Полынь и Розмарин. Книга 3. Игры в прятки

– Это что такое, я тебя спрашиваю? – звонким голосом отчитывал мальчишку Куайтэхо. – Мне что, быть благодарным, что по твою душу приходят пока только из Гильдии Магии? Когда нам с матушкой ждать визитов полиции, а?

– Отец, ну что вы… – оправдывался Харри, – мы ничего такого не делали!

– Мы? – тут же переспросил Куайтэхо. – Мы – это кто?

– Неважно, – упрямо пробубнил себе под нос маленький дух.

– Мистер Куайтэхо, – сказала Дженни, – возможно… это в самом деле не так важно. Мы, как вы сами заметили, не полиция, нам нет нужды записывать имена и фамилии тех, кто… оказался ответственным за происшествие. Если Харри нам расскажет, зачем им понадобились ноты, мы сможем… обтекаемо написать отчёт. А вы, в свою очередь, уже сами поговорите с детьми из вашего поселения и пригрозите, что если подобное повторится, так просто отделаться не получится.

– Да уж, – устало ответил Куайтэхо, – поговорю, будьте уверены. Спасибо, мисс адепт, я… премного вам благодарен. А сейчас, господин Харри Джон Куайтэхо, потрудитесь рассказать нам всё с самого начала! И во всех подробностях!

– Мы с ребятами просто хотели разучить новые песенки! Вот и таскали из консерватории ноты. Чтоб сделать мелодию поинтересней!

– Что за мелодию?

– Ну, папа! Мелодию ветра! Скучно всё время выть одно и то же!

– Это что ещё за выражения? – возмутился Куайтэхо. – Вы не воете, юноша, вы сопровождаете ветряные потоки!

– Ага, – шмыгнул носом мальчик, – и это скучно… А там, в консерватории, так красиво поют и играют!

– Но, Харри, – сказал Теодор, – почему бы вам не купить ноты в магазине? Попросили бы родителей.

– Да, конечно! Мы просили, сказали: «Купите нам то, что сейчас сочиняют для флейт, что-нибудь из новинок». А мама и тётя принесли дурацкие детские песенки! Мы-то имели ввиду совсем не это! А оперу, или, на худой конец, оперетту! Или современные пьесы, знаете, такие… как их там… в стиле морд!

– Каких ещё морд? – поразился его отец.

– Вы хотите сказать модерн? – уточнил Оуэн и, не дожидаясь ответа, покатился со смеху. Тео и Дженни к нему присоединились, и через секунду уже и мистер Куайтэхо утирал выступившие от смеха слёзы. Харри, нервно улыбаясь, переводил взгляд с одного взрослого на другого.

К управляющему консерватории вернулись вместе с Куайтэхо, который ему всё и объяснил:

– Дети, сэр, что с них взять, – говорил фэйри, кривясь, – таскали бумаги через щели и вентиляцию, хотели научиться музыке. Но я у них всё забрал, они сказали, что бережно хранили всё и ничего не выбрасывали.

По выражению лица Куэйтэхо было понятно, что ему не слишком нравится общаться с Лианором. Но управляющий просиял и сказал:

– Духи ветра, которые хотят петь арии! Боги милостивые, это же великолепно! Вы говорите, эти дети совсем ещё малы? Сколько им, они пока не ходят в школу? Мы могли бы устроить их в подготовительные классы, у нас с осени как раз начинается программа – «Музыка для самых маленьких»!

Воздушный дух с недоверием на него покосился:

– Но, мистер Лианор, они доставили вам столько неприятностей…

– Их сподвигла любовь к творчеству, – с жаром ответил собеседник, – я-то думал, что шалуны действуют из иных соображений – из желания разрушать и вредить, а это – тяга к созиданию! Желание приобщиться к прекрасному! Это необходимо поощрить, мой дорогой, непременно!

Миссис Картер, которой Теодор и Дженни всё пересказали, спустившись в долину, хохотала.

– Какая прелесть! Кто бы мог подумать. Но, – сказала она, поглядев на Оуэна, – раз вы встретили в городе своего друга… Мистер Хилгров, вы, случайно, не собираетесь сейчас в столицу? Лорд Теодор и леди Джейн могли бы подвезти вас в своём экипаже…

– Да, миссис Картер, мне как раз необходимо вернуться в Лисмор, – подтвердил тот.

– Тогда… Лорд Теодор, как считаете, герцог Блэквуд будет сильно недоволен, если я отпущу вас с другом, а сама останусь здесь, в деревеньке, ещё на пару дней? – спросила Картер.

