то ещё? — спросила Элла.
— Это касается герцога. Я подумала, что он захочет лично одобрить рассадку.
— Он в зале Совета.
— Вернётся сегодня вечером?
Элла внимательно посмотрела на неё.
Вопрос звучал совершенно профессионально.
Тон был безупречным.
— Да.
— Во сколько?
— Не знаю.
Селена улыбнулась.
— Тогда я подожду.
Элла внезапно почувствовала усталость.
— Леди Уолтер.
— Ваша Светлость?
— Вы предложили решение. Я его утвердила. Это банкет в герцогской резиденции. Кассиану не требуется повторно одобрять рассадку.
— Я лишь хотела избежать неприятностей для него.
— У него их и без того достаточно.
Элла вернула ей список.
— Ждать не нужно.
Селена опустила голову.
— Разумеется.
Ни смущения, ни протеста она не показала.
Элла знала: завтра у неё найдётся новый повод.
Король поселил эту женщину в резиденции вовсе не для того, чтобы она тихо сидела над списками.
Глава 27. Вполне уместно
Летний банкет устроили в саду.
Погода стояла ясная, все северные панели оранжереи были заменены, а траву на южной лужайке ровно подстригли перед установкой столов.
Слуги всё ещё расставляли бокалы и серебряные приборы, когда Элла спустилась в вечернем платье.
Селена ждала в парадном холле.
На ней не было привычного тёмно-синего платья королевской фрейлины. Сегодняшний наряд был ещё темнее, почти чёрным. Платье плотно облегало талию, а вырез был глубже, чем у её дневных нарядов, хотя всё ещё оставался в пределах придворных правил.
Юбка была достаточно простой и не мешала двигаться.
Разумный выбор для банкета, полного военных офицеров.
И одновременно платье чрезвычайно выгодно подчёркивало её фигуру.
Селена подошла к Элле.
— Ваша Светлость.
— Леди Уолтер.
— Сегодня будет много Северных офицеров. Я решила, что официальное придворное платье может выглядеть слишком отстранённо, поэтому выбрала менее формальный наряд.
Она посмотрела на себя.
— Вы считаете его уместным?
Элла оценила платье.
Обоснованно придраться было не к чему.
Вырез не был неприличным. Плечи оставались закрыты. Цвет выглядел сдержанно, а юбка была практичнее большинства вечерних нарядов.
Просто каждая линия платья случайно подчёркивала всё, что следовало подчеркнуть.
— Вполне уместно, — ответила Элла.
Селена улыбнулась.
— Благодарю.
Кассиан спустился по лестнице в парадной форме. На его груди была приколота королевская медаль, вручённая герцогу Севера.
Селена повернулась и присела в реверансе.
— Ваша Светлость.
Кассиан коротко посмотрел на неё.
— Мм.
Второй раз он не взглянул.
Улыбка Селены не изменилась.
Весь вечер она вела себя безупречно.
Хорошо знала список награждённых, помнила имена большинства офицеров и даже могла назвать тех, кто был ранен во время кампании за зерновой путь.
Несколько молодых офицеров быстро заинтересовались ею.
Однако Селена ни с одним не оставалась надолго.
Она всегда находила причину снова оказаться рядом с Кассианом.
То предупреждала его о приближении представителя короны. То приносила исправленную записку с рассадкой. То просто стояла с бокалом вина и слушала разговоры офицеров о северной зиме.
Кассиан не прогонял её, но и не поощрял.
Он не мог отойти от женщины лишь потому, что она стояла рядом на его собственном банкете. Это означало бы, что он её заметил.
Элла сидела неподалёку и обсуждала предложения по зимним тканям с женой министра финансов.
Когда разговор закончился, она снова посмотрела на Кассиана.
Селена стояла рядом с ним, разложив на столе список.
— Это имя указано дважды, — сказала она.
— Это два разных человека.
— Фамилия и полк совпадают.
— Один из них мёртв.
Селена наклонилась и указала на строку.
— В королевской записи это не отмечено.
Она стояла так близко, что прядь рыжих волос соскользнула через плечо и едва не коснулась рукава Кассиана.
Кассиан взял перо и вписал рядом с именем звание погибшего.
