Наследники пепла. Книга первая. Не говори мне о любви

5 ГЛАВА

ЧУЖАЯ.

Вера Алексеевна и Вика наблюдали из окна, как Владимир Викторович и Кира вышли из машины. Прихватив нехитрый багаж, они направились к дому.

Пожалуйста, будь вежливой - на всякий случай попросила Вера Алексеевна дочь, прежде чем направиться к двери.

Вика лишь фыркнула в ответ. Её разрывало между любопытством и желанием запереться в своей комнате. Любопытство взяло верх, и она застыла в проёме коридора, отделявшего общую зону квартиры от приватной.

Девочка вошла вслед за Владимиром Викторовичем, и какое-то время топталась у него за спиной. Но он не задержался в прихожей, быстро пройдя в гостиную.

Перед Кирой возникло приветливое женское лицо с тёплой улыбкой. - Здравствуй. Добро пожаловать - мягко сказала Вера Алексеевна. -Здравствуйте – пролепетала она в ответ. Собственный голос показался ей тонким и дребезжащим.

Вика молча и чуть придирчиво разглядывала гостью.

Девочка как девочка - оценила она. - Вполне среднестатистическая. Большеглазая. Мелкая. Волосы схвачены резинкой в обычный хвост, из украшений - лишь крохотные серьги гвоздики, да браслетик на тонком запястье. Полное отсутствие макияжа - естественная, почти детская простота. Одета обычно, без малейшего намека на бренд: прямые джинсы и свободная рубашка. Вика непроизвольно почувствовала почти инстинктивное презрение к такой непритязательности, этому полному отсутствию лоска. Как к чему-то инородному, неправильному, чуждому в их доме.

-Ну что же ты стоишь, проходи. - грациозным жестом хозяйка указала на комнату. Владимир Викторович по-хозяйски устроился в массивном кожаном кресле.

Вера Алексеевна плавно скользнула на диван и похлопала ладонью рядом с собой: - Присаживайся. Кира покорно опустилась на край дивана.

А Вика, зайдя, вновь застыла в дверном проёме. – Знакомьтесь – это Кира –представил ее Владимир Викторович.

-Это - моя жена, Вера Алексеевна. Миловидное лицо снова осветила искренняя улыбка, которая успокаивала и одобряла.

Но что-то глубоко внутри Киры ожесточённо сопротивлялось этому обаянию, шепча едкое напоминание: «Ты здесь не потому, что желанна, а из-за банальной, унизительной жалости.» Все в ней противилось этому. Однако, вежливость никто не отменял, поэтому она сдержанно улыбнулась в ответ: - Очень приятно. - А это - Вика. Наша дочь. Твоя сестра.

Вика хмыкнула в ответ на реплику отца.

-Надеюсь, вы подружитесь. – отец выразительно посмотрел на дочь.

Кира тоже взглянула на Вику.

Взгляд последней говорил яснее любых слов: - «это навряд ли». В её лице не было и намёка на доброжелательность Веры Алексеевны, лишь надменная холодность. Но, вместе с этим, Кира непроизвольно отметила как их внешнее сходство, так и присущую обеим утончённую, сдержанную элегантность. Обе они выглядели аристократично и стильно даже в простой, домашней одежде. Они гармонично вписывались в интерьер этой роскошной элитной квартиры, где все говорило о достатке, благополучии и хорошем вкусе хозяев.

Кира внутренне съёжилась от чувства одиночества и чуждости этому месту и этим людям. Больше всего на свете она хотела сейчас снова оказаться в своей скромной, старенькой квартире рядом с Катей, Вадиком и Ромкой.

Владимир Викторович, почувствовав нарастающее напряжение, резко поднялся: - На этом давайте считать официальную часть законченной. Помогите Кире устроиться. Вера Алексеевна поспешно поднялась. - Мы приготовили тебе комнату. Пойдём, я покажу.

