Говорящие с драконами

— Я могу пойти к тем двум кострам, а ты к ближнему, — шёпотом предложил Кирик.

Но Разбойник, покачав головой, ответил:

— Разделяться нельзя. Здесь могут быть ещё Твари.

— Дядь, я по этим местам уже почти четырнадцать лет бегаю — ни разу Твари изменённой не встречал. Сегодня первую увидал, и то — издали.

— Так ли уж и ни разу за четырнадцать? — недоверчиво усмехнулся охотник, — Ты, может, потому и не встречал, что ваши мужики днём и ночью вас, детей стерегли. Теперь тут стеречь некому. Скверна может гулять свободно.

— Значит, идём в сторону двух огней? — смирившись с опекой, спросил Кирик, — Шанс найти мага так больше.

— Да уж нет уж, скорее он там, — кивнул Разбойник на одинокий огонёк слева, — Встал подальше от остальных, чтобы охоту ему не сорвали. У него ж зверь магический, зачем ему посторонние? А если кто зверю попадётся под горячую лапу?

Оба задумались, переводя взгляды с одного огонька на другой.

— Можно покричать, — пожал плечами парень, — Пускай сам покажет, где он.

— Не уж-то докричишься в такую даль?

— А то! Сам слышал, как разносит голос Гром-камень. В хорошую погоду на том конце озера можно разобрать, что тут кричат.

— Погодь... — остановил охотник уже набравшего воздух парня, достал нож с кресалом, чиркнул над факелом, зажигая, поднял его над головой и скомандовал: — Вот, теперь кричи!

Кирик шумно вдохнул, присел на корточки у самого края Гром-камня, опустил голову вниз, словно пытаясь что-то углядеть на льду озера и закричал:

— МАААГ!!!

От взорвавшего воздух гласа Разбойник чуть не слетел со скалы. По долине над озером прокатился рокот, отразился от скал и вернулся обратно многократным долгим эхом, более низкого тона, постепенно переходящим в пробирающий насквозь шёпот "АК-АК-АК-К-К-К-К-К". От него закладывало уши и ломило виски. Охотник справился с первым потрясением и заводил над головой горящим факелом, внимательно наблюдая за огоньками вдали.

Через минутку, не разглядев никаких изменений, Кирик снова позвал:

— МААААААААГ!!!

На этот раз реакция была моментальной. Одинокий костёр ярко вспыхнул, от него отделился едва различимый огонёк, проскользил к застывшему озеру и заплясал, описывая в воздухе дугу.

— Увидели! — воскликнул на радости Разбойник и прикрыл рукой рот, испугавшись, что сейчас вся долина услышит его вопль, но его голос, хоть и прозвучал необычно громко, такого эффекта, как зов Кирика, не вызвал. Охотник задумчиво осмотрел Гром-камень, обернулся на вогнутую скалу, возвышающуюся над ним позади, и предположил: — Сдаётся мне, неспроста здесь лежит эта глыба... Уж больно хитро расположена.

— Идём навстречу! — воскликнул Кирик и спрыгнул вниз.

— Эк, заяц! — цыкнул Разбойник, махнул следом и приземлился в снежную дюну, стараясь удержать факел повыше, чтобы не затух.

Кирик не ждал. Он уже мчался к озеру, поднимая тучи лёгкой снежной пыли, которую тут же подхватывал ветер, закручивал небольшими вихрями и набрасывал на барханы. Пришлось охотнику снова догонять.

— Сколько здесь до середины? — спросил Разбойник, выскочив на лёд, — Минут пятнадцать по льду?

Кирик повернулся к нагнавшему его охотнику, чтобы ответить, и вдруг встал, уставившись на глыбу Гром-камня. Над ней зашевелились быстрые тени, слетел ком снега, рассыпаясь в воздухе лёгким шлейфом, и на край камня, склонив морду вниз и поднимая дыханием снежную пыль, вышел крупный темношёрстный зверь. Затаив дыхание, Кирик ждал, не сверкнёт ли на угольно-чёрной шкуре полоска тлеющего света, как рассказывал Марик про зверя, которого привёз с собой маг, но проследивший за его взглядом охотник, переменившись в лице, резко подтолкнул парня вперёд.

