Спасите Жюля Верна

— Сколько стоят ваши услуги?

— Что, простите? — удивился Смит. На слух он никогда не жаловался, но вопрос леди до крайности удивил его.

— Вы страховой агент, значит обучены вести расследование. Я хочу нанять вас.

— Но, — отдувался Смит. — Я сейчас чрезвычайно занят и не думаю, что смогу найти время для еще одного расследования.

— Сколько это будет стоить? Назовите цену, — настаивала Берилла. — Ну же, мистер Смит. Вы сами сказали, что эти два дела могут быть связаны.

И не поспоришь. Гилбертон не любил подобные ситуации. Все происходило слишком быстро и сумбурно. У него не было достаточного времени, чтобы все взвесить и принять верное решение. Но одно он знал точно: кража у ювелира, ограбление банка, исчезновение Жюля Верна — все это звенья одно цепи. И сейчас эта несносная леди, единственная ниточка, способная вывести его на след злоумышленников.

Глава 6

Добавив к грязи Темзы свой плохо переваренный завтрак, Смит пошатываясь от озноба, вставил ключ в замочную скважину, провернул его и наконец вошел в дом. Хотелось лечь. И почему он не подумал о том, что Оникс-Лодж находится в далеке от проезжих дорог. Чертовы лодки, чертова Темза, чертовы женщины, — морщился Смит, снимая с себя сюртук.

Он лег в кровать прямо в ботинках, чего никогда не позволял себе в обычное время, и закрыл глаза, пытаясь проглотить снова сжавший горло спазм. Вся эта поездка оказалась одним сплошным наказанием. Он так и не узнал, зачем Берилла приходила к писателю, не выяснил куда подевался ее отец. Дворецкий, который на поверку оказался рукастым малым и лихо справлялся небольшим паровым катером, за всю дорогу не обмолвился ни словом. Ах да, Смит забыл упомянуть, что теперь нанят мисс Вейн за весьма неплохую сумму, составляющую его месячное жалование в Скотленд-Ярде, для расследования дела о пропаже «Красного близнеца». Он попытался отказаться, но Берилла оказалась на редкость настойчивой особой. Да и придуманное на ходу прикрытие открывало для инспектора очень неплохие перспективы. Теперь он, пользуясь доверием мисс Вейн, может задавать любые вопросы, не страшась навести на себя ненужные подозрения.

Сейчас, когда Гилбертону не мешали посторонние звуки, он мог спокойно разложить все имеющиеся у него факты по полочкам, чем с удовольствием и занялся, не имея возможности подняться с постели.

Итак, что мы имеем? Две недели назад произошло ограбление ювелира в Оникс-Лодж. Спустя неделю, взломали банк в Сити. А три дня назад похитили известного писателя и инженера Жюля Верна. Гилбертон, который до этого лежал с закрытыми глазами, уставился в потолок. Ну конечно! Несмотря на тошноту он сел. Мысль, посетившая его, не давала ему лежать, она требовала немедленных действий, только его пустой желудок был иного мнения. В горле снова вспыхнула изматывающая тошнота. Да когда же это все прекратится? Смит снова лег и, уставившись в потолок, продолжал выстраивать теорию, которая с каждым новым фактом-кирпичиком, становилась все крепче.

Что, если сейф ювелира был подготовкой к ограблению банка? Сейф в Оникс-Лодж попроще, чем банковский. Испытали, решили, что готовы к следующему шагу, но в банке что-то пошло не так, и преступники похитили еще одно сокровище — обладателя незаурядного ума — мсье Верна. А что это может значить? А то, что истинной причиной, по которой воры пошли на такой риск, был вовсе не банк, а что-то иное. Что-то настолько дерзкое, что им понадобилась такая тщательная подготовка.

Гилбертон чувствовал воодушевление. Загадка жгла его изнутри, требуя немедленного ее решения. Но зачем им понадобился писатель? Этот вопрос не давал ему покоя с того самого утра, когда в его кабинет ворвался мистер Салливан. Испытания прибора прошли успешно, но этого оказалось недостаточно. Им понадобился острый ум инженера. Инженера способного предвосхитить время. Но он лишь мозг. А преступникам понадобятся руки, когда придет время воплотить механизм гениального писателя в жизнь.

