Ошибка Марса

— Уже ширнулся? — услышал он голос сквозь наплывшую пелену, но не смог распознать чей именно. — Как ощущения?

Единственное что он смог сделать в ответ, это приподнять руку с оттопыренным большим пальцем.

— Ладно, отдыхай, — похлопал Алекса по груди обладатель голоса и исчез.

— И снова здравствуйте! — громкая связь челнока пробудила друзей, пребывающих в полу коматозном состоянии. — С вами по-прежнему я, Командующий лейтенант Обручев, и мы направляемся на Землю. Полет до входа в атмосферу займет около четырех часов. В зоне посадки температура воздуха двадцать три градуса по Цельсию. Воздух пригоден для дыхания, так что о защитных костюмах можете забыть, по крайней мере на ближайшие сутки. Простейшие правила пребывания на планете, я называю их «три Не»:

Не уходить далеко от места приземления челнока. Не прикасаться к незнакомым предметам. Не вступать в контакт с местным населением, если таковое вам встретиться. Следуя этим простым правилам, вы сможете сделать нашу прогулку безопасной. Спасибо за внимание! — голос лейтенанта умолк и челнок, готовый в любую секунду выстрелить в небо, громко загудел.

Друзья переглянулись. Алекс с удивлением смотрел на собственные руки.

— Они словно пушинки!

— У меня тоже, от усталости и следа не осталось, — подтвердил Трэвис, — это стимулятор, он будто сделал меня сильнее.

— Подождите радоваться, — предостерег Чаки, — неизвестно что будет с нами там, внизу. — рукой он указал на светящийся в иллюминаторе голубоватый диск. Друзья задумчиво взглянули на Землю, от которой их отделяло всего четыре часа полета, и в резком рывке одновременно откинулись на спинки кресел.

Челнок, издав звук похожий на чих, стремительно прыгнул в темноту звездного неба.

Великолепие, растущей с каждой минутой планеты, захватывало дух. В прямом смысле этого слова, Трэвис дышал медленно и осторожно, опасаясь спугнуть этот невероятный вид, и проснуться в своей комнате на Марсе. Что если всё это сон? И станция Луна-2 с японским доктором, и грузовой трейлер без гравитации на борту, и Призма-порт.

Трэвис дотронулся до холодного стекла, отделяющего салон челнока от вакуума. Рука ощутила приятную прохладу космоса, до которого, казалось бы, можно дотронуться. Когда Трэвис убрал её, на окне остался тёплый отпечаток ладони и пальцев. Приятный холодок, покалывающий кожу, заставил вернуться в реальность. Видимо сердечный стимулятор обеспечил обильный прилив крови к мозгу, создавая эти новые непонятные ощущения.

Посмотрев налево Трэвис увидел Алекса в соседнем ряду, который спал, откинувшись назад в кресле. Чаки был где-то впереди, и хоть его не было видно, Трэвис чувствовал присутствие друга неподалёку. Странно всё это. Они вместе проделали долгий путь, но последние шаги делают раздельно. Рассевшись в разных краях пустого челнока, они летят на встречу неизвестности. Возможно к главному событию своей жизни. Что они увидят там? Что смогут понять в этой поездке? И понравится ли им это? Слишком много вопросов для него одного.

Трэвис протёр рукавом иллюминатор, убрав отпечаток руки, и продолжил любоваться Землёй.

Планета, открывающаяся перед ним, была ярко освещена солнцем. На участках покрытых блестящей синевой воды Трэвис увидел еле заметные солнечные блики. Вода в таком количестве могла ему только сниться. Лишь фильмы и кинохроники давали жителям марса представление о том, как выглядит океан. Сейчас же он видел это собственными глазами.

Облака белыми полосами покрывали береговую часть, закручиваясь в водовороте растущего циклона, из-за чего материк не было видно. Но это не волновало Трэвиса. В месте, где они должны совершить посадку, Обручев обещал хорошую погоду.

— Здравствуй, родная! — шепнул он себе под нос, и через минуту его голова без сил упала на грудь. Трэвис погрузился в глубокий сон.

— Мы приближаемся, всем приготовиться ко входу в атмосферу! — прокричал из динамика Лейтенант, и его голос заставил друзей вернуться в реальность.

