Ключ «Эфира». Том 1

Страх, на самом деле, не совсем хорошая штука. Он забирает энергию. Он забирает душу. Он забирает все силы самой души, вычищая её всю до основания. Структура души меняется. Душа, подверженная страху, теряет смысл жизни, теряется в системе мира, вселенной, меняет матрицу самой души. Бальтазар ощутил, как по спине пробежал неприятный холодок — если даже Люцифер поддался страху, значит, дело действительно серьёзное.

Наблюдая за Бальтазаром, таец напрягся — его плечи непроизвольно поднялись, а пальцы слегка сжались в кулаки. Он решил пока не вмешиваться в происходящее. Да и внутри него что-то говорило обождать пока, не рубить сгоряча, не вмешиваться до определённого времени — пока не придёт время. В груди теплилось тревожное предчувствие, будто надвигается что-то неизбежное.

— Она одна? — решился на вопрос Дениз.

Он спросил настолько тихо, что сам Бальтазар, несмотря на свой острый слух и умение «читать систему мира пространства», не смог услышать его. Дениз почувствовал укол разочарования — ему отчаянно хотелось получить хоть какой-то ответ, прояснить ситуацию.

— Бальтазар, — Дениз слегка повысил голос, стараясь унять лёгкую дрожь в нём, — Дениса одна в больнице?

— Нет, — быстро ответил тот, не поворачивая головы, — с ней Харун, ну и, если не считать кучу врачей…

Его голос звучал ровно, но в нём проскальзывала напряжённость.

— Харун? — переспросил Дениз, переводя взгляд на стоящего за дверью Люцифера. Во взгляде читался вопрос, который он никак не решался задать. Его брови слегка сдвинулись к переносице, а губы сжались в тонкую линию.

— Он не в курсе, — также быстро ответил Бальтазар, словно прочитал мысли напарника, и повторил: — Люцифер пока не в курсе.

— Пока? — приподнял бровь Дениз, стараясь понять происходящее. В его глазах мелькнуло недоумение, смешанное с тревогой.

— Да, пока, — едва уловимый кивок подтвердил сказанное ранее Бальтазаром.

— Бальтазар, не объяснишь… — растерянно начал Дениз, его голос дрогнул. Он сделал шаг вперёд, словно пытаясь сократить дистанцию между ними и добиться откровенности.

— Так захотела Дениса, — перебил его тот.

— Дениса? — переспросил Дениз больше для своего убеждения. Его пальцы непроизвольно теребили край рукава, выдавая внутреннее беспокойство.

— Да, — подтвердил Бальтазар и произнёс: — Так захотела Дениса.

Дениз не стал больше спорить. Он решил оставить выяснение всех обстоятельств произошедшего до лучших времён. Не время сейчас было спорить и разборки чинить: Бальтазар всё равно ничего не расскажет до тех пор, пока не посчитает нужным донести информацию до него. А раз, пришёл к выводу Дениз, Бальтазар утаивает правду, значит, так тому и быть. В душе шевельнулось горькое чувство — он не любил оставаться в неведении, но понимал, что сейчас лучше отступить.

Люцифер разговаривал долго, вышагивая из стороны в сторону перед входом. Его фигура меняла очертания в зависимости от освещения, угла падения лучей Айнизы и точки соприкосновения отражения мужской фигуры с поверхностью стекла двери. Она становилась то очень отчётливой, то вообще сливалась с матовым покрытием стекла. И только по движению бесформенного пятна можно было понять о присутствии живой души. Каждое его движение выдавало напряжение — шаги были резкими, порывистыми, а руки то и дело сжимались в кулаки и разжимались.

По всем жестам и поведению его можно было судить о межконференционном диалоге. Люцифер заканчивал один диалог, отстранял от уха телефон явно с целью ответить другому абоненту — и всё начиналось сначала. Его лицо то мрачнело, то на нём проступало выражение крайнего раздражения.

Бальтазар периодически поглядывал на часы. Поджимало время. Опаздывать он не хотел, но вот и уйти сейчас тоже не мог. Его взгляд метался между дверью и собеседниками, а пальцы нервно постукивали по бедру. Заметив тревогу на лице напарника, Дениз дал своё разрешение кивком согласия.

— Иди, — тихо добавил он, подбадривая орионца. В его голосе прозвучала искренняя забота — он видел, как Бальтазар разрывается между долгом и необходимостью куда-то спешить.