— Чертежи, — он хлопнул себя по лбу. — Дурак. Чертежи, — Смит сел, опустив ноги на пол. — Они уменьшили размеры паровой машины, приводящей в действие алмазное долото, но этого оказалось недостаточно. Но это значит, что мы имеем дело не просто с шайкой воров. Нет. Здесь попахивает преступным синдикатом. Но у кого хватило бы мастерства сделать такую хитрую машинку даже по гениальным чертежам? Гилбертон вспомнил о Фоссете, которому еще неделю назад дал задание отыскать такого умельца. Ну что ж, — он потер ладони, совершенно избавившись от последствий путешествия по Темзе. Самое время перекусить.

«Роза и лютня» располагалась в пяти минутах от дома Смита на Аппен-стрит и относилась к так называемым дайнинг-румам, которые отличала респектабельность и скромность — все, что так ценил инспектор. Всего за два шиллинга там можно было получить первое, второе и десерт.

Тяжелые столы из мореного дуба, разделенные высокими деревянными перегородками, создавали так приятную его характеру иллюзию приватности. В воздухе стоял густой аромат жареного мяса, а главным звуком был мерный стук столовых приборов о тарелки и шелест газетных страниц. Смит был здесь завсегдатаем, как и многие не женатые джентльмены, желающие получить вкусный домашний ужин. Он повесил шляпу и плащ на именной крючок, а хорошо знающий его официант, принес инспектору свежий номер «Таймс».

Сегодня Гилбертон решил побаловать себя своим любимым супом из бычьих хвостов на первое, и седлом барашка с отварным картофелем на второе. Вместо чая, он заказал двойную порция Амонтильядо. К этому насыщенному ореховым привкусом шерри в «Розе и лютне» подавали ломтики твердого сыра и оливки. То, что нужно, после такой встряски организма. Гилбертон невольно усмехнулся, вспомнив об ушибленной ноге и вывернутом наизнанку желудке. Что ни говори, а он был прав, когда говорил, что от женщин одни неприятности.

Смит развернул газету и погрузился в неспешное чтение. Сегодня, кроме криминальной хроники его интересовали любые события, связанные с прибытием выставок, влиятельных персон и прочего, что могло заинтересовать взыскательных воров, вроде тех, что ограбили банк и бедолагу ювелира. Как ни странно, но такая статья была размещена на первой же странице. «Арабский шейх привезет в Лондон выставку сокровищ своей Родины». Проглотив заголовок, Смит вцепился взглядом в черные закорючки букв и принялся читать быстро, но внимательно, не желая пропустить ни одной даже самой незначительной подробности.

Инспектор был так поглощен чтением, что не обратил внимания на подошедшего к его столику официанта. Вместе с тем, стук приборов резко затих, а над головами посетителей, пронесся громкий, настойчивый шепот. Гилбертон, поднял голову, не понимая, что произошло, и открыл от изумления рот. По проходу к его столику шла…

— Мисс Вейн? — Гилбертон от неожиданности вскочил, вытянувшись в полный рост. — Но, дамам здесь не место, — напомнил он.

— Да, знаю, но ждать не могу, — она как ни в чем не бывало села напротив и поморщилась, взглянув на тарелку с только что принесенным супом. — У меня зацепка, — подавшись вперед, произнесла она громким шепотом.

— Что, простите?

— Зацепка, — повторила Берилла и приподняла брови.

— Мисс Вейн, — перебил ее Гилбертон, заметив, что встревоженные взгляды джентльменов по-прежнему направлены в их сторону.

— Да-да, — снова затараторила она. — Я быстро.

— Подождите, — только дошло до Смита. — Как вы меня нашли?

— Вы же сами дали мне карточку с адресом. Мой дворецкий, тот, что по совместительству капитан речной посудины, привез меня сюда, как только я прочла это, — Берилла засуетилась, вытаскивая из сумочки сложенную раз в десять газету. Ею оказался тот же номер «Таймс», который продолжал держать в руке Смит.

— Не трудитесь, — произнес он, с раздражением наблюдая, как девушка принялась старательно разворачивать нескончаемые сгибы. — Вы про шейха и его коллекцию?

— Да, — просияла Берилла, и бросила так и не развернутую газету на стол. — Вы понимаете, что это значит?

— Признаться, нет.

— Ну как же, — она буквально вырвала из рук Смита номер «Таймс» и, быстро пробежав глазами по статье, ткнула пальцем почти в самый ее конец. — Вот: «жемчужиной коллекции является редкий красный бриллиант», — она подняла глаза на обескураженного Смита. — Редкий. Красный, — повторила она. — Это же брат близнец, похищенный в Оникс-Лодж. Что, если они решили украсть и его? В паре они стоят в разы дороже.