Земля уже не была планетой, она даже не имела круглых очертаний. В иллюминаторах была лишь черта — горизонт в виде дуги, делящий всё окружающее на белое и чёрное. Белым были густые облака, а чёрным — нависающее сверху звёздное небо. Как только все визуально определились с текущим местоположением челнока, убедившись в иллюминаторах, что они действительно на подлёте, каждый из пассажиров смог получить и физическое подтверждение этому. Корабль начало трясти. Словно на диких аттракционах их бросало из стороны в сторону, как игрушку в руках ребёнка. Вцепившись в поручни, друзья старались удержаться от накатившей волны тошноты.

— Эй, Трэв! — Алекс кричал, повернувшись к другу, — Это нормально что нас колбасит как в блендере?

Трэвис натянуто улыбнулся в ответ.

— Всё будет хорошо! Из-за плотной атмосферы, посадка на Землю всегда проходит в таких условиях, — он пытался сказать это как можно спокойнее, но волнение чувствовалось в его голосе.

— Надеюсь эта посудина не разлетится в щепки, — Алекс подпрыгивал в кресле, удерживаемый ремнями, которые он непредусмотрительно ослабил перед сном. Пытаясь затянуть их потуже, он наклонился вниз, в поисках застёжки, как вдруг всё вокруг залило ярким светом.

Вокруг корабля образовался огненный купол, который полностью накрыл поверхность челнока. Все иллюминаторы превратились в открытые топки печей, демонстрирующих бушующее море пламени. Жёлтый горячий свет заполонил всё вокруг, создавая прыгающие по салону тени.

— Твою мать, а это ещё что? — заорал Алекс, быстро отстранившись от окна.

— Это трение. Всё нормально, Алекс! Так и должно быть! — Трэвис пытался перекричать шум, но по бьющемуся в истерике Алексу было ясно, что тот его не слышит.

— Не дай нам сгореть. Убереги! Молю тебя всевышний, — причитал Алекс, отвернувшись от окна в проход и зажмурившись. Вид у него в этот момент, был как у маленького ребёнка, увидевшего нечто страшное, и по детской наивности уверенного, что угроза пропадёт, достаточно ему закрыть глаза. Но опасность и не думала уходить. Грозный, шипящий рокот за бортом, сильно закладывал уши. И единственным верным решением в этой ситуации оставалось расслабиться и ждать, вцепившись в поручни кресел. Трэвис именно так встретил окончание экстремального входа в атмосферу, и открыв глаза, вместо языков пламени за окном увидел землю. Большой материк, покрытый зеленью леса, приближался к ним с пугающей скоростью. Трэвис смотрел вниз сквозь иллюминатор и не мог в это поверить. Картинка из старого кинофильма, но никак не реальность, сейчас была перед ним. Тёмные тени облаков безмятежно плыли по зелёным полям, которые делила на два река, извивающаяся как змея по земле.

— Обалдеть! — услышал он сзади, обернулся и увидел спину Алекса, глядящего в свой иллюминатор.

— Чаки, ты как? — Трэвис приподнялся на локтях чтобы взглянуть вперёд.

С передних сидений показалась рука, сжатая в кулак с поднятым большим пальцем.

— Я в норме, чего не могу сказать о чистоте салона, — послышался голос Чаки из первых рядов.

Трэвис с Алексом переглянулись и громко рассмеялись.

Момент посадки. Медленно и мягко челнок опустился на зелёную траву. То, что каких-то полчаса назад корабль трясло словно шейкер в руках бармена, сейчас уже было всеми забыто. Всему виной была безмятежность, которая царила вокруг. Дверной шлюз челнока отворился и в дверном проёме показались три человека. Лица, в нерешительности, осматривались по сторонам, никак не решаясь сделать первый шаг.

— Чаки, это твой подарок, — сказал Трэвис. — Думаю, что правильнее если ты сделаешь это первым.

— Ага, а потом у меня вылезут глаза из глазниц, как в фильме, который мы смотрели в перелёте. — Чаки боялся быть первопроходцем, и крепко держался за поручень.

— Да брось. Действие фильма было в условиях разреженной атмосферы Марса. Тут нет ничего общего. Не бойся, — Трэвис убеждал друга сделать первый шаг, но тот никак не соглашался.

Алекс стоял позади двоих друзей и уже хотел было сказать что-то одобрительно весёлое, как вдруг, сам того не желая, вылетел вперёд, пролетев между Трэвисом и Чаки. Кувыркнувшись по земле, он растянулся в траве раскинув руки и ноги.