– Уверен, он не будет против, – ответил Теодор.

И вот экипаж уже нёс их обратно в столицу. Во время поездки Дженни всё время цеплялась к Оуэну с замечаниями так, что в какой-то момент Тео был уверен, что Оуэн просто спрыгнет и пойдёт пешком. Хотя, как лесной дух-гринлорд, тот мог бы и переместиться в столицу. Но Оуэн почему-то терпел все эти замечания со стоическим выражением на лице и никакого намерения покинуть экипаж не выказывал.

Вандеру отчитались быстро, и, наскоро оформив письменный отчёт в зале Оперативного корпуса, вышли в город.

– Пройдёмся по парку? – предложил Теодор.

– Давай, – согласилась Дженни.

Они медленно шли по парковой дорожке, по пути им встречались друзья семьи, коллеги, бывшие одноклассники. Они здоровались, и Тео не мог унять ликования в груди. Знакомые кидали на них заинтересованные взгляды, кто-то вставлял комментарии в духе «какая прекрасная пара», Дженни никого не поправляла, но ничего не подтверждала. И всё равно это было свидание! С какой гордостью он вёл её под руку по парку! Это было похоже на прогулку жениха и невесты… Зимой он не знал, куда деваться от смущения, оставаясь с Дженни один: не знал, что делать, что говорить, как себя вести, но сейчас, казалось, достаточно просто быть рядом. «Нет», – остановил он себя, – «так не пойдёт. Нельзя слишком расслабляться, сколько отношений увяло от недостаточного внимания влюблённых друг к другу?.. Джейн должна знать, как много она для меня значит».

– Какие цветы, – спросил он, – ты предпочитаешь?

– А что, хочешь порадовать меня цветами? Или это просто тема для разговора, чтобы не затягивать молчание? – улыбнулась она.

– Разумеется, я бы хотел подарить тебе букет. Ты упоминала, что не любишь розы… Это всё ещё так?

– Я это говорила при тебе?.. – удивилась Дженни. – Да, я и правда не люблю роз, мне они кажутся… непритязательными. Мама упрекает меня, говорит, что это подчёркивает моё дурновкусие. Я давно уже держу язык за зубами по этому поводу, чтобы не огорчать её и не давать повод свету считать меня не смыслящей в высоком простушкой. Ума не приложу, когда я могла при тебе это упомянуть!

– Не знаю… – сказал Теодор. – Я просто помню это, вот и всё.

– Как интересно, значит, я не в курсе твоей осведомлённости! Что ещё ты знаешь обо мне такого? Любимого поэта и писателя, допустим, легко запомнить… А вот…

– Я знаю, что ты умудрилась довести Оуэна, – заметил он, – бегая от него по всей Королевской Консерватории.

– Здорово вышло, а? – воскликнула она, обвивая его руку крепче. – Он же в самом деле меня не замечал: проносился мимо, когда я была прямо у него перед глазами!

– Джейн… Оуэн может быть нам полезен, давай не будем его сердить.

– Кто ещё кого сердит!

– Но как ты научилась так хорошо путать следы? Кому за это мне быть больше благодарным, Талиесину или Штормнайту?

– Мне и моим талантам, – Дженни оглянулась, когда они проходили мимо высоких кустов шиповника, – смотри!

В этот момент у Теодора закружилась голова, и ему показалось, что от них с Дженни в разные стороны разбежались едва видимые, бледные копии их самих. А затем Дженни рванула с места, с силой потянув Тео за собой, и он понял, что люди и духи, мимо которых они неслись, их не замечали! Выбежав в старый парк, к заброшенной лодочной станции, они снова стали видимыми.

– Ого, – только и смог сказать поражённый Теодор.

– Я с самого начала, – Дженни обняла его, – предполагала пользоваться этим навыком вот для этого.

И она его поцеловала.

…

Через несколько дней, собираясь на бал к Вайтморам, Теодор выложил на своей кровати несколько костюмов и тщательно их разглядывал. Чёрный – скучно, серый – блёкло… Лиловый – слишком ярко, хотя, возможно, Дженни понравится… Коричневый… приятный, но не слишком ли банально?.. Остановившись на тёмно-синем с белой сорочкой и графитовым жилетом, Теодор перешёл к осмотру шейных платков. Тут всё обстояло ещё хуже… И как он раньше собирался в свет?.. Нет, этот день будет необычным! Дженни позволила, наконец, за ней ухаживать, а значит, Тео будет весь вечер танцевать только с ней, нужно было выглядеть соответствующе. Чтобы она не пожалела о своём выборе. Инес Фрогготт, её подруга, не применет случаем высмеять его вид, если он оденется слишком просто или слишком вычурно.