— Бегом! Живо-живо-живо!!! — закричал Разбойник.

Парень понял: это — Тварь. Услышав голос охотника, она резко вскинула голову с тонкими высокими ушами, вперила блестящие зеленью глаза в будущую добычу и взвыла.

Долину пронзил новый крик, усиленный Гром-камнем, теперь совершенно не похожий на человеческий: скрежет металла и визг, сжимающий голову тисками и заставляющий сердце сжаться в ледяной комок. Кирик зажмурился, закричал от боли, зажимая ладонями уши, и повалился на лёд — столь сильным оказался звуковой удар. Охотник и сам пошатнулся, но опыт помог ему устоять. Он подхватил парня за ворот, дёрнул вверх, поднимая на ноги, и потянул за собой, без лишней осторожности разгоняясь на льду. Когда парень очухался, и начал осознанно перебирать ногами, Разбойник перехватил его за запястье и осмелился сбавить ход, чтобы обернуться назад.

Чёрная Тварь уже гналась за ними, пока ещё скрытая поднятыми в воздух тучами снега. Но ещё мгновенье, и она выбралась на лёд, в длинном прыжке преодолев несколько метров. Здесь её ждал сюрприз: лапы тут же разъехались, и морда с треском врезалась в лёд, отскочила и показала смятый нос и скошенные друг относительно друга челюсти. Тварь затрясла головой.

Разбойник злорадно хмыкнул, подумывая, не поджечь ли её, пока она ослаблена серьёзной травмой. Но заскользившие по склону у Гром-камня размытые чёрные тени заставили его отбросить смелость и вернуться к бегству. Его обувь была приспособлена к бегу по льду, поэтому он не сомневался, что сможет уйти даже от стаи изменённых волков, пока Скверна в их телах подбирает ключик к новым условиям. Но Кирик ходил по лесу в меховых унтах. То и дело он проскальзывал, сбивая шаг и норовя тоже расквасить нос об лёд, и оттого дыхание его быстро сбилось.

Между тяжёлыми вдохами Кирик прохрипел:

— Пять.

— Молчи! — грозно прикрикнул на него Разбойник, — Дыши и двигайся! Сам вижу, что пять... Ничего. Ничего. Пять — не стая! Тварь уже подняла тут всех на уши. Сейчас до мага добежим — отобьёмся!

Не добежали.

Хотя огонёк чужого факела уже мелькал на расстоянии прямой видимости, разбрасывая отблески на льду, до него оставалось ещё несколько минут бега, когда Разбойник, хрипло рыкнув, дёрнулся вниз и назад, выронив из руки факел. Кирик факел тут же поднял и обернулся на товарища.

Самая прыткая Тварь, уже приспособившаяся к скачке по льду, нагнала их в одиночку. Слишком большими для её пасти зубами она вцепилась в меховой плащ охотника, приняв его за шкуру, и теперь с отвратительным рыком-бульканьем драла его, мотая головой и отступая назад, с каждым шагом она с треском вонзала в лёд жёсткие изменённые лапы, ставшие похожими на раздвоенные кирки, но, к счастью, пока не догадалась использовать их для разделки пищи. Сильные, непрерывные рывки мотали охотника из стороны в сторону, не позволяли ему развернуться, чтобы дать отпор пикой, которую он по-прежнему сжимал в руке. А Кирик, впервые увидев изменённую Тварь так близко, застыл в оцепеняющем ужасе и отвращении.