— Да, я обратил внимание на статью.

— И что вы думаете?

— Думаю, что это не просто воры, а воры, которые имеют связи в высшем обществе. Иначе как бы они могли узнать об алмазе, который в тайне привезли в дом вашего отца.

— Значит, я не ошиблась, когда наняла вас, мистер Смит, — улыбнулась ему Берилла.

— Видимо, мне теперь не избавиться от вас? — с притворным сожалением вздохнул Гилбертон.

— И не мечтайте, — с азартом ответила мисс Вейн.

Она взяла в руки расшитую пайетками сумочку, вытащила визитку и, прежде чей уйти, попросила мистера Смита, встретится с ней этим же вечером в семь часов, по указанному на карточке адресу.

— Дождитесь меня у калитки.

Собрав все шепотки и взгляды бухгалтеров и клерков, трапезу которых потревожила своим неожиданным вторжением, Берилла наконец покинула «Розу и лютню». Гилбертон Смит даже после того, как мисс Вейн исчезла за дверью, продолжал смотреть в пустующий проход между столами. Похоже, что он недооценил ее. И наряду с вздорным характером и совершенно невыносимой болтливостью, мисс Вейн оказалась умной и проницательной особой. Возможно, так бывает, когда девочку с малолетства воспитывает отец — заключил он.

Глава 7

Ненормированное рабочее время в Скотленд-Ярде, где за пустыми днями бесплотных поисков приходили полные беготни, и те не так выматывали инспектора Смита, как мисс Вейн. Он сорок минут добирался на извозчике до нужного адреса и уже четверть часа ждал эту невыносимую особу у калитки.

Гилбертон откинул полу шерстяной визитки, которую догадался надеть вместо легкого плаща, и уже в третий раз достал из жилетного кармашка часы.

— Вздорная, плохо воспитанная и необязательная, — перечислил он черты характера мисс Вейн, о которых успел узнать за один единственный день знакомства с нею.

В полумраке сада послышался шорох шагов. Гилбертон присмотрелся, желая убедиться, что это Берилла, а не привратник, который заметил у ворот подозрительного джентльмена. Для полного счастья ему не хватало только ареста. Вот повеселятся коллеги, когда его — инспектора Скотленд-Ярда Гилбертона Смита, человека твердых убеждений и высоких моральных принципов, привезут в участок как какого-нибудь преступника.

К калитке, воровато оглядываясь, быстро приближалась Берилла Вейн. Тяжелый шлейф ее шелкового платья цвета «льдистой розы», пошитого по последней парижской моде, мягко шуршал по выложенной брусчаткой дорожке. Сейчас она выглядела иначе, чем в их утреннюю встречу или ее совершенно возмутительный визит в «Розу и лютню».

Похоже, что нарушение норм этикета для этой мисс, было делом обычным. Неужели мистер Салливан был прав, и Берилла состояла в возмутительной по мнению Смита партии суфражисток?

— Простите, сэр, — она выскочила за калитку и, все еще тяжело дыша после быстрого шага, уставилась на Смита. — Этот дом принадлежит моей тетке Генриетте Мидлтон. В этом доме я провела все свое детство. Правил у моей тетушки Генриетты было только два: «сядь прямо» и «истинные леди так себя не ведут». В общем, я сбежала к отцу, — как ни в чем не бывало проговорила Берилла, будто они и встретились только для того, чтобы обсудить детские годы, которые у Смита тоже были далеки от идеала. Но вот с правилом номер два от тетушки Генриетты он был очень согласен.

— Почему мы разговариваем у калитки? — перебил ее Смит.

— Вы же не хотите, чтобы мою любимую тетушку хватил удар, если она увидит, что я разговариваю с незнакомым мужчиной? — она сделала страшную гримасу, но тут же улыбнулась.

— Нет, но вы могли бы меня представить, — настаивал Смит, не привыкший как преступник таиться в тени деревьев.

— Да, но в таком случае мне придется объяснить ей откуда я вас знаю.

— Хорошо, оставим ваши взаимоотношения с родственниками, — отмахнулся Смит. — Вы пригласили меня сами и позволю себе заметить, опоздали на двадцать минут.

— Да, не могла дождаться, когда останусь одна. Простите, — она сделала извиняющееся лицо и для усиления эффекта закусила нижнюю губу, глядя на Гилбертона.