Постучав в комнату к сестре и получив разрешение войти, Теодор с порога задал вопрос:

– Юфи, скажи, на твой вкус – какой платок будет лучше.

Юфимия оторвалась от созерцания платьев, которые висели на дверях шкафа. Рядом, в кресле, сидела мама.

– Тео, – воскликнула сестра, – как хорошо, что ты зашёл! Помоги мне выбрать. Мама говорит, что лучше то, что с пышными рукавами, но… оно не слишком бледное? Мне нравится это – насыщенно-чернильное!

– Оно слишком открытое, – сказала мама, – отцу это не понравится. Такой цвет и фасон годится для взрослой дамы, а никак не для восемнадцатилетней юной девушки из приличной семьи. Откуда оно вообще у тебя взялось? Не верю, что Эйрвен закрыла глаза на то, что ты хочешь что-то подобное купить.

– А что, я не могу выбрать платье сама? Мне обязательно нужна компания мамы или жены брата?

Теодор смекнул, что тут не обошлось без Дженни и Инес, и сказал:

– Юфи, это не просто бал, а приём в честь дня рождения хозяйки дома. Гостям следует выглядеть поскромнее.

– Что же делать… И почему я не продумала всё заранее? Так была увлечена новым проектом по бурым водорослям, что обо всём на свете позабыла!

Юфимия чуть не плакала.

– Ну что ты, – Теодор подошел к ней, – это, светло-синее, тоже очень красивое.

– Ты так говоришь, чтобы меня утешить. Ладно, что толку… Этот, – буркнула Юфи, указывая на один из платков в руке брата, – белый тебе к лицу.

– Спасибо, – ответил Теодор.

– Я думала, – сказала не сводившая с них озадаченного взгляда мама, – что Фабиан единственный модник в нашей семье. Даже ругала его, когда он на весь день запирался в комнате перед приёмами. И вот, вы двое туда же!

В карете ехали, как и всегда, молча. Лишь иногда мама делала Юфи замечания:

– Прекрати кусать губы! Ты для того попросила их накрасить, чтобы теперь всю эту краску съесть? Пока доедем, у тебя от неё ничего не останется.

– Зато, – подмигнул сестре Фабиан, – когда нас пригласят за стол, можно будет сказать, что Юфимия уже не голодна.

Отец рассмеялся.

– Делов-то. У тебя помада с собой, моя милая?

Мама снова бросила изумленный взгляд на дочь, но та, сохраняя непринуждённый вид, ответила:

– Да.

– Ну вот и всё, – ответил отец.

Дом Вайтморов был полон гостей. Теодор, едва войдя в большой, ярко освещённый зал, увидел Дженни. Она как всегда была невероятно прекрасна: в чудесном розовом платье, со свободной, лёгкой прической. Он уже было направился прямо к ней, когда Фабиан его остановил, зашипев на ухо:

– Куда, сначала поздороваться с хозяевами дома.

Граф Конрад Вайтмор был весел и улыбчив. Его жена, графиня Роуз Вайтмор, была очень красивой женщиной. Ей сегодня исполнялось пятьдесят лет, но выглядела она всё ещё весьма и весьма привлекательно. Такой богатой даме, у которой муж – владелец торгового флота, должно быть доступны самые редкие и самые дорогие косметические средства. Ярко-рыжие волосы, видимо подкрашенные хной, были густы, лицо свежо, ладная фигура. Подошедшая к ней, чтобы поздравить, Юфи выглядела на её фоне ещё болезненнее, чем обычно: худая, вялая, с тонкими волосами и серым цветом лица… Кто-то из кузин Вайтморов окинул Юфимию с ног до головы насмешливым взглядом. Может, следовало всё же позволить сестре надеть другое платье?..

– Мы пойдём поздороваемся со знакомыми, – сказал Теодор и, взяв сестру под руку, быстро отошёл.

Дженни танцевала с Лео, так что можно было пока отвлечься на разговор со старым другом.

– Элисон! – выпалила обрадованная Юфи и подскочила к Элли, которая стояла в компании Инес и какого-то джентльмена.

– Юфимия, – Элисон обняла подругу и посмотрела на Теодора, – ну, здравствуй.

