Полная версия
— Чем тогда заняться мне?
— Идти в дом до сих пор не надумали?
И вновь я покосилась на здание, где предстояло жить ближайший месяц. Поместье Дарлинов выглядело на несколько порядков лучше, чем все домики в поселении вместе взятые. Плющ на стенах, большие окна с плотными шторами, узорчатые окантовки крыш, шпили, колонны и балкончики — всё выглядело красиво, но запущенно и мрачно. Видно, что об этом доме позабыли на многие годы.
Что ждало внутри, было известно одному только богу… или одним высшим силам, как говорил местный народ. Явно что-то старинное и недружелюбное.
И от мысли, что придётся бродить по незнакомым комнатам в одиночестве, а ещё и можно резко наткнуться на лорда… Ох! Челюсть от страха сводило! Всё-таки с Улиссом было бы немного спокойнее.
Я покачала головой и сказала:
— Нет. Лучше подожду, когда вы освободитесь и мне всё покажете.
— Как вам угодно… Можете пока подождать в саду, подышать воздухом… — Улисс с сочувствием глянул на мои босые ноги, пестрящие ссадинами. Что удивительно, сама я уже успела привыкнуть к дискомфорту. Он же предложил: — Постойте, я принесу вам обувь.
От мысли, что пожилой мужчина будет бегать по огромному поместью в поисках подходящих туфель, а потом принесёт их специально для меня, стало очень неловко.
— Нет-нет, что вы! Не утруждайтесь!
— Незачем стесняться, миледи, это всё-таки моя работа. Вы — моя хозяйка.
— Нет. Пока ещё нет, — возразила я настойчиво. — Да и вообще! Никакая я вам не хозяйка, вы отдельный человек, вы не обязаны прислуживать мне.
— Вообще-то обязан. Я был взят в услужение родителями милорда ещё до его рождения и приставлен к этому дому.
Захотелось поморщиться. Слово «услужение» попахивало рабством или пленом. А я предпочитала, чтобы всё-таки свободу людей ограничивали только в рамках закона.
Но существовало ли здесь вообще что-то похожее на свод законов? Слышали ли местные о правосудии? Или всё действительно так, как сказал лорд, и только он мог вершить судьбу целого посёлка?
А значит, и мою тоже…
~
Дорогие, прошу вашего внимания! Ненадолго, всего на пару минут.
Эта книга входит в литмоб "Фиктивная жена для чудовища". Поэтому хочу представить первого участника —
"Замуж за зверя. Попала!" от Няпушки (это я, машу вам с другой стороны экрана) и восхитительной Каролины Бром!
Будем рады, если заглянете, мы очень стараемся над этой книжкой!
Читать тут: https://litnet.com/shrt/gyDW
18
Если вам нравится книга, буду очень рада любому проявлению любви от вас: звёздочкам, добавлениям в библиотеку и комментариям. Посылаю лучи благодарности!)
Уйдя в себя, я и не заметила, как перекинулась парой фраз с дворецким и побрела в сад. Очнулась, когда поняла, что ноги гудят, и присела на борт осушенного фонтана.
Эх, зря отказалась от пары обуви.
Оглядевшись, подметила, что сад выглядел, мягко говоря… странно. У деревьев коричневые листья в форме шестиконечных звёзд. Спрятавшиеся в траве жёлтые колокольчики слабо мерцали, их чашечки будто вывернули наизнанку.
Венчающая потрескавшийся фонтан каменная русалка с плавниками вместо ушей вдруг улыбнулась острозубой пастью! Мелкие трещины быстро пошли по её растянувшимся губам, создав леденящий душу узор.
Мамочки!..
Я зажмурилась, чуть пригнулась и обхватила голову руками. Сердце в груди разогналось до громкого шума крови в венах.
А когда перебрала несколько крепких словечек на родном языке и решилась взглянуть на фонтан ещё раз, то улыбка русалки уже была милой, как прежде.
Уф… Показалось. Или у меня поехала крыша.
Захотелось убраться отсюда подальше хоть куда-нибудь, но куда? В дом, к другому чудищу? Я продолжила с осторожностью осматривать сад. Пусть на самом деле хотелось унести ноги, но деваться теперь некуда.
Вдруг глаза зацепились за ещё одно необычное растение: трапециевидный куст, усыпанный какими-то плодами. Я поднялась и, прихрамывая, подошла ближе, чтобы рассмотреть их.