И тут Разбойник вскрикнул, в беспорядочном движении напоровшись на крюк своей пики. Кирик словно очнулся от страшного сна. С дурным криком он кинулся к твари и ткнул её факелом в морду, при этом наступив коленом на спину Разбойника. Тварь взвизгнула и выпустила добычу из пасти. Она отскочила назад и припала ко льду, пытаясь своими новыми несуразными лапами смахнуть искры и тлеющую шерсть с морды.

Это дало Кирику момент, чтобы осознать происходящее. Он помог Разбойнику подняться и спешно избавиться от поражённого Скверной плаща. Не теряя времени на разговоры, они ломанулись к маячащему впереди спасению, которое уже принимало очертания бегущего им навстречу человека.

— В сторону! — пронёсся надо льдом резкий приказ.

Разбойник и Кирик послушно отпрыгнули с пути ослепительной огненной вспышки, последовавшей за необычно низким и глубоким голосом мага, и, пригнувшись, устроились наблюдать, в любой момент готовые, как прийти на помощь, так и дать дёру дальше.

Огонь пронёсся мимо сияющим копьём, поразил преследующую их Тварь, начисто снёс ей голову и переднюю часть тела, отбросив обугленные, бесформенные ошмётки того, что осталось, на несколько метров назад. Остальные четыре Твари, впечатлённые зрелищем, замерли чуть в стороне, не решаясь нападать. А когда маг направился к ним, перешли к неспешному отступлению, то и дело останавливаясь и оглядываясь назад и друг на друга.

— Как настоящие волки, — пробормотал Кирик осипшим от бега голосом, тяжело дыша.

— Они и есть настоящие волки, — усмехнулся Разбойник, — Их тела изменяются. Голод гонит их убивать всё, что движется. Они теряют свой прежний вид. Но не перестают быть волками. Стоило убить вожака — и остальные потеряли свою смелость.

— Холод говорил, что они перестали быть живыми...

— О, не слушай этого старика! Он любит нагнать страху. Эти Твари живее всех живых! Они даже стареют... Если плохо питаются...

Маг не стал гоняться за отрусевшими Тварями. Он коротко свистнул, как обычно подзывают охотничьих собак, и из-за спин Кирика и Разбойника, перемахнув через них и порядком напугав, на лёд выскочила ещё одна чёрная тень — крупнее и в то же время изящнее изменённых волков. Отблески факельного огня заплясали волнами на шкуре зверя, словно полосы на тигре, не желающие складываться в постоянный рисунок. А мощный силуэт и точные пластичные движения не оставляли места для сомнений: это и есть тигр.

Тлеющий Тигр не рвался на Тварей сломя голову, как делают собаки. Он бежал уверенно, но небыстро, с ленцой и слегка небрежно опуская лапы на лёд, пока расстояние до цели не сократилось достаточно для выверенного прыжка. Твари, не встречавшие до сих пор ничего подобного, не торопились убегать, принюхивались и беспокойно повизгивали и гукали, расходясь полукругом от незнакомого существа. Голод отрезал их от инстинкта самосохранения, и расплата за это пришла очень быстро.

За долю мгновения до нападения тигр чуть уловимо изменился: встопорщилась шерсть на загривке, да всколыхнулись на шкуре волны световых полос. И чёрная молния, оставляя в воздухе шлейф из жёлтых искорок, ударила в первую Тварь, опрокинула её навзничь, сминая и прижимая ко льду широкими лапами. Всего на пару секунд, начиная от лап и по всему телу Тлеющий Тигр вспыхнул яростным жёлто-белым пламенем, и снова стал чёрным с ещё более яркими всполохами полос, а изменённый волк был уже испепелён. Тигр, недовольно всхрапнул, дёрнул хвостом, будто с брезгливостью наступая на размазанное по оплавленной яме во льду чёрное пятно, и ощерился на поднятое облачко густого пара. С видом разочарованного невкусным угощением кота, он встряхнулся, смахнув искры с остывающих полос, и отошёл, объявляя свой вклад в охоту завершённым. И этого было достаточно.