– Здравствуй, – ответил он.

Они не виделись с начала зимы, с того дня, как попались кнокерну. Выписавшись, Твилли тут же уехала из Лисмора, словна убегала от сюда, как из чумного города. Они даже не попрощались. У Элли, как всегда для приёмов, волосы были собраны в высокую причёску с локонами, хотя косы ей шли куда больше.

– Родрик Вайтмор, виконт Айронхолт, – представился стоящий рядом мужчина. – Лорд Теодор Флинн, как я понимаю? Весьма наслышан о вас от своих младших братьев. А заодно и от Артура с Дженни.

Родрик был совсем не похож на Эдмунда и Лео. В нём если и можно было заподозрить родство с Вайтморами, то только по рыжим волосам. Родрик был не столь высок, как его младшие братья, зато был очень крупным – широкие плечи и спина, крепкие руки и шея. Он был наследником торгового флота отца, и можно было предположить, что не чурался физической работы на кораблях.

– Это моя сестра – леди Юфимия Флинн, – представил сестру Теодор. – И я тоже много о вас слышал, виконт Айронхолт.

– Я почти всегда в море, – сказал Родрик, – и в столице бываю редко. Когда видел вас в последний раз, вы были совсем ребёнком, лорд Теодор. А теперь, глядите-ка! Уже взрослый молодой мужчина, адепт Гильдии Магии! Боги, Инес, скажи мне, когда вы все успели так подрасти? Вон, Лео с Дженни! Они оба стали выше на голову!

– Если бы вы, виконт, пробыли в морях-океанах ещё дольше, – ответила Инес, – то подросли бы и наши дети, которых у нас ещё нет.

– Ну, я же не на пляжах прохлаждаюсь. У меня флот.

– Ваши родители очень по вам скучают, как и братья. Не развалится ваш флот, если вы чаще станете бывать дома.

Очень хотелось потанцевать с Элисон, но нужно было пригласить Юфимию. Теодор оглянулся через зал, и проходящий мимо Фабиан, поняв его, тут же подошёл.

– Лорд Родрик, как я рад вас видеть! И вас, мисс Твилли, вы сегодня само очарование! Но я хотел бы украсть у вас сестру на танец.

Теодор предложил руку Элисон:

– Ты позволишь?

– Конечно, Теодор!

Протанцевав пару фигур, он наконец спросил:

– У тебя всё в порядке? Не хочешь обратно? Дженни сказала, ты славно устроилась, но если что… я могу поговорить с Маклауд, она тебя вернёт обратно. Или пойдёшь к нам, в ООП, мы сможем уговорить Вандера.

– Не беспокойся, Теодор. У меня всё хорошо, – Элли выглядела немного уставшей.

– Ты ведь там никого не знаешь, тебе комфортно среди посторонних? На работе, дома, в городе – повсюду чужие люди!

– Меня навещают сёстры и друзья, – ответила Элли, – когда, кстати говоря, мне рассчитывать на твоё появление?

– Через две недели, – пообещал Теодор, – я разгребу завалы по учёбе, и мы с Джейн к тебе приедем. Ну, то есть переместимся. В прошлый раз портал к тебе открывала она, но я тоже на это способен, так что… Если хочешь, я могу приехать и один.

– Нет, что ты! Бери с собой Дженни, я буду ей рада.

Когда танец закончился, Теодор наконец подошёл к Дженни.

– Вот и ты, – сказал он тихо.

– Привет. Потанцуем?

И они закружились в танце.

– Если я скажу, – спросил Теодор, – что ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел, ты засмеёшь меня за предсказуемость?

– Нет, – уголки её губ дрогнули, – мне приятно это слышать.

Приободрённый, он хотел продолжить, но тут музыка сменила темп, и стало не до этого. Ничего, он всё ей скажет позже.

Но перед следующим танцем Дженни заозиралась.

– Я обещала танец Максвеллу Торну. И, Тео, прошу тебя, пригласи пока Инес. Вот сейчас, прямо сейчас, пока не поздно, пожалуйста! Все остальные мои танцы будут твои, если захочешь.

Не поняв такой срочности, но всё же решив уступить, Теодор тотчас оказался рядом с Фрогготт. С ней уже стоял некий юноша.

– А! – воскликнула Инес. – Теодор, мой дорогой друг! Я мечтаю о танце с вами!