На секунду Бальтазар растерялся. Он указал взглядом на увлечённого разговором Люцифера, как бы спрашивая: «А с этим что мне прикажешь делать?» В его глазах читалась мольба о помощи, растерянность человека, оказавшегося между двух огней.

Слегка поморщившись, Дениз махнул рукой, подтверждая своё разрешение на выход.

— Я разберусь, — добавил он, увидев растерянный взгляд Бальтазара. — Будешь нужен — позову.

Голос Дениза звучал уверенно, хотя внутри он и сам не до конца понимал, как будет «разбираться».

Не проронив ни слова, Бальтазар кивнул и направился к параллельному выходу. Его шаги были быстрыми, почти торопливыми — он явно стремился поскорее покинуть это напряжённое место.

Второй выход вёл на площадку катамаранов. Да и не хотелось ему сейчас с командиром своим встречаться. В груди всё ещё клубилось беспокойство, а мысли путались: «Что происходит? Почему всё так сложно?»

— Я знаю, что случилось, — шепнул Дамир, шагнув к Денизу. Его глаза блестели от возбуждения, будто он раскрыл великую тайну.

— А ябедничать нехорошо, — съязвил Ранан.

Он также последовал его примеру и вплотную подошёл к тайцу. Его тон был насмешливым, но в глазах читалось любопытство.

— Я знаю, что я делаю, — буркнул Дамир, бросив косой взгляд на последнего. Его щёки слегка покраснели от раздражения.

— Говори, — тихо произнёс Дениз, слегка наклонившись вперёд. Его голос прозвучал твёрдо, но в нём чувствовалась надежда на получение важной информации.

— Люцифер отправил девушку к Михаилу, — прошептал Дамир.

— Откуда знаешь? — Дениз нахмурился, пытаясь оценить достоверность этих сведений.

— Харун сказал, — начал юноша, но Ранан перебил его.

— Харун — трепло, — в сердцах бросил он, скривив губы.

— Ну, это уже устаревшая новость, — кивнул Дениз и пояснил: — Михаил мне звонил. Он ждёт их.

В его голосе прозвучало лёгкое превосходство — он был рад, что оказался в курсе событий раньше других.

— Хорошо, — кивнул Дамир, отступая назад. Его плечи слегка опустились, будто он разочаровался в собственной значимости.

— Меня интересует другое, — продолжал Дениз, его взгляд стал пронзительным. — Почему сестра в больнице? Случилось что-то с ребёнком или же…

Он не закончил фразу, но в его глазах читался неподдельный страх.

— Что? — растерялся Дамир. — С ребёнком?

Его лицо побледнело, а глаза расширились от ужаса. Он невольно сделал шаг назад, будто пытаясь отстраниться от этой страшной мысли.

Брови Ранана стали домиком — его лицо исказилось смесью тревоги и озарения, будто он только что сложил в голове сложный пазл.

— Значит, я всё понял правильно, — шепнул он, и в его голосе прозвучала нотка триумфа, смешанного с тревогой.

— Ты знал? — спросил подозрительно Дениз. Его сине-чёрные глаза сверлили Ранана насквозь, взгляд был острым, почти обжигающим. Он слегка наклонился вперёд, словно готовясь услышать нечто судьбоносное.

— Догадывался, — пояснил тот, понизив голос до шёпота. — По его, — кивнул он на идущего к ним Люцифера, — энергии на ней.

Его пальцы непроизвольно сжались, выдавая внутреннее напряжение.

— Да, но, — растерялся Дениз, отступив на полшага, — его энергия и так будет на ней. Они же…

Его голос дрогнул, а в глазах мелькнуло недоумение.

— Нет, — резко одёрнул Ранан, его тон стал твёрже, почти категоричным. — Это другая энергия.

Он подчеркнул каждое слово, будто вбивал гвоздь в доску.

Дениз не успел возразить. Вошёл Люцифер — его шаги звучали гулко, властно, заставляя всех невольно выпрямиться.

Ранан замолчал, давая понять собеседнику о конце разговора. По его взгляду Дениз понял, что Люцифер не в курсе о скором пополнении в их семье. В груди у тайца похолодело — он вдруг осознал масштаб тайны, в которую оказался втянут.