Оставшиеся три Твари в полном молчании развернулись и ломанулись в сторону берега, даже не оборачиваясь назад. И там их тоже уже ждали. Навстречу чёрным теням вылетели горящие стрелы. Хотя они и не брали шкуру изменённых волков, но огонь опалял их шерсть, пугал и направлял их движение по заданной охотниками траектории в подготовленную ловушку.

Кирик не стал следить, как Твари скрываются в полосе прибрежного леса, и там один за другим вспыхивают и мечутся яркие огни. Его внимание было полностью поглощено Тлеющим Тигром. И не в последнюю очередь потому, что магический зверь теперь неотрывно смотрел на него.

— Все целы? — спросил подошедший маг, и голос его не звучал уже таким низким, а напротив, казался молодым и приглушённым.

— Почти, — ответил Разбойник, поднимаясь и протягивая магу руку для приветствия, при этом из его интонаций полностью пропала ставшая уже такой привычной хитрая усмешка, сменившись лёгким присутствием опаски, — Я Разбойник. Парень — Кирик. Благодарю Вас, господин маг. Если бы не вы...

— Это мой долг, — маг без заморочек пожал охотнику руку, но имени своего не назвал. Он откинул капюшон с лисьим мехом, раскрывая по-мальчишески юное лицо и огненно-рыжую шевелюру, выбившуюся из короткой косы, и предложил: — Повернитесь, я Вас осмотрю.

Кирик отвлёкся от зверя на яркое пятно и подметил, что маг проверяет Разбойника на следы Скверны без магического камня, а разглядев что-то на его спине, сосредоточенно водит над ней вдруг засветившейся рукой.

— Вы — видящий? — догадался парень. И получив утвердительный кивок в ответ, спохватился и затараторил: — Нам нужна Ваша помощь! Там за скалистым гребнем у пепелища деревни охотник, поражённый Скверной...

— Не поражённый! — перебил его Разбойник, отвесив парню неожиданно болезненную оплеуху, — Его возможно коснулась изменённая Тварь. Возможно. Мы не знаем наверняка... Хотели просить Вас, господин маг, проверить его и весь наш отряд.

— Не знаете наверняка? — маг откровенно рассмеялся над попыткой охотника юлить, — Тогда чего ж всем отрядом не пришли? Глядишь, и не пришлось бы от мелкой шушеры убегать. Сами бы и управились!

Кирик с недоумением посмотрел на напрягшегося охотника, потом на мага, чьи удивительные медово-жёлтые глаза и открытая улыбка не показывали никакого недовольства. Он понимал, что здесь что-то не так, что охотник забыл его о чём-то предупредить из-за череды быстро развернувшихся событий, и теперь он по незнанию сболтнул лишнего. Но что-то исправлять и оправдываться было уже поздно.

— А твоё лицо мне кажется знакомым, друг, — неожиданно дружелюбно заявил маг.

Кирик кивнул и пояснил:

— Вы встречались с моим братом. Он охотник. Продал Вам зайца в городе позапрошлым вечером.

— Ах, да! Удивительный парень! Такой талант! Умудрился продать мне захудалого косого за двенадцать медных! Позже у хозяина двора я за двадцать взял двух свежих!

Маг так расхохотался, что теперь пришла очередь Кирика притихнуть в ожидании неприятностей.

— О! Прости, я надеюсь, это не он угодил под лапу Скверны? — вдруг переменившись и сделавшись озабоченным, спросил маг.

И Кирик не осмелился врать, помотал головой. Но озабоченность не сошла с лица мага. Он замолк и задумчиво уставился куда-то вниз. Проследив за его взглядом до своей руки, Кирик вздрогнул.

— Не шевелись... — тихо и вкрадчиво произнёс маг, наблюдая, как его магический зверь, щурясь от старания и удовольствия, осторожно внюхивается в руку человека, которого видит впервые.