Из просторной прихожей, которую смело можно было назвать холлом, они прошли в длинный коридор, по обе стороны которого наискосок друг от друга расположились по две двери. Вика проскользнула в первую, где, по-видимому, была ее комната. Киру же Вера Алексеевна подвела к самой дальней с противоположной стороны.

- Твоя комната. Проходи. Надеюсь, тебе понравится. Комната была небольшой, но светлой и уютной. Еще не выветрился запах ремонта. Здесь было все необходимое: небольшой шкаф, узкая кровать, письменный стол и кресло.

- Помочь разобрать вещи? Кира покачала головой: - Я сама. - Располагайся и отдыхай. Скоро будем ужинать - Вера Алексеевна улыбнулась напоследок и вышла.

Кира была рада, что её оставили в покое. Она не собиралась обживаться в этом доме. Не собиралась оставаться здесь дольше, чем это было необходимо. Поэтому взяла с собой только самый необходимый минимум. Всего несколько минут ушло на то, чтобы все её вещи перекочевали из чемодана в шкаф.

Атмосфера за ужином была натянутой и неловкой. Кира была напряжена и сдержанна, несмотря на доброжелательность Веры Алексеевны. Она появилась за столом в простой, выцветшей хлопковой футболке и слегка потёртых, но чистых спортивных брюках. Беглый, небрежный взгляд Вики ясно дал понять, насколько Кира не соответствует. Как будто она сама не знает!

- Расскажи о себе, Кира. Чем ты занималась? - спросил Владимир Викторович. Его слова звучали немного натянуто, слишком официально для семейного ужина. - Учёбой в основном. - её ответ прозвучал сухо и лаконично. Он уже видел её документы, знал, что она отличница. Что еще можно добавить?

- А какие у тебя любимые предметы?

В ответ неопределённо пожала плечами. Его попытка завести беседу казалась Кире скорее формальным допросом, чем искренним интересом, а его голос, хоть и старался звучать мягко, нёс оттенок снисхождения.

- Ну а чем увлекаешься? Что-то помимо учёбы?

Кира помолчала, немного подумав. Потом быстро перевела взгляд на Веру Алексеевну, словно адресуя свой ответ ей, а не Владимиру Викторовичу.

- Я... очень люблю готовить и печь. Если позволите иногда…

Кира сжала пальцы под столом. Она с самого начала решила, что найдёт способ отрабатывать своё проживание здесь, чтобы не быть обузой. И сдаваться не собиралась. Как и рассказывать о том, что научилась готовить вовсе не из любви к кулинарии, а по необходимости. Надя была самым непрактичным человеком на свете. Вот и пришлось ей после смерти бабушки самой научиться вести хозяйство. Спасибо Нине Григорьевне - помогла и многому научила. А выпечка стала ее бизнесом. Торты и пирожные она научилась делать сказочные. Вскоре её заработок был куда больше, чем скромные доходы Нади. Вера Алексеевна растеряно молчала. Тишину, сгустившуюся над столом, разорвал звонкий голос Вики:

- Пап, мам, можно я завтра уеду с Леной на дачу? – спросила Вика.

Владимир Викторович, казалось, даже обрадовался смене темы:

- Завтра вы с мамой и Кирой пойдёте в торговый центр. Кире надо купить новую одежду и все необходимое.

Кира подняла голову, её глаза, до сих пор прятавшиеся под ресницами, встретились со взглядом Владимира Викторовича. В них не было стеснения, скорее упрямство.

- У меня есть одежда. И всё необходимое. - Новая не помешает. Скоро начнётся учебный год. Ты пойдешь в новую школу… – с мягкой улыбкой проговорила Вера Алексеевна.

- Мне ничего не надо. – тихо, но с непоколебимой твёрдостью повторила Кира. Владимир Викторович нахмурился, не понимая, как пробиться сквозь эту незримую стену.

-Ты не должна стесняться. - заметил он.

Вика усмехнулась, отложив вилку с демонстративной небрежностью. Её взгляд скользнул по Кире откровенно оценивая, препарируя.