Люцифер молчал. Желваки играли на его щеках, выдавая внутреннюю борьбу. Орионца явно что-то волновало, но сказать об этом он не решался. Его пальцы машинально теребили край стола, а взгляд метался по комнате, избегая встречи с глазами Дениза.

Дениз мгновенно принял решение. Единственным его желанием было во что бы то ни стало выяснить причину беспокойства последнего.

«Уж просто так я отсюда точно не уйду, — решил Дениз, стиснув зубы. — Не уйду, пока всё не расскажет». Его кулаки непроизвольно сжались, а дыхание участилось.

— С кем ты говорил сейчас? — начал свой допрос Дениз, не сводя пристального взгляда с орионца. Его голос звучал твёрдо, почти вызывающе, но в глубине души он чувствовал, как внутри нарастает тревога.

— Да с кем я только не говорил, — пошутил Люцифер, но улыбка вышла натянутой, неестественной.

Он подошёл к столу и начал перебирать карты и листы, делая вид, что ищет что-то важное. Ему очень хотелось разрядить обстановку и сменить тему разговора, прекрасно понимая, что с Денизом сделать это будет трудно. Его движения были чуть более резкими, чем обычно, выдавая нервозность.

Дениз был несгибаем. Его поза стала ещё более напряжённой — он распрямил плечи и слегка выдвинул подбородок вперёд, показывая, что не отступит.

— Люцифер… — произнёс он с нажимом, его голос зазвучал глубже, серьёзнее.

— Кто из говорящих со мной сегодня тебя интересует? — продолжал тот в том же духе, стараясь сохранить лёгкость тона. Но Дениз заметил, как дрогнули его пальцы, когда он перекладывал очередной лист.

Внешне он был спокоен и уравновешен. Ни один мускул не дрогнул на его лице. А внутри бежал холодок, пронизывающий до мозга костей. Люцифер чувствовал, как нарастает давление — Дениз не отступится, пока не получит ответы.

— Что ты задумал, Люцифер? — шагнул к нему Дениз, сокращая дистанцию. Его глаза сверкнули вызовом.

— Хм, — хмыкнул тот, пытаясь сохранить самообладание. — Второй человек мне задаёт этот вопрос.

Он провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.

Люцифер посмотрел в сторону. Его отвлёк тихий голос Ранана. Тот с кем-то говорил по телефону, его лицо выражало крайнюю озабоченность.

Увидев тревогу на лице брата, Люцифер насторожился. Словно почувствовав его взгляд, Ранан сделал едва заметный жест, как бы спрашивая: «Я тебе ещё нужен?»

Юноша кивнул отрицательно и также жестом поинтересовался о случившемся. Ранан дал понять, что все вопросы — потом. Его губы беззвучно прошептали: «Позже».

Нет, Ранан ему пока не нужен. Ему сейчас нужны Дениз и Бальтазар. Люцифер обвёл взглядом присутствующих в поисках своего военачальника, но так и не решился задать вопрос, не найдя его. В его груди шевельнулось неприятное чувство — будто он теряет контроль над ситуацией.

Ранан сделал жест прощания, раскрыв пальцы веером, и направился к параллельному выходу. Его шаги звучали тихо, почти неслышно.

— Что ты задумал? — повторил свой вопрос таец, провожая взглядом Ранана. В его голосе прозвучало отчаяние — он чувствовал, что разгадка где-то рядом, но ускользает.

— Никах, — выдавил орионец, и его голос прозвучал непривычно глухо. Он сглотнул, будто слова дались ему с трудом.

— Никах — что? — не понял Дениз, его брови взлетели вверх, а глаза расширились от недоумения. Он сделал шаг назад, пытаясь осмыслить услышанное.

Воцарилось тягостное молчание. Мужчины посмотрели друг на друга испытывающим взглядом. В воздухе повисла тяжесть — каждый понимал, что сейчас решается что-то важное, но ни один не решался сделать следующий шаг. Люцифер слегка прикусил губу, а Дениз нервно провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями.

— Люцифер, — начал Дениз, стараясь разрядить обстановку, — ты уверен в том, что…

— Да, — твёрдо ответил тот. — В своём выборе я уверен.

— Насчёт выбора я понял, — почесал за ухом таец, — а вот… Никах — дело серьёзное. Ты готов к обряду?

— Да, я готов! — твёрдо ответил тот, не дослушав напарника.