Чёрная с всполохами махина тигрицы даже с опущенной головой всё же возвышалась над мальчиком и обдавала его спину сквозь меховой полушубок приятным теплом. А массивные лапы, обманчиво кажущиеся такими мягкими, могли поспорить размером даже с головой крупного вола. От близости огромного магического зверя Кирик не ощутил страха, только благоговение, хотя и понимал, что зверь представляет для него опасность одним своим столь близким присутствием. Но Тлеющий Тигр выглядел столь же мило, сколь и внушительно, будучи увлечённым каким-то новым, интересным запахом. В какой-то момент тигр начал забывать про осторожность и выдыхать горячий пар из ноздрей прямо на оголённый участок кожи в щели между рукавом и рукавицей. Кирик сжал зубы, но терпел сильный жар, как от бурно кипящей в котле воды, до тех пор, пока его запястья не коснулась грубая щетина раскалённого, как угли, языка. Тут уж он не выдержал и с шипением отдёрнул руку.

— Искра, нельзя! Вот дурында! — прикрикнул маг на своего питомца.

Тлеющий Тигр, а точнее, как теперь выяснилось, Тигрица, с испуганным мявком отскочила в сторону и заводила ушами, показывая полное недоумение от того, как могла попасть в эту нелепую ситуацию.

— Прости, она так раньше не делала, — с сожалением и удивлением извинился маг. Он подошёл к тигрице и потрепал её загривок голой рукой, смахивая с шерсти тлеющие искры, словно обыкновенные снежинки. — Пойдём, у меня в лагере есть средство от ожогов. Специально на случай, если эта проказница захочет приласкать кого-нибудь слишком нежного для ее горячей натуры...

Но Кирик твёрдо отказался:

— Не нужно. Мы должны спешить.

Маг коротко рассмеялся, лукаво подмигнул сопящему рядом Разбойнику и, разведя руками, согласился:

— Ну что ж, в таком случае поспешим!

Глава 6

Маг и правда не стал задерживаться дольше нужного. Он передал своим людям, подошедшим из леса, пару распоряжений, и велел показывать дорогу. Шёл он по снежному насту так же легко, как по льду. А Тлеющая Тигрица ворчала и недовольно топорщила усы, ведь её веса наст уже не держал, проламывался под каждой лапой. Она увязала в сугробах, которые таяли под ней на глазах. Влага мочила шкуру и поднималась струйками пара, раздражая капризную кошку, и вскоре она остановилась на группе торчащих из-под снега камней, жалобно и отрывисто замяукала, глядя вслед хозяину, словно просясь на ручки. Маг лишь один раз обернулся к ней, велел догонять и пошёл дальше, тихонько усмехаясь себе под нос.

Немного погоревав, зверь пристроился хвостиком за Разбойником, которому приходилось торить свой путь, проламывая наст древком пики. И по лицу охотника было видно, что ему не смешно.

В пути маг спросил Кирика о том, как именно нуждающийся нынче в помощи охотник коснулся Скверны. Парень, смутившись, отмахнулся тем, что это вышло случайно, и сам он был далеко во время охоты и зачистки пепелища деревни, и не мог разглядеть. И маг с улыбкой принял его ответ.

— А как... Как Вы взяли своего магического зверя? — осмелился спросить Кирик.

— Да, как-то случайно вышло! — хитро прищурившись, ответил маг, отбив парню желание продолжать задавать вопросы.

На расстоянии прямой видимости от лагеря охотников, Кирик попросил погасить пламя факела, вызывая явное недовольство мага, которое отразилось на его лице своеобразной улыбкой с поджатыми губами. Несмотря на спешку, они дождались охотника и тигрицу, плетущуюся по его следу, и к холму, за которым скрывался Ворон, добрались все вместе.

— А я всё гадаю, что за неудачник умудрился подцепить Скверну там, где её, считай, что и нет! — с этой насмешливой фразой маг подошёл к Ворону и сжал его предплечье в приветствии, — Почему не подошёл ко мне в городе? Я был бы рад разделить с тобой охоту!