- Они пытаются сказать, что у нас элитная школа и все одеваются прилично. Есть определённые стандарты. Уж постарайся хоть немного им соответствовать, чтобы не ставить моих родителей в неловкое положение. Её слова были острыми, как осколки льда, и каждая интонация – вызов. - Замолчи сейчас же! – гневно сверкнул глазами отец.

- Вика! Ты непозволительно груба! – одновременно с ним возмущенно воскликнула мама. Вика холодно встретила их гнев:

- Я всего лишь озвучила правду. Чем быстрее она это поймёт, тем для неё же будет лучше. В нашей школе с ней никто церемониться не будет.

Она резко отодвинула стул. Поднялась.

- Я наелась. Ухожу. Меня ждут друзья.

Вера Алексеевна подавленно вздохнула. Сегодня она собиралась попросить Вику взять Киру с собой, познакомить с ребятами. Видимо, не стоит форсировать события. Пусть все идёт своим чередом.

После ужина Кира вызвалась помочь убрать со стола.

- Извини – повернулась к Кире Вера Алексеевна, когда они закончили. - Мне стыдно за Вику. Это было грубо. Я обещаю, что поговорю с ней.

Кира остановилась, глядя в пол, потом подняла глаза:

- Прошу вас, не надо. Я понимаю, что появилась в вашей жизни внезапно. И понимаю, что для всех вас это непросто.

-Как и для тебя - тихо и мягко сказала женщина.

-Да. Для меня тоже. - призналась девочка, глядя прямо и серьёзно.

Вера Алексеевна аккуратным движением погладила её по плечу.

- Но мы обязательно с этим справимся. Все будет хорошо. - пообещала она.

Кира сдержанно кивнула.

Остаток вечера она провела в комнате, где ей предстояло прожить ближайший год и старалась не расплакаться, хотя очень хотелось. Но в любой момент сюда могли войти, а демонстрировать перед чужими людьми свои слабости она не собиралась.

- Она так похожа на Ольгу Дмитриевну! – Вера Алексеевна сидела перед зеркалом и наносила на лицо ночной крем.

- Я тоже был потрясен, когда впервые увидел ее. Правда, крутой нрав моей мамы она явно не унаследовала. Владимир Викторович подошёл сзади к жене и обнял за плечи. Их взгляды в зеркале пересеклись. - Спасибо. Я говорил, что ты у меня изумительная? - Никогда не смей забывать об этом – с шутливой строгостью произнесла Вера Алексеевна. Он засмеялся и поцеловал жену в макушку. -Никогда – прошептал золотым прядям.

Мамин голос звучал совсем рядом… протяжный, жалобный стон… Кира пыталась увидеть её, но мешал густой тёмно-серый туман. Она шла в этот туман на голос, продиралась сквозь липкую, вязкую, дышащую, словно живую, зловещую массу… Пыталась кричать, чтобы мама её услышала, но голос пропадал…

Снова и снова... Ночь за ночью.. «Где же ты, мама? Правду ли сказал тот священник? Ты действительно где-то в другом мире мучаешься и страдаешь? Твой ли стон прорывается ко мне моля о помощи? Или это моя тоска по тебе так жестоко и беспощадно играет со мной?»

Этот вопрос беспокоил её, терзал, изнурял. Но ответа не было. Она проживала день за днём, стараясь заполнить их текущими делами, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, болезненных воспоминаний и буквально раздирающего её изнутри чувства вины.

Утром просыпалась разбитой и измученной. Вот и сегодня... не сразу вспомнилось, где находится...чужая комната, чужой дом, чужая семья...

Этот день стал для Киры настоящим испытанием. Как ни старалась, избежать похода в торговый центр ей не удалось. Вера Алексеевна словно неутомимый шторм, обрушивала на неё то одно, то другое платье, блузку, юбку. Каждый новый наряд примеряемый под прицелом чужих глаз, становился ударом по её хрупкому самолюбию. Одно лишь согласие жить под крышей незнакомых людей, на их иждивении, уже было тяжким бременем. А теперь приходилось принимать эти вещи - словно крохи милостыни, подаваемые сверху вниз. Кира стояла в кабинке в очередном наряде и, кусая губы, пыталась сдержать рвущиеся наружу слезы. Страдала её гордость. Если и её не станет, то с чем же тогда она, Кира, останется?