– Я, – сконфузился он, – как раз собирался тебя пригласить. А это…

– Это, – Инес указала на незнакомца, – Дамиан Кафатос, гость Вайтморов. Мистер Кафатос, это – лорд Теодор Флинн, мой ближайший друг.

– Рад знакомству, – кивнул Кафатос.

Инес, не дав Теодору ответить, уволокла его в толпу танцующих. Элли кружилась с Эдмундом, Дженни – с Максвеллом Торном, который периодически хитро поглядывал в сторону Тео.

– Я твоя должница, Флинн, – выдохнула Инес, – этот иностранец скучен, как мемуары престарелой профессорши.

– Рад быть полезен, – усмехнулся Теодор.

Глава 4. Дженни. «Бал»

Вечер проходил превосходно! Дженни наслаждалась каждым мгновением: они с Тео протанцевали полвечера только друг с другом; мама, леди Беатрис, весело болтала со своими бывшими коллегами по Гильдии, с гордостью расписывая им достижения Джейн; Инес и Элисон ходили по залу под ручку, стараясь избегать скоплений мужчин, чтобы не дать никому повода себя разлучить, и выглядели при этом очень довольными друг другом. Несколько раз Инес великодушно отпускала Элисон на танец, но сама почти не танцевала; даже Артур был в приподнятом настроении и вполне благодушно болтал с графом Вайтмором и прочими джентльменами.

Юфимия и вовсе произвела фурор, у неё было больше всех кавалеров: с ней танцевали и её собственные братья, и Артур, и Вайтморы, и Торн, и Форстер, и Вандер, явившийся перед самым ужином. Даже Дамиан Кафатос, от которого Инес почти успешно пряталась, приглашал Юфи на танец несколько раз.

— Я, — говорил Кафатос Фабиану, пока с Юфимией танцевал его старший брат, Хрисантос Кафатос, — услышал от вашей сестры, что вы, милорд, увлечены изучением межмировых коридоров. Мне эта тема невероятно близка! Я много лет уговариваю отца выделить деньги на исследования в этой области.

— Да, наличие множества миров кажется мне самой захватывающей частью магического знания! — увлечённо подтвердил Фабиан.

Кафатос поддержал:

— Мне жаль, что мало кто это понимает. Учёные маги утверждают, что в самом начале истории нашей планеты путешествия между мирами были делом привычным, и многие наши известнейшие исторические личности на самом деле нашему миру не принадлежат! Так же как и в других мирах в древности было много фигур, происходивших из нашего и соседних с нашим миров. Говорят, что у нас много взаимозаимствований с прочими, с позволения сказать, вселенными!

— А почему именно в древности? — спросил Тео.

— Это как-то связано с тем, — ответил Фабиан, — что чем старше мир, тем сложнее из него переместиться в другой. Не знаю уж, отчего это зависит. Но вообще исследование межмирья наталкивается на необходимость в новых подходах не только к магии и волшебству, но и… к этике. Моральная сторона вопроса, на мой взгляд, не менее важна. У нас нет единого свода правил, если хотите, кодекса, для таких путешествий.

— Безусловно, — сказал Кафатос, — и создание особой комиссии — непременная ступень для развития этой области магии.

Дженни оглядела Кафатоса. Инес уже выразила ей свой ужас по поводу этого «занудного низкорослика», но подруга, как всегда, преувеличила. Да, Дамиан был одного роста с Инес, которая и сама была невысокой, он ниже почти всех присутствующих в зале мужчин. Ниже своего отца и брата. Но на лицо он был приятным, с чуть вьющимися черными волосами, придающими его облику шарм. У него была красивая речь, он был воспитан, приятен в общении и не так уж и скучен. Если уж на то пошло, разговоры об истории и исследованиях межмировых перемещений были как раз тем, что могло заинтересовать Инес. Она упрямилась просто из строптивости. Быть может, Дамиану понравится Юфи?..

Сама Юфимия, стоящая рядом, взахлёб рассказывала Дженни и Лео о каких-то новых водорослях, которые могут произвести революцию в медицине.

— Это драконья ламинария, или, как их называют в народе, игольчатые лапы, они произрастают в горах ЛиШуань. Мы хотим привить их в наших северных озёрах! Я подала заявку на сопровождение экспедиции, так что летом, надеюсь, буду в самом центре событий!

— А ваш батюшка вас отпустит? — спросил Лео.

— Да, разумеется! Я ведь буду не одна, со мной мои одногруппники и профессора!