— Я говорил, если кому-то потребуется, то могу быть и мамочкой! — лейтенант Обручев стоял позади оглядывающихся друзей, которые в свою очередь сразу поспешили оказаться рядом с Алексом на мягкой поверхности планеты.

— Что, небольшой кувырок для человека, но огромный кувырочище для Марсианина?! — загоготал Лейтенант, глядя на то, как поднимается на ноги Алекс. — Ничего. Вам здесь понравится, я уверен.

Но никто не слышал уже болтовни офицера. Все звуки, что он издавал растворились в шуме и естественной красоте природы. Встав плечом к плечу трое друзей смотрели округлившимися глазами на солнечный диск, клонившийся к горизонту. Поляна, над которой возвышался космический челнок была покрыта всевозможной зеленью. Со всех сторон её окружали невысокие деревья, создавая эффект закрытости от внешнего мира, и только солнечные лучи пробивались через эту зелёную ограду.

— Чувствуете? — спросил Трэвис поворачиваясь к друзьям.

— О, да! — ответил Чаки не задумываясь. — У нас такое можно испытать только в вентиляционном блоке.

И правда, волосы друзей беспорядочно колыхались в разные стороны от порывистого ветра, который покачивал деревья и трепал вокруг траву. Алекс расставил руки в стороны, словно пытаясь подхватить воздушные потоки, и закрыл глаза. Рукава его одежды начали колыхаться в такт всему остальному.

— Это просто неописуемо! — восхитился он, уже забыв о своем стремительном приземлении из корабля на землю.

Трэвис наклонился к траве и поднял с земли небольшой камень. Осмотрев его со всех сторон он размахнулся и швырнул его в сторону, но тот упал гораздо ближе чем этого ожидал Трэвис. К новым реалиям гравитации здесь явно нужно будет привыкнуть. Он хотел было повторить и поднять ещё один камень, как лейтенант, наблюдающий за ними всё это время, прервал его, обратил на себя внимание.

— Итак, мы на Земле. Здесь мы пробудем ровно одни сутки, до того момента как отправимся на Луну-2, а оттуда домой на Марс. Прошу следовать правилам, и не уходить далеко. Всё это время я буду здесь в челноке, либо где-то поблизости. Дам вам на всякий случай вот это. — Обручев швырнул небольшой телефон в Чаки, стоящему к нему ближе всего. — Это переговорное устройство поможет нам всегда оставаться на связи. Если произойдёт что-то экстраординарное, сразу звоните мне. Это понятно?

— Да, лейтенант, — ответил Чаки, убирая телефон в нагрудный карман.

— Ну а теперь не стойте как истуканы. Погуляйте, посмотрите, что тут к чему. За теми зарослями, я знаю, есть водоём, и заброшенная деревня. Но только без глупостей! Не забывайте о правиле трёх «Не», — Обручев махнул рукой, указав направление, после чего развернулся и скрылся в глубине челнока.

Путешественники переглянулись между собой, и первым свои эмоции выплеснул на поверхность Алекс:

— Ну что парни?! Вот мы и на Земле-е-е! — прокричал он и плюхнулся на спину в густую траву.

Преодолев заросли деревьев, друзья двинулись по опушке в сторону озера, которое поблескивало вдалеке. Вечернее солнце освещало розовым все вокруг, и Трэвис с Алексом уверенно шагали в сторону водоема, объединенные желанием достигнуть его до наступления темноты. Чаки же не мог просто идти. Идти мимо всего, что видел лишь на телеэкране, казалось для него настоящим преступлением. Он пытался запечатлеть как можно больше, снимая все, что попадалось на пути, и из-за этого сильно отстал от друзей.

— Мне кажется я видел птицу, которая только что села на гладь воды, но я точно не уверен, — говорил Трэвис, вглядываясь вдаль, приложив ладонь к бровям, чтобы защититься от солнца.

— Скажем Чаки и он просто лопнет от счастья. — Алекс шел рядом, но ничего не мог разглядеть. Его зрение за годы программирования не стало лучше, и сейчас он сожалел, что не захватил свои рабочие контактные линзы.

— Подожди, Алекс, я хочу убедиться, что это действительно птица, а не кто-нибудь еще. — Трэвис прибавил шаг, оставляя Алекса позади.