Такой её и увидела Вера Алексеевна, заглянувшая узнать, почему Кира так долго не выходит и не нужна ли ей помощь. - Кира, что с тобой? – спросила она шёпотом, протискиваясь в тесную кабинку.

Вера Алексеевна положила ей руки на плечи и заглянула в глаза.

Как же неловко! Как стыдно, что не смогла сдержать себя.

- Извините. Вы очень добрая. Спасибо. Но, пожалуйста! Не надо всего этого – выдохнула девочка. – Все необходимое у меня есть.

Вера Алексеевна задумчиво, с тихой, почти невыносимой грустью смотрела на Киру.Она просто хотела доставить ей удовольствие. Все девочки любят наряжаться. Но эта...словно маленький воин, выстраивала границы своей независимости. Вчера просила позволить ей готовить, сегодня отказывается от подарков... Не хочет быть обязанной. Храбро старается держаться невозмутимо и оставаться спокойной. А ночью металась в слезах по постели, звала маму, потому что ей страшно одной…

Комок подступил к горлу. Но Вера Алексеевна взяла себя в руки и просто кивнула, соглашаясь. Пусть будет пока так, как она хочет.

-Хорошо. Я не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.

- Спасибо.

Вика и в торговом центре и дома демонстративно игнорировала Киру. Пользуясь случаем, она прикупила себе новое платье, туфли, сумочку и кое-что из косметики…

Дома надолго не задержалась, а, как и вчера, убежала на встречу с друзьями.

Так же, как и накануне, они вместе с Верой Алексеевной убрали со стола. А остаток вечера она снова провела в своей комнате.

6 ГЛАВА

ОСВОЕНИЕ

Кира слышала, как за Владимиром Викторовичем и Верой Алексеевной захлопнулась входная дверь - они ушли на работу. Она тихонько прошла в ванную комнату, стараясь не разбудить Вику. Быстро привела себя в порядок, смывая остатки тревожной ночи, и так же бесшумно вернулась в комнату. Почти сразу следом за ней поднялась и Вика. А вскоре из гостиной донеслись звуки работающего телевизора.

Кира испытывала жгучую, почти физическую потребность уединиться где-нибудь вдали от посторонних глаз. Из окна её комнаты, в просвете между домами, просматривалась зелень лесопарковой зоны. Наверняка там отыщется укромное местечко. Быстро собралась и подошла к Вике, которая со скучающим видом переключала каналы.

- Я пойду прогуляюсь.

- Мне пофиг- ответила та, не отрывая взгляда от мерцающего экрана.

Выйдя из дома Кира, сразу же устремилась к лесу. Она миновала зону барбекю и пустые в этот ранний час детские и спортивные площадки, обогнула сонное зеркало небольшого озера и маленький родник - драгоценную слезу земли, заботливо огороженный низким заборчиком. Кира все дальше и дальше углублялась в чащу, выбирая не исхоженные дорожки, а позабытые и неприметные тропинки, что уводили от суеты, обещая уединение. И вот, наконец, она оказалась на берегу крохотного пруда, почти целиком поглощенного зарослями камыша. На другой стороне, словно старая рана на пейзаже, виднелись очертания полу разрушенного небольшого строения. Спуск к воде был крут и каменист. Над ним, словно седой покровитель, склонилась старая ива, чьи густые ветви изумрудным водопадом низвергались прямо в водную гладь.