— Теперь отмечено.
Селена выпрямилась.
— Благодарю, Ваша Светлость.
Элла подняла чашку.
Виола сидела рядом и проследила за её взглядом.
— Та женщина, которую прислал король?
— Королевская связная.
— Она красива.
— Едва ли король собирался прислать некрасивую.
— Вас это не беспокоит?
— Она работает.
Виола улыбнулась.
— В таком платье?
— Оно не нарушает ни одного правила.
— Поэтому возразить сложнее.
Элла посмотрела на неё.
Виола уже поднесла бокал к губам, словно ничего не говорила.
Посреди вечера Селена снова подошла.
— Ваша Светлость, один из представителей короны хочет наедине обсудить с герцогом расходы на Северную армию.
— Малая гостиная с западной стороны подготовлена?
— Да.
— Тогда воспользуйтесь ею.
— Я должна присутствовать и вести запись разговора.
— Разумеется.
Селена явно не ожидала, что Элла согласится так легко.
— Вы не присоединитесь?
— Военные расходы не входят в мои хозяйственные полномочия.
— Но вы герцогиня.
— Именно поэтому мне необходимо заниматься гостями.
Элла улыбнулась.
— Вы представляете корону, леди Уолтер.
Селене оставалось лишь присесть в реверансе и уйти.
Виола снова взглянула на Эллу.
— Вы ему доверяете?
— Если Кассиан не способен войти в гостиную без надзора, моё присутствие ему не поможет.
— Очень разумно.
— Да.
Элла продолжила беседовать с гостями.
Она не пошла за ними и никого не отправила подслушивать.
Через полчаса Кассиан вернулся в сад.
Селена шла в нескольких шагах позади с записями в руках, сохраняя совершенно спокойное выражение лица.
— Закончили? — спросила Элла.
— Да.
— Как прошло?
— Он хочет сократить Северный бюджет.
— Вы согласились?
— Нет.
— Значит, он зря потратил полчаса.
— Да.
Элла взглянула на Селену.
— Леди Уолтер очень усердно вела запись.
Кассиан проследил, куда она смотрит.
— Это её работа.
В его голосе не было ничего необычного.
Элла отвернулась.
После банкета Селена осталась проверять список отъезжавших гостей.
Когда она наклонилась над бумагами, вырез платья опустился чуть ниже.
Элла случайно проходила мимо в этот момент.
Селена сразу выпрямилась.
— Ваша Светлость.
— Вы ещё не закончили?
— Почти.
Элла посмотрела на лист в её руках.
— Похоже, сегодня нашлось немало вещей, которые требовалось рассмотреть поближе.
Селена на мгновение замялась, а затем улыбнулась.
— Освещение было недостаточно хорошим.
— Завтра распоряжусь, чтобы Бенедикт поставил в гостиной ещё две лампы.
Элла пошла дальше.
Она не обернулась.
Селена тоже ничего больше не объяснила.
Глава 28. До девяти
На следующее утро после банкета Элла изменила правила пользования восточной гостиной.
Королевские документы по-прежнему разрешалось передавать там. Селена могла продолжать работать в этой комнате.
Но всё, что требовало личного внимания Кассиана, теперь следовало регистрировать до ужина и отправлять в зал Совета на следующее утро.
В девять часов гостиная закрывалась.
Селена попросила об аудиенции.
После доклада Бенедикта Элла велела ей ждать в восточной гостиной.
— Ваша Светлость.
— Вы хотели спросить о новом расписании?
— Да.
— Что именно вам непонятно?
— Его Величество иногда присылает распоряжения в конце дня.
— Срочные приказы можно доставить непосредственно в зал Совета или Военное ведомство.
— А если герцог уже вернулся домой?
— Тогда они подождут до утра.
— Это может задержать королевские дела.
Элла сидела напротив неё.
— По-настоящему срочный королевский приказ дворцовый стражник передаст прямо Кассиану. Его не станут сначала вручать женщине, живущей в восточном гостевом крыле.
Селена ненадолго замолчала.
— Вы считаете, что я беспокоила герцога в неподходящее время.
— Вы живёте здесь десять дней.
Элла говорила спокойно.
— В семь из них вы просили увидеться с ним после ужина.