Они двигались по неровной рыхлой земле, покрытой цветами и травами, отчего двигаться было нелегко. Плюс притяжение Земли, действительно давало знать о себе. Но как ни странно все чувствовали себя великолепно.

— А стимулятор делает свое дело. Ты почувствовал? — Алекс шел по следам Трэвиса по примятой траве.

— Ага. От усталости и следа не осталось. Проснулся и ощутил себя новым человеком. Было бы неплохо обзавестись такой штукой дома, на Марсе, — он подмигнул Алексу обернувшись назад.

— Не думаю, что фармацевтический контроль позволил бы нам иметь такие вещи в Содружестве. Но идея неплохая.

Трэвис притормозил и посмотрел назад, в сторону леса, откуда они вышли. Там вдалеке Чаки устанавливал штатив с очередной автоматической 3D камерой, чтобы забрать ее позднее на обратном пути. Увидев, что друзья остановились он махнул пару раз рукой, давая понять, чтобы не ждали его, а шли дальше к озеру.

— Не потеряться бы нам, — волновался Трэвис. — Наш фотограф совсем голову потерял от этих красот.

— Тут кто угодно потеряет. Предлагаешь подождать его?

— Да, было бы здорово. А ещё лучше, если ты сходишь и поможешь ему с фотокамерами, а я пока посмотрю, что там на берегу, — Трэвис серьёзно и внимательно посмотрел в глаза Алекса, что тот даже не стал возражать.

— До скорого, Рыжик! — небритый тридцатилетний мужчина бросился в обратном направлении, подпрыгивая над травой в воздух словно мальчишка.

Посмеявшись вслед кривляющемуся другу, Трэвис продолжил свой путь. Пару сотен метров спустя, пробившись сквозь густые ветви кустарников, его ноги ступили на хоть и мокрый, но сравнительно твердый песок.

— Ну наконец то, — шепнул он под нос, стряхивая с плеча грязные сухие листья. До кромки воды оставалось всего метров пять, но Трэвис остановился на месте, не в силах сделать ни шагу дальше. Обстановка изменилась, пока он не понимал, как, но определенно что-то стало иначе. Он ощутил чьё-то присутствие, и тревога охватила его. Медленно и осторожно, словно от этого зависела вся его жизнь, он повернул голову направо, чтобы осмотреть берег, и взгляд его тут же остановился на свежих следах на песке. Маленькие углубления в земле в форме буквы Y шли вдоль прибрежной полосы один за другим создавая длинную цепочку. Трэвис прошелся глазами по всему маршруту, и в конечном итоге увидел автора отпечатков. Крупная белая птица, ростом как минимум до его колена, стояла в нескольких десятков метров и внимательно смотрела на чужака. Два черных немигающих глаза, странно поблескивая, не отрывались от нарушителя спокойствия, который появился из ниоткуда на вечернем песчаном пляже. Трэвис открыл было рот, чтобы позвать друзей, но разглядев птицу внимательнее не смог этого сделать. Из-за внезапности встречи ему не сразу удалось понять, что пернатая была страшно изуродована. Перья покрывали ее тело лишь отдельными островками. На голой же поверхности виднелась розовая кожа, изъеденная красными и тёмными язвами. С длинного клюва птицы свисало нечто напоминающее слизь, и похоже уже давно забытое и засохшее.

Птица стояла и надменно смотрела на Трэвиса, словно на правах хозяина. Она делала это так неподвижно, и так долго, что в какой-то момент он начал задумываться, а реальна ли она? Или может быть кто-то решил подшутить над ними и специально оставил на берегу чучело, чтобы отпугнуть нежеланных туристов. Устав от затянувшейся паузы, Трэвис поднял руку вверх, как бы приветствуя птицу, и шагнул ей навстречу. Птица, в свою очередь, осталась на своем месте, но одна из ее ног вдруг оторвалась от земли и зависла в воздухе. «Ну, по крайней мере это не муляж» — подумал Трэвис, и его зрачки внезапно расширились от того, что он разглядел. С длинных когтей поднятой лапы, на песок капала алая жидкость. И конечно же, в представлении Трэвиса, ничем другим кроме как кровью эта жидкость быть не могла. Он сделал пару шагов назад, отступая подальше, и запнувшись о торчащий из песка камень шлепнулся задницей на мокрый песок. Как только он упал, где-то поблизости, за зеленью кустарника, послышался разговор приближающихся друзей.