А под этой зелёной завесой, в укромной расщелине между стволом и каменистым склоном, Кира обнаружила маленький природный грот – тайное убежище, которое трудно было заметить, даже оказавшись совсем рядом. Ей понравился этот дальний, забытый людьми уголок леса. Она опустилась на землю, прислонившись к холодному камню, и все напряжение, скопившееся внутри неё за последние два дня наконец-то хлынуло наружу бурным, неистовым потоком. Она рыдала - горько, долго, безудержно, пока слезы не иссякли, а силы не покинули её тело. А потом просто продолжала сидеть, закрыв глаза, погрузившись в обволакивающую симфонию: шелест листвы и нежный перезвон птичьих голосов. Вдыхала хрустальную свежесть ароматов леса и ощущала,как каждая нотка этой природной мелодии, каждый вдох наполняли её новой, живительной силой. Наконец, сделав, словно завершающий аккорд, глубокий вдох, она открыла глаза.

Из маленького рюкзачка были извлечены зеркальце, влажные салфетки, косметичка. Неторопливо, почти медитативно, она стирала следы пережитого, возвращая лицу невозмутимую безмятежность. Поправила волосы и поднялась. Можно выходить, возвращаться в мир, где её ждала битва за собственное «я».

Кира чувствовала прилив решимости. Теперь она хотела осмотреться в новом районе. Пришло время освоить эту территорию. И, главное, связаться с Катей. Вчера ребята звонили, но поговорить толком не получилось. Все время кто-то был рядом. Кира обещала все рассказать, как только останется одна.

- Рассказывай! - властно потребовала подруга.

– Ну… они неплохие люди… У них хорошая семья. Только вот я в неё не вписываюсь. И ещё… их дочь меня ненавидит. Хотя ее понять можно…

-Просто она пока не знает, какая ты. - Катя, как всегда, не теряла оптимизма. - Она ещё поймёт, как ей повезло иметь такую сестру. - Мы не сестры.- резко отрезала Кира.

Несмотря на принятое решение жить с биологическим отцом, она даже мысленно его так не называла. Он был для неё лишь временным опекуном, вынужденной мерой. До совершеннолетия. После Кира не собиралась иметь с этими людьми ничего общего.

- Правильно. Мы – сестры. У нас даже группа крови одна! Если бы ты её сразу признала, я бы, наверное, ревновала. А вы похожи? - Нет, совсем не похожи. Она на маму свою похожа. - Кира машинально посмотрела в сторону, где располагался дом, в котором, вероятно, сейчас находилась Вика.

Погруженная в разговор, не замечающая ничего вокруг, она внезапно, с глухим стуком, врезалась в человека, шедшего ей навстречу. Им оказался молодой парень.

-Вот чёрт! - воскликнул он с досадой.

Из его рук выскользнул пакет с продуктами, которые рассыпались по серому асфальту.

-Ой,прости! Я сейчас помогу! Катя, я перезвоню! - крикнула Кира в трубку и кинулась собирать упавшие продукты. Но пакет, как оказалось, был безнадёжно порван.

- И что же мне теперь делать? - задумчиво протянул парень сидя на корточках и беспомощно держа в руках остатки упаковки. Он посмотрел в сторону супермаркета,затем в другую, видимо туда, где был его дом, что-то мысленно прикидывая. Кира тоже оценила расстояние до ближайшего магазина - далеко.

- Может, ты подождёшь здесь, а я сбегаю в магазин за пакетом? - все же робко предложила она, хоть и понимала, что ждать ему придётся долго. Парень молча, с тоскливым видом смотрел на разбросанные продукты. И вдруг Киру осенило. Она решительно скинула свою рубашку, (под ней был одет ещё топик), и без колебаний начала складывать в неё продукты. А потом ловко связала всё это в узелок.

– Ну вот и всё - улыбнулась она. – Похоже, мне придётся проводить тебя. Пошли.

Парень поднялся, и ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на него. Высокий, худой, с длинными, собранными сзади в хвост русыми волосами, внимательными и умными светлыми глазами - он сразу понравился Кире.

- А ты находчивая. - улыбнулся верзила.

Пока шли, познакомились. Парня звали Артём. Он остановился возле небольшого, уютного на вид ресторанчика. - Это заведение моего друга. Здесь мы найдем что-нибудь, чтобы переложить продукты.