— Это были деловые вопросы.
— Именно поэтому я не запрещаю вам ими заниматься.
— Вы только установили крайний срок.
— Да. Девять часов.
Селена улыбнулась.
— Я понимаю.
Она не стала спорить.
От этого ситуация становилась лишь досаднее.
Гнев, грубость или открытое признание всё упростили бы. Но Селена сохраняла безупречную учтивость в каждом разговоре, и Элле оставалось отвечать лишь всё более точными хозяйственными правилами.
У двери Селена остановилась.
— Ваша Светлость.
— Что-то ещё?
— Похоже, вы очень доверяете герцогу.
Элла взглянула на неё.
— Почему вы так решили?
— Вы ни разу не спросили, что именно мы обсуждаем.
— Вы обсуждаете королевские документы.
— Иногда мы говорим о Севере.
— Это ещё дальше выходит за пределы моих полномочий.
Селена повернулась к ней.
— А если речь шла бы не только о делах?
В комнате воцарилась тишина.
Теперь Элла точно знала, что не придумала намерения, стоявшего за поведением Селены.
Однако женщина по-прежнему не сказала ничего, что можно было бы использовать против неё.
— Леди Уолтер, — произнесла Элла, — вы являетесь представителем Его Величества при этом доме.
— Да.
— Пока вы об этом помните, мне больше не о чем беспокоиться.
Селена опустила голову.
— Я прекрасно помню.
После её ухода Элла ещё некоторое время оставалась на месте.
Нелл подошла ближе.
— Что она имела в виду?
— Ничего.
— Но она совершенно явно…
— Она ничего не сказала.
Элла поднялась.
Пока Селена не пересекла видимую границу, Элла не могла изгнать представительницу короля из-за взгляда, платья или намёка.
Теперь она обладала властью.
А это означало, что она не могла вести себя как обычная ревнивая жена всякий раз, когда ей захочется.
За каждым её решением наблюдали. Любое проявление недовольства можно было представить королю как неуверенность.
Элла не собиралась давать кому-либо такую возможность.
Когда Кассиан вернулся вечером, восточная гостиная уже была тёмной.
Новое расписание он обнаружил в спальне.
— Она закрывается в девять?
— Да.
— Почему?
— Слугам необходимо спать.
— Раньше такого правила не было.
— Раньше в восточном крыле не жила королевская фрейлина, ожидающая вас каждый вечер.
Кассиан поднял взгляд.
Элла сидела перед туалетным столиком и выбирала серьги на следующий день. Её голос ничего не выдавал.
— Она доставляет тебе неприятности?
— Она мешает ночным слугам.
— Только это?
Элла вернула одну серьгу в шкатулку.
— Вы надеялись услышать что-то другое?
Кассиан некоторое время наблюдал за ней.
— Нет.
Элла закрыла шкатулку.
— Тогда до девяти.
Он не возражал.
Со следующего утра Селена регистрировала каждый документ до ужина.
Но вскоре нашла другие способы.
В первый раз она отправила слугу уточнить, появится ли Кассиан сегодня в зале Совета, а затем ждала ответа в восточной гостиной.
Во второй — прислала недавно прибывший королевский список и попросила принять решение после завтрака.
В третий раз документов не было вовсе.
Её личная служанка принесла чайник с северным чёрным чаем.
— Её Величество слышала, что герцог не любит сладкий кофе, который подают в столице, и прислала этот чай для него.
Кассиан даже не притронулся к нему.
Элла отрезала кусок медового пирога.
— С завтрашнего дня во время завтрака ничего от королевской связной не принимается. Все вопросы передавайте Бенедикту. Он ответит после окончания трапезы.
— Да, Ваша Светлость.
Служанка ушла.
Кассиан не произнёс ни слова.
Элла съела половину пирога и только потом посмотрела на него.
— Возражений нет?
— Это твой порядок завтрака.
— И ваш тоже.
— И?
— Ничего. Я лишь уведомила вас.
Кассиан откинулся на спинку кресла.
— Тебе не нравится, что она ждёт в восточном крыле.
— Я не хочу, чтобы её вещи и послания появлялись на этом столе каждое утро.
— Только вещи?
Элла положила вилку.