— Знаешь, мне кажется нам всё это время вешали лапшу на уши, — рассуждал знакомый голос Чаки, — Здесь просто великолепные условия. И мне просто не верится, что люди по собственной воле променяли этот рай на суровый безжизненный мир Марса.

— Кто его знает. Нас тут не было, когда запускали третью волну переселения, — отвечал Алекс, раздвигая ветки и продираясь сквозь заросли. Шорох подсказывал Трэвису, что он воссоединится с друзьями буквально через несколько секунд, и птица, не отводящая всё это время взгляда, тоже почувствовала приближение новых персонажей. Недолго думая, она расправила свои поредевшие крылья, взмахнула ими пару раз стоя на месте, и взлетела, легко оттолкнувшись от земли. Быстро набрав высоту, птица улетела, скрывшись из виду за деревьями. А Трэвис так и остался сидеть на холодном песке, глядя на следы и дожидаясь своих друзей.

— А что если нас искусственно отправили на Марс, ради эксперимента? А жизнь на Земле продолжает течь своим чередом. А? Как тебе теория?

— Маловероятно, — Алекс вышел первым на пляж и наткнулся на сидящего друга. — Посмотри-ка на него, Чаки. Наш Златовлас устроил привал на пляже.

— Что-то он бледноват, — заметил Чаки, как только вышел следом из зелени кустарника. Проследив направление взгляда Трэвиса, он закричал, — Следы, смотрите! Тут кто-то был.

Чаки выхватил из сумки подмышкой фотоаппарат и начал снимать отметины на песке.

— Невероятно! Мы могли бы вступить в контакт с живым существом, приди мы сюда чуть раньше.

— Ты видел её, да? — Алекс сразу понял это по отстранённому лицу Трэвиса.

— Что? Ты видел того, кто оставил следы? — метнулся назад Чаки, мигом забыв про следы и фотоаппарат.

— Да, видел, — Трэвис поднялся с песка отряхивая ладони. — Зрелище не из приятных. Всё-таки этот мир уже не тот, что мы видели в старых кинохрониках. Есть здесь что-то пугающее.

— Это была птица, да? Она была одна? Как она выглядела? — никак не унимался Чаки, неистово прыгая перед другом и размахивая фотокамерой. Но Трэвис молчал. Ему хотелось лишь одного, поскорее забыть эти два чёрных глаза, которые смотрели на него теперь из памяти и пронзали насквозь.

Не говоря ни слова, он подошёл к Алексу, и присел рядом с ним над кромкой воды. Вдвоём они смотрели на свои колеблющиеся в волнах отражения, и никаких слов им было не нужно в этот момент. Друзья зачерпнули в ладони холодной воды и начали умываться, без соблюдения каких бы то ни было правил. Словно первобытные люди, вышедшие к оазису из пустыни, они стали поливать друг друга, брызгаясь и смеясь, а Чаки скакал вокруг них с фотоаппаратом.

Солнце близилось к закату, и розовеющий горизонт говорил, что пора возвращаться назад к челноку. Сделав тысячу с лишним снимков, Чаки наконец-то убрал камеру в сумку и просто отдыхал, лёжа на траве. Трэвис ходил по берегу, с большим мешком в руках, подбирая с земли камни, ракушки и прочий мусор, который представлял, по его мнению, ценность. Всё это происходило под наблюдением Алекса, который стоял на возвышенности, и периодически бросал камешки подальше в озеро.

— Это фантастическое место, — Чаки перевернулся с бока на бок, поглядывая то на озеро, то на солнечный диск, который скрылся на треть за облаками, висящими над горизонтом.

— Да, здесь красиво и правда, — поддержал Алекс, со всплеском отправляя очередной камешек на дно озера. — Мне кажется я родился в каком-то похожем месте. Таком тихом и спокойном. По крайней мере мне хотелось бы так думать.

— Ты же говорил, что твоя мать была из Южной Африки, — оборвал размышления друга Трэвис.

— Все мы родом из Африки. В самом начале оттуда пошёл род человеческий, — блеснул своими познаниями Алекс. — Но по чесноку, мне всегда казалось, что человек — это космическое создание. Может быть древние люди и считали Африку колыбелью человечества, но я на этот счёт всегда имел свою точку зрения. Космос — вот место откуда мы все родом. Если у людей получилось обосноваться на Марсе, то что нам мешало точно также когда-то давно заселить Землю? Есть хоть один довод противоречащий этой теории?