— Свадебный обряд провести, — закончил свою фразу Дениз.

Люцифер опустил голову. Он боялся встретиться с глазами Дениза. «Иначе тот всё поймёт», — стучало в его голове и сердце, а он не должен был подавать виду, что сейчас творится в его душе.

Словно прочитав его мысли, Дениз подошёл вплотную и положил руку на плечо. Люцифер резко поднял голову, словно и ждал этого жеста от напарника. А тот сжал плечо в ожидании ответа на свой вопрос.

— Рассказывай, — твёрдо произнёс Дениз, смотря на парня в упор. — Говори давай, что ты задумал?

Сохраняя молчание, Люцифер тихо улыбался.

— Ты же знаешь, — продолжал Дениз, не отпуская его плеча, — я не отстану от тебя.

В ответ на его слова юноша опустил взгляд в пол, его плечи слегка ссутулились, словно на них внезапно легла невидимая тяжесть. Он провёл рукой по волосам, нервно теребя прядь, — было видно, что он отчаянно пытается собраться с мыслями и подобрать слова.

— И не отпущу тебя, — шептал тот, понимая нежелание последнего говорить, — отсюда до тех пор, пока не узнаю причину твоего уныния.

Голос Дениза звучал мягко, но в нём чувствовалась стальная решимость — он не отступит, пока не доберётся до истины.

Люцифер поднял на собеседника взгляд, полный надежды, смешанной с отчаянием. Его глаза блестели чуть сильнее обычного, будто в них скопились невысказанные слова и невыплаканные слёзы. Понимая, что попал в точку, Дениз продолжил, слегка понизив голос:

— Рассказывай давай. — В его тоне прозвучала не просто просьба, а почти мольба — он искренне хотел помочь, разделить бремя, которое явно давило на Люцифера.

Посмотрев ещё раз в глаза Дениза, Люцифер глубоко вздохнул, будто набираясь смелости. Его губы дрогнули, а пальцы слегка задрожали. Он ответил кротким согласием — едва заметным кивком, почти неощутимым, но Дениз уловил этот жест и внутренне возликовал: лёд тронулся.

Обернувшись, Люцифер увидел своих людей, смешавшихся с людьми Дениза. Они тихо подошли во время последнего диалога мужчин — стояли теперь полукругом, стараясь не привлекать внимания, но в их взглядах читалось неподдельное беспокойство. Кто-то нервно поправлял ремень, кто-то переступал с ноги на ногу, а кто-то украдкой бросал взгляды на своего командира, словно пытаясь понять, что происходит.

— Где Бальтазар? — спросил он, окинув присутствующих беглым взглядом. Его голос прозвучал чуть резче, чем он планировал, выдавая внутреннее напряжение.

Воины переглянулись, переминаясь с ноги на ногу. Никто из них не решался ответить на его вопрос — в воздухе повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь тихим дыханием и редким шорохом одежды. Некоторые опустили глаза, другие старались смотреть куда угодно, только не на Люцифера. Было видно, что они знают ответ, но боятся его озвучить.

— Он в больнице… — тихо выдал Дениз, собравшись с духом. Его голос дрогнул на последнем слове, а взгляд невольно скользнул в сторону, будто он боялся увидеть реакцию Люцифера. Он сделал небольшой шаг вперёд, словно готовясь в любой момент поддержать друга.

— Дениса… — с болью в голосе прошептал Люцифер чуть слышно. Его лицо исказилось от внутреннего страдания, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Он на мгновение прикрыл глаза, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. В этом коротком слове прозвучало всё: тревога, страх, любовь и отчаяние. Казалось, весь мир для него на мгновение остановился, оставив только одну мысль — о Денисе.

Он растерянно посмотрел на дверь, его взгляд метался между ней и лицом Дениза, словно ища какой-то невидимой опоры. Брови слегка сдвинулись к переносице, а губы сжались в тонкую линию — внутри нарастала буря эмоций, которую он едва сдерживал.

— Да, — кивнул Дениз, — Дениса в больнице, ей стало плохо.

Его голос звучал мягко, почти виновато, будто он сам был отчасти ответственен за случившееся. Он внимательно следил за реакцией Люцифера, готовый в любой момент поддержать друга.