— Я не ваш воздыхатель, мисс Вейн, чтобы пытаться растрогать меня своими абсолютно не уместными в данной ситуации ужимками, — строго бросил Смит. — Переходите сразу к делу.

— Да, — спохватилась Берилла, будто только сейчас вспомнила об истинной причине своего визита во внеурочное время с практически незнакомым ей мужчиной. — Бриллиант. Сегодня тетушка Генриетта устраивает званный ужин, — она обернулась на залитые огнями окна особняка. — На который приглашены влиятельные люди. Один из них сэр Руперт Честер — который является директоромСаут-Кенсингтонского музея, где и пройдет выставка сокровищ Востока. Понимаете? А завтра морским путем прямиком в Саутгемптон прибывает тот самый шейх Саид аль-Джассем. Но сокровища не сразу попадут в музей. Несколько суток они будут лишь под охраной шейха в арендованном им доме в Белгравии. Говорят, он привез с собой не только сокровища, но и целый гарнизон отборных солдат для его охраны.

— Что вы предлагаете? — не понял Смит, который на основе полученной только что информации уже строил план по организации засады вокруг дома шейха. Если мисс Вейн права, у воров будет только пара дней, а скорее ночей, чтобы выкрасть сокровище.

— Мы устроим засаду, — в ее зеленых глазах блеснул азарт. — Проникнем в дом, затаимся…

— Я думаю, мисс Вейн, что засада — это дело полиции. Вы так не считаете?

— Нет. Вы же сами сказали, что это не простые воры, у них поддержка на самом высшем уровне. Если они узнали о бриллианте в доме моего отца, то нельзя дать гарантии, что им не станет известно о полицейской засаде.

— Вы правы, — пробормотал себе под нос Смит.

— Спасибо, — растянула губы в улыбке Берилла. — Не ожидала услышать от вас похвалу.

— Чисто теоретически, — продолжил рассуждать инспектор. — Ваша идея не лишена здравого смысла. Завтра же я осмотрюсь, и, если удача будет со мной, проникну в дом.

— Проникнем в дом, — поправила его Берилла. — Идея, надеюсь вы не станете в этим спорить, была моя.

— И речи быть не может. Вы никуда не идете и точка.

— А вот и иду, — вспыхнула Берилла и стала похожа на разобиженного ребенка.

— Так, мисс Вейн, — Гилбертон обхватил ее плечи, призывая к порядку. — Ваше дело балы и приемы, мое — засада. Давайте на этом и остановимся. Вы же именно за это мне платите, — напомнил он. Его слова не переменили ее настроения, но несмотря на недовольство, Берилла больше не возражала.

Вот и чудесно! Решил Смит. Пора делать ноги, пока она их мне не переломала.

Он приподнял край цилиндра и, откланявшись, скользнул в тень дорожки, поросшей по обеим сторонам вековыми вязами. Отойдя на некоторое расстояние, он обернулся, желая убедиться, что Берилла благополучно зашла в дом. Калитка была пуста. Смит быстро зашагал в сторону освещенной улицы, чтобы поймать кэб и ехать, наконец, домой.

Глава 8

На следующий день в означенный час причал саутгемптонского порта был полон народа. Зеваки собрались со всех концов города, поглазеть на прибытие заморского гостя, которое обещало быть зрелищным. В этой многоликой и разноцветной толпе можно было встретить рваные куртки уличных мальчишек, которые пользуясь общем ажиотажем решили попутно «пощипать» особо невнимательных простаков. Шелковые платьях дам, отороченные дорогими французскими кружевами, белые передники уличных торговок, цилиндры джентльменов, котелки внештатных сотрудников Скотленд-Ярда. И, конечно, синие шлемы констеблей.

Инспектор прибыл на место как раз к моменту, когда по узким сходням огромного черного, «Элефанта», начали спускаться первые пассажиры. Это были солдаты из личной охраны шейха Саида аль-Джассема. Огромного роста, в расшитых золотом парчовых одеждах, каждый подпоясан широким кожаным ремнем, к которому крепилась устрашающего вида изогнутая сабля.

Матросы, одетые в белые куртки, суетились у правого борта, выгружая при помощи лебедки тяжелые тюки и ящики из багажа шейха.