Чуть позже всех пригласили к столу. Блэквуды и Фрогготты, как друзья семьи, сидели к хозяевам ближе всего. Инес посадили рядом с Дамианом, отчего у обоих не было аппетита, и они кисло смотрели в тарелки с праздничными вкусностями. Рядом сидели старший брат Дамиана — Хрисантос Кафатос, и их сестра, Антония Кафатос.

Их отец и мистер Фрогготт, тем временем, живо обсуждали красоты Эйрденна, Родрик им поддакивал:

— А какие у нас рифы, господин Кафатос! Туристы часто обходят стороной восточный остров, но там тоже есть на что поглядеть! И пещеры, и леса, и горячие источники, и сады! Целые парки магнолий. И пляжи — не такие скалистые, как на центральном острове, но и не столь ровные, как пляжи южных островов.

— И проблемы, — вставил Вандер, — такие, что другим частям Эйрденна и не снились. Взять хоть сирен! Вам, лорд Родрик, давно пора настаивать на размещении восточного штаба Гильдии Магии в портах Истмаргарет.

— Согласен, — поддержал магистра глава Гильдии Магии Роуэнхёрс, сидящий рядом с хозяином дома, — это хорошая мысль, нам стоило бы обсудить это как-нибудь. Растёт страна, растёт и Гильдия. У нас всё больше крупных городов, население увеличивается. Пора увеличивать и гильдейский штат.

— Ох, — заметила одна из родственниц графини Роуз, — как много сегодня за столом гильдейцев, право слово! Помнится раньше, Конрад, у тебя среди гостей в основном были купцы да деляги. А теперь, гляди-ка, через одного: магистр, адепт, магистр, адепт, архимаг, магистр, магистр, адепт.

Все рассмеялись.

— Что делать, Энн, — добродушно откликнулся Конрад, — дети растут, и, как видишь, многие выбирают эту стезю. Мой средний сын, дочь Альфреда, средний сын Флиннов. Разумеется, мы приглашаем и их начальников, и коллег, которые тоже становятся частью нашего круга общения. Всё меняется, и новое поколение отличается от нас.

— И это замечательно, — сказала миссис Поль, бывшая когда-то коллегой мамы Дженни по Гильдии. — Ваш отец невероятно гордился бы вами, леди Джейн. Он, конечно, и сам был и адептом, и, впоследствии, магистром, но не в таком юном возрасте.

После ужина вернулись к танцам. Герцог Флинн пригласил леди Беатрис Блэквуд, Джейн, утомившись, присела отдохнуть. Тео стоял рядом.

— Флинн, Блэквуд, — окликнул подошедший Форстер, — я тут почитал ваш отчёт об ветрах, ценящих новомодные пьесы, и, надо сказать, впечатлён!

Он расхохотался, но было заметно, что он немного сконфужен. Форстер служил в Отделе Следственных Дел, и был одним из тех, кто воспринял возвращение Дженни и Тео в Гильдию крайне негативно. С начала осени он сказал им меньше слов, чем за сегодняшний вечер. Стало быть, тоже изменил своё мнение. Любопытно, кто повлиял на него? Или он сам, посмотрев на них поближе, оценил по достоинству и устыдился предубеждений?..

— Мы всем отделом, — продолжал Форстер, — пришли к выводу, что не возражали бы, перейди вы к нам. А, магистр Вандер? Отдадите нам Флинна и Блэквуд? — спросил он магистра, стоящего неподалёку.

— Забирай, — равнодушно отмахнулся тот, — от этих двоих мороки гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Мимо в очередной раз чинно прошествовали Инес с Элисон, и Форстер обрадованно к ним подскочил:

— И вот уж кого я точно не ожидал сегодня здесь увидеть! Мисс Твилли, вы выглядите превосходно! Но почему самая красивая женщина Эйрденна ходит под ручку с подружкой, а не танцует с кем-нибудь из поклонников?

— Потому, — хмыкнула Инес, — что у этих поклонников такта примерно столько же, сколько и у вас, Форстер.

— Мисс Фрогготт, — смутился тот, — прошу меня простить.

— Если вы хотели потанцевать, адепт Форстер, — попыталась замять неловкость Элисон, — то пойдёмте. Если Инес не возражает, что я её брошу.

— У меня ещё остались лорд Теодор и леди Джейн, я могу переключиться на них, — сказала Инес и присела рядом с Дженни.

Элисон и Форстер удалились, а к ним, едва ли не подталкиваемый матушкой, направился Дамиан Кафатос.