Это оказались яблоки! Или что-то похожее на них. Маленькие, блестящие, словно вымоченные в зелёнке. На кустарнике, а не на дереве! Глазам не могла поверить, но они висели так близко, что я чувствовала их аромат с едва уловимой кислинкой.
Клянусь, впервые видела такой необычный сорт, но их вкус и хруст мякоти почему-то тут же всплыл в памяти. Живот откликнулся урчанием, намекая, что не прочь попробовать их. И я поняла, что за сегодня не съела ни крошки.
Поджала губы, потупила взгляд… Что за чёрт? Разве так может быть? Если я во сне, то почему испытывала голод? Причём, сильный. А что, если… что, если всё это происходило со мной на самом деле?
Да ну нет, бред какой-то! Я же не сумасшедшая! Хотя… честно, была уже ни в чём не уверена.
Подумав, опять услышала урчание, и сорвала парочку плодов. Вблизи они и правда мало чем отличались от знакомых с детства яблок, поэтому я поднесла одно к лицу, понюхала и одним укусом отломила почти половину.
Пока жевала, сердце почему-то с каждой секундой всё громче билось. Но я не чувствовала подвоха. Да, эти яблоки были очень кислыми, но не настолько, чтобы хотелось выплюнуть.
А зря… Когда первое из яблок было уже почти съедено, то вдруг послышались крики Улисса. Тот кричал мне, выглядел взъерошенным, бледным от острого испуга. Бежал очень быстро, сломя голову. Я и не подумала бы, что люди его возраста на такое способны.
— Выплюньте скорее! Бросьте! Они ядовитые! — почти истерично кричал Улисс.
Я тут же выронила изумрудные плоды на землю, словно обожглась о них, как о раскалённые солнцем камни. Хотела вставить пальцы в рот, поднесла руку к лицу, но дальше ничего не смогла сделать.
Тело стало ватным, каждая мышца заныла как от изнурительной тренировки. Скопившаяся во рту слюна обрела горько-солёный привкус. Из лёгких с судорогой вырвался кашель. Последнее, что я запомнила… вязкие сгустки своей крови на ладони. Затем веки потяжелели, глаза непреодолимо сомкнулись…
Ну хоть этот жуткий кошмар наконец-то закончился! Я скоро буду дома!
19
Пришла в себя с ощущением безумного дежавю. Вновь боль во всём теле, а во рту сухость и горечь с привкусом крови. Спину щипало и жгло, а сама я лежала на чём-то. Нет, только не это! Не заставляйте переживать этот кошмарный сон с самого начала!
Вскрикнув, я подскочила и как ненормальная уставилась на потолок. Хорошо, что на сей раз не деревянный, но и не привычный натяжной. Тусклый свет из окна помог разглядеть. Этот был другим, оштукатуренным, с узорчатой росписью. Краски местами потрескались и выцвели, а белая основа пошла серыми проплешинами, но выглядело всё равно красиво.
Одно «но»: в углу я заметила нити паутины. Арахнофобия напомнила о себе, и я вся напряглась, покрылась мурашками.
До того впала в ступор, что почувствовала на своём лбу тряпочку только когда та съехала на глаза и перекрыла обзор. Взяла её в руку. Она представляла собой кусок марли, чуть влажный и прохладный, пахнущий душистыми травами.
Надо же, мне сделали компресс. Я легонько улыбнулась от этого проявления заботы, и о пауках как-то больше не думалось.
Меня нехорошо подташнивало, само тело подсказывало не двигаться, поэтому, не вставая с кровати, я оглядела просторную комнату. Наверное, теперь мою.
Мебель выглядела антикварной, обшарпанной. Двуспальная кровать с тонким балдахином скрипела от каждого моего движения. На полу лежал коврик, часть ворса которого куда-то вышла погулять…
Зато в одной из стен темнел покрытый копотью портал камина. Значит, разжигали совсем недавно, чтобы здесь было не холодно. Хм… Навряд ли камин в каждой комнате, иначе я бы запомнила утыканную дымоходами крышу.
Получается, обо мне снова позаботились, поселив сюда. Мило?..