Люцифер виновато опустил голову. Он вспомнил её небольшое замешательство, вызванное ссорой между ними, и руку на боку; перед глазами всплыла картина: Дениса стоит, слегка ссутулившись, и нервно поглаживает бок, а он, ослеплённый гневом, проходит мимо, не замечая её состояния. В тот момент он был одержим своим негодованием, не придал этому значения, о чём сейчас очень сильно жалел. В груди защемило, к горлу подступил ком — ему хотелось вернуться в прошлое и всё исправить.

Поставив руки на бока, Люцифер развернулся к двери, собираясь уйти. Его движения были резкими, порывистыми — он явно пытался убежать от собственных мыслей и чувства вины.

— Остановись, — прошептал Дениз, снова сжав его плечо. Его пальцы слегка сжали ткань одежды, но хватка была не жёсткой, а скорее поддерживающей. — С ней Бальтазар, с ней всё будет хорошо.

В его голосе прозвучала искренняя уверенность, призванная успокоить друга.

— Дениз, — вымолвил тот, и его голос дрогнул, — ты не понимаешь…

Люцифер сглотнул, пытаясь унять внутреннюю дрожь. В глазах читалась боль и отчаяние.

— Я всё понимаю, — с лёгкой улыбкой ответил Дениз. Его улыбка была тёплой, ободряющей, хотя в глазах читалась глубокая забота. — И по твоим глазам вижу, что ты что-то задумал.

Дениз слегка наклонил голову, изучающе глядя на Люцифера.

Люцифер опустил взгляд. Да, Дениза не обманешь — этот факт остаётся неизменным. Он почувствовал, как внутри него борется желание открыться и страх поделиться своими планами.

— Рассказывай, — кивнул Дениз. — Сестра моя подождёт.

Поймав укор в глазах Люцифера, он продолжил:

— Ты всё равно сейчас ничем не сможешь ей помочь, она под присмотром врачей. А ты, — твёрдо произнёс он, — рассказывай, что ты задумал и с кем ты говорил так долго?

Его тон стал более настойчивым, но в нём не было упрёка — только искреннее желание помочь.

— А вот и тот, — кивнул орионец на дверь, — с кем я говорил.

Вошёл мужчина небольшого роста в чёрном длинном пальто, напоминающем форму военного кителя. Резной узор двенадцати золотых пуговиц подчёркивал синева тёмного сукна. Его походка была уверенной, но не вызывающей, а лицо — спокойным и сосредоточенным. В воздухе повисло напряжение, словно сама атмосфера комнаты изменилась с его появлением.

— Имам? — с удивлением спросил Дамир. Его глаза расширились, брови взлетели вверх, а голос прозвучал чуть выше обычного. Он невольно сделал шаг назад, словно пытаясь дистанцироваться от происходящего.

Двенадцать пар глаз уставились на Люцифера — в них читались разные эмоции: удивление, недоверие, любопытство, тревога. Кто-то приоткрыл рот, кто-то нервно сглотнул, а кто-то непроизвольно сжал кулаки. Понимая, что теперь не получится отвертеться, он произнёс:

— Да, имам.

Его голос прозвучал глухо, но твёрдо. Люцифер выпрямился, расправил плечи и посмотрел прямо на вошедшего, давая понять, что готов нести ответственность за свои действия и решения.

— Я готов, — сказал вошедший, — провести обряд сочетания союза семьи.

Его голос звучал ровно и торжественно, но в нём угадывалась едва уловимая нотка предвкушения. Он выпрямился во весь рост, расправил плечи и слегка приподнял подбородок, словно подчёркивая значимость момента.

Сохраняя молчание, Дениз скрестил руки на груди — поза вышла оборонительной, почти настороженной. Он коснулся кончика носа указательным пальцем, задумчиво нахмурившись. В его глазах мелькнуло недоумение, смешанное с тревогой: ситуация развивалась слишком стремительно, и он явно пытался осмыслить услышанное, разложить всё по полочкам. Его пальцы слегка постукивали по предплечью — выдавая внутреннее напряжение.

Перехватив его взгляд, Люцифер только пожал плечами. Движение вышло нервным, почти дёрганым — будто он сам до конца не верил в происходящее. На мгновение его губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но передумал. В глазах читалась смесь решимости и неуверенности: он словно балансировал на краю пропасти, готовый сделать шаг вперёд — но не зная, что ждёт его внизу.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Кто-то из присутствующих шумно вздохнул, кто-то нервно переступил с ноги на ногу. Воздух будто сгустился, наполнившись невысказанными вопросами и тревожными догадками. Имам, не теряя самообладания, обвёл собравшихся спокойным взглядом — его лицо оставалось невозмутимым, словно высеченным из камня, — и слегка склонил голову, ожидая ответа.