С Холодом маг обменялся учтивыми кивками, а искренне попытавшийся улыбнуться Ворон ответил:

— Не знал, что это ты, Веррин! Если б знал, обязательно бы заглянул. Но вот, разминулись, и видишь, как всё обернулось...

Охотник указал на отвратительную чёрную яму на своей щеке, будто меняющую свою форму в неверном свете факела, и маг тут же принялся за работу. Не отпуская руки охотника, он поднёс вторую, засветившуюся ладонь к обожжённой ране и предупредил:

— Скверна пошла глубоко, будет жечь. И шрам останется, уж не обессудь — всё-таки я не целитель.

— Пустяк! Бабы любят меня не за смазливую мордашку, а...

— Помолчи, — перебил его маг изменившимся вдруг голосом.

Кирик переглянулся с Разбойником, и оба выдохнули с облегчением. С полчаса они наблюдали, как под рукой Веррина пугающая рана на лице Ворона сперва расширяется, обнажая ярко-красное мясо, а затем постепенно стягивается, образуя широкий розовый рубец. Всё это время Ворон стоял хмурый и побелевший, как мел, снимал рукавом капельки пота с лица, но ни разу даже стона не проронил.

Закончив с раной, маг похлопал Ворона по плечу и радостно объявил:

— Я рад, что твой новичок поспел за мной вовремя! Ещё час — другой... Впрочем, это не отменяет того, что ты, как командующий группой... Ты ведь группой командуешь? Да. Значит, ты, как командующий группой охотников на изменённых существ, не сумевший обеспечить должный надсмотр, что привело к заражению Скверной одного из участников охоты, не повлекшее за собой смерти или увечий, обязан уплатить в королевскую казну штраф в размере трёх серебряных. За использование средств защиты ненадлежащего качества ты должен ещё...

— Постой... Постой! — подняв руки вверх, Ворон заговорил, сбиваясь из-за одышки, — Три серебряных за заражённого... Я согласен. Моя вина. Не доглядел! Пусть и за собой... Но мои средства защиты надёжны!

— Как же, Скверна на лицо! Маску давно проверял?

— Прямо перед рейдом! С маской всё в порядке!

— Значит, с рукава, когда камень к лицу подносил, пока остальных проверял. Ты снова игнорируешь правила, Ворон, — маг удивительно строго и в то же время фамильярно ткнул пальцем в грудь охотника, — Командующий группой первым должен проверять себя! Или попросить товарища сделать это.

— Ну, что ты меня, как щенка, перед молодёжью воспитываешь? — отмахнулся от него Ворон.

— Тебя воспитывать поздно, — уже более тепло ответил Веррин и кивнул на притихшего Кирика, — А вот молодёжь пускай поучится на чужих ошибках!

В этот момент взгляды всех присутствующих сошлись на парне. Ворон подошёл и крепко сжал его руку, твёрдо глядя в глаза, сказал:

— Спасибо, Кирик. Век не забуду, в должниках не останусь.

— Идём, Ворон, — со спины поторопил его маг, — Показывай лагерь.

Ворон не ответил, и лишь Кирик увидел, как в этот момент его лицо перекосила болезненная гримаса.

_____

— Доброй ночи, господа охотники! — благожелательно улыбаясь, Веррин вошёл в круг света от костров, — Попрошу вас подготовить своё снаряжение для осмотра.

В лагере никто не спал. И без того необычно тихие люди замерли, с недоумением обернувшись на мага. Когда из-за его спины на свет огня вышли охотники и Кирик, все повскакивали со своих мест.

— Кирик! — радостно воскликнул Марик, подбегая к брату и охлопывая его плечи, — Ты в порядке? Холод сказал, что ты показываешь путь к Нижнему Руслу. Почему так долго? Почему пошёл без меня?

— Почему вообще взялся показывать путь? — строго спросил Тогур, глядя исподлобья, — Проводником наняли не тебя.