Вдруг я заприметила большое зеркало на треноге в углу и ширму рядом с пугающе высоким платяным шкафом. Само зеркало почему-то стояло запотевшим, будто его притащили из бани. И у меня ни на секунду не возникло желания протереть его. Интуиция ополчилась против этой затеи.
Я разочарованно хмыкнула, понимая, что сон не кончился, и ещё находилась в поместье. Таком же мрачном как хозяин.
Вздохнула, растёрла лоб тряпочкой для компресса. Не знала, что и думать…
С одной стороны, здесь налицо грубое нарушение первого пункта брачного договора — комната едва ли считалась благоприятной для жизни. С другой — намного лучше, чем изба, где всё началось. А если сравнивать с другими домиками, то…
Ох, кто знает, может, тут само по себе местечко затхлое, бедное… А это — верх роскоши. Я же выписку из ЕГРН у него не попросила, хах! Не время привередничать.
На потрескавшихся стенах с остатками лепнины висели пейзажные картинки. Всего две, небольшие, но такие яркие, сочные. Полная противоположность тому, что происходило по сторонам. Одна — с цветастой шестикрылой бабочкой на ветке дерева. Другая — с единорогом, пасущимся на цветочной поляне.
Их повесили здесь, чтобы любоваться, но на меня этот кричащий контраст вместо эстетического удовольствия насылал необоснованный страх. Что вот она — моя новая реальность. В сером небе, в запотевшем зеркале, в тёмных углах, в ядовитых фруктах.
Что так ярко и жизнерадостно, как на картинках, больше не будет… Никогда.
Вдруг за стеной раздался странный скрипучий звук, и я повернула на него голову. Увидела дверь и поняла — кто-то приближался.
Нервы были натянуты, словно струна, мешали мыслить логически. Телом всё ещё владела слабость, мешая вскочить с постели, поэтому я дотянулась до ближайшего предмета. Даже не думала, что именно схватила.
20
Замахнулась. А когда скрип повторился громче, то в полумрак задала самый бессмысленный вопрос, будто та самая недалёкая героиня фильмов ужасов…
— Кто здесь?..
Ну да, Таня… А убийца вот так просто взял и назвался! Имя, фамилию, отчество, серию и номер паспорта!
Ручка щёлкнула поворачиваясь. Дверь начала медленно открываться. А у меня внутри не только сердце забилось чаще, но и, кажется, все остальные органы тоже.
А когда, пригибаясь и пытаясь втиснуть широченные плечи в дверной проём, на пороге комнаты появился хозяин поместья, я чуть не упала с кровати. Неясно — от ещё большего напряжения или потому что, наоборот, расслабилась?
Ну конечно! Лорд Дарлин! Кто ещё тут мог ходить! И почему я сразу об этом не подумала…
Вот что творит страх с мозгами!
Увидев меня, он замер, прищурив свои белые глаза. Спросил:
— Что вы делаете, Тасселира?
— А что я делаю? Сижу на кровати.
— Ваша рука…
Я посмотрела на ту, что всё ещё держала поднятой, и чуть не закашлялась от смеха. Дрожащие пальцы сжимали небольшую подушку.
Да уж… Не самый эффективный предмет для самозащиты, прямо скажем! Представляю, как со стороны выглядело!
Маркуриила от смеха, наверное, спасло только то, что он сейчас в неудобной позе стоял. Кстати, об этом!
— Пункт шестой брачного контракта! — прикрикнула я, бросая подушку обратно на кровать. — Вам нельзя сюда!
Лорд усмехнулся и едко ответил:
— Раз нашли силы возражать, то, уже прекрасно себя чувствуете. А значит, вы правы. Ничего меня здесь не держит.
Бубня себе под нос проклятия, он стал ворочаться, чтобы выбраться из рамок проёма, а я задумалась…
Неужто волновался, если пришёл проверить меня, невзирая на правила? Или ему просто нравилось всё контролировать?
— Постойте… Я передумала… Проходите.
— Женщины… — Дарлин закатил глаза. — Да уж, с радостью! И всё же, как видите, я застрял!
— Помочь вам?
— Как?
— Попробую вытянуть вас за руки.
Будущий муж вновь оглядел меня, изучая. Мотнул головой.
— Не сможете, — сказал он с почти полной уверенностью.
— Думаете, я слабая и ни на что не способная?
— О, в том, что вы способны на многое, я уже убедился! Но напоминаю, что вы вчера отравились. Ваш организм ещё не восстановился.