Гилбертон Смит, заложив руки за спину, внимательно и неспешно, чтобы не обнаружить себя, осматривал толпу. Если он прав, преступный синдикат пришлет на пристань своего соглядатая, чтобы убедится, что все идет по плану. Смит вздохнул, этим человеком или людьми может быть кто угодно. От банковского клерка, до уличного мальчишки — чем не прекрасное прикрытие для преступных намерений?

Тем временем, к пристани подъехал великолепный экипаж. Наверное, директор музея, который по обыкновению сочетал с себе и титул представителя страны по вопросам культурных связей, приехал лично встретить высокого гостя. Еще до того, как экипаж окончательно остановился, с запяток спрыгнул лакей. Его цилиндр с кокардой, окончательно убедил инспектора, что прибывший принадлежит к министерскому ведомству.

На пристани началось легкое волнение, и Смит перевел взгляд от экипажа снова на корабль, где облаченный в сверкающий на солнце парчовый халат и белоснежный тюрбан, спускался по трапу тот самый высокий восточный гость — шейх Саид аль-Джассем — правая рука султана Аджади, и по совместительству его единственный брат. Белоснежное страусовое перо, прикрепленное к тюрбану гостя крупным бриллиантом, неспешно покачивалось в такт его шагов. Смит не мог разглядеть лица Саида аль-Джассема, его расшитая золотом и каменьями одежда бликовала на солнце, заставляя его буквально светиться. Единственное, что Смит мог отметить по походке и статной фигуре мужчины — тот был достаточно молод.

Лакей тем временем открыл дверцу кареты и отточенным движением откинул складную подножку, на которую тут же ступил высокий пожилой джентльмен в парадном мундире. Смит слышал, что не далее, как полгода назад сэр Руперт Честер оказался в центре неудобного скандала, в котором была замешана некая молодая особа. Похоже, что она и распускала слухи, решив таким неприглядным образом освободить место рядом с богатым и влиятельным кавалером. Но супруга сэра Честера оказалась прозорливой особой, решив не замечать грязных провокаций и слухи умолкли сами собой. Глядя на этого грузного немолодого джентльмена, Смит смутно представлял его в роли пылкого возлюбленного. Да и сейчас его мало занимали вопросы этикета и тайны чужих постелей. Его взгляд скользнул к багажу шейха, который пополнялся все новыми и новыми ящиками, ларями, сундуками и клетками с диковинными птицами. Периметр был оцеплен двумя кольцами охраны. Первым, была охрана самого шейха, и чуть поодаль, но не менее внушительное — полицейское оцепление.

Возможно, злоумышленникам и не удастся добраться до так тщательно охраняемого сокровища, с надеждой подумал Смит. Но все же решил сдержать обещание, данное мисс Вейн и устроить засаду у дома шейха. Конечно, засадой это назвать нельзя, так как инспектор был один. Но никто не запретит ему прогуливаться по округе, внимательно наблюдая за домом.

Решено, он оглядел наполовину опустевший причал, поймал кэб и направился к дому на Белгрейв-Плейс, 12.

Смит еще раз посетовал на изменчивую лондонскую погоду и сейчас же похвалил себя за то, что не стал полагаться на обманчивые лучи солнца и надел пальто. Особняк на Белгрейс-Плейс, 12 был одним из самых престижных в Белгравии и вполне соответствовал высокому статусу гостя. Смит до недавнего времени наблюдал как слуги заносят многочисленный багаж шейха во двор, огороженный лишь кованным забором, который для удобства зевак, не загораживал обзор.

Груда ящиков, сундуков, узлов похожая на гору, громоздилась недалеко от входа. По периметру забора не более чем в пятидесяти футах друг от друга несли караул стражники шейха. Да, подумал Смит, тут и мышь не проскочит, не то, что группа, пусть и высокоорганизованных воришек с их дьявольской машиной.

Его трость снова ритмично застучала по мостовой. Смит старался казаться обычным ротозеем, прибывшим поглазеть на восточного принца с багажом всего чудесного и почти не объяснимого в его строгой, чопорной, неизменно подчиненной логике стране. Его взгляд то и дело возвращался к паре жеребцов, которых, по всей видимости, шейх привез в дар королеве. Почуяв волю, кони трясли косматыми головами и били копытами, желая размять ноги и вкусить свежей английской травы, которой был богат парк пред особняком.

— Так и знала, что встречу вас здесь, — как выстрел, раздалось за спиной.

Гилбертон вздрогнул и обернулся.

— Ну конечно, мисс Вейн, — даже не поздоровавшись, бросил он. — Мы же договорились, что вы предоставите слежку мне.