Но в его тоне не было угрозы, только недовольство.

— Мы слышали жуткий визг вдали, — разбавила возмущения заботой Эхо, — Думали, вы напоролись на Тварь. Хотели выступить на подмогу, но Холод не позволил.

Она с презрением взглянула на старика, а тот даже бровью не повёл.

— И правильно сделал, — сказал Разбойник, — Вы бы всё равно не поспели.

— Так вы что, встретились с Тварью? — почти шёпотом спросил Марик.

Но Морис услышал, злобно сплюнул на снег и проворчал:

— Так и знал, что они там охотятся, а нас здесь держат, чтобы не делить добычу...

— Ты нас в "двойной игре" обвиняешь? — похлеще кошки зашипел на него Кочка.

— Довольно споров, — махнул рукой Ворон, — Кирик отправился к Нижнему Руслу с важной миссией... Но о том не сейчас.

— Мы сами, чуть не стали добычей, — перехватил у него слово Разбойник и кивнул на Кирика, — Если б не парень... и маг, меня бы уже переваривали в чёрном чреве. А то и в пяти сразу, хе.

Над лагерем снова повисла тишина. Внезапно все вспомнили про мага, который так и стоял с благожелательной улыбкой и выражением живого интереса на лице.

— Нет-нет, продолжайте! Не отвлекайтесь на меня! — деликатно вскинул ладони Веррин, и чуть погодя, не дождавшись продолжения, поделился с Вороном, — Видимо, моё появление было не столь эффектным, как ваше. Кажется, пора менять коронные фразочки... А! Как на счёт такой?

Маг отодвинул отворот плаща, и в свете костра блеснула золотая фибула в форме крылатой змеи с изумрудным глазом. Набравший в этот момент в рот воды из фляги Кочка, лишь глаз скосив на украшение, разразился пышным фонтаном, подозрительно ярко вспыхнувшим над костром.

— Инспекция.

_____

По результатам проверки магом была назначена ещё пара штрафов, и все для команд Ворона и Холода. Эхо же не только с блеском прошла все проверки оказавшегося весьма дотошным инспектора, но даже нарвалась на комплимент своей аккуратности.

Сияющая улыбкой, она легонько погладила Ворона по плечу, но коротко хохотнула, так и не сумев изобразить сочувствие.

— Без штанов меня оставишь, Веррин, — тихо буркнул Ворон.

— Лучше без штанов, чем без права на жизнь, — отозвался маг так, чтобы его слышал только Ворон, и повёл его в сторонку, — К тому же, за эту охоту ты отобьёшь все штрафы.

— Да какое там! Мы всего одну Тварь завалили! — охотник с досадой пнул сани, попавшиеся на пути.

— Не переживай, твои охотнички получат часть вознаграждения за охоту на озере, — маг усмехнулся, видя, что Ворон его не понимает, — Они сэкономили нам уйму времени. Мы за той стаей весь день вчера мотались. Твари трусливые, близко к себе не подпускали, чуть что — врассыпную, на приманку шли неохотно. Видимо, есть, чем поживиться, и без нас. Думали, завтра волчьи ямы сооружать по выходам из долины и жечь всё, чтобы выгнать их на колья. Жаль было бы губить такую красоту... Но когда мальчишка ночью закричал, они как будто взбесились. Все разом за ним ломанулись, прямо по льду, представляешь? Там же корка всего в локоть, а под ней — вода проточная!

Украдкой охотник и маг обернулись на лагерь, на весело переговаривающихся парней.

— Маг? — с большим сомнением спросил Ворон.

— Нет, нет... Но кровь Велдов сильна. Однако, я не думаю, что дело в мальчике. Расположение долины и скал там очень интересное, — маг выдержал паузу и спросил: — Одолжишь мне парней на несколько дней?

— Да, вот, не могу, — развёл руками Ворон, — Не мои они! Местные. Увязались за нами с города... Между прочим, тебя искали.