— Выдернуть вас сил хватит! Так, погодите… вчера?
— Да. Вы были без чувств остаток вчерашнего дня и всю ночь.
— Ничего себе… Ох! Получается, наша свадьба, свадьба…
— Сорвалась, — договорил за меня лорд Дарлин. Грубее добавил: — Но не радуйтесь, она всё равно состоится, когда будете в состоянии идти к алтарю!
— А с чего вы решили, что я радуюсь?
— С того, что мне кажется, вы сделали это специально!
— Что?
— Предпочли отравить себя, чтобы не выходить замуж!
— Что?! Вы нормальный?! Неправда! Я соблюдаю договоры, я всего-то была голодна!
— Настолько, что решили съесть удавницу зелёную?!
— Как-как? — Понятия не имела, что оно ядовитое. Хотя, конечно, вряд ли что-то вкусное назвали бы удавницей. — Кто вообще держит в саду ядовитые растения?!
— Их держат для декора! У удавницы зелёной красивые цветы, она живучая и за ней не надо ухаживать… — Лорд снова безуспешно трепыхнулся. — Агрх! Да вы, что, принимаете меня за идиота?! В этом мире даже дети с рождения знают, что удавницу зелёную есть нельзя!
Еле сдержалась, чтобы не вскочить с кровати и не заорать на всю комнату, что я-то из другого! Но вместо этого сжала губы.
Вот и всё. Вот я и прокололась. По логике, сон наконец должен разрушиться. Но картинка перед глазами не собиралась меняться.
И тут меня как обухом ударило — неужели это действительно другой мир? Как я сюда попала? Неважно! Главное, срочно придумать, как вернуться в свой. Желательно до того, как супруг догадается, что я не местная, и прикончит.
Да он же такой огромный, что мог одной рукой мне шею переломить пополам!
— Ну? — хрипло кинул Маркуриил и приглашающе протянул руки. Видно, тоже передумал и после спора больше не видел во мне недомогания. — Вы будете помогать?
Теперь, когда я всё полностью осознала и поняла, что ты для меня по-настоящему опасен? Ну да, конечно! Бегу, роняя тапки!
Кстати, обуви мне так и не дали.
21. Статья 53. Ограничение свободы
Я мялась, не зная, что делать. Раз всё по-настоящему, значит, в дверном проёме перед собой наблюдала не косплейщика и не плод переутомлённого воображения, а самого что ни на есть реального упыря! Чудовище!
За которого по собственной воле согласилась выйти замуж. С кем кровушкой подписала стрёмный брачный контракт. Наверняка нерушимый, магический…
По коже, точно ядовитые насекомые, пробежали мурашки. Что же теперь делать? Как вернуться к своей реальности?
— Тасселира, сейчас не время для раздумий! — Дарлин попытался дёрнуть плечом, но это оказалось бессмысленно. — Вы поможете мне выбраться, или лучше позвать Улисса?
Огромный лорд напоминал застрявшего в кроличьей норе Винни-Пуха, что вызвало у меня неуместную усмешку. Так-то, конечно, следовало помочь. Не будет же он вечно стоять тут и осыпать всё и вся ругательствами? Да и я не смогу выбраться из комнаты из-за более чем двухметровой помехи в его лице.
Наконец я слезла с постели и медленно пошла к нему. Осторожно. Как к клетке, стоящей в темноте, чтобы разглядеть внутри разъярённого тигра вымирающей породы. Только этот тигр и сам наблюдал за тем, как приближаюсь, с не меньшим интересом.
Он протянул огромные руки насколько мог, но я не спешила браться за них. Прежде спросила, тихо, с надеждой, будто действительно хрупкая, невинная овечка Тасселира, ничего не понимающая в жизни…
— Милорд, а вы… вы правда отпустите меня, когда действие Контракта закончится?
Я вовсе не любила так делать — строить из себя трепетную лань перед мужчинами — однако сейчас интуиция нашёптывала, как сильный сквозняк, что это верная стратегия.
Внушить ему, что он здесь хищник, создать иллюзию покорности, усыпить бдительность… Это же банальная психология преступника! Однако, как назло, под металлической маской невозможно было распознать эмоций и понять, купился ли.