Дениз медленно опустил руку, сжал и разжал кулак, будто пытаясь собраться с мыслями. Его взгляд метнулся к Люциферу, затем к имаму, потом снова к Люциферу — он пытался прочесть в лице друга хоть какой-то намёк на объяснение. Наконец, слегка покачав головой, он тихо произнёс:

— Объясни… Что всё это значит? — его голос прозвучал чуть хрипло, выдавая волнение. Он сделал небольшой шаг вперёд, словно готовясь услышать нечто, что перевернёт всё с ног на голову.

Люцифер глубоко вздохнул, расправил плечи и, наконец, твёрдо посмотрел на Дениза. В его взгляде теперь читалась решимость — пусть и с примесью тревоги.

— Это единственный способ, — произнёс он негромко, но отчётливо. — Единственный способ всё исправить.

Бальтазар вошёл в холл больницы и уже прошёл пункт оповещения и опознания лиц, когда зазвонил телефон. Имя Дениза высветилось крупными буквами на табло. Сердце Бальтазара на мгновение замерло, а потом забилось чаще — что-то подсказывало ему: звонок не из разряда обычных.

— Да, Дениз, — орионец замедлил шаг, инстинктивно прислонившись к стене. Его пальцы слегка дрожали, пока он прижимал телефон к уху.

Он слушал молча, терпеливо, периодически задавая вопросы. С каждым словом Дениза лицо орионца вытягивалось, а глаза становились всё шире и круглее — в них читалось нарастающее беспокойство. Брови сошлись на переносице, а губы плотно сжались в тонкую линию.

— Почему ты раньше не сообщил? — Бальтазар посмотрел на часы, его взгляд заметался по циферблату, словно он пытался высчитать что-то критически важное. — Он скоро будет здесь, если уже, — тихо добавил он, понизив голос почти до шёпота, — не здесь.

В его тоне прозвучала нотка тревоги, почти паники.

Разговор длился минут тридцать. Орионец застыл на месте, стараясь осмыслить каждое сказанное слово. Его плечи слегка опустились, а пальцы непроизвольно сжимали и разжимали край куртки — он будто пытался физически справиться с грузом информации. По окончании разговора Бальтазар отключился, медленно опустил руку с телефоном, на мгновение прикрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь прийти в себя.

От полученной информации голова гудела — мысли путались, перед глазами мелькали обрывки фраз и образов. Теперь оставалось выполнить ещё одну задачу — молчать. Не рассказать всё Денисе при первой встрече. Не вывалить всю информацию на девушку при встрече. Он сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони — это помогало сосредоточиться и держать эмоции под контролем.

Бальтазар поднимался по лестнице, его шаги были тяжёлыми, словно каждый шаг давался с усилием. Когда сзади его окликнул знакомый голос, он вздрогнул и резко обернулся. К нему быстрым шагом поднимался Люцифер — его походка была решительной, почти агрессивной, а лицо напряжённым.

Мужчина остановился, его сердце забилось чаще. Он внимательно всмотрелся в лицо Люцифера, пытаясь прочесть в нём ответы на невысказанные вопросы.

— Это правда? — задал он вопрос юноше, когда тот поравнялся с ним. Голос Бальтазара прозвучал хрипло, выдавая внутреннее напряжение.

— Правда что? — переспросил тот, не понимая, о чём сейчас идёт речь.

Люцифер слегка наклонил голову, его брови приподнялись в искреннем недоумении, а глаза расширились.

— То, о чём мне рассказал Дениз? — голос Бальтазара стал жёстче, в нём прозвучала требовательная нотка.

— Ну я же не знаю, о чём тебе рассказал Дениз! — свободно бросил Люцифер, слегка разведя руками.

Его тон был непринуждённым, но в глазах мелькнуло что-то неуловимое — будто он догадывался, к чему идёт разговор.

— Зачем ты пришёл сюда? — решился задать вопрос Бальтазар. Его взгляд стал пронзительным, изучающим — он пытался проникнуть в мысли напарника.