— Расстояние, например, — привёл аргумент Трэвис.

— Да брось, наши учёные уже давно изучили возможности криогеники и подтвердили возможности длительного сна, — отмахнулся Алекс. — Я о том, что сознание и сам человек, не мог появиться в таком месте как это. По мне так, колыбелью зарождения всего человечества, должна быть огромная планета, вращающаяся вокруг яркой мощной звезды, классом уж точно никак не жёлтый карлик.

— Не знаю, чем тебя не устраивает это место. Мне вот кажется, что я бы остался здесь. Серьёзно. Посмотрите, — Чаки вскочил на ноги и раскинул руки в стороны. — Где бушующие месяцами ураганы, которыми нас пугали с детства? Где землетрясения и вулканы, извергающие в небо лаву? Где все те ужасы, что нам расписывали в красках? Их просто нет. Всё это выдумки и не более того.

— Я бы не был в этом так уверен, — скептически покачал головой Трэвис, вспоминая птицу, которую он встретил на берегу. — Предлагаю собираться. Скоро стемнеет, и мне не хотелось бы добираться до челнока в темноте.

Чаки согласился:

— Ты прав. Завтра нам предстоит путешествие в заброшенную деревушку. Поэтому нужно хорошенько отдохнуть. Зарядить аккумуляторы камеры.

Три друга собрали разложенные на берегу вещи, упаковали их в рюкзаки и отправились назад, сквозь густые кустарники. Поле, по которому они добирались до леса, уже не казалось им каким-то бескрайним и удивительным. Трава, простившись с уходящим солнцем, поникла к земле, но это совсем не облегчало движение. Ноги, как и прежде тонули в мягком покрове, замедляя темп ходьбы.

— Нужно не забыть камеру на опушке, — напомнил Чаки и пустился вперёд бегом, чтобы никому не пришлось ждать пока он снимет фотоаппарат и упакует штатив. Открутив болты и убрав все принадлежности в сумку, он открыл дисплей камеры чтобы взглянуть на получившиеся снимки. Пролистав несколько кадров радость от редких снимков на его лице сменилась гримасой ужаса.

— Парни, сюда! Быстрее! — заорал он во весь голос. Друзья, отреагировав на бурную реакцию Чаки, моментально материализовались рядом.

— Что такое, Чаки? — Алекс пытался узнать, что так сильно могло испугать друга, но единственное что тот смог сделать, это молча повернуть дисплей фотокамеры, указывая глазами направление в его сторону.

Пролистывая фотоснимки Алекс и Трэвис увидели на экране всё тоже поле, цветущее в солнечных лучах. От кадра к кадру менялся лишь уровень освещения, и направление теней. Ничего примечательного. Причину так сильно поразившую Чаки друзья не замечали пока не открыли фото, где ровно по центру кадра стоял человек в черной одежде. По всей видимости это был мужчина и на офицера Обручева он никак не был похож.

— Вот чёрт! — ахнул Алекс, выпучив глаза на дисплей.

— Звони Лейтенанту, живо! — скомандовал Трэвис, увеличивая фото, чтобы разглядеть незнакомца получше.

Мужчина на снимке по всей видимости проходил мимо фотоаппарата, даже не посмотрев на него. Из-за этого, лицо виднелось на фото лишь в пол оборота, и при увеличении кадра можно было разглядеть лишь отсутствие волос на его голове. И вроде бы в том, что им повстречался человек, не было ничего сверхъестественного. Все знали, что люди ещё живут на планете. Друзей переполошило другое. В руках у незнакомца был предмет, который друзья могли видеть исключительно в старых фильмах, однако при всём при этом, спутать его было невозможно ни с чем другим. Автоматическая боевая винтовка отбрасывала солнечный блик в кадре.

— Связи нет. Лейтенант молчит! — Чаки истерически нажимал на телефоне все кнопки подряд, но тот наотрез отказывался дозваниваться до записанного номера командующего.

— Без паники! Пока еще ничего не произошло. Это всего лишь местный охотник, которому до нас нет дела, — Трэвис пытался быть рассудительным, и у него единственного это получалось. — Отсюда до челнока идти не более километра. Сейчас мы подберём сумки, и быстро, друг за дружкой двинемся туда, к лесу, за которым нас ждёт корабль. Если идти быстрым шагом думаю мы будем на месте минут через пятнадцать.