Но вот он кивнул и, глянув прямо в глаза, пробасил:
— Можете быть спокойны. Контракт я заключаю не впервые, его условия для меня не пустой звук.
Эх, а это прозвучало бы даже приятно, будь он в моём вкусе.
Получив подтверждение, я крепче ухватилась за его руки своими и вздрогнула. Тут же поспешила отдёрнуть. Ох, ледяные как сосульки! И шероховатые бинты на грубых пальцах почти не смягчали этого цепенящего ощущения.
В голове сама собой возникла мысль — вампир? Нет, не очень похоже. Вампиры — красноглазые красавчики с вечностью в запасе, а глаза лорда белые, словно светодиодные фонари на улице в холодную ночь. Лицо, наверняка не смазливое, скрывалось за маской. И ещё его жизнь конечна, он сильно и долго болел, если верить словам Улисса.
Интересно, чем? И как это вылечить?
Я подняла глаза на лорда. От его вида захотелось свернуться эмбрионом на полу и дрожать: мышцы вздулись кочками под мешковатым одеянием, глаза угрожающе сузились, как у того самого тигра перед смертоносным прыжком. Из-под маски вылетали зловещие хрипы вместо дыхания.
От одного его присутствия в комнате воцарилась угнетающе-тревожная аура. Нет, конечно, врать не буду, с момента нашего знакомства эта аура стала перманентной. Однако сейчас она почти придавила меня к холодному полу. Я неосознанно пригнула колени, ссутулилась и, кажется, даже услышала, как под этой тяжестью заскрежетали зубы и захрустели мои суставы.
Виной всему однозначно переменившийся Дарлин, но почему? Неужели из-за того, что так быстро отпустила его руки? Обиделся, что ли?
— Попробуем ещё раз? — спросила я осторожно, чтобы проверить.
Зажатый со всех сторон, он дёрнулся, как будто пёс на короткой цепи, злой от голода и покинутости. Из-под маски вылетело…
— Нет. Не утруждайтесь, мне не нужна ваша помощь… Улисс!
Ну вот… Значит, всё-таки обидела лорда. На первый взгляд, грозный повелитель тьмы со щитом вместо лица, а на самом деле довольно ранимый! Или слишком гордый.
Впрочем, я не из тех, кто обычно спускал на тормоза и бросал начатое вот так просто — будь то дело о домашней драке сожителей с летальным исходом или дело по вытаскиванию задницы мрачного мужика из узкого дверного проёма.
Я бросила задумчивый взгляд на деревянные косяки. А ведь, если захотеть, расширить эти проёмы не так уж и сложно…
— Незачем ждать Улисса, давайте сюда, — инициативно сказала я, протянув лорду свои руки. В сравнении с его, тонкие как ветки. — Я сначала растерялась, но теперь готова.
— Тасселира, я же сказал…
— Дайте. Свои. Руки. Пожалуйста. Милорд.
Я произнесла это, выделяя слова и чуть ли не каждую букву. Твёрдо и настойчиво. Не побоялась напрямую глянуть глаза в глаза Дарлину, нахмурив брови. Пусть знает, что не только он здесь умеет изображать из себя саму строгость!
Маска слегка скрипнула, когда лорд пустил звонкий смешок. Между нами повисло несколько секунд напряжённого молчания, за которые я уже успела предположить разные страшные вещи, хотя с виду продолжала быть стойкой.
А что, если он сейчас взбесится, выломает дверь и нападёт? Убьёт меня или, того хуже, расторгнет Контракт и выгонит на улицу, в неизвестность? Что тогда я буду делать в этом новом, враждебном мире?
22
Однако зря я себя накручивала. Лорд шумно вздохнул и молча протянул свои ручищи. С некоторой заминкой, но всё же сделал это и упёр в меня свой белёсый взор, будто гадая, как же поступлю дальше.
Я привыкла держать слово, а потому вновь ухватилась, и вновь внутренние стороны ладоней защипало от его холода. Но я сдержалась и потянула, как могла, на себя. Не выходило. Пыхтела, как ёж, даже отошла и чуть расставила ноги для устойчивости. Всё бесполезно!
Я наконец отпустила Дарлина и ругнулась. Но не сдалась! Взяла себе немного времени на подумать. С опаской, посмотрела на свои ладони и удивилась, потому что те не выглядели обмороженными или хотя бы покрасневшими от контакта с сильным холодом.