— Правда? — она неопределенно пожала плечиком и с интересом уставилась на ахалтекинцев. — Потрясающие животные, — произнесла она с нескрываемым восторгом.

— И все же, я настоятельно рекомендую вам вернуться домой.

— Вот еще, — усмехнулась она и направилась вдоль забора, продолжая наблюдать за суетой во дворе.

— Мисс Вейн, — нагнал ее Смит и схватил за предплечье, пытаясь остановить. Однако стоило девушке посмотреть на него, отпустил ее руку и извинился. — Прошу вас. Ваше присутствие стесняет меня в действиях.

— Так не обращайте на меня внимание, — посоветовала ему Берилла.

— Как прикажете понимать ваши слова? Я не могу оставить вас здесь одну, без сопровождения. И что на вас надето, позвольте спросить? — нахмурился он, рассматривая простой, но удобный дорожный костюм девушки. — Это же штаны?

— О да, — улыбнулась она. — Ваш патриархальный ум не может вынести такого поворота, правда? Девушка из приличной семьи на улице города без сопровождения и в таком виде.

— Именно!

— Совсем скоро женщины будут наравне с мужчинами, — заявила она твердо. — И мы еще посмотрим, кто проявит большую изобретательность и сноровку в деловых вопросах, — она приподняла брови, желая усилить свои слова и двинулась дольше.

— Вздор! — снова нагнал ее Смит. — Женщинам ни по характеру, ни по крепости тела и духа не стать равными мужчинам. Позвольте напомнить вам, что у женщины иное предназначение, нежели соревноваться в прыти и остроте ума.

— Хотите сказать, место женщины дома, в тени мужа? Всего лишь поддержка, и ежели супруг позволит — опора?

— Именно, мисс Вейн. Именно. В этом сила женщины.

— Вам претит, что женщины больше не хотят сидеть взаперти. Мы хотим участвовать в светской жизни, принимать участие в судьбе страны и да, носить брюки, а не угодные мужчинам корсеты и турнюры, — недовольно проговорила она и, вздернув носик, прибавила шагу, показывая, что более не желает продолжать беседу.

— Ушам не верю, — не отставал Смит. — Вы принадлежите к той ужасной партии, что борется за права женщин?

— Ужасной? — усмехнулась Берилла. — Боитесь, что ваше господство скоро падет, и вам придется уступить место дамам?

— Свое мнение по данному вопросу я уже высказал. Никогда женщине не стать равной мужчине, — поставил он жирную точку в этом, с его точки зрения, нелепом разговоре.

Некоторое время они шли молча. Гилбертон, держался чуть сзади, но не далее, чем на пару шагов от неспешно прогуливающейся Бериллы. Он не мог позволить, чтобы дама осталась одна. А если речь идет о Берилле Вейн, здесь стоило опасаться, что без присмотра она обязательно попадет в какую-нибудь передрягу. Суфражистка! Однако!

— Как вы думаете, — Берилла замедлила шаг, позволяя Смиту поравняться с ней. — Воры уже нашли лазейку в дом?

— Вы, наверное, шутите? Этот дом сейчас так же непреступен, как банк Англии.

— И все же, — она подошла к неприметной калитке, скрывающейся у боковой ограды и защищенной от любопытных глаз зарослями плюща. Смит не сразу понял, что имела ввиду мисс Вейн. Замок был вставлен в проушины и казался весьма крепким. Но стоило Берилле легонько толкнуть дверь, как она приоткрылась. Девушка посмотрела на Смита с лукавой улыбкой, которую он решительно проигнорировал.

— Но, если калитка открыта? — он с ужасом уставился на Бериллу.

— Значит, преступники уже в доме, — ответила она.

Глава 9

— Что вы намерены делать? — забеспокоилась Берилла. — Если преступники внутри, как мы их вычислим? Они могут быть кем угодно. Например, переодеться слугами шейха.

— Нет-нет, — в задумчивости проговорил Смит. — Переоденься они слугами шейха, им не пришлось бы взламывать замок. Думаю, они скрываются где-то в доме, и очень не хотят чтобы их обнаружили, — инспектор пребывал сейчас в глубокой задумчивости, пытаясь в так не свойственной его характеру спешке принять единственно верное решение. Он, как представитель закона не мог проигнорировать возможное преступление. Но это не просто сейф старого ювелира. Тут попахивает международным скандалом. Так что же делать?