— Она также обязательно проходит через главный холл, прежде чем отправить их сюда.
Уголок губ Кассиана слегка дрогнул.
— Чему вы улыбаетесь?
— Ничему.
— Вы улыбаетесь.
— Да.
— Что смешного?
— Ты наконец её заметила.
— Я всегда её замечала.
— Но делала вид, что нет.
— Замечать всё равно нечего.
Кассиан не стал возражать.
Он протянул руку через стол и забрал последний кусочек пирога с тарелки Эллы.
Она нахмурилась.
— Это было моё.
— Там есть ещё.
— Это был последний кусок.
Он съел его.
Элла решила, что как бы сильно её ни раздражала Селена, Кассиан всё равно был хуже.
Глава 29. Полуночное письмо
Четыре дня Селена вела себя тихо.
Никаких просьб за завтраком. Восточная гостиная закрывалась в девять. Каждый документ попадал в зал Совета в положенное время.
Элла уже начала думать, что женщина наконец смирилась с правилами дома.
На пятую ночь над столицей пошёл дождь.
Элла только вернулась из дома Виолы, когда заметила одного из стражников, разговаривавшего с кем-то под восточным портиком.
Там стояла Селена.
На ней было тёмно-красное домашнее платье, а плечи укрывала чёрная шаль.
Волосы больше не были уложены в официальную причёску. Их небрежно связали у основания шеи, и несколько влажных прядей прилипли к лицу.
В руке она держала запечатанное письмо.
— Что произошло? — спросила Элла.
Стражник поклонился.
— Ваша Светлость. Леди Уолтер утверждает, что у неё конфиденциальное письмо, касающееся безопасности короны. Она настаивает, что должна передать его лично герцогу.
Селена присела в реверансе.
— Ваша Светлость.
— Кассиан уже вернулся?
— Да, — ответил стражник. — Но согласно правилам дома обычная королевская переписка ночью не принимается.
— Это не обычная переписка, — сказала Селена.
— Кто принёс письмо? — спросила Элла.
— Дворцовый гонец.
— Где он?
— Уже уехал.
— Его Величество приказал вам лично передать письмо сегодня ночью?
Селена замялась.
— На конверте стоит пометка «срочно».
Элла посмотрела на письмо.
Красный королевский воск был настоящим. В верхнем углу действительно стояла отметка о срочности.
Она не могла приказать стражнику оставить запечатанное королевское письмо под дождём.
— Сообщите герцогу, — сказала Элла.
Стражник вошёл в дом.
Селена осталась под портиком. Край её шали поднимался от ветра.
Платье под ней было тонким. Вырез располагался ниже, чем у наряда, который она носила на банкете.
Элла взглянула на неё.
— Похоже, вы уже готовились ко сну.
— Да.
— И снова вышли, когда прибыло письмо?
— Да.
— Очень предусмотрительно.
Селена улыбнулась.
— Это мой долг.
Из главного здания вышел Кассиан.
На нём была лишь чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами, словно он пришёл прямо из кабинета.
Селена сразу направилась к нему.
— Ваша Светлость. Это срочное послание только что прибыло из дворца.
Кассиан взял письмо.
Он не пригласил её внутрь и не предложил перейти в гостиную.
Печать он сломал прямо там, где стоял.
Несколько мгновений слышался только шум дождя.
Кассиан быстро прочёл страницу.
— Это и есть чрезвычайная ситуация?
Выражение лица Селены не изменилось.
— Его Величество хочет изменить порядок первой церемонии награждения.
— Сделайте это завтра.
— На конверте стоит пометка «срочно».
— Потому что изменённый список нужен ему к полудню.
Кассиан сложил письмо.
— До полудня больше двенадцати часов.
— Я не хотела рисковать задержкой.
— Вы письмо передали.
Он отдал страницу стражнику.
— Отнеси в мой кабинет.
— Да, Ваша Светлость.
Затем Кассиан посмотрел на Селену.
— Возвращайтесь внутрь.
Казалось, она собиралась что-то сказать.
Но Кассиан уже отвернулся.
Селена присела перед Эллой в реверансе.
— Прошу прощения за беспокойство.
— Вы меня не побеспокоили.
Элла говорила всё так же любезно.