Странно, очень странно! Как такое возможно?
— Я же говорил, что не сможете, — просипел лорд.
Но его звание мастера спорта по констатации фактов лишь подстегнуло снова попробовать.
— Ещё раз! — воскликнула я и сдунула в сторону чёлку.
— На что вы надеетесь, дамочка? Что к вам как по волшебству придёт физическая мощь?
— Как по волшебству? — переспросила я. И тут же меня осенило. — Точно! Вы же владеете магией?
— Да. И что? — Маркуриил вдруг моргнул удивлённо. — Вы хотите, чтобы я вынес эту дверь с помощью магических способностей?
— Ну… Я, скорее, хотела, чтобы вы сделали меня очень сильной ненадолго. Хотя ваш вариант тоже подходит.
— Идея хорошая. Но, увы, в практически обездвиженном состоянии я не могу обратиться к этой силе.
— Жалко… Тогда давайте будем пытаться ещё.
— Вам надо поучиться терпению, Тасселира. Почему бы не дождаться Улисса?
— Если бы Улисс вас слышал, то уже пришёл бы. К слову, кому-кому, но не вам учить меня терпению! — огрызнулась я. — Несколько минут назад вы злились, что я сорвала свадьбу из-за отравления удавницей. А могли бы проявить то самое терпение и без упрёков дождаться, когда мне станет лучше!
— Я думал, что вы отравились мне назло! Но да, мне понятна ваша претензия. Простите.
Ого! Он и извиняться способен?! Точно не так уж и плох…
— И вы меня, милорд, — произнесла я виновато, глянув на свои голые ступни.
— Высшие силы… За что?
— Как за что? Я же вас… ну… хрясть! — Я изобразила замах невидимым предметом в воздухе. — Ну, лопатой… Я обычно не приемлю насилие, думаю, что это было побочным эффектом сильного стресса.
— О. Точно.
От такого до жути равнодушного ответа я чуть не потеряла равновесие и не осела на пол. Дарлин вёл себя так, словно это было совсем ничего не значащим действием.
И тут меня зазнобило от логичного предположения, которое я озвучила полушёпотом:
— А вам вообще… бывает больно, милорд?
— Что?.. — Его белые радужки стали зрительно больше.
— Я спросила, бывает ли…
— Я слышал, Тасселира. Просто… Видите ли, вы первая, кто спросил об этом.
— Оу.
Между нами вновь образовалась пауза. Очень длинная, осязаемая, неловкая. Я смотрела себе под ноги, потому что не очень хотела в столь неоднозначный момент встречаться взглядом с Дарлином. Но чувствовала, что он сам как раз смотрел. Не удивлюсь, если даже не моргая. И от этого мне становилось ещё более не по себе.
— Ладно… — Он вздохнул и пошевелил плечами. — Я не возражаю, если вы попробуете ещё раз.
— Что? А… Вытащить вас? Конечно!
Я прогнала странные мысли и опять, как смогла, ухватилась за лорда. Тянула его, надрывалась, пока в голову кое-что не пришло.
— Вы напряжены. Может, будет лучше расслабить руки и опустить плечи?
— Сомневаюсь, что в этом дело.
— Ой, да что за привычка сразу спорить?! Просто попробуйте!
Маркуриил недовольно промычал, но прислушался. Сделал глубокий вдох, выдох… Я визуально заметила, что мышцы его плеч стали не такими сжатыми и твёрдыми. Ткань рукавов больше не натягивалась.
— Вот так, отлично! — Я довольно закивала, подлавливая себя на том, что смотрю на его рельефные мышцы уже неприлично долго. — Кхм! Думаю, теперь точно получится. Готовы?
— Да.
Он опять протянул мне свои ладони, а я подумала: вот ведь ирония! За последний год никого так часто не держала за руки, как его за сегодняшний день! Это вообще прилично? Мы же едва знакомы! Может, и правда, помощи Улисса дождаться стоило?
А потом вспомнила о том, что он почти мой муж. О приличиях задумываться поздно, Татьяна Семёновна.
Я схватилась, потянула лорда со всей силы. Кажется, у меня в коленях что-то хрустнуло. Но главное, что наконец-то получилось! Охнув от неожиданности, он вылетел из узкого дверного пространства, как будто пробка из бутылки.