— В следующий раз сначала посмотрите, к какому сроку требуется ответ, и только потом решайте, насколько срочно письмо.
— Я учту.
Селена вернулась в восточное крыло.
Когда Элла вошла в главный холл, Кассиан не вернулся в кабинет.
Он ждал её.
— О чём говорила Виола? — спросил он.
— О многом.
— О мужчинах?
— О нескольких слугах.
Кассиан развязал её плащ.
Элла наблюдала за ним.
— Она вас хочет.
— Да.
Элла замерла.
— Вы знаете?
— Знал с первого дня.
— Тогда почему ничего не сделали?
— Она принадлежит королю.
— Но именно вы согласились поселить её здесь.
— Да.
Его совершенно ничего не беспокоило.
Элла передала мокрый плащ слуге.
— Она только что вышла посреди ночи в домашнем платье, прикрываясь королевским письмом.
— Да.
— И это всё, что вы можете сказать?
— А что ты хочешь услышать?
Элла начала подниматься по лестнице.
— Ничего.
Кассиан пошёл следом.
На площадке второго этажа она остановилась.
— С завтрашнего дня я больше этим не занимаюсь.
— Чем?
— Ею.
Кассиан посмотрел на Эллу.
— Я распорядилась насчёт комнаты, служанок, кареты, ключей, гостиной и расписания документов.
— Да.
— Она продолжает придумывать причины увидеться с вами.
— Я с ней не виделся.
— Сегодня видели.
— Ты сама приказала стражнику меня позвать.
Элла не сразу нашлась с ответом.
— На письме стояла королевская печать.
— И?
— Я не могла выбросить его вместо вас.
— Его мог принести стражник.
— Она утверждала, что должна вручить лично.
— И ты ей поверила?
Элла уставилась на него.
— Кассиан.
— Да?
— Она хочет с вами переспать.
— Я знаю.
Его спокойствие раздражало ещё сильнее.
— Тогда разбирайтесь с ней сами.
Элла вошла в спальню.
Кассиан последовал за ней и закрыл дверь.
— Ты ревнуешь?
— Я устала от неудобств.
— Есть разница?
— Да.
Элла села перед туалетным столиком и начала снимать серьги.
— Я не боюсь, что сегодня ночью вы ляжете с ней в постель. Я просто не хочу продолжать заказывать кареты и питание для женщины, которая пытается переспать с моим мужем.
Кассиан наблюдал за её отражением.
— С завтрашнего дня всё, что касается вас, передавайте вашему секретарю.
— Она не моя женщина.
— Король прислал её вам, а вы согласились принять.
— Он сказал, что она будет помогать тебе.
— Тогда сообщите ему, что мне помощь не требуется.
Кассиан промолчал.
Элла положила серьги в шкатулку.
— Что ты собираешься делать? — спросил он.
— Я уже сказала. Ничего.
— Она живёт в доме, которым управляешь ты.
— Я продолжу обеспечивать её комнатой и основными расходами.
Элла закрыла крышку шкатулки.
— Но если она хочет увидеться с вами, передать письмо или узнать, когда вы вернётесь, пусть обращается к вашему секретарю.
— Ты передаёшь её мне?
— Она с самого начала была вашей проблемой.
Кассиан подошёл и остановился за её спиной.
— А если я не отправлю её прочь?
— Тогда она останется.
— Ты не станешь вмешиваться?
— Нет.
— А если я к ней прикоснусь?
В комнате стало тихо.
Элла медленно повернулась.
— Тогда вам лучше проверить, не обязывает ли наш брачный договор меня лично подготовить для вас простыни.
Кассиан долго смотрел на неё.
Затем тихо рассмеялся.
Элла нахмурилась.
— Это смешно?
— Немного.
— Тогда веселитесь в одиночестве.
Она поднялась, собираясь лечь спать.
Кассиан обхватил её за талию и притянул обратно.
— Она меня не интересует.
Элла подняла глаза.
— Я не спрашивала.
— Но хотела знать.
— Теперь знаю.
— Довольна?
— Это убирает один пункт из списка вещей, которыми мне приходится заниматься.
— Ты ревнуешь.
— Сегодня вы особенно